Контент

— Я должен, — поднимая заплаканные глаза в камеру, — должен ответить, — издавая истеричный смешок, — мне Чонгук звонит.       Тэхён шмыгнул носом, протяжно выдыхая и выключая трансляцию. Пальцы дрожали, когда он пытался провести по экрану мокрой подушечкой, принимая входящий вызов. — Тэхёёён…       Голос альфы был пропитан сожалением. Если бы он только знал, что затеял омега… Те несколько минут, пока он сидел дома и смотрел трансляцию, его разрывало от боли. Тэхён не должен был проходить через всё это. По крайней мере, не в одиночку. Ох, если бы он только знал, приехал бы к омеге ещё вчера, а не прятался в собственной квартире, страшась встречи с ним. — Чонгук… — голос сорвался сразу. Тэхён прижал телефон к уху, будто боялся, что связь пропадёт.       Альфа слышал, как ему тяжело, каждый вздох Тэхёна казался оглушительно громким. — Ты не должен был, — прохрипел он. — Зачем ты это сделал? — Я не знал, как иначе, — выдавил Тэхён. — Ты не отвечал… Чимин сказал, что ты видел эфир.       Он не мог объяснить. Не мог передать словами ту мучительную смесь беспомощности и отчаяния, которая терзала его изнутри. Единственным выходом казалось признание. Исповедь перед всем миром. — Я так скучаю, Гук, — переходя на шёпот, почти задыхаясь от этих слов. — Открой дверь. — А? — Тэхён, открой мне дверь.       Ещё пару секунд понадобилось на осознание того, что он услышал. Значит ли это, что Чонгук здесь? Или он просто прислал курьера, чтоб передать ему что-то? Тэхён оторвал телефон от уха и взглянул на экран, убеждаясь, что звонок ещё не завершён. Сердце бешено заколотилось, отдаваясь стуком в висках. Неужели Чонгук и правда мог быть здесь? Судорожно сглотнув, он прохрипел в трубку: — Ты… ты здесь? — Просто открой дверь, Тэхён. Пожалуйста.       Он не помнил, как дошёл до двери. Это просто не может быть правдой. Чонгук не может вот так просто разговаривать с ним, находясь всего в паре метров. Однако стоило открыть дверь, как альфа шагнул вглубь квартиры, отнимая телефон от уха и раскрывая свои объятия. — Ну не плачь, — стирая солёные дорожки, — всё будет хорошо, мы справимся.       Тэхён кивнул, всхлипывая. Если Чонгук простит, если останется с ним, то следующие дни не будут так ужасны. — Ты похудел, — тихо сказал он.       Тэхён фыркнул сквозь слёзы. Нашёл, что сказать! — А ты всё ещё замечаешь такие вещи. — Я всегда замечал, — просто ответил Чонгук.       Тэхён стоял, прижимая голову к груди альфы и боясь отступить. Как будто, как только он потеряет контакт, Чонгук больше не захочет его обнимать. — Я думал, ты ненавидишь меня, — глухо. — Нет, — сразу. — Я злился. На себя.       Тэхён удивился, отпрянув и поднимая голову. Это же он тут злодей. Если на кого Чонгук и должен злиться, то на него. — За что? — всё ещё не понимая. — За то, что смирился и ушёл молча.       Тэхён глубоко вздохнул, впервые за долгое время чувствуя, что тревога немного отступает. — Твой телефон без конца вибрирует, — больше не пытаясь игнорировать это неудобство. — О, да, — усмехаясь, — зря я написал в чат во время твоей трансляции.       Тэхён поднял голову, морща лоб и не понимая при чём здесь его трансляция. — Ты не представляешь, как много человек уже написали мне, что я бесчеловечный, раз довёл своего омегу до такого состояния. — Прям так и пишут? — искренне удивляясь. — Прости, я не хотел, чтоб так вышло. — Я сам виноват, — улыбаясь, — подставился. Зато теперь и я популярный.       Тэхён не смог сдержать тихий смешок сквозь слёзы. — Ты правда не злишься? — Правда. В конце концов, кто ещё может похвастаться таким количеством подписчиков на абсолютно пустой странице, — усмехаясь. — Как будто тебе до этого есть дело. — Если это важно для тебя, то и для меня тоже. — Я собирался сразу удалить свой блог, — мелко кивая в подтверждение, — не хочу читать комментарии. Наверняка все подписчики в бешенстве. — Не все, — мягко сжимая его плечо. — Да, часть людей уйдёт. Большинство. Но останутся те, кто поймут тебя. — Ты правда так думаешь? — голос Тэхёна дрожал. — Абсолютно, — уверенно сказал альфа. — Людям важна честность, и ты дал им её сполна, — немного сомневаясь, — и мне тоже. Но я хочу услышать ещё раз, — изо всех сил подавляя улыбку. — Гук, прости меня. Я был таким эгоистичным…       Чонгук театрально закатил глаза. Это же совсем не то! — Айщ, — прерывая омегу, — не эту часть!       Тэхён бегло облизал губы и кивнул, как будто что-то понял, хотя на деле не представлял, что от него ждут. И какую бы драматическую паузу он ни выдерживал, так и не понял, каких слов ждёт альфа. — Прости, я не понимаю, — виновато поджимая губы, — что я должен сказать? — Ты прав, — наконец сказал он глухо. — Это не ты должен был говорить первым. — Я… — Чонгук усмехнулся коротко, нервно. — Чёрт.       Он снова посмотрел на Тэхёна, и в этом взгляде не было уверенного альфы — только человек, который боится не меньше. — Я люблю тебя, Тэхён.       Тэхён поднял глаза — и слёзы всё-таки сорвались. — Эй, — почти улыбаясь, прошептал он, — всё хорошо?       Тэхён судорожно кивнул. Его пальцы, живя собственной жизнью, вцепились в футболку альфы. Чонгук наклонился ближе, касаясь лбом его лба. Их дыхания смешались. Тэхён почувствовал его лёгкую нервозность, словно и он так же боялся сделать этот шаг. — Можно? — тихо спросил Чонгук, едва касаясь губ омеги.       Тэхён закрыл глаза, почувствовав тепло дыхания Чонгука на своих губах. Его руки дрожали, он неуверенно обхватил плечи альфы, словно боясь, что если отпустит, потеряет момент. А третьего шанса Чонгук ему точно не подарит. Он глубоко вдохнул, впервые за долгое время позволяя себе полностью довериться. Его пальцы осторожно скользнули по груди Чонгука, ощущая биение сердца.       Чонгук коснулся его губ едва-едва, давая им обоим пару секунд, чтобы перевести дух. Поцелуй вышел неидеальным — губы дрожали, отдавая солью от пролитых слёз — зато честным. — Повтори, — попросил он едва слышно. — Пожалуйста, Тэхён.       Он всё ещё боялся. Но впервые — не настолько, чтобы убежать. — Я люблю тебя, — ещё тише, ещё ближе.

***

      После поцелуя они ещё какое-то время стояли так, не решаясь разомкнуть объятия. Чонгук держал Тэхёна осторожно, будто тот мог рассыпаться, если сжать сильнее. Омега тяжело выдыхал, уткнувшись ему в плечо, и только спустя несколько минут его дыхание стало ровнее. — Пойдём, — тихо сказал Чонгук. — Ты еле держишься.       Тэхён кивнул, не поднимая головы. Он позволил увести себя в комнату, уложить на кровать и лечь рядом, притягивая к себе. В какой-то момент его пальцы сами нашли край чужой футболки и сжали ткань — неуверенно, почти по-детски. Как будто отпусти он её, и всё это перестанет существовать.       Тэхён уснул слишком быстро — обессиленный, выжатый до последней капли. Чонгук ещё какое-то время лежал, не двигаясь и прислушиваясь к ровному дыханию у себя под боком.              Он осторожно дотянулся до телефона, стараясь не разбудить. Экран тускло осветил комнату. Тэхён спал, уткнувшись лбом ему в грудь, ресницы всё ещё были влажными, а пальцы так и не отпустили его футболку. Чонгук сделал один снимок. Без фильтров. Без должного освещения. Просто кадр. Почему-то сейчас это казалось ему единственно правильным. Он выложил фото сразу, без подписей, хештэгов и всех остальных атрибутов, и после сразу же перевёл телефон в авиарежим.       На него и правда ещё с самого начала эфира обрушилась целая гора сообщений, грозящих посадить батарею на телефоне быстрее, чем удастся добраться до Тэхёна. И почему-то он чувствовал необходимость в том, чтобы сообщить всем неравнодушным, что Тэхён рядом, и теперь будет в порядке. Он прикрыл глаза, позволяя усталости наконец накрыть и себя.

***

      Чонгук проснулся первым оттого, что Тэхён пошевелился во сне, ёрзая и тихо выдыхая ему в шею. Он не сразу понял, где находится, пытаясь проморгаться и разглядеть сквозь темноту комнаты её интерьер. Альфа с трудом нащупал свой телефон, щурясь от яркого свечения экрана и фиксируя 3:30 утра. Вчера они были настолько вымотаны, что легли слишком рано, неудивительно, что он проснулся посреди ночи.       Ещё засыпая, он думал, что надо было написать пару слов Юнги, прежде чем выключать телефон. Чимин же наверняка тоже, как и он, смотрел вчерашнюю трансляцию и переживал за Тэхёна. Вероятно, телефон омеги, оставленный где-то в прихожей, разрывался от оповещений, но вчера было совсем не до него.       Чонгук отключил авиарежим, протяжно выдыхая и выжидая, пока вся эта шторка уведомлений прогрузится. Он улавливал отдельные слова и фразы в этом бесконечном потоке слов, отмечая, что среди них были и те, кто требовал объяснений, уличал в предательстве и просто писал о них гадости, но были и другие, кто поддерживал, называя «Вигуков» своей римской империей. Чонгук не стал открывать ни одно, быстро печатая пару слов Юнги и возвращая авиарежим.       Он положил телефон обратно под подушку и осторожно обнял Тэхёна крепче, утыкаясь лицом в его макушку. Они уже всё сказали друг другу. Остальное могло подождать.