Жажда монстра

Все проснулись от того, что в дверь стали вламываться, каждый вздрогнул от резких звуков снаружи, руки задрожали, а испуг был практически на их лицах. Чонин встал и пошёл ближе к двери, подслушав, что там происходит, он услышал женский голос, который просил помощи. Все стали говорить, чтобы не открывали, но открывать даже не стоило, ведь дверь выбили силой. Чонин упал, смотря на девушку, которая старалась закрыть дверь цепями, в сумке у неё лежали куча оружий, которые уже вываливались наружу. Все отодвинулись назад, не захотев подойти ближе. Девушка закончила с дверью и повернулась на всех, и сама же испугалась. Солнце только взошло, а уже шумиха. Девушка увидела их озадаченные лица, сняв рюкзак, она положила его на пол, дав понять всем, что не хочет причинить зла. Чонин встал, встряхнув с себя руками пыль, подняв взгляд, он спросил: — Ты кто? Ты не заражена? — голос был уверенным, будто бы ничего и не произошло. — Я Черён из 10 ж класса... Нет, не заражена. — после последних слов ноги Черён задрожали. Чтобы те не обратили внимание, она взяла рюкзак и вынула из него всё: ружьё и холодное оружие. — Ну нихуя себе. — сказала Рюджин, хлопая в ладоши. — Это нам всё? Вы бог? — произнёс Чанбин, усмехнувшись. Все стали разбирать оружие, половина людей, которые собрались по ночам дежурить, взяли дробовики и пистолеты, а другая половина взяли острые предметы. Каждый радовался вещам, они забыли о том, что у них есть телефоны. Сынмин взял свой смартфон на руки, включив камеру, он поднял телефон вверх, чтобы каждый поместился в кадр. — Сделаем фото! — все посмотрели на камеру, улыбаясь. — В честь прибытия новенькой. Все дружно сказали «сыр» и улыбнулись. Сделав ещё пару снимков, Сынмин решил опять позвонить спасателям, ведь вообще неизвестно, что сейчас снаружи. Позвонив, никто не ответил, все смотрели на Сынмина, который пытался дозвониться до кого-то, связи почему-то не было. Посмотрев в окно, он не увидел улицу, только небо. Встав, он пошёл поближе к окну, стараясь на цыпочках хоть что-то разглядеть, но все получалось безуспешно. Положив скамейку на скамейку, он встал, привлекая к себе внимание всех, которые тоже желали посмотреть, что на улице, и у всех на лице потускнело. Никого не было видно, кроме каких-то монстров разных форм, по улицам валялись мертвые вороны и не только. Туман заполнял всю улицу, твари рычали друг на друга, все так же бросаясь, создавая кучу. По виду можно было понять, что на улице пахло мертвечиной и грязью. Кайли заплакала, сев на пол, поджав к себе колени, уткнувшись в них, Йеджи села рядом, гладя по спине, утешая. Каждый понял, что отсюда они точно не выберутся. Кто-то сидел, стараясь держать лицо, кто-то стал шутить, стараясь сделать обстановку адекватнее. Но только новенькая сидела, смотря в одну точку, все бы ничего, если бы она странно не подергивалась. Юна, Рюджин, Банчан, Феликс смотрели на неё так, будто хотели что-то узнать. Они шептались между собой, спрашивая у себя, что с ней, и что она видела снаружи. Понятно, конечно, что видела то же, что и они, но подозрений было больше. Нижние веки Черён заметно потускнели, разговоров между четвёртыми стали ещё больше, Лиа, посмотрев на них, застыв в недоумении, повернулась к Черён. Фыркнув, она подошла ближе к ней, та что-то бормотала себе под нос, которые невозможно было услышать. Лиа махнула рукой, чтобы та пришла в себя, но она не обращала на неё внимания. Зрачки стали расширяться и сужаться, что заставило Лию не на шутку испугаться. Спросив, что случилось, ответа не последовало. Черён подняла взгляд на Лию и стала быстро шептать неразборчивые слова. Черён вскрикнула, заставив всех обратить на неё внимание, все подошли к ней поближе. Каждый спрашивал о том, что с ней произошло. Но ответа никакого не было. Чанбин взял ручку с бумагой, чтобы та нарисовала что-нибудь, хоть чуть-чуть утешить её, но это лишь дало в ответ громкое рычание. Рюджин отошла подальше, готовя пистолет. Банчан отводит Кайли назад, чтобы та не смотрела на грустную тётю, Джисон и Чонин лишь приняли эту ситуацию и стали угарать над ней. Юна встала рядом с Йеджи, схватя её за руку, говоря, что она ненормальная, а Феликс просто наплевал на это и ушёл к рюкзаку, чтобы подготовить вещи для завтрашнего дня. Хёнджин стоял рядом с Чанбином и с Сынмином, которые беспокоились за неё. Так продолжалось в течение часа. Все забили на неё и пошли готовить вещи для завтрашней вылазки. Только лишь Сынмин был рядом с ней, беспокоясь за её состояние. Джисон и Чонин ничего не подготовили и, кажись, даже не собирались, вместо этого они пели идиотские песни, от которых уши сохли. Йеджи же готовила вещи для своей сестрёнки, а Феликс лежал рядом с Чанбином беседуя о разном. Остальные же собирали вещи и не обращали внимания на других, ну, по крайней мере, старались не обращать внимания на Чонина и Джисона, которые попали в азарт. Хёнджин подошёл к Юне, которая старалась запихнуть в рюкзак игрушку, парень сел на корточки, чтобы равняться с Юной, и сам запихнул игрушку внутрь. Юна отблагодарила и закрыла рюкзак, сев на пол. — Ты будешь рюкзак собирать, или ты уже собрал? — спросила Юна, повернувшись на Хёнджина. — Точно, спасибо, что напомнила. — Парень направился к рюкзаку и стал все вынимать по отдельности, рука потянулась за следующим вещем, но Хван замялся и не стал доставать таблетки, давая подозрение Юне. — Что у тебя там? — Хёнджин замолк, из-за чего вызвал интригу. Юна достала коробку сама и увидела надпись «от ХОБЛ». Расширив глаза, она посмотрела на Хёнджина и спросила: — Сколько у тебя ещё осталось таблеток? — Прошу, не говори никому. Я не хочу, чтобы другие беспокоились. Осталось шесть капсул. Юна была обескуражена, она поняла Хёнджина и засунула таблетки внутрь, улыбнувшись. Встав на пол, она встряхнула юбку и посмотрела на Чонина и Джисона, которые так же пели бессмысленные песни. Заметив Минхо, который сидел тише воды ниже травы, он читал учебник по биологии, будто пытаясь заучить новые правила. Подойдя к нему, она села рядом с ним и, увидев, что парень и вправду учит правила, она удивилась. Минхо закрыл учебник, посмотрев на Юну вопросительно. — Что зубришь, все равно балдежные каникулы. Можешь не стараться. — Просто важные термины запоминаю, вдруг на будущее пригодится, когда я выберусь отсюда. — сказал Минхо, смотря на Юну. Юна кивнула, и оба сидели в полной тишине. Девушке стало скучно, и она пошла дальше к Кайли, которая играла тетрист, отданным Сынмином. Сев рядом, она смотрела, как та играла в какую-то стрелялку, кучу раз проигрывав. Юна высунула из кармана леденец и дала Кайли, которая с радостью приняла конфету. К ним подошла Йеджи, сев рядом с Кайли. Младшая замолкла, от неё было видно за километр, что будто ей страшно. — Чего это она? — Не знаю, она всегда такая. Не обращай внимания. — улыбнулась Йеджи, её ладонь направилась на голову Кайли, нежно гладя. Юна лишь кивнула и пошла дальше все рассматривать, спрашивая у всех разные вопросы. Время проходило незаметно для Юны, но для других часы тикали так, будто специально изображали из себя улиток. Тишину лишь прерывали двое, которые все так же не могли угомониться, хуже стало, когда Юна к ним присоединилась и стала центром этой компании. Вскоре ей надоело надрывать голос, и она подошла к Чанбину и Феликсу, которые вместе сюсюкались. Хотела лишь девушка задать вопрос, как те сомкнулись губами, лицо Чанбина было слишком удивлённым, кажись он не ожидал такого. Это заметили и другие, все реагировали по-разному, но больше всех взбесился Хёнджин. Хёнджин до смерти ненавидит геев, отец всегда заставлял смотреть на таких людей с призрением, Хёнджин же думал, что родной человек плохого не скажет, и стал смотреть на них таким же взглядом. Вспомнив, как отец заметил, что тот обнял друга, взбесился в разы, последствия с того времени остались. Шрам на руке по вине ножа давало вспоминать о этом времени. Хёнджин в тот момент думал, что отец его убьет. Прийдя в себя, он встал впереди них. — Вы что, пидоры, что ли? Фу, блять... — Феликс нахмурился, не понимая сказанных слов Хвана. — Ну сам знай. Если ты гомофоб, то знай, — Да больно ты нужен кому-то. Сейчас время хуйня, и вы тут сосаться собрались? Вы гоните? Если так хотите умереть, то вперёд ебаться рядом с монстрами, чтобы они увидели вас во всей красе! Щас не облизываться надо, а спасаться. Но геям ебучим ведь не понять, им же только нужен один секс. Феликс, тебе же так приятно, когда в твой вонючий обосранный анальчик долбятся сразу несколько? Я честно не удивлён! — Хёнджин улыбнулся, смотря на то, как Феликс стал дуться. — Омега назойливая. — Слышь ты, блять, ты из себя кого возомнил? Люди не должны быть такими ублюдками, как ты, им не должно нравится то, что и тебе! Заткни свою дрянную пасть, пока я сам не заткнул тебя своим хуем, если ты так хочешь, конечно. Все сами не поняли, как с мелочи раздули конфликт. Оба грызлись как собаки, что и стоило ожидать, каждый кидал множество аргументов, из-за которого рты ребят раскрывались. Атмосфера стала крайне напряжённой, и даже Чонин и Джисон не в силах были что-то исправить. Не успев моргнуть, парни уже перешли на драку. Феликс ходил на тхэквондо, так что особого труда с ним драться не было. Хёнджин же старался держать репутацию, стараясь хоть как-то защищаться от него. Ударив того в живот, тот согнулся, выплюнув кровь, не давая себе отдохнуть. Хван ударил его в висок, что заставило упасть его, ударившись об пол. Он хотел подвести дело с концами, пиная в живот дальше. Рюджин и Банчан старались их разъединить, но все было бестолку. Черён встала, направившись к ребятам. Жажда воды была настолько сильна, отчего девушка стала царапать себя. Она не могла держаться дальше, поэтому решила воспользоваться моментом. Несколько часов она ждала, когда ребята отвлекутся от неё и она сможет получить желаемое. Встав рядом с Юной, надрывисто дыша, её завладело желание. Вены набухли, а глаза сузились. Мешки под глазами становились чернее с каждым вдохом, слюни текли ручьем. Жадно взяв Юну за плечи, она толкнула силой назад, отчего Юна упала, ударившись об стену. Другие переключились на них, тем самым Хёнджин и Феликс. Девушка села на ноги Юны, держа её так, чтобы та не смогла выбраться. Не успев ребятам добежать, Черён мигом откусила предплечье, заставив Юну вскрикнуть от невыносимой боли, слёзы потекли по щекам, а другие впали в ступор, не зная, что делать. Монстр уже завладел девушкой, она резким движением оторвала руку, от которой хлынула кровь, глаза Юны закатились вверх, пульса больше не было, как и шеи. Жадно отрывая куски, успевая съедать их за пару секунд, Черён почувствовала, как руки стали длиннее, но не предала этому значения, приступив к уже отгрызанной щеке. Ребята лишь смотрели на этот ужас, Кайли стала рыдать от увиденного, а девочки опустились на пол, смотря на то как едят подругу. Слезы наступили по глазам каждого, а кто-то стал блевать в пол. Рюджин наконец-то опомнилась и подбежала к пистолету, ружье издал характерный звук, пуля пронзила оба головы. Черён упала на бездыханное тело. Слезы по щекам скатывались у каждого, но больше ничего они подделать не могли. Рваные крики призвали других тварей, которые старались выбить дверь. Но всем уже было наплевать, придут ли они или нет. Они просто смотрели на мёртвое тело, всхлипывая. Йеджи подползла к Юне, оттолкнув Черён, ладони прижались к щекам мертвой. Слезы перешли на крик, горло уже рвалось от надрывистых криков. — Юна! Пожалуйста, скажи, что ты жива! Я не хочу без тебя проходить через это дерьмо! — голова опустилась, кулаки несильно били по груди девушки, стараясь оживить её. Парни плакали, но не сильно. Больше всего их заставило плакать увиденное, поняв, что это может случиться со всеми. От одной мысли слезы наступали ещё больше. Девочки плакали, вспоминая все проведённое время вместе. Но жаль, что больше это не вернуть. Что я тебя ненавижу ещё сильнее.