Последний свет Хоукинса 5

      Подъехав к ферме МакКорклов, мы вышли из машины. Воздух здесь был другим — тяжёлым, прелым, пахнущим сухой травой. Ферма выглядела зловеще, словно сошла с обложки дешёвого хоррора. Старый, покосившийся дом с тёмными пустыми окнами, скрипучие, ржавые ворота, которые качались под порывами ветра, и тишина. Не та уютная деревенская тишина, а гнетущая, давящая, нарушаемая лишь гулким завыванием ветра.       Я бросила взгляд на Майка. Он шёл рядом с Лукасом, но был совершенно один в своём мире. Он был загадочным, погружённым в себя, его лицо было непроницаемой маской, за которой я не могла прочитать ничего. Уиллер шёл с прямой спиной, как солдат, но в его глазах не было боевого задора, только какая-то странная, тихая решимость.       Рядом с фермой, словно серый спящий зверь, стояла фура Мюррея, а рядом с ней — наш синий фургон. Из развалюхи, запыхавшись и роняя на землю какие-то гайки, выгружал вещи Стив. Он уже успел вытащить кожаное кресло, несколько ящиков с инструментами и моток проводов, которые напоминали кишки вывернутого наизнанку зверя. Лукас с Майком, не говоря ни слова, направились к большому амбару, чтобы осмотреться изнутри, их фигуры скоро растворились в тёмном проёме. Дастин стоял рядом с фургоном, скрестив руки на груди, и с умным, критическим видом наблюдал за Стивом, словно инспектор, проверяющий работу неумелого ученика. — Что ты делаешь? — спросила я, подходя к Стиву и глядя на хаос, который он творил. — Ну надо же куда-то Тёрнбоу положить, чтобы довезти сюда, — выдохнул он, вытирая тыльной стороной ладони пот со лба. На его щеке осталась чёрная полоса от чего-то маслянистого.       Я усмехнулась, глядя, как он пытается протащить громоздкую тумбочку к выходу из фургона. Он был таким серьёзным, таким сосредоточенным, что это было даже мило. — Точно, — кивнула я. — Я совсем забыла. — Этот фургон, — вдруг заявил Дастин, подойдя ближе, — заглохнет как паровоз. Без серьёзного тюнинга ему не догнать демогоргона, даже если тот будет хромать на трёх ногах.       Стив, игнорируя его, пыхтя залез в фургон и взял в руки шуруповёрт. Он начал откручивать стол, на котором стояла громоздкая радиопередающая аппаратура. — А по-твоему, чем я занимаюсь? — спросил он, не отрываясь от дела.       Я вскинула бровь, опять не понимая его логики. — Чем легче фургон, тем он быстрее, — объяснил Стив, выкручивая последний винт и с грохотом бросая его в ящик. — И вообще, нам половина этого хлама не нужна. — Он положил шуруповёрт на пол и посмотрел на меня. Его глаза блестели от пота и азарта. — Чарли, можешь слить стеклоомыватель? Бак тоже весит. — Э-э-э, — протянула я, не уверенная, что услышала правильно. — Стеклоомыватель? — восхитился Дастин. — Мощный ход, молодец, Стивен! Следующим шагом посоветуешь снять руль? — Отвали, Хендерсон, — буркнул Стив.       Но Дастин уже не слушал. Его глаза загорелись новой идеей. Он хихикая, схватил шуруповёрт и какое-то большое сверло и начал его накручивать. — А это зачем? — спросила я, чувствуя неладное.       Дастин не ответил. Он с важным видом, словно хирург, идущий на сложную операцию, пошёл к машине Стива.       Стив, который как раз тёр руки о джинсы, смотрел на меня с полным недоумением. — Куда этот гадёныш несёт мой шуруповёрт? Мне он ещё нужен! — крикнул он, но я лишь пожала плечами.       Я просто смотрела. Дастин, не церемонясь, залез на блестящий капот БМВ. Мой рот открылся от шока. О нет, — пронеслось у меня в голове. Сейчас Стив будет в бешенстве. Он любит эту машину больше, чем себя. Парень скорее даст отрезать себе руку, чем позволит поцарапать её.       Стив в панике заметил моё лицо и начал вылезать из фургона, но было поздно. Дастин уже перебрался на крышу, легко и грациозно, как кошка. Стив смотрел на него, его лицо медленно краснело, переходя от недоумения к ярости. — Какого чёрта ты делаешь, Хендерсон?! — крикнул он, его голос сорвался.       Дастин лишь улыбнулся, широко и самодовольно, словно фокусник, вот-вот достающий кролика из шляпы. — Ты прав, Стив, — сказал он, вертя в руках шуруповёрт. — На самом деле нам нужен лишь телеметрический трекер. И его можно прикрепить к любой машине.       Он серьёзно? — подумала я в ужасе. Он хочет просверлить крышу БМВ, чтобы поставить антенну? Он сошёл с ума?       Стив замотал головой, словно пытаясь стряхнуть с себя этот кошмар. — Дастин, не смей! — взмолился он, его голос был почти плачущим.       Дастин улыбнулся ещё шире и кивнул. — Дастин, не вздумай! — взревел Стив, переходя на крик, и его голос разнёсся по всей ферме.       Дастин лишь рассмеялся и, прижав сверло к безупречной крыше машины, нажал на курок. Раздался оглушительный, скрежещущий звук, похожий на крик раненого животного. — КАКОГО ХРЕНА ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! — орал Стив, бегая вокруг машины и не зная, что делать. Он схватился руками за голову, словно ему стало дурно, и, не говоря ни слова, ушёл в сторону амбара, шатаясь, как пьяный.       Я посмотрела на Дастина. Он пожал плечами, всё так же улыбаясь своей обезьяньей улыбкой, и продолжил сверлить. Я вздохнула, чувствуя, как внутри нарастает смешанное чувство паники за машину парня и восхищения наглостью Дастина, и пошла за Стивом.       Я нашла его у амбара, где он уже разговаривал с Мюрреем, Нэнси и Джонатаном. Они стояли вокруг старого деревянного стола, на котором лежал разобранный дробовик. — …и я проверила, — говорила Нэнси, видя меня. — Патрон можно модифицировать. Вставить в него чип. Если мы попадём в демогоргона, трекер застрянет у него под кожей. — Это гениально, — кивнул Джонатан.       Я посмотрела на Стива. Он всё ещё был бледен, его взгляд был устремлён в сторону, где орудовал Дастин. Он даже не заметил, что я подошла. Я коснулась его руки, и он вздрогнул, обернувшись. В его глазах была боль, словно Дастин просверлил не машину, а его.       В этот момент к нам подошла Джойс. На её лице было написано беспокойство, которое я видела не раз. — Ребята, — сказала она, и её голос дрожал. — Уилла и Робин давно нет. Они должны были уже вернуться со снотворным.       Моё сердце ухнуло вниз. Неужели что-то случилось? Мысль о том, что Робин могла попасть в полицию, а Уилл — в припадок где-то на дороге, заставила меня похолодеть.       Но тут из-за угла вышли Майк и Лукас. Майк был всё таким же задумчивым и загадочным, его шаг был размеренным, но в нём не было прежней энергии. — Они уехали, — сказал Лукас, переводя дух. — Робин сказала, что встретится с Эрикой и передаст ей «ингредиент для пирога». Они скоро вернутся.       Я выдохнула с облегчением, которое было почти физически ощутимым. Всё шло по плану. Эрика получит снотворное, отнесёт пирог к Тёрнбоу, мы вытащим семью, подставим монстра, и по трекеру найдём Векну. Всё должно сработать. Никаких проблем. Всё пройдёт удачно.       Я посмотрела на Майка. Он смотрел на темнеющее небо, и в его глазах не было ни радости, ни страха. Только странная, тихая решимость. И я вдруг поняла, что самой большой проблемой в этом безумном плане будет не монстр и не семья риелторов. А то, что будет потом. Когда всё закончится. Когда дым развеется, и мы останемся одни с нашими шрамами, с нашими тайнами и с тем, что мы сделали, чтобы выжить. И особенно с тем, что мы будем делать с тем, что узнали друг о друге.       Мы попрощались с Мюрреем, все остальные пошли за ним, а мы со Стивом остались в амбаре вдвоём.       Парень, видимо, тоже думал о чём-то своем. Он подошёл ко мне, его лицо всё ещё было напряжённым. — Ты… ты не думаешь, что я слишком ору? — тихо спросил он, кивая в сторону Дастина, который уже закончив своё чёрное дело, теперь горделиво прикручивал антенну. — Из-за машины?       Я усмехнулась и провела пальцем по его руке, пытаясь успокоить его. — Стив, я видела, как ты смотрел на него, когда он сверлил твою крышу, — сказала я мягко. — Если бы ты был в бешенстве, он бы уже летал к облакам. Ты просто… очень сильно переживаешь за свою игрушку.       Он слабо улыбнулся, и я увидела, как напряжение спадает с его плеч. — Это не игрушка, — пробормотал он, но в его голосе уже не было прежней злости. — Я знаю, — кивнула я. — Я знаю. Но Дастин прав. Нам нужна скорость. И… тебе всё равно придется её перекрасить.       Он посмотрел на машину, потом на меня, и рассмеялся — тихо, но искренне. — Ты ужасная, — сказал он, но в его голосе слышалась нежность. — А ты только сейчас это понял? — ответила я, и на мгновение весь кошмар вокруг исчез. Остались только мы, его смех и обещание того, что после всего этого у нас будет время. Время на перекрашивание машин и на что-то ещё. Что-то настоящее.

***

      В девять часов вечера мы сидели в машине Стива. Он был за рулём, его пальцы нервно постукивали по ободу. Я сидела сзади, зажатая между его сиденьем и сиденьем Дастина. Слева от меня сидел Джонатан, справа — Нэнси. Сверху в потолке было прикручено колесо, а на машине сверху торчала огромная, нелепая антенна, снятая с фургона. Дастин смотрел в бинокль на дом Тёрнбоу. — Она в доме, — сказал Дастин, не отрываясь от окуляров. — Я вижу её силуэт в окне гостиной. Эрика внутри.       Ну всё, Эрика пошла к Тёрнбоу с пирогом. Началось. — Она в доме, — повторил Стив в рацию. — Лукас, приём, — выхватила я у него из рук рацию. — Да, слушаю, приём, — тут же отозвался голос Лукаса из динамика.       Я мысленно представила себе фургон, стоявший чуть дальше, в тени старого дуба. Внутри, в полумраке, сидели Джойс, Уилл, Робин, Майк и Лукас. Наша группа поддержки и тыл. — Лукас, ты же говорил, у них злобная семейка, — сказала я в рацию. — Ну, Эрика говорила, что Тина ест щенков на завтрак, — ответил Лукас совершенно серьёзным голосом.       Нэнси рядом со мной тихо хмыкнула. — Мда, — выдохнула я.       Мы замолчали. Снова началась игра в ожидание. Тянулась она мучительно долго. Минуты казались часами. Свет в доме Тёрнбоу горел во всех окнах. — Как долго мы будем ждать, пока они уснут? — не выдержал Джонатан, глядя на дом. — Смотря, сколько пирога съедят, — сказала я, откинувшись на спинку сиденья. — Какая дозировка, какая у них масса тела, ели ли они до этого, пили алкоголь или нет… вариантов куча.       Даже в темноте я почувствовала, как Джонатан и Нэнси повернули головы в мою сторону. — Откуда ты всё это знаешь? — спросила Нэнси. — А, — тут встрял Дастин, отрываясь от бинокля и оборачиваясь к нам. — Мистер Кларк мне все уши прожужжал на уроках химии. Сказал, что Чарли — лучшая его ученица за последние десять лет.       Я почувствовала, как щёки заливает краска. — Ну ты зато лучший по физике, — огрызнулась я, пытаясь сменить тему. — И хорошо, что я уже выпустилась. А то мистер Кларк про тебя бы уши прожужжал, Дастин. Наверное, до сих пор бы вспоминал твой проект с вулканической бомбой.       Дастин удовлетворённо хмыкнул и снова уставился в бинокль, довольный тем, что его гениальность тоже была отмечена. — А что будем делать, когда Тёрнбоу очнутся, а у них дом разворочен? — вдруг спросил Джонатан, глядя в тёмный силуэт дома. — Это будет немного странно, если мы их потом обратно привезём, а у них в гостиной пол проломлен. — Мы скажем им правду, — сказал Стив, не отрываясь от дороги. — Что в дом вломились грабители. Мы их нашли, привели в чувство, а они уже успели всё испортить. — И они в это поверят? — усомнилась Нэнси. — После дозы бензодиазепинов, которую им подсунула Эрика, они поверят во что угодно, — хмыкнула я. — Особенно если мы добавим в историю пару деталей про маски и крики.       Дастин удовлетворённо кивнул и снова уставился в бинокль. Прошло ещё минут пятнадцать тягучей, липкой тишины. — Эрика выходит! — резко сказал Дастин. — Одна. Идёт к машине. План сработал.       Я тут же дала сигнал фургону по рации, и тот тихо, без фар, подъехал к гаражу Тёрнбоу, развернувшись багажником к воротам. Мы вышли из машины и двинулись к гаражу. Дверь была не заперта. Мы проследовали в дом, и наш путь лежал в столовую.       Картина была сюрреалистичной. Четыре фигуры — мама, папа, Тина и Дерек — сидели за столом. Только не сидели, а лежали. Их головы были склонены к тарелкам, в которых остались недоеденные куски пирога. Они дышали ровно и глубоко, словно спящие младенцы в своих кроватках. — Ладно, парни, — скомандовал Стив. — Выносим. Аккуратно.       Парни — Стив, Джонатан, Майк, Лукас, Уилл и Дастин — принялись за дело. Они подхватили спящих членов семьи Тёрнбоу и один за другим вынесли их в фургон. Джойс, Уилл, Робин и Эрика уже ждали их. Когда все тела были погружены, фургон тихо тронулся и скрылся в темноте, направляясь к ферме.       Теперь дом был наш.       Мы задёрнули все шторы плотными портьерами. Началась подготовка ко встрече с гостем.       План был безумным, но мог сработать. Демогоргон должен был прийти в спальню Дерека. Он найдёт под одеялом не мальчика, а манекен, который мы успели привезти с собой. Лукас будет стоять у двери и начнёт кидать в монстра шары с ацетоном. Разъярённый зверь бросится за ним, но зацепится за натянутую леску и на него сверху упадёт доска с торчащими гвоздями. Это должно будет его разозлить. Он помчится за Синклером, который направится в гостинную. Там Лукас побежит к ковру, под которым мы вырежем ловушку в полу. Когда демогоргон наступит на него, он провалится вниз, где его будет ждать колючая проволока. В этот момент Нэнси из укрытия выстрелит из дробовика модифицированным патроном с чипом. А Джонатан кинет в монстра коктейль Молотова. И мы с Дастином и Стивом, сидя в машине, отследим, куда побежит раненый монстр.       Я помогала Лукасу и Майку на кухне. Мы стояли в резиновых перчатках, наполняя воздушные шары с рисунком гранат жидким ацетоном. Вонь стояла ужасная, но работать нужно было быстро. — Смотри, не урони, — говорил Лукас, держа канистру. — Если эта штука лопнет, мы вместе с демогоргоном отправимся на тот свет. — Не волнуйся, я аккуратная, — ответила я, осторожно завязывая шарик.       Майк молча стоял рядом и передавал мне шары. Он был серьёзен, сосредоточен, но в его глазах всё ещё читалась та самая далёкая задумчивость. — Эй, генерал, — толкнула я его локтем. — Не грусти. Мы же почти у цели. Ты же придумал гениальный план.       Он слабо улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. — Просто хочу, чтобы всё это уже закончилось, — тихо сказал он. — Мы все хотим, — кивнула я, и на мгновение мы замолчали, понимая друг друга без слов.       Потом мы услышали рёв бензопилы. Стив вырезал в полу гостиной аккуратный прямоугольник. Стружка летела во все стороны. Когда он закончил, мы все принялись степлерами прижимать края ковра к доскам вокруг дыры, чтобы идеально замаскировать ловушку.       Когда всё было готово, я, Дастин и Стив вышли из дома, оставив остальных в засаде. Мы сели в изуродованную БМВ. Стив завёл двигатель, и тот утешающе заурчал.       Он посмотрел на меня, и в его глазах я увидела отражение своего собственного страха и решимости. — Ну что, партнёр? — спросил он, кивая на колесо на крыше. — Готова охотиться на монстров? — Я родилась для этого, — ответила я.       И мы замолчали, вглядываясь в тёмный, тихий дом, который сейчас был самой опасной ловушкой во всём Хоукинсе. Ждали. Ждали, пока в Изнанке кто-то не почувствует, что его добыча — обман. И не придёт за ней по душу.

***

      Я крепче сжала рацию в руке, её холодный пластик впивался в ладонь. Пульс стучал в ушах, заглушая ночной шелест. Внутри БМВ пахло мятой, страхом и одеколоном Стива.       Стив за рулём был похож на изваяние, его мышцы на руках, сжимавших руль, были напряжены до предела. Дастин рядом с ним дышал прерывисто, его глаза, прикованные к биноклю, не моргали. Я чувствовала их напряжение, как своё собственное. Это была наша игра. Наша безумная, отчаянная игра. — У нас гости, — выдохнул Дастин, и его голос прозвучал так громко в тишине, что я вздрогнула. — Движется на юг по Арлингтон. Ждите через тридцать секунд.       Мои пальцы сами собой нашли кнопку передачи. Я нажала её, стараясь, чтобы голос не дрожал. — На юг по Арлингтон через тридцать секунд. Проверка. Снайперы?       В динамике тут же раздался спокойный, стальной голос Нэнси: — На месте, готовы. Метатель? — Готов, — отозвался Лукас, и я представила его, стоящего у двери спальни, со свёртком ацетоновых шаров в руках. — Ловец? — Готов, — голос Майка был тихим, но твёрдым. — Следопыты?       Я глянула на Дастин и Стива. Они молча кивнули. — Готовы. — сказала я.       Парни пристегнули ремни. Я покрепче ухватилась за спинку сиденья Стива, ногти впивались в кожу.       И тут всё началось.       Уличные фонари рядом с домом Тёрнбоу вздрогнули и начали бешено мерцать, словно их били током. Свет то вспыхивал ослепительно-белым, то гас, погружая улицу в первобытную тьму. Внутри меня что-то перелилось, будто из желудка в горло поднялся ледяной ком. Это не было просто электричеством. Это было дыхание другого мира. Воздух стал густым, тяжёлым, он звенел от неслышимой частоты. Я чувствовала, как вибрируют стёкла машины, как дрожит сиденье подо мной. Вся реальность трещала по швам, и мы находились прямо на линии разлома. — Он в доме, — прошептал Дастин, не отрываясь от бинокля, и его слова были окончательным приговором. — Тишина в эфире. — Он внутри. Рот на замок, — передала я по рации и отложила её.       Слова казались бессмысленными. Я повернулась к дому. В окне спальни Дерека, на втором этаже, я увидела его. Тёмный, неестественно высокий силуэт, искажённый светом мерцающей лампы. Он стоял над манекеном, и я поняла, что он чувствует обман. Вся моя храбрость испарилась, оставив после себя лишь ледяной ужас. Лукас. Лукас был приманкой. Моей первой мыслью было: «Он не справится. Он умрёт». Но тут же другая, яростная, заглушила первую: «Он справится. Он должен». — Он пойдёт на приманку? — спросил Стив, его голос был хриплым от напряжения. — Он должен, — выдохнула я, не отрывая взгляда от дома. — План должен сработать.       Дастин натянул на голову большие наушники, его глаза были закрыты, он сосредоточенно слушал что-то в эфире. — Он ушёл! Ушёл в Изнанку! — взорвался в рации отчаянный крик Майка.       В тот же миг свет в доме Тёрнбоу перестал мерцать. Фонари на улице вернулись к своему обычному, унылому свечению. Тишина стала оглушительной.       Дастин покрутил большое колесо антенны над головой. — Есть сигнал! Движется на нас! — Что? — вырвалось у меня. Паника сжала горло ледяной хваткой.       Стив стукнул Дастина по плечу. — Далеко он?       Дастин молчал, его лицо было мрачным. Я взглянула на маленький декодер, лежавший у него на коленях. Цифры на дисплее неумолимо росли. 83 децибела. Моей химии хватало, чтобы понять: это не просто шум. Это биологическая активность. Жизнь. И она была близко.       Стив снова стукнул его. — Говорю, он далеко?       На декодере вспыхнула цифра 90. И тут же приборная панель БМВ безумно замигала, фары начали мигать, как сумасшедшие. Двигатель чихнул и заглох. — Чёрт… — выдохнул Дастин.       Меня пронзил животный ужас. Мы были в ловушке. Мёртвая машина. Темнота. И оно близко.       Резкий удар по двери справа заставил меня подпрыгнуть. Это была Нэнси. Она втискивалась в салон, её глаза были дикими. Через секунду слева ввалился Джонатан, захлопнув дверь. — Где он? — выдохнула Нэнси. — Не гоните коней! — взвыл Дастин, лихорадочно крутя колесо. — Курс на северо-запад, быстро!       Стив повернул ключ зажигания. Мотор только жалобно щёлкнул. — Да ладно! — в отчаянии крикнул он.       Я схватила рацию. — Демогоргон помечен, уходит! Следопыты начинают погоню!       Стив пытался завести машину снова и снова. Моё сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. — Повторяю, начинаем погоню! — Газу! — орал Дастин.       И вдруг, с рёвом, двигатель ожил. Стив резко газанул, и нас швырнуло назад. Слава богу. Слава богу, машина завелась. Теперь нужно было лишь догнать этого ублюдка.       Мы неслись по тёмным улицам. Дастин, прижавшись к приборам, командовал: — Сигнал стабилен! Держи темп! Так, поворачивай направо! — Направо? — переспросил Стив. — Направо сейчас!       Стив свернул, не сбавляя скорости, и мы с грохотом врезались в деревянный забор, пролетели чей-то двор, пробив второй забор, и вылетели в другой двор. — Простите! — крикнул Стив.       Господи, только бы это поскорее закончилось. — Мы сейчас разобьёмся! — кричал Дастин. — Верно подмечено! — отозвался Стив. — Господи! — стонал Джонатан.       Я вжалась в сиденье, чувствуя, как Нэнси и Джонатан давят на меня с обеих сторон. Мир за окном превратился в размытое пятно из тёмных силуэтов и вспышек света. Я не думала. Я просто чувствовала. Грохот. Вибрацию. Страх. И странное, извращённое чувство азарта. — Стоп! Тормози срочно! — взревел Дастин.       Стив вдавил педаль тормоза в пол. Шины заскрипели. — Чёрт, Хендерсон, ну чего ещё? — Мы потеряли сигнал! — голос Дастина был полон отчаяния. Он снова лихорадочно крутил колесо. — Сейчас… нашёл! Он движется на юго-восток! — Вот гадство! — вырвалось у меня.       Стив резко выжал газ, разворачивая машину на 180 градусов. — Чёрт! — крикнул Дастин. — Держитесь!       Мы помчались обратно, выехав на знакомую дорогу. Я посмотрела в окно на проносящиеся мимо деревья. — Тварь движется на юго-восток,— передала я по рации, и мой голос прозвучал чужим, механическим.       Мы мчались по тёмному шоссе, и знакомые силуэты деревьев и домов проносились мимо, сливаясь в одну сплошную чёрную полосу. Внутри меня нарастало странное чувство дежавю. Мне казалось, что я уже проезжала этот изгиб, что вот-вот слева покажется старый покосившийся почтовый ящик. — Вам не кажется, что мы сегодня тут уже ехали? — спросила я, не в силах побороть это наваждение.       Нэнси резко повернула голову ко мне, её глаза в свете мерцающих уличных фонарей были огромными. — Ты же не хочешь сказать, что мы едем на… — начала она, но не договорила.       Джонатан закончил за неё, его голос был тихим, полным ужаса. — Чёрт. На ферму.       Моё сердце пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой. Ферма. Ферма МакКорклов. Там, где всё началось. Там, где мы оставили спящих Тёрнбоу. А теперь они были приманкой. Там где был Уилл. И мы вели монстра прямо к ним. Стив, казалось, не слышал нас. Он только сильнее нажал на газ. БМВ выла, протестовала, но послушно неслась вперёд. Мы подлетали к амбару, и я уже видела его тёмный, зловещий силуэт на фоне звёздного неба. И тут из дверей амбара, медленно, неестественно, пятясь, вышел он. Демогоргон. Он был огромен, его цветок-рот приоткрылся, обнажая ряды игл. Он смотрел на нас и в этом взгляде не было ничего, кроме древней, голой ярости. — Стив! — закричала я, но он уже видел.       Он не свернул. Он только сильнее вжался в руль. Мы врезались в него с глухим, влажным, трескающимся звуком. Меня швырнуло вперёд. Через лобовое стекло я видела, как огромное тело взлетает в воздух, переворачивается и с глухим стуком падает позади нас. Стив проехал ещё несколько десятков метров и резко затормозил. Дастин, тяжело дыша, посмотрел в заднее стекло. — Да мы его ушатали! Выкуси!       Стив развернул машину и остановился. Двигатель работал ровно, но в салоне была такая тишина, что слышно было, как у каждого из нас колотится сердце.                   Демогоргон стоял на дороге, метрах в пятидесяти от нас. Он не ранился. Он был зол. Он смотрел на нас, и в его взгляде читалось обещание медленной и мучительной смерти. А затем он развернулся и побежал. Не от нас, а к высокому силосу, что стоял в конце поля. Он добежал до него, замер на мгновение, а потом своими когтями-лапами вздыбил воздух перед собой. Пространство разорвалось, словно старая ткань. Из разрыва хлынул багровый, пульсирующий свет. Врата. В Изнанку. — Он в Изнанке! Несётся на нас! — заорал Дастин. — Стив, разворачивайся! — крикнул Джонатан, тыча ему в плечо.       Но Стив смотрел на сужающийся разрыв в реальности. И на его лице была не паника. Улыбка. — Врата ведь как шоколадный батончик? — спросил он, и в его голосе были такие безумные нотки, что у меня кровь застыла в жилах.       Я недоумевающе посмотрела на него. Дастин отрицательно замотал головой, его глаза расширились от шока. — Что?! — взвизгнула Нэнси. — Ну, — начал Стив, поворачиваясь к нам, — снаружи они жёсткие и хрустящие, а если откусить — внутри тягучая нуга. — Чувак, что ты несёшь? — почти прошептал Джонатан. — Ты хочешь в Изнанку? — спросила я, не веря своим ушам. — Да, — ответил Стив с абсолютной уверенностью. — Если разогнаться, бэха может пробить дыру. Попробуем отследить демогоргона прямо в Изнанке. Добить до самого логова. — Теряем сигнал! — крикнул Дастин, глядя на декодер.       И в этот момент я поняла. Это было безумно. Это было самоубийственно. Но это был гениальный план. Если бы мы были в других обстоятельствах, я бы расцеловала этого идиота, который был моим парнем. — Да мы тупо разобьёмся! — взревел Джонатан. — Нет, если там нуга! — парировал Стив. — Сигнал! — крикнул Дастин. — Едь, Стив! — крикнула я, и это был крик чистого, незамутнённого азарта.       Стив резко вжал педаль газа в пол. Мы сорвались с места. Впереди, в конце поля, багровые врата уже медленно срастались, становясь всё меньше и меньше. Я вжалась в сиденье. С одной стороны меня прижала Нэнси, с другой — Джонатан. Мы стали единой, целой, живой торпедой, нацеленной в самое горло безумия.       Я закрыла глаза. Это будет глупая смерть, подумала я. Но какой же крутой финал.       Дастин орал на всё горло: — Боже, боже, боже! — Господи, помоги! — стонал Джонатан. — Спокуха! — хохотал Стив. — Не выйдет! Не получится! Это не нуга! Стой! — кричал Дастин, его голос смешался с воем ветра. — Не гони так! Господи, боже! — вопил Джонатан.       Я открыла глаза. Врата были прямо перед нами. Они были уже размером с дверной проём. Красная плоть пульсировала, втягиваясь в себя. — Мы разобьёмся! — взвизгнула я.       Но в этот момент я посмотрела на Стива. На его сосредоточенное лицо, на его руки, крепко сжимавшие руль. И я поняла, что я ему доверяю. Безоговорочно. — Держитесь! — рявкнул он.       Мы врезались в врата. Это было не похоже на удар. Это было похоже на погружение. Машину трясло со всех сторон, словно она была в гигантской пасти жевательной резинки. Слышался скрежет рвущегося металла. Что-то с грохотом отлетело — зеркала. А потом всё прекратилось. Тряска исчезла. Мы поехали по ровной, но странной дороге. Я посмотрела в окно и захохотала.       Вокруг нас простирался мир из пульсирующих, переплетающихся корней. Воздух был густым и сладковатым. Мы были в Изнанке. И мы были живы. Стив засмеялся — громко, победно, почти истерично. Я засмеялась вместе с ним. Нэнси, Джонатан, Дастин — все смеялись. Это был смех людей, заглянувших в преисподнюю и выживших.       Внутри меня бурлил коктейль из адреналина, облегчения и чистого, неукротимого восторга. Я была жива. Мы были живы. И мы гнались за монстром в его собственном мире. — Сигнал? — спросила Нэнси, вытирая слёзы смеха.       Дастин, всё ещё смеясь, посмотрел на декодер. — Стабильный! — крикнул он. — Боже мой… — прошептал Джонатан, глядя в окно на этот кошмарный пейзаж. — Ты не уйдёшь от нас, тварина! — прокричал Дастин в окно, сжимая кулак. — Не уйдёшь!       Я смотрела на этих ребят — на Стива, который повёл нас в ад и вытащил оттуда победно, на Дастина, который превратил школьные знания в оружие, на Джонатана и Нэнси, которые были скалой, на которую мы все опирались. В этот момент, в этом странном, кошмарном мире, мы были не просто группой испуганных подростков. Мы были семьёй. Бандой. И мы были на войне.       Мир за окном был живым и мёртвым одновременно. Небо пульсировало багровыми и индиго венами, словно мы ехали по артериям гигантского существа. Вокруг не было ни звука, кроме рёва нашего двигателя и шелеста шин по странной, упругой почве Изнанки. Эта тишина давила, она была плотнее, чем любой крик.