Шарага в мире дешёвого онлайна

Кнопка [ДА] нажата, и тут такое началось! Прямо перед Небесной Шаурмой буквально в миг выросли две новые кухни с печками, тарелками и кучей всякой еды. Слева Кадзуто, замер в пафосной позе, лопатка у него аж горела волшебным огнем. А справа Кирилл с Ромой, поникшие, стоят. Их аура? Ну, так себе, будто от перегоревшего тостера дымок. Системное Сообщение: [ДУЭЛЬ НАЧАЛАСЬ] Тема: Сердце путника. Задача — приготовить что-то, что Жреца до слез растрогает. Время: одна аниме-серия, примерно 20 минут. — Спокойно, — прошипел Кирилл, пялясь на гору продуктов: мясо какой-то хуйни, странные корешки, травы, напоминающие марихуану, мука, яйца цветные. — Это ж просто еда. Думай! Что старого, пьяного гнома тронет? — Наверное, что-то из детства, – задумчиво сказал Рома, тыча пальцем в яйцо. Оно пискнуло. – Ой, блин. — Родина... грусть... простые радости... — бормотал Кирилл, и Рома по по глазам понял: щас он что-то гениальное выдаст. — Вспомни, че мы жрали, когда денег не было вообще, а тусить хотелось? Рома усмехнулся. В башке сразу всплыла картина: дешевая лапша, сосиска из пласьика, паршивый кетчуп, два куска хлеба. Готовилось это все на солнечной энергии и божьей помощи. — Это ж... это ж гениально! — выдохнул Рома. — Прям жизнь, как она есть. Никакого пафоса, никакой магии. Просто выживание и кривые решения. — Так и погнали, — кивнул Кирилл. — Наше блюдо — Дешевый стритфуд отчаяния для потерянных душ. Это ж почти ностальгия по тем временам, грусть по дому и пофигизм! Помогай! Пока Кадзуто там свой ритуал мутил — резал овощи в воздухе, они сами собой кубиками идеальными становились, пел что-то про слезы радости из пламени, — у наших творился полный бардак. Кирилл, раскидывая еретические слова, пытался убедить еду стать лучше. — Мясо хз чего, — шептал он, мешая фарш. — Ты не просто кусок. Ты — символ того, что мы потеряли, жертва этой дурацкой экосистемы. Дай нам свою... ну... сочную тоску. Мясо, конечно, не ответило, но под его напором как будто стало чуть ароматнее. Ему так показалось. Рома, в свою очередь, добавил щепотку цинизма. — Глянь, Кадзуто, — крикнул он через площадь. — Ты там лопаткой машешь, как диджей лазером, а у тебя уже пот в соус капает! Слезы феи что ли? Или Слезы усталого шаурмечника? Кадзуто аж вздрогнул и чуть миску не выронил. Концентрация пошла по пизде. Аура вокруг него поблекла. СИСТЕМНОЕ СООБЩЕНИЕ: [Кощееб-Циник] применил Дезориентирующую правду! Способности противника уменьшены на 5%. Но главный прикол был впереди. Кирилл, пытаясь придумать идеальный соус тоски по дому, слишком сильно задумался о промпте — а именно о своем последнем шедевре. Он почувствовал, как что-то появилось не в тарелке, а прямо перед ним. На столе появилось... ЭТО. Маленькое, с ладошку, зубастое, из какой то древесины, покрытое мхом. Существо посмотрело на Кирилла черными пиксельными глазами и радостно взвизгнуло. НЕЧАЯННО ВЫЗВАНА ТВАРЬ: Младший Патапим (Нестабильный) Угроза для экосистемы: НИЗКАЯ. Угроза для здравого смысла и санитарии : ВЫСОКАЯ. — Офигеть, — без эмоций сказал Рома. — У нас теперь есть животное. Кормить будем? Патапим, будто услышав про еду, прыгнул в муку, сделал облако пыли, потом нырнул в синий соус, вынырнул весь облитый им и понесся по столу, оставляя за собой следы из соуса. — Патапим, нет! — ахнул Кирилл, но уже поздно. Существо пролетело прямо через их почти готовое блюдо — лепешку с котлетой из мяса, политую тем синим соусом и посыпанную марихуаной(?). И тут произошло чудо. Следы Патапима, смешав случайные штуки, придали блюду законченный, хоть и совершенно безумный вид. Оно дымилось не волшебным светом, а чем-то кисло-сладким. — Время вышло! — рявкнул голос системы. На площадь, кряхтя и опираясь на посох в виде гигантской вилки, вышел Верховный Жрец Еды. Это был тот самый гном из таверны. Живот его колыхался под толстыми одеждами, а глаза смотрели на мир с привычной усталостью дегустатора, который лет сто ничего вкусненького не ел. Сначала он подошел к Кадзуто. Тот с дрожью в руках подал идеальную, сияющую тарелку. На ней лежала маленькая аккуратная шаурма, украшенная цветочками и пахнущая утром в эльфийском лесу. — Шаурма Воспоминания о Первом Рассвете, — пафосно объявил Кадзуто. Жрец взял, откусил, пожевал. Лицо его не выразило никаких эмоций. Он кивнул. — Обычная. Хорошая. Скучно. Следующий. Он подошел к ним. Кирилл сглотнул. На их тарелке лежало что-то, похожее на смесь бургера, лаваша и кошмара пищевого. Синий соус странно поблескивал, от котлеты шел легкий дымок непонятного цвета, а сверху, как вишенка на торте, сидел сам Младший Патапим, облизывая свою пиксельную лапку. Рома быстрым движением смахнул его под стол. — Э-э... Дешевый стритфуд отчаяния для потерянных душ, — выдавил Кирилл. Жрец принюхался. Его густые брови поползли вверх. Он взял блюдо, долго смотрел на него, потом откусил довольно большой кусок. И замер. На площади стояла гробовая тишина. Кадзуто улыбался, предвкушая победу. Рома уже думал, куда бежать. Кирилл пытался вспомнить, ядовита ли марихуана. А потом по щеке Жреца покатилась слеза. Одна, вторая. Он медленно, смакуя, пожевал, проглотил и открыл глаза. В них стояла не пафосная нежность, а глубокая, настоящая, живая грусть и... понимание. — Господи... блядь, — тихо, но отчетливо выругался Жрец. — Это же... это же вкус моего детства в шахтах Глубинного Угла. Когда денег не было, а жрать хотелось. Вкус дешевого эля, первой несчастной любви к бородатой дворфке и мысли, что жизнь — это в основном дерьмо, но иногда в этом дерьме попадается вот такой... такой вот перламутровый кусок сала. Без магии. Без прикрас. Только правда. Грязная, неудобная, но ПРАВДА. Он вытер лицо рукавом и ткнул жирным пальцем в их тарелку. — ЭТО. Это и есть Сердце путника. Разбитое, поцарапанное, но бьющееся. Победители — странники! ДУЭЛЬ ОКОНЧЕНА. ПОБЕДА ЗА СЛОВОБЛУДОМ-ЕРЕТИКОМ И КОЩЕЕБОМ-ЦИНИКОМ! Кадзуто стоял в ступоре. Его светлая аура погасла насовсем. Толпа загудела — никто ничего не понял, но все приняли вердикт Жреца как закон. Через час они сидели в темном, теплом, пахнущем пивом и жареным заведении Пьяного гоблина. Перед ними стояли те самые кувшины с дешевым элем. Жрец, который представился как Барли, пил свой и болтал без умолку. — Вы, пацаны, не герои. Вы — как глоток свежего воздуха в этом дерьме, пропитанном пафосом. Оставайтесь. Работа найдется. Мне нужен кто-то, кто будет готовить такие... такие отрезвляющие блюда для моих гостей. А вы тем временем... — он хитро подмигнул, — можете поковыряться в моей библиотеке. У меня там есть кое-какие... странные свитки про дыры в небе. Рома уже клевал носом от усталости и эля. Кирилл же смотрел в гущу пенного напитка. Они победили, но путь домой оказался не в книжке Кадзуто (та оказалась справочником по налогам для мигрантов из других миров), а в еще большей темноте. Зато у них теперь были крыша над головой, работа, странный покровитель и маленький Патапим, который спал, свернувшись калачиком в кармане его робы. И тут в углу его зрения, прямо в воздухе, зависло еще одно личное сообщение. Не голубое, а красноватое, с дрожащим шрифтом. ПРЯМОЙ КАНАЛ. ШИФРОВКА От: Пользователь_Курт_Кобейн_Не_Мог. Текст: Ребят, это я, Миша. Если вы тут... то я, кажется, в теле какого-то ебучего берсеркера в черной дыре под названием Ущелье Вечного Плача. Тут херово. И скучно. Выжил пока. Если можете... отзовитесь. Или не можете. Все равно похеру. Кирилл медленно выдохнул. Он отпил эля, горького и теплого. Посмотрел на спящего Рому, на храпящего Барли, на свой кувшин. В уголке рта дернулась улыбка. Они не просто попали в другой мир. Они попали в него всей шарагой. И теперь надо было выжить не только им, но и, судя по всему, всем остальным. Начиналось самое интересное.