Вишнёвый пирог и близнецы

В центральном парке, под сенью старых клёнов, Питер шёл рядом с Недом и Мишель. Друзья болтали о своих делах — Нед рассказывал, как Элизабет Брант согласилась наконец переехать к нему, а Мишель хвасталась новым кольцом от Гарри, который, видимо, решил доказать всем, что он не похож на своего отца. Но Питер не слушал. Мысли были далеко. Он то и дело поглядывал на телефон, надеясь увидеть сообщение от близнецов, но экран оставался тёмным. — Питер? — Мишель помахала рукой перед его лицом. — Ты с нами? — Что? Да, извините, — он встряхнулся. — Просто… вы не замечали, что Тай и Харли в последнее время какие-то странные? Тай постоянно смотрит в окно и молчит, а Харли пропадает на стажировке допоздна. — Может, они готовят тебе сюрприз? — предположил Нед. — Какой сюрприз? Мишель закатила глаза и усмехнулась: — Ну не знаю… может, хотят сделать тебе предложение? Питер резко остановился, чуть не споткнувшись о корень дерева. — Что? Нет, это… Мы даже не говорили об этом. И вообще, как это возможно? Им же придётся делать это одновременно. Это же безумие! — Питер, — Мишель взяла его за плечи и посмотрела прямо в глаза. — Ты любишь их? — Больше жизни, — выдохнул он. — И они тебя любят. О чём ещё можно мечтать? Если они решатся — просто будь готов сказать «да». Нед кивнул, поддерживая её: — Она права, чувак. Вы же уже прошли через столько всего. Помнишь, как вы вместе переезжали? Как ты за ними ухаживал, когда они болели? Как они заботились о тебе? Если это не любовь, то я не знаю, что это. Питер посмотрел на них, и в его глазах зажглась надежда. — Вы думаете, у них получится? — Уверен, — сказал Нед. — Скорее всего, — добавила Мишель с хитрой улыбкой. — А теперь пошли, тебе нужно успеть к банкету. Старк сказал, что будет фейерверк.

***

Ресторан «Плаза» сиял огнями. Хрустальные люстры отражались в зеркальных стенах, живая музыка создавала атмосферу праздника, а официанты сновали между столиками, разнося шампанское и закуски. Тони, как и обещал, снял весь зал. Гости расселись за большим столом, уставленным цветами и приборами. Тётя Мэй сияла, Пеппер поправляла платье Морган, а близнецы то и дело поглядывали на Питера, проверяя, на месте ли коробочки в карманах. — Всё готово? — шёпотом спросил Тай. — Готово, — кивнул Харли. — Только дай мне знак, когда будет удобный момент. Они уже почти собрались подняться, но вдруг за окнами ресторана раздался оглушительный взрыв. Звук был таким сильным, что люстры задрожали, а некоторые гости вскрикнули. Взрывной волной выбило стёкла, и в зал ворвались вооружённые люди в чёрных масках. Автоматы, крики, звон разбитой посуды — всё смешалось в один хаотичный водоворот. — Все на пол! — прорычал главарь, высокий мужчина с холодными, как лёд, глазами. — Никто не пострадает, если вы будете вести себя тихо. Где Старк? Тони, успевший заслонить собой Пеппер и Морган, сделал шаг вперёд. Пятница в его ухе тихо сообщала: «Дроны уже в пути, босс. Прибудут через две минуты». — Я здесь, — Тони поднял руки, показывая, что безоружен. — Отпустите гостей. Им до меня нет дела. — Мне нужна твоя технология, Старк, — главарь усмехнулся. — И ты поможешь мне её получить. В этот момент один из террористов заметил Морган. Девочка сидела на коленях у матери, дрожа всем телом и тихо всхлипывая. — Смотри, это дочь Старка, — прошипел он своему главарю. Главарь перевёл взгляд на ребёнка, и его глаза сузились. — Жаль, что так вышло, маленькая, — он поднял пистолет и направил его прямо на неё. Времени на раздумья не было. — НЕТ! — закричали Харли и Тай одновременно, но они были слишком далеко. Питер не думал. Его тело среагировало быстрее, чем мозг. Паучьи чувства взревели, и он бросился наперерез пуле, закрывая Морган собой. Грохот выстрела прозвучал оглушительно громко. Пуля вошла прямо в живот. Питер пошатнулся, его глаза расширились от шока и боли. На лице застыло выражение удивления, будто он не мог поверить в то, что произошло. Алое пятно расплывалось по белой рубашке, становясь всё больше и больше. — Питер! — заорали близнецы, забыв об опасности. Они бросились к нему, но кто-то из террористов загородил дорогу. Тони уже был в действии — его наручные репульсоры вспыхнули, и первая волна удара отбросила главаря к стене. — Дроны здесь, босс, — сообщила Пятница. В окна ворвались «Железные легионы», и началась настоящая бойня. Террористы были обезоружены за считанные минуты, но для Харли и Тая эти минуты растянулись в вечность. Они наконец добрались до Питера, который лежал на полу в луже крови. Тай приподнял его голову, пытаясь остановить кровотечение, но его руки тут же стали красными. — Держись, паучок, — прошептал Харли, сжимая холодную руку Питера. — Держись, пожалуйста. Ты не можешь. Не сейчас. — Я… я люблю вас, — прошептал Питер. Его голос был едва слышен, губы побледнели. — Мы тебя тоже любим, — сквозь слёзы сказал Тай. — Только не уходи. Слышишь? Не смей уходить. Скорая примчалась через пять минут, но они показались близнецам вечностью. Питера погрузили на носилки, и Харли с Таем, не раздумывая, запрыгнули в машину, отказываясь отпускать его руки даже на секунду. Тони остался в ресторане, чтобы разобраться с последствиями. Пеппер держала плачущую Морган на руках, а тётя Мэй стояла в стороне, бледная как мел, и беззвучно молилась.

***

Больничная палата пахла антисептиками и страхом. Харли и Тай сидели на жёстких стульях по обе стороны от кровати, не сводя глаз с бледного лица Питера. Он лежал неподвижно, подключённый к аппаратам, которые пищали и гудели, отсчитывая секунды его жизни. Позади них стояли Тони, Пеппер, Морган и тётя Мэй. Все молчали. — Он очнётся, — тихо сказал Тони, хотя сам не был уверен. — Он сильный. — Знаю, — ответил Харли, не отрывая взгляда от Питера. — Но не могу не переживать. Морган подошла к кровати и осторожно погладила Питера по руке. — Братик, — прошептала она, — ты спас меня. Пожалуйста, просыпайся. В палате было душно от слёз, которые никто не вытирал. Пеппер не выдержала и вышла в коридор, уводя с собой тётю Мэй. Морган осталась, потому что наотрез отказалась уходить. Час шёл за часом. Тай положил голову на край кровати и закрыл глаза. Харли сидел прямо, сжав челюсть так, что желваки заходили ходуном. Вдруг Питер пошевелился. Это было едва заметное движение — дрогнули пальцы, веки задрожали. Но Харли заметил это сразу. — Тай! — он резко сел. — Он очнулся! Тай встрепенулся, и они оба уставились на Питера. Веки дрогнули ещё раз, и наконец глаза открылись. Мутные, полные боли, но живые. — Питер? — хором позвали они. — Вы… — Питер сглотнул, голос его был слабым. — Вы здесь… всегда здесь… — Всегда, — ответил Харли, сжимая его руку. — Мы тебя не бросим. — У тебя был выбор, — Тай наклонился к нему, касаясь лбом его лба. — Ты мог бы не прыгать под пулю. Зачем ты это сделал? Питер слабо улыбнулся. — Потому что она ребёнок. Потому что она часть нашей семьи. Потому что я вас люблю. Тётя Мэй, вернувшаяся в палату, заплакала. Пеппер вытерла слёзы и взяла Морган на руки. — Ты настоящий герой, Питер, — сказал Тони. — Но больше так не делай, пожалуйста. — Постараюсь, — прошептал Питер.

***

Дни шли, и Питер постепенно шёл на поправку. Близнецы не отходили от него ни на шаг — ночевали в палате, приносили ему его любимую еду, рассказывали глупые истории, чтобы поднять настроение. Доктора говорили, что восстановление идёт удивительно хорошо, и скоро его выпишут. Но в головах Харли и Тая зрела мысль. Они понимали, что больше не могут ждать. — Сейчас или никогда, — сказал Харли, когда они вышли в коридор попить кофе. — Согласен, — кивнул Тай. — Сегодня вечером. В палате было тихо. Питер смотрел в окно, разглядывая облака. Смеркалось, и небо окрасилось в розовые тона. — Питер, — начал Харли. — У нас к тебе серьёзный разговор. — Что-то случилось? — Питер повернулся к ним и нахмурился. — Нет, — Тай шагнул ближе. — Наоборот, случилось кое-что хорошее. По крайней мере, мы надеемся, что это будет хорошо. Они достали из карманов две одинаковые бархатные коробочки и открыли их одновременно. Два кольца — одинаковых, но выгравированных разными надписями внутри. Они встали на одно колено. — Питер Паркер - Старк, — сказал Харли. — Мы любим тебя. Оба. Мы хотим провести с тобой всю жизнь. Ты принял нас такими, какие мы есть — двумя, не одним. Ты не испугался ни наших чувств, ни нашей ревности, ни наших странных привычек. — И теперь мы хотим задать тебе один вопрос, — продолжил Тай. — Ты станешь нашим мужем? Одновременно? Питер смотрел на них, и слёзы текли по его щекам. Он не плакал, когда его ранили. Не плакал, когда терял сознание. Но сейчас слёзы лились сами собой — от счастья, от облегчения, от любви, которая переполняла его до краёв. — Я думал, вы никогда не спросите, — прошептал он. — Да. Да! Тысячу раз ДА! Харли и Тай одновременно надели кольца на его пальцы — на левый и правый. А потом они обняли его, осторожно, чтобы не задеть рану, и Питер почувствовал, что это самый счастливый момент в его жизни. Пеппер, заглянувшая в палату через стеклянную дверь, улыбнулась и закрыла глаза, давая им время. Она знала, что этот момент останется с ними навсегда.