Мы не друзья, Тэхён

      — Папочка, а отец приедет на Рождество? — Хлои с надеждой посмотрела своими тёмными глазками на Тэхёна, зажав в маленьких ладонях фигурку сказочного оленя.       — Не знаю, малышка. Дядя Чонгук очень занят, — печально ответил Тэ, вспомнив лучшего друга и соседа, с которым вот уже на протяжении шести лет жил бок о бок на одном этаже. Через несколько дней будет Рождество, и Тэхён с Хлои увлечённо наряжали пушистую ёлку. Вокруг них была разбросана блестящая мишура и красивые разноцветные ёлочные шары. Но мыслями Тэ всецело завладел Чонгук. Этот альфа был всегда рядом с Тэхёном, ещё со студенческих времён. В то время Тэхён встречался с лучшим другом Чона и случайно забеременел Хлои. Бывший альфа Тэ, заявив, что не готов взять на себя ответственность за ребёнка, приказал омеге сделать аборт. За что получил ногой по яйцам от Тэхёна и в довесок по морде уже от Чонгука. После Тэ уехал из Нью-Йорка жить в Чикаго, в надежде забыть придурка, из-за которого его будущая карьера модельера полетела коту под хвост, несмотря на все уговоры родного брата остаться с ним и его семьёй. Тэ было слишком больно ходить по улицам этого города и постоянно думать о том, как его предали. Поэтому, собрав небольшой чемодан, Тэхён отправился налаживать свою жизнь в другом месте, твердя себе, что у него всё получится и он сможет воспитать малыша в одиночку. Не он первый, и не он последний брошенный омега, которому предстояло преодолеть путь родительства без альфы. Но каково было удивление Тэхёна, когда спустя пару месяцев на пороге своей убогой съёмной квартирки он увидел улыбающегося Чонгука с рюкзаком за плечами. Чон с присущей прямолинейностью заявил, что приехал поддержать Тэхёна. Ну и плюс ко всему, он решил вернуться в родной город, так как родился и рос Чонгук в Чикаго. С тех пор Гук постоянно был в жизни Тэхёна. Пока Тэ страдал от жуткого токсикоза, Чон нашёл им квартиры по соседству в добротном доме в одном из самых приличных районов. Также позаботился о том, чтобы рядом с жильём были детский сад и школа. Как оказалось, Чонгук был единственным сыном весьма состоятельных родителей, и для него в Чикаго устроить свою жизнь было плёвым делом, так же, как и жизнь Тэхёна. На слабые протесты со стороны омеги Чонгук неизменно говорил, что они лучшие друзья, а хороший друг никогда не бросит в тяжёлой ситуации. Чон присутствовал на родах Хлои, так как Тэхён очень сильно испугался, когда отошли воды, и, вцепившись мёртвой хваткой в руку Чонгука, со слезами на глазах умолял не оставлять его. Именно он взял первым на руки дочь Тэхёна, которая оказалась очаровательной омежкой. Со временем Тэ встал на ноги и продолжил заниматься любимым делом, но, конечно же, не без помощи Чонгука, который каким-то непостижимым образом устроил Тэхёна в студию по индивидуальному пошиву одежды. Теперь у Тэхёна уже были собственные коллекции. Тэ, вертя в руках большой новогодний шар, вспомнил, как Хлои впервые назвала Чонгука отцом: «Тэхён, она не хочет есть! — возмущенно произнес Чонгук. — Она в меня плюётся! Омега обернулся и рассмеялся в голос. Чон Чонгук, в прошлом мокрая мечта всех омежек университета, сидел весь в каше. Парень безрезультатно пытался всунуть в маленький ротик ложечку. Хлои задорно дрыгала ножками в детском стульчике и ни в какую не давала ему это сделать.       — Как у тебя вообще получается? — спросил Гук и оставил попытки накормить Хлои. Малышка рассмеялась, показав этому миру два очаровательных зубика.       — Смешно тебе? Да? — буркнул Чонгук и легонько ткнул пальцем в маленький носик.       — Не ной, Гук, — сказал Тэхён, забирая тарелку с кашей. — Считай, что ты проходишь курс молодого отца. Вот появятся у тебя свои дети, а ты всё умеешь. Красота.       — Да когда они у меня ещё появятся? — хмыкнул Чонгук. — Я всё забуду к этому времени. И какой из меня отец? Я даже ребенка покормить нормально не могу.       — Я считаю, что из тебя получится отличный отец, — серьёзно проговорил Тэ, погладив по голове малышку. — Хлои тебя очень любит. А дети они самые честные в этом плане.       — Отец! — вдруг громко и чётко произнесла Хлои тоненьким голоском. Тэхён с Чонгуком в шоке уставились на девочку, которая сосредоточенно размазывала остатки каши по столику, не подозревая, какой эффект произвела на взрослых.       — Хлои, что ты сказала? — ошарашенно прошептал Тэхён. — Гук, ты это слышал? Чонгук сглотнул подступивший к горлу ком и оторопело кивнул.       — Отец! — Хлои посмотрела на альфу, протянув к нему перепачканные ручки.       — Похоже, у меня уже появились дети, — ошалело протянул Гук.       — Это не смешно, Гуки! — воскликнул омега, беря на руки дочь.       — Смешно, — лыбясь, заявил Чонгук. — Я отец!       — Нет!       — Да!» Тэхён постоянно бубнил на Чонгука за то, что он балует Хлои. А Гук не обращал на это никакого внимания, заваливая свою маленькую принцессу игрушками при любом удобном случае. К слову, она по сей день называла его отцом, как бы Тэ ни пытался это исправить. Девочка вроде бы соглашалась с папой, что Чонгук — дядя. Но когда видела Гука, слова Тэхёна вылетали из маленькой головки, и она неслась к Чону с воплем: «Отец!» И вот Чонгук уехал пять месяцев назад. Ещё ни разу он их не оставлял на такой большой срок. Тэхён безумно скучал по другу. И сам у себя спрашивал: а на самом ли деле друг для него Чонгук? Ответ на этот вопрос был очевиден как белый день. Их отношения уже давно за гранью дружеских. Но…       — Папа, давай ему позвоним, — жалобно пролепетала девочка, прервав размышления Тэ, и протянула телефон. — Я соскучилась.       — Я тоже, крошка, — Тэхён присел перед дочкой. — Но мы ему можем помешать.       — А мы поговорим только минуточку, — Хлои сделала щенячий взгляд. — Папочка, ну пожалуйста.       — Хорошо, — сдался Тэ. — Но только недолго. Он усадил дочь на колени и нажал звонок видеосвязи.       — Привет, мои малыши! — на экране телефона показалось красивое лицо Чонгука. — Как поживаете, прелестные создания?!       — Отец! — запищала Хлои. — Отец! Ты приедешь на праздник?!       — У меня не получится, принцесса, — расстроенно сказал Гук. — Много работы. Альфа был на улице. Крупные снежинки, кружась, опускались на его чёрные волосы, которые отросли за то время, что он отсутствовал. Теперь длинная чёлка постоянно падала на большие глаза, похожие на два тёмных омута, заставляя Чонгука откидывать непослушные пряди назад.       — Папа, — прошептала девочка, и в глазках заблестели слёзы, — он не приедет.       — Ну, принцесса, не плачь. Я обязательно приеду после праздников, — ободряюще улыбнулся Гук. — И я купил тебе много подарков.       — Какие? — сразу же поинтересовалась Хлои.       — Сюрприз, малышка, — Гук снова откинул волосы назад. — Тэ, мои кактусы ещё не подохли? Тэхён, улыбаясь, любовался лицом альфы на экране. Как же он соскучился по этому голосу и глазам. По милой улыбке и забавной родинке под губой. «Какой же он красивый, — думал омега, не в силах отвести взгляд от экрана мобильника. — И мне так хочется его обнять».       — Живы твои уродцы, — усмехнулся Тэ. — У нас тоже идёт снег.       — Здесь очень холодно, — поёжился Чон. — Ладно, мне пора. Люблю вас и скучаю. Гук отключился, вызвав у Тэхёна тяжёлый вздох. Он, как и Хлои, надеялся, что всё же Чонгук приедет на Рождество, и они встретят Новый год втроём.       — Я хочу к отцу, — пробормотала тихо девочка, сползая с колен Тэхёна.       — Хлои, дядя Гук скоро приедет. Не расстраивайся. Давай дальше наряжать ёлку, — попытался отвлечь ребёнка Тэхён. — Смотри, какой симпатичный зайчик. Тэ показал Хлои игрушечного стеклянного зайца, которого когда-то ему подарил Чонгук. Это было первое Рождество после рождения Хлои, когда они праздновали вместе.       — Красивый, — хмуро ответила Хлои. — Но я всё равно хочу к отцу. Тэхён ласково потрепал по маленькой голове Хлои.       — Он скоро приедет. Я тебе обещаю.

***

Тэ поцеловал чистый лобик Хлои и тихонько вышел из детской, по пути поднимая игрушки, разбросанные маленькой шалуньей. Кактусы! Блин, он забыл полить кактусы Гука! Тэхён схватил ключи Чона и шустро направился к нему домой. Открыв дверь, Тэ глубоко вдохнул воздух. Хотя Гука давно здесь не было, но в помещении всё равно ощущался его запах. Тэхён редко бывал в этой квартире, обычно Чонгук у них зависал. Он включил свет и прошёл к столику, на котором стояли кактусы разной формы. Тэхён до сих пор никак не мог понять странной привязанности альфы к этим страшилкам.       — Привет, уродцы, — пробормотал омега, начав поливать растения. — Вы тоже по нему скучаете? Кактусы ответили молчанием, растопырив свои колючки в разные стороны. Тэ обвёл глазами помещение. Квартира Гука была типичной холостяцкой берлогой, обставленной в современном стиле. Никаких милых безделушек, которых у Тэхёна дома было полно. Всё лаконично и строго в чёрно-белых тонах, только маленький столик с кактусами посередине комнаты добавлял хоть чуть-чуть красок. От души опрыскав зелёных питомцев альфы, Тэ медленно приблизился к письменному столу Чонгука. Здесь стояли несколько фотографий, на которых были только Гук, он и Хлои. Омега взял в руки фотографию, сделанную на дне рождения Хлои.       — Прямо как семья, — тихонько произнес Тэхён, гладя длинными пальцами улыбающиеся лица. Хотя, если так разобраться, они уже давно семья, пусть и без романтических отношений. Гук был всегда рядом, в самые тяжёлые моменты и в самые счастливые. Хлои упорно называет его отцом, не поддаваясь ни на какие уговоры. Грустно улыбнувшись, Тэхён поставил фото на место, задев ежедневник, который лежал на столе. Он с грохотом упал на пол, раскрываясь. Тэ наклонился, чтобы его поднять, но запись, сделанная Гуком, привлекла его внимание: «Сегодня у меня появилась дочь. Офигенное чувство, когда тебя называют отцом. Никогда не думал, что буду так счастлив». Тэхён недоумённо уставился на ежедневник, который оказался дневником Чон Чонгука. Он знал, что читать чужой дневник некрасиво и потом ему будет очень стыдно, но омежье любопытство взяло верх. «Я отказался от контракта в Японии. Я не могу оставить сейчас Тэ и Хлои. Даже не так. Незачем врать самому себе. Я не хочу оставлять их». Тэ бегло просматривал записи, они все так или иначе касались непосредственно его. Чонгук не раз отказывался от выгодных предложений и поездок за границу, потому что болела Хлои, и он хотел помочь Тэхёну. Потому что Тэ попал в больницу с аппендицитом, а Гук присматривал за малышкой. Потому что у Хлои был день рождения. Потому что Хлои пошла в детский сад. Этих «потому что» было очень много. Тэхён в шоке прикрыл рот рукой, он и не подозревал, что Гук их настолько сильно любит. Тэ, конечно, догадывался, что Чон испытывает к нему какие-то чувства, но альфа никогда ничего не говорил. Просто был рядом. Омега посмотрел на последнюю запись, которую Чонгук сделал перед отъездом, и у него замерло сердце. «Я устал». Тэхён аккуратно положил дневник на стол и с протяжным стоном обречённо закрыл лицо руками. Неужели он снова потерял человека, которого любил?

***

Тэ приготовил небольшой рождественский ужин для них с Хлои. Джин приглашал его к себе в Нью-Йорк на праздник, но Тэхён отказался. Ему не хотелось никого видеть и участвовать в общем веселье. Дневник Гука не выходил из головы омеги, всё время заставляя повторять написанное «я устал». Эти два слова больно впивались в душу, и сердце заходилось от страха. Тэхён решил обязательно поговорить с Чоном, когда он вернётся домой. Хотя в последнем он уже не был уверен.       — Папочка, а Санта ко мне придёт? — звонкий голосок Хлои вывел Тэ из невесёлых раздумий.       — Придёт, зайка, — натянуто улыбнулся омега. — Беги, убирай игрушки, и будем садиться ужинать.       — А ты мне потом сказку расскажешь? — сделала милую мордашку девочка.       — Обязательно, — пообещал Тэхён, принимаясь расставлять приборы на столе в гостиной.       — Ура! Ко мне придёт Санта! Хлои вприпрыжку побежала в свою комнату, напевая рождественскую песенку про колокольчики. Практически сразу же раздался звонок в дверь. Не ожидавший никаких гостей Тэхён нахмурился и пошёл открывать дверь незваному посетителю.       — Сюрприз! — заорал стоявший на пороге Чонгук с пакетами в руках.       — Гук! — воскликнул Тэ. — Боже!       — Просто Чон Чонгук, — дурашливо поклонился альфа. — Тэхёни, не стоит меня возводить в ранг бога. Хотя мне это очень льстит.       — Отец! — завопила Хлои, выбегая из детской. — Отец! Девочка подбежала к Чонгуку и крепко обняла его за ногу. Ручки девочки цеплялись за штанину джинсов альфы, не желая отпускать ни на минуту.       — Ты приехал, — бормотала малышка. — Ты ко мне приехал. Гук бросил пакеты на пол и, подхватив Хлои на руки, закружил её в воздухе.       — Приехал. Я ведь не мог допустить, чтобы моя принцесса грустила в такой день! — Чонгук чмокнул Хлои в маленький носик. — Да и твой папа мне показался каким-то печальным, когда вы мне звонили. А мои омеги не должны печалиться в такой день.       — Ты нас удивил, — сказал Тэ, чувствуя, как сердце бешено начало колотиться в груди. — Отличный сюрприз. Чонгук опустил девочку на пол и обнял Тэхёна.       — Как ты? Я так по вам соскучился, — сказал Чонгук, незаметно вдыхая запах волос Тэ. — Мне самому было очень тоскливо.       — И мы по тебе, — искренне прошептал в ответ омега.       — Отец! Ты мне расскажешь сказку? — Хлои весело прыгала вокруг пары. — Про сказочных эльфов!       — Ей уже и папа не нужен, — притворно надул губы Тэ. — Эх, вот так и рожай детей в муках, а они потом такое заявляют.       — Нужен! — начала заверять девчушка. — Но отца так долго не было.       — Конечно, расскажу, малыш, — Чонгук ласково погладил Хлои по тёмным непослушным волосам. — Тэ, я голоден, как волк. Когда у нас ужин?       — Прямо сейчас. Идите, мойте руки и за стол. Чонгук снял пальто и счастливо улыбнулся: он наконец дома.

***

      — Она уснула, — тихо произнёс альфа, входя в уютную гостиную. Тэ уже всё убрал с обеденного стола. На маленький журнальный столик он поставил бутылку вина, два бокала и тарелку со свежими фруктами. Комнату мягким светом освещал невысокий торшер и мигающие огоньки на рождественской ёлке. Чон сел на диван и разлил вино по бокалам.       — Как вы здесь без меня поживали? — спросил он, отдавая бокал омеге.       — Очень скучали, — едва слышно пробормотал Тэ, пригубив вино. — Особенно Хлои. Не представляю, что с ней будет, когда у тебя появится своя семья.       — Тебе не стоит переживать по этому поводу, — Чонгук поставил бокал на столик и поднялся. Он подошёл к окну. За стеклом сверкал огнями город. Крупные снежинки неспешно кружили в воздухе, делая пейзаж похожим на сказочную страну, в которой сплошь и рядом случаются чудеса. Только Чонгук и Тэхён были в реальности, в которой любит один. По крайней мере, Чон был в этом уверен.       — Гуки, — Тэ нервно водил пальцем по краю своего бокала, — мне надо тебе кое-что сказать.       — Я тебя слушаю, — Гук продолжал смотреть в окно. — Очень внимательно. Ему показалось, что Тэхён сейчас скажет, что у него появился любимый человек, и Чонгук больше не нужен в их жизни. Вот так запросто возьмёт и выбросит Гука за борт, оставив захлёбываться в океане боли.       — Я тебя люблю, — на одном дыхании выпалил Тэ и замер, как испуганный заяц, ожидая реакции от Чонгука.       — Я тебя тоже, — просто ответил Гук, усмехнувшись своему отражению в тёмном стекле. Они не раз так признавались друг другу. Но со стороны Чонгука это было всегда самой настоящей правдой.       — Нет, Чонгук. Ты не понял. Я люблю тебя не как друга. Я люблю тебя, как омега любит альфу. Гук прислонился лбом к холодному стеклу окна.       — Тэ, если ты так шутишь, то это очень злая шутка, — тихо пробормотал он, закрывая глаза.       — Я не шучу, Гук, — серьёзно сказал Ким и поставил бокал на столик. — Послушай, понимаю, что это неожиданно для тебя. И, возможно, я опоздал со своим признанием. Но я должен сказать тебе это. Ты был всё время рядом, ничего не требуя взамен. Я это очень ценю, но не могу больше молчать. Я хочу, чтобы ты знал. Чонгук неподвижно стоял, прилепившись лбом к стеклу, и ничего не говорил, словно он превратился в каменное изваяние, которому всё вокруг стало безразлично.       — Я не знаю, что мне ещё сказать, — пробормотал Тэхён. — Прости.       — Ты достаточно сказал, — наконец произнёс Гук, отрываясь от стекла. Он внимательно посмотрел на Тэхёна, стараясь понять: всё ли верно он расслышал и на самом ли деле эти слова только что прозвучали?       — Я всё испортил, — пролепетал Тэ, — да? Он начал суетливо убирать со столика, быстро бормоча:       — Гук, давай сделаем вид, что ничего не было. Этого разговора не было. Давай останемся, как и прежде, друзьями.       — Мы не можем быть друзьями. Мы больше не друзья, Тэхён. У Тэхёна из рук выскользнул бокал с недопитым вином, упав с глухим стуком на пол. Красное вино расползлось по белому ковру красным цветком. Тэ почувствовал, как в его груди распускается подобный окровавленный цветок, приносящий невыносимую боль.       — Прости меня, пожалуйста, — омега сел на ковёр, начав усиленно тереть пятно салфеткой. — Прости. Он склонил голову, боясь, что Чонгук увидит, как прозрачные слезы начинают скатываться по щекам.       — Тэ, посмотри на меня, — альфа присел рядом с Тэ и взял за подбородок. — Мы не сможем быть друзьями после твоих слов.       — Но почему? — всхлипнул омега. — Просто забудь мои слова. Я прошу тебя.       — Не плачь, мой глупыш, — Чонгук нежно стёр слезинки с лица Тэхёна. — Я люблю тебя, Ким Тэхён. И я больше не хочу быть тебе просто другом. Я столько этого ждал.       — Ты меня любишь? — успокаиваясь, спросил Тэ. — Это правда?       — Да. Очень.       — И это значит…       — Это значит, что мы теперь вместе. Во всех смыслах. Чонгук взял за руку омегу и заставил подняться. Он пристально смотрел в тёмно-серые любимые глаза, мерцавшие в полумраке комнаты, и задыхался от любви. Он больше не мог терпеть. Он не видел Тэхёна почти полгода. Он так мечтал прикоснуться к этим губам больше семи лет. И он это сделал. Нежный поцелуй становился всё жарче. Тэхён отвечал Чонгуку с такой же страстью. Альфа поднял на руки Тэхёна, не разрывая поцелуя, и понёс в спальню. Срывая одежду в темноте, они ни на секунду не прекращали целоваться. Их первый раз был наполнен безудержной страстью. Чонгук очень долго ждал Тэхёна, чтобы себя сдерживать.

***

Утро забрезжило рассветом. Тэ спал, утомившись от любовных ласк. После первого страстного раза Чонгук был предельно нежен со своим омегой. Тэ по достоинству оценил его любовный опыт, приобретённый в прошлом, ведь когда-то Чонгук был ещё тем сердцеедом. Альфа рассматривал спящее лицо любимого, боясь закрыть глаза хотя бы на минуту. Ему казалось, что если он уснёт, то, проснувшись, снова окажется один в своей холодной постели. Этот омега в объятиях Чонгука был смыслом его жизни. Самым важным звуком для него стало тихое дыхание любимого человека. Он — жизнь Чонгука, и Гук никогда и никому не отдаст Тэ, даже если омега сам этого захочет. Просто Чон Чонгук слишком сильно любит.       — Привет, — послышался хрипловатый голос, и серые глаза открылись.       — Привет, — улыбнулся Гук, поцеловав припухлые губы омеги. — Как спалось?       — Отлично. Ты давно проснулся? — спросил Тэхён, прижимаясь к плечу альфы.       — Не очень, — соврал Чонгук. Сегодня он вообще не спал. Скрипнула дверь детской комнаты, и раздалось шлёпанье детских босых ножек.       — Нас сейчас застукают, — пробормотал Тэ, натягивая одеяло до самого подбородка. В спальню просунулась лохматая головка Хлои.       — Папочка, — тихонько позвала девочка, — ты спишь? Её глазки широко расширились, когда она увидела Чонгука рядом с любимым папой.       — Отец! Ты спал у нас! — громко завопила Хлои и с разбега запрыгнула на кровать. Она залезла верхом на Чона и, обхватив маленькими ладошками лицо альфы, зашептала:       — Отец, а почему ты у нас спал? Гук задумался, а Тэ с улыбкой наблюдал, как он будет выкручиваться из щекотливого положения.       — Ммм... Ну, у меня кроватка сломалась, — выдал Чонгук первое, что пришло в голову.       — Как? — округлила глаза Хлои.       — Ну вот так. Я тяжёлый. И она не выдержала.       — Отец, если у тебя сломалась кроватка, то ты можешь спать на моей, — милостиво разрешила девочка.       — Папина кроватка побольше будет, — хмыкнул Чонгук. — Мои прелестные омеги, что вы хотите на завтрак?       — Вафли! — захлопала в ладоши Хлои.       — Ну вафли, так вафли. Ваше слово для меня закон, маленькая леди, — улыбнулся Гук. — Хлои, ты ещё не смотрела, что тебе принёс Санта?       — Ой! Санта! — малышка спрыгнула с постели и помчалась в гостиную.       — Ты собираешься готовить вафли? — поинтересовался Тэ, приподнявшись на локтях. — Серьёзно?       — А почему бы и нет? Я научился их готовить в Лондоне, — Гук встал и принялся одеваться. — Любимый, приводи себя в порядок и приходи оценить мои кулинарные способности.       — Отец, ошень вкушно, — прошепелявила Хлои с набитыми щёчками. — Ошень. Личико и ручки девочки были перемазаны кленовым сиропом. Чонгук с умилением наблюдал за малышкой, думая о том, что не мешало бы ей организовать братика или сестричку.       — А тебе как, любимый? — альфа вопросительно глянул на Тэ. — Я тебя не разочаровал? Лицо Тэхёна выражало безмерное счастье. На его кухне его любимый мужчина готовит ему и его дочери завтрак. О чём ещё можно мечтать?       — Это очень вкусно, дорогой.       — Отец, если твоя кроватка сломалась и тебе негде спать, ты теперь будешь жить с нами? — Хлои облизала липкие пальчики и в ожидании ответа уставилась на Чонгука. — Да?       — Действительно, — Тэ с усмешкой посмотрел на Гука. — Что ты ответишь своим прелестным омегам? Чонгук подмигнул Тэхёну и с видом волшебника вытащил из заднего кармана своих джинсов бумажник. Порывшись в нём, альфа что-то вытащил и зажал в руке.       — Так, мои чудесные омеги, — торжественно начал Чон, — в такой ситуации я должен спрашивать у вас обоих. Вы выйдете за меня замуж? Гук разжал руку, в которой оказалось помолвочное кольцо с россыпью небольших бриллиантов. У Тэхёна открылся рот от удивления, а Хлои завизжала и радостно захлопала в ладоши.       — Да, отец! Мы выйдем за тебя замуж!       — А ты что скажешь? — Гук смотрел на Тэ с замиранием сердца. — Каков твой ответ?       — За меня уже ответили, — ярко улыбнулся Тэ. — Где ты кольцо взял?       — Я его купил в тот день, когда родилась Хлои, — ответил Чонгук, надевая кольцо на палец Тэ. — И с тех пор оно со мной. А то, что женюсь на тебе, я решил ещё тогда, когда дал в рожу твоему бывшему. Не хочу даже имя его произносить.       — Так мы теперь больше не друзья? — игриво подмигнул Тэ, соблазнительно облизав сладкие от сиропа губы. — Верно я говорю?       — Мы больше, чем друзья, Тэ, — серьёзно ответил Чонгук, нежно прикоснувшись к любимому лицу. — Мы — друзья, партнёры, родные люди, родители Хлои, семья. Мы мужья, Тэхён. Конец.