Владыка Зла

Глава 123

По мере того как громоподобный голос Фэнь Ваньли оглашал один пункт поздравительного списка за другим, на огромной площади слышались лишь судорожные вздохи изумления. Любая вещь, преподнесенная Сектой Демонической Тюрьмы, будучи случайно явленной в мире культиваторов, могла бы вызвать кровавую бурю и жестокую резню за право обладания ею. Это были редчайшие сокровища, о которых бесчисленные практики не смели даже мечтать. Дыхание присутствующих стало прерывистым. Все были глубоко потрясены богатством и размахом Секты Демонической Тюрьмы. У многих крепло убеждение, что раз Секта Зловещей Инь и Секта Демонической Тюрьмы стоят наравне, значит, ни одна из них не является простой. — Десять духовных камней высшего качества! Когда Фэнь Ваньли закончил зачитывать длинный список даров, даже такие владыки целых ветвей, как Старый Предок Ваньгуй, притихли, словно цикады зимой. Невольно, на подсознательном уровне, у них, как и у Лэй Дуна, мотивация достичь стадии Зарождающейся Души возросла многократно. Однако Тянь Мо от начала и до конца сохраняла ледяное спокойствие. В ее глазах не было ни малейшей ряби, ни тени волнения. Видя это, Фэнь Ваньли проникся к госпоже Тянь Мо еще большим уважением. Она действительно достойна звания Небесного Демона, проложившего свой путь через бесчисленные убийства практиков стадии Золотого Ядра. Перед лицом столь тяжких даров, от которых у самого Фэнь Ваньли кружилась голова, она осталась непоколебимой и невозмутимой. Старейшины Секты Демонической Тюрьмы решились на такие траты по двум причинам. Во-первых, чтобы поздравить Тянь Мо с великой радостью — достижением стадии Зарождающейся Души; подарок не мог быть слишком легким, дабы не потерять лицо. Во-вторых, они, несомненно, хотели продемонстрировать перед героями мира мощь и величие своей секты. Напомнить всем владыкам Злого Пути, что, несмотря на нынешний взлет Секты Зловещей Инь, Секта Демонической Тюрьмы ни в чем ей не уступает. — Ваша секта проявила большое внимание, — ровным тоном произнесла Тянь Мо и небрежным щелчком пальцев отправила в полет сгусток, окутанный красным туманом. — Скромный ответный дар, не обессудьте. Фэнь Ваньли протянул руку, создавая втягивающую силу, чтобы притянуть предмет. Но неожиданно сгусток красного тумана продолжил лететь медленно и плавно, ничуть не поддаваясь его воздействию. От этого и без того смуглое лицо посланника налилось краской. Ему пришлось смиренно ждать, пока предмет неспешно доплывет до него, и лишь тогда он почтительно принял его обеими руками. Когда красный туман рассеялся, могучее тело Фэнь Ваньли внезапно задрожало, а в глазах вспыхнул огненно-красный свет. Он с невероятной скоростью убрал предмет в пространственный браслет, с глухим стуком рухнул на колени и отвесил Тянь Мо несколько глубоких поклонов. Его голос дрожал от волнения и подступающих слез: — Благодарю Почтенную за награду! Великая милость и великая добродетель навеки запечатлены в сердце Ваньли. Если в будущем у Почтенной будут какие-либо поручения, достаточно лишь дать знать — и Ваньли, не нахмурив и брови, пойдет хоть на гору мечей, хоть в море огня. Сейчас сердце Ваньли сгорает от нетерпения, прошу Почтенную простить меня за поспешность. Тянь Мо холодно и отстраненно кивнула. Бум! Тело Фэнь Ваньли превратилось в сгусток яростного темно-красного пламени, которое взмыло в небо, прочертив длинный огненный хвост, и с грохотом устремилось к горизонту. В мгновение ока он исчез из виду. Разумеется, старейшины, управляющие защитной формацией горы во время торжества, дали ему «зеленый свет» ради лица Секты Демонической Тюрьмы. Иначе, каким бы сильным и властным ни был Фэнь Ваньли, на такой скорости он и мечтать не мог бы выбраться целым и невредимым. Разве защитная формация Секты Зловещей Инь — это просто украшение? При виде этой сцены бесчисленное множество людей замерло в гробовой тишине, пораженное до глубины души. Затем по площади прокатился шквал шепотков. Все наперебой обсуждали: что же такое дала Тянь Мо Фэнь Ваньли? Почему, получив эту вещь, он произнес слова, фактически означающие готовность пойти на смерть ради нее? Он даже не остался на банкет! Не только гости, но и Старые Предки различных ветвей Секты Зловещей Инь переглядывались в недоумении. Что же такое достала их главная — Тянь Мо? Что могло заставить знаменитого боевого генерала Секты Демонической Тюрьмы так потерять самообладание? Впрочем, чем бы это ни было, данный инцидент еще больше поднял престиж Секты Зловещей Инь. Старые Предки невольно выпятили грудь колесом. Лэй Дун тоже сгорал от любопытства и тайком передал звуковое сообщение своему наставнику, Старому Предку Ваньгую, с вопросом. Ваньгуй действительно не знал, что это за предмет, и в душе почувствовал неловкость. Однако, вынужденный поддерживать авторитет наставника, он с притворным гневом отчитал ученика: — Нужно больше смотреть и меньше спрашивать, запоминай все сердцем. Ты всего лишь на первом уровне Заложения Основ, тебе бесполезно знать о таких вещах. Лэй Дун покрылся испариной. С его проницательностью он сразу догадался, что наставник попросту сам не в курсе. Выходит, своим вопросом он лишь напросился на неприятности? Это было даже забавно: раньше наставник всегда обстоятельно объяснял ученикам все, что знал сам. А когда знания заканчивались, он просто отмахивался этой фразой. Разумеется, Лэй Дун не обиделся, наоборот, почувствовал, что его учитель стал немного реальнее и человечнее. Он смущенно улыбнулся и больше не задавал вопросов. Хотя в душе у него все еще оставался осадок по отношению к Тянь Мо, нельзя было не признать: сегодня он действительно расширил свой кругозор. Разнообразие личностей и сокровищ было поистине ослепительным. «Наставник Фэнь Ваньли, Император Яростного Огня, вовсе не здоров. Еще несколько десятков лет назад, пытаясь насильно прорваться в Великом Методе Небесного Огня, он впал в одержимость. Можно сказать, он сжег сам себя и по сей день остается запечатанным во льдах на глубине десяти тысяч ли под плато Северного Льда. Секта Демонической Тюрьмы намеренно скрывает это, опасаясь, что враги воспользуются их слабостью. Тот предмет называется Сердце Демона Чистилища. Его можно найти лишь в самых глубоких недрах чистилища, это редчайшая в мире вещь предельного Ян и предельного Демонизма. Если Император Яростного Огня переплавит его, он не только излечится от своего недуга, но и, возможно, достигнет великого успеха в Великом Методе Небесного Огня». В ушах Лэй Дуна прозвучал холодный, но в то же время низкий и слегка хрипловатый голос Тянь Мо. Она неожиданно решила объяснить ему все обстоятельства. Лэй Дун застыл на месте. Зачем она это делает? С ее характером, с чего бы ей вообще что-то объяснять ему? Она хочет помучить его или помочь? Он не знал, что в этот момент в душе Тянь Мо царил хаос. Ей то хотелось одним ударом прикончить этого человека, который вызвал в ее сердце невиданное прежде волнение, то она понимала, что никак не может заставить себя быть жестокой. Услышав, что Лэй Дун проявил интерес к Сердцу Демона Чистилища, она подсознательно, повинуясь порыву, объяснила ему суть. Даже она сама не знала, почему не смогла удержаться от этой передачи звука. Возможно, это был инстинкт, специфический женский инстинкт. А Тянь Мо никогда не привыкла скрывать свои желания. «Если тебе нравятся эти вещи, можешь выбрать что-нибудь. Впрочем, по правилам, большая часть должна уйти в склад секты. Во-первых, ответные дары предоставляются сектой. Во-вторых, столь щедрый подарок сделан не просто ради моего лица. Без учета мощи и влияния всей секты, даров не было бы и десятой части». Тянь Мо, заметив, что за все это время он не сказал ни слова Дин Ваньянь, почувствовала в сердце смутное удовлетворение и какую-то необъяснимую легкость. Видя, что он, кажется, жадно смотрит на сокровища, она решила, что стоит ему что-то дать. Пусть это будет компенсацией за то, что она чуть не убила его тогда. Так Тянь Мо искала оправдание для самой себя. Даст ему вещи? Лэй Дун был в замешательстве. Как такое возможно? Неужели Тянь Мо, после той единственной ночи, действительно прониклась к нему чувствами? Но разница в их силе и статусе была поистине как между небом и землей. Даже если бы они попытались быть вместе, Лэй Дун не видел в этом ничего хорошего. Тянь Мо не только обладала невероятной силой, превосходящей даже его наставника, но и, судя по всему, была крайне властной личностью. Лэй Дун, если бы и искал спутницу, то уж точно не такую доминирующую женщину. Ему больше нравились такие, как старшая сестра — нежные, утонченные, подобные тихому ручью. Конечно, Тянь Мо очень сильна и богата. Достаточно того, что просочится сквозь ее пальцы, чтобы обеспечить ему роскошную культивацию. Возможно, если она не пожалеет средств, то сможет значительно повысить его шансы на создание Золотого Ядра. Но каков будет итог? Он станет ее питомцем? Мужчиной-наложником? Понравился — наградила, не понравился — убила? Какой смысл в Золотом Ядре, полученном как подачка? Да, Лэй Дун страстно желал постичь Великое Дао Золотого Ядра, мечтал об этом даже во сне. Будь на ее месте кто-то другой, кто предложил бы огромные ресурсы, ради долголетия и силы он, возможно, сдался бы и пошел на компромисс. Но Тянь Мо... Эта женщина своим несравненным, соблазнительным телом и жестоким, ледяным безразличием оставила в его сердце шрам, который невозможно стереть. По отношению к ней у Лэй Дуна возник своего рода внутренний демон, от которого он не мог избавиться. Он поклялся, что при жизни непременно превзойдет ее в силе и заставит испытать, каково это — быть подавленным чужой мощью. Более того, если он примет ее подачку, то не только полностью потеряет достоинство и будет вынужден жить, пресмыкаясь, но и куда он тогда денет свои чувства к глубоко преданной ему старшей сестре? Куда денет свою гордость? Он — достойный мужчина, в его позвоночнике есть стержень гордости. Унижаться перед женщиной ради выживания? Как он может это стерпеть? В этот момент Лэй Дун совершенно забыл, что перед Старыми Предками и прочими он не раз склонял голову, и тогда о гордости речь не шла. Но именно перед Тянь Мо он инстинктивно не желал даже кланяться в знак поздравления. Возможно, он и сам не осознавал, что в его сердце к Тянь Мо было совершенно особое чувство. — Благодарю, не нужно, — Лэй Дун не стал передавать звук, а лишь едва слышно, словно бормоча про себя, произнес эти несколько слов. Голос его был тихим, но холодным и решительным. Если бы он ответил Тянь Мо через передачу звука, это не укрылось бы от других. Поэтому лучше было сделать вид, что говоришь сам с собой. Дин Ваньянь и Старый Предок Ваньгуй услышали это и удивились. Они только собрались спросить, в чем дело, как в небе появилась еще одна вспышка. Потрясающая радуга рассекла небосвод и устремилась прямо к главной трибуне. Аура была мощной и острой, словно обнаженный меч, пронзающий облака. — Юэ Синлоу с Горы Благородного Нефрита от имени наставника прибыл поздравить Тянь Мо с достижением Зарождающейся Души! Бесподобная в под небесами, пусть твоя жизнь будет равна небесам! Голос, подобный взрывной волне, едва не разорвал барабанные перепонки, и сердца героев, наблюдавших за церемонией, дрогнули. Гора Благородного Нефрита — одна из восьми великих сект, но их путь кардинально отличается от пути Секты Зловещей Инь, они враги. Можно сказать, смертельные враги. Этот человек пришел поздравить или искать неприятностей? — Наглый юнец! Раздался старческий голос из пустоты, готовый активировать защитную формацию и уничтожить наглеца. — Пусть войдет, — прозвучал холодный, низкий и слегка хрипловатый голос Тянь Мо.