🖤Убей меня нежно

Тэхён, как обычно, задержался в лаборатории и опоздал в бар на вечеринку в честь дня рождения своего лучшего друга. Как только он спешно вошёл внутрь и обогнул барную стойку, сразу заметил Чимина и окружившую его толпу друзей. Тот махнул рукой в знак приветствия, приглашая к столику. Тэхён прошёл мимо мерцающих огней, и опустился на диван рядом с Чимином, тут же заключая его в короткие, привычные объятия. Друзья радостно залюлюкали, приветствуя его крепкими рукопожатиями. Среди всех Чимин выделялся особенно. Элита всех элит. Люксовая шёлковая рубашка с глубоким вырезом безупречно сидела на его крепкой фигуре, ткань мягко поблёскивала в свете ламп, а золотая цепочка с массивной подвеской ярко сверкала на обнажённых ключицах. Вокруг пульсировала светомузыка, создавая почти опьяняющую атмосферу. Заводные басы тянули к танцполу, где друзья уже вовсю отрывались, не сдерживая эмоций. В стороне, у шестов, извивались полуголые девушки и парни. Красиво, откровенно, словно намеренно подчёркивая полное отсутствие запретов в этом месте. — Как всегда застрял в своих пробирках? — улыбнулся Чимин, высвобождаясь из объятий и протягивая ему бокал с виски. Тэхён окинул бокал коротким взглядом, и не думая тут же осушил его. Он снял пиджак, оставаясь в белоснежной рубашке, снял галстук и расстегнул несколько пуговиц, освобождая шею от дневного, протокольного дресс-кода. — У нас было собрание. Пришлось задержаться, — ответил он спокойно. — Прости. Он протянул Чимину небольшую коробку. — Подарок. Чимин улыбнулся и тут же открыл коробку. Внутри лежал золотой браслет, усыпанный мелкими бриллиантами. Холодный блеск красиво ловил свет ламп. — Какая прелесть, — оценил Чимин, широко улыбаясь, и повернул коробку, демонстрируя украшение друзьям. — Идеально подойдёт к моим украшениям на этот вечер. Тэхён едва заметно усмехнулся. — Скромный подарок, — сказал он спокойно. — Ты заслуживаешь большего. Чимин заключил друга в объятия. — Главное, что от сердца. — Рад, что тебе понравилось, — улыбнулся Тэхён, искренне довольный тем, что угодил другу. — Я всегда отмечал твой безупречный вкус, — заметил Чимин. — Мне правда очень приятно. — Давай помогу надеть? — предложил Тэхён. Он взял браслет и осторожно обернул его вокруг запястья Чимина, задержавшись чуть дольше, чем требовалось. Кожа под пальцами была тёплой. — Похоже, мне стоит отблагодарить тебя сегодня, — тихо произнёс Чимин. — Не могу же я остаться в долгу, не так ли? Тэхён поднял на него взгляд и встретился с прямым, уверенным, слишком откровенным для дружеской шутки. Взгляд Чимина прожигал. Он отвёл глаза, смутившись этому явному намёку, прикусил губу и почувствовал, как по крови разливается знакомое предвкушение. То самое, которое возникало всякий раз, когда Чимин в очередной раз давал понять, что не отказался бы от продолжения. На условиях Тэхёна. — Что вы там шушукаетесь, как всегда? — почти запрыгивая Чимину на колени и откровенно обнимая его за плечи, рассмеялась Дженни. — Давайте выпьем! Чимин поднял бокал, и друзья тут же последовали его примеру. — За прекрасный вечер. — За Чимина, — добавил Тэхён, пристально глядя на друга и слегка улыбаясь. — За Тэхёна, — подхватил Чимин, не сводя с него глаз и направляя бокал в его сторону. — И за продолжение вечера. Тэхён легко влился в общую тусовку, будто всегда был её частью. Танцевал с девушками, позволял тянуть себя за руки, смеялся громче, чем обычно. Поцеловался с одной из подруг прямо на танцполе. Без обещаний, без продолжения, просто под общую волну веселья. Алкоголь лился рекой, и он не разбирал вкусы, смешивая его с кровью, позволяя теплу растекаться по венам быстрее, чем следовало. После нескольких таких бокалов реальность начала терять чёткость. Он уже стоял на столе, смеясь и двигаясь в такт музыке, пока вокруг него крутились танцовщицы. Их руки скользили слишком откровенно, позволяли себе больше, чем нужно, а он не останавливал будто тело стало чем-то отдельным от мыслей. Чужие прикосновения были громкими, навязчивыми, но именно это и требовалось, чтобы не думать ни о чём. Чимин не отставал. Уже заметно пьяный, он развлекался с другими гостями, расстегнув рубашку и демонстрируя отточенный тренировками пресс. Свет скользил по его коже, а визг восторга вокруг только подстёгивал. Он ловил внимание легко, привычно, словно жил ради этих секунд. Тэхён мельком поймал его взгляд через толпу, и тут же отвернулся, делая глоток из очередного бокала. Чимин почувствовал на себе взгляд. Он резко отдёрнул руку девушки и, пробравшись сквозь толпу, схватил Тэхёна за запястье, утягивая его обратно на танцпол. — Хочешь? — крикнул он ему в ухо сквозь оглушающую музыку. — Куплю нам свежую кровь. Как ты любишь. Прямо с вены. Тэхён усмехнулся и наклонился ближе, почти прижимаясь. В пьяном угаре он даже не заметил, как его руки скользнули к талии Чимина, крепко обхватывая. — Хочешь взять напрокат оборотня? — спросил он так же громко, дыханием касаясь уха друга. — Именно, — Чимин усмехнулся. — Порадую тебя свеженьким и самым дорогим. — Хочу, — коротко ответил Тэхён. — Разделим его? — Ага. Чимин снова потянул его за запястье, и они направились к бару. — Один оборотень на двоих, — бросил он, затем повернулся к Тэхёну. — В номер? — Мхм, — Тэхён кивнул, чувствуя, как в груди разливается предвкушение, острое и порочное, но такое желанное. — Один в наш номер. Как обычно. Запиши на мой счёт. — Конечно, господин Пак, — отозвался бармен и тут же нажал кнопку, передавая ключ-карту от номера. Они прошли мимо друзей, которые громко сетовали на их уход. Девушки разочарованно фыркали, не скрывая недовольства тем, что продолжения вечера не будет. Лестница на второй этаж оказалась неожиданно тихой, и лишь там Тэхён наконец выдохнул, избавившись от избыточного шума. Номер был уже подготовлен. Отдельный, изолированный, предназначенный специально для Пак Чимина. Он был здесь частым гостем. В отличие от Тэхёна. Дверь номера закрылась с мягким щелчком, отрезая их от шума бара так резко, будто кто-то выключил звук. Полумрак встретил тёплым, приглушённым светом. Плотные шторы, тёмное дерево, дорогой запах алкоголя и металла. Тэхён прислонился спиной к двери и на мгновение прикрыл глаза. Голова гудела, сердце билось громко. Как будто он приходит сюда первый раз. Хотя это было не так. — Расслабься, — Чимин прошёл мимо, не оборачиваясь, бросил рубашку на кресло. — Ты сегодня какой-то… напряжённый. Тэхён усмехнулся, но улыбка не дотянулась до глаз. — Просто устал. Он знал, что это ложь. Но не хотел вдаваться в подробности. Чимин подошёл ближе, остановился почти вплотную. — Ты всегда так говоришь, — прошептал он прямо в губы. — А потом благодаришь. Тэхён хотел ответить и хотел отстраниться. Но вместо этого позволил себе привычную слабость. Сделал шаг навстречу, положил ладонь на грудь Чимина, чувствуя под пальцами тепло кожи и ровное, уверенное биение. — Сегодня… — он замолчал, подбирая слова, — давай без лишнего. Чимин приподнял бровь с хищной улыбкой — Как скажешь. Он отступил, направляясь к барной стойке в углу номера, налил два бокала. Один протянул Тэхёну. — Оборотня сейчас приведут, — добавил с лёгкой усмешкой. — Как раз, в твоём вкусе. Тэхён опустился на кресло. Хотел немного расслабиться, но Чимин ему не позволил, резко подойдя. Нависнув над ним он грубо схватил его за подбородок и заставил взглянуть. - Почему ты всегда делаешь вид, будто не хочешь этого. - его пальцы сжали крепче. - Признай, что тебе нравится, когда с тобой обращаются грубо. Возбуждает. В его взгляде было столько страсти и запретного влечения, что Тэхён невольно прикусил губу, остро ощущая, насколько Чимин на самом деле прав. Он всегда попадал в эти сети. Осознанно, и почти добровольно. И каждый раз клялся себе, что это в последний. Каждый раз знал, что всё закончится потрясающим сексом. Он не мог получить того же наслаждения с девушкой. Ему нравилось подчиняться, сильные руки, чувствовать, как кто-то властный берет его. И сам решает, как всё будет происходить. С девушкой всё было по- другому. Не так горячо. И поэтому не возбуждало. Каждый раз Тэхён ненавидел себя за это. За слабость, за податливость, за то, как легко он позволял себя втянуть, даже понимая последствия. Он корил себя мысленно, обещал, что больше не повторится, что сумеет удержаться, и каждый раз эти обещания рассыпались, стоило Чимину лишь посмотреть так, как он умел. Тэхён убеждал себя, что контролирует ситуацию. Что в любой момент сможет остановиться, выйти, поставить точку. Но правда была в другом. Ему нужна была эта слабость. Нужна была так же сильно, как он её презирал. И, пожалуй, единственным утешением было то, что об этой стороне его жизни никто не знал. Никто, кроме Чимина. В дверь постучали. Чимин оторвался от Тэхёна и открыл дверь. Двое охранников ввели симпатичного молодого оборотня, с фиксирующим ошейником, подавляющим инстинкты. — Интересный экземпляр, — с улыбкой заметил Чимин, подходя ближе. — Как раз подойдёт для вечера. Он протянул руку, собираясь коснуться ошейника. — Хочешь попробовать первым? — Чимин повернулся в сторону Тэхёна, в его голосе скользнула ленивaя уверенность, будто ответ был заранее известен. — Подойди, — тихо попросил Тэхён. Он ощутил, как во рту медленно собирается слюна, как неприятно и знакомо тянет дёсны, предвещая появление клыков. Это чувство он знал слишком хорошо. Предвкушение, почти болезненное, когда тело реагирует быстрее разума. Запах тёплой, живой крови витал в воздухе, сводя с ума, заставляя инстинкты подниматься из глубины, где он обычно держал их под замком. Он давно не позволял себе такого. Давно не отпускал контроль настолько, чтобы даже мысль об этом казалась допустимой. И именно поэтому сейчас всё внутри него сопротивлялось, и одновременно тянулось вперёд. Оборотень смотрел на него так испуганно, что на мгновение напоминал невинного загнанного кролика в лапах хищника. Но Тэхён был слишком пьян, чтобы всерьёз задумываться о чувствах своей добычи. Он встал с кресла и протянул руку, медленно проводя ладонью по спутанным волосам, приглаживая их ласково. - Не бойся, малыш. Я сделаю всё аккуратно. И тебе даже понравится. Тэхён наклонился ближе, вдыхая запах тёплой кожи, чувствуя, как под его ладонями мышцы оборотня напряглись. Потянул за волосы и голова обортня откинулась назад, глаза закрылись, дыхание сбилось, переходя в редкие, неровные вдохи. Запах страха добычи будоражил. Клыки раскрылись и вонзились в пульсирующую вену, заставляя оборотня вздрогнуть, но тут же замереть. Тэхён почувствовал, как по венам разливается тёплое, пьянящее блаженство, медленно смывая усталость и напряжение прожитого дня. Тело расслабилось, наполняясь энергией. Он не сразу заметил, как Чимин оказался рядом, слишком увлеченный процессом.Его рука легла Тэхёну на плечо. — Эй, — произнёс он негромко. — Оставь и мне. Тэхён отстранился, возвращаясь на кресло, всё ещё чувствуя, как тепло медленно разливается внутри, оставляя после себя мягкое дурманящее послевкусие. Чимин обхватил оборотня и тут же вонзился клыками в плоть. Его движения были резкими. Не такими плавными и бережными, как у друга. Оборотень вздрогнул, но сил сопротивляться у него уже не осталось. Всё произошло быстро. Тэхён отвернулся, не в силах смотреть на то, что минуту назад делал он сам, а теперь повторял Чимин, почему-то испытывая отвращения от плотоядного зрелища. Как будто очередная его слабость оголилась слишком отчётливо. Когда друг выпрямился, на его лице читалось удовлетворение, а глаза были затуманены дурманом. Он взглянул на Тэхёна, высоко поднимая подбородок, словно совершил что-то по-настоящему великое. По губам и подбородку стикала алая кровь. В его позе читалась уверенность, привычная, властная, почти безмятежная. Тэхён ответил томным взглядом из-под ресниц. Внутри него дрогнула смесь привычной зависимости от этого вида, растущей тревоги от безудержного проснувшегося желания, и странного, опасного притяжения. Не отрывая глаз он начал растегивать оставшиеся пуговицы на рубашке, раскрывая грудь и пресс. А после приступил к брюкам, растегивая ремень и спуская вниз штаны и боксёрки. Чимин облизнулся. Оборотень так и стоял, как вкопанный рядом, расширяя затуманенные глаза. Все ещё не придя в себя от укуса, он путался в мыслях, не зная, как реагировать на происходящее. Чимин находу снял штаны и нависнул над Тэхёном, вжимая ладонями его плечи в спинку кресла. -Ты на самом деле такая сучка, но никто об этом не знает, кроме меня, - проговорил он тихо и вонзился губами в губы друга. Тэхён охотно ответил. Ему нравилось, когда его так целовали. Жёстко, резко, властно и требовательно. Не приходилось думать о последствиях, осознавать, что он делает это охотно. Как будто, снимая с себя этим ответственность. Он раскрыл бедра и Чимин вошёл в него. Тэхён обхватил его ногами, притягивая, обнимая за плечи и позволяя вбиваться в себя резкими, глубокими точками, заставляя кресло под ними скрепеть. Забывая про оборотня, который так и стоял, ошарашенный увиденным. Тэхёну нравилась агрессия Чимина. Нравилось, что всё происходит быстро. Он громко и пошло стонал, не стесняясь и забывая обо всём, упиваясь этим единственным моментом. Его громкие крики заводили Чимина ещё сильнее и он вбивался настойчивее, почти причиняя боль. А потом резко вышел и излился прямо на грудь Тэхёну. -Какой же ты извращенец,- проговорил Чимин, последний раз чмокая в губы, и проводя пальцами по подбородку. Тэхён удовлетворённо усмехнулся, ничуть не смущаясь того, как выглядит после всего, пытаясь выровнять дыхание. Чимин протянул ему очередной бокал виски. — С днём рождения, друг, — сказал Тэхён, поднимая бокал, и вызывающий взгляд. Чимин посмотрел на него сверху вниз, облизнув губы, как будто наслаждался не только напитком, но и властью над моментом, и самим Тэхёном. — Спасибо, — тихо, почти усмехнувшись, произнёс он. — За лучший подарок, который я получил сегодня. *** Тэхён вернулся домой под утро. Нужно было переодеться , и снова идти на работу. Голова раскалывалась после вчерашнего бара: смех, музыка, крики до сих пор отдавались внутри гулом. Он сжал виски ладонями и сделал глубокий вдох, но боль не отступила. Душ был быстрым. Холодная вода немного привела в чувство, но не смыла усталость. Он оделся, накинул лабораторный халат поверх привычной одежды, надел круглые очки для зрения, те самые, которые носил исключительно на работе, и вышел из дома. Лаборатория встретила его привычным запахом химии и стерильной чистоты. В воздухе висела смесь дезинфектантов и холодного металла. Это странным образом успокаивало. Тэхён поздоровался с персоналом, поставил на общий стол коробку с пончиками, как делал это почти каждое утро, и направился к своему рабочему месту. Он остановился у стола, скользнул взглядом по пробиркам, записям, формулам. Чёткие цифры, ровные строки. Всё здесь подчинялось порядку и контролю. Тому самому, от которого он намеренно отказался прошлой ночью. Головная боль постепенно отступала, оставляя после себя тяжесть в груди. В этом утреннем, почти стерильном молчании Тэхён впервые за долгое время подумал о вчерашней ночи. Не о веселье. Не о Чимине. О пустоте, которая осталась внутри. О той, которую нельзя было заглушить ни алкоголем, ни шумом. Он глубоко вдохнул и поставил чашку кофе на стол. Сегодня будет ещё один день экспериментов. Ещё один день, когда он будет наблюдать за оборотнями, изучать их реакции, контролировать поведение, и параллельно удерживать под контролем самого себя. Дверь лаборатории открылась без предупреждения. Внутрь вошёл секретарь отца. Высокий мужчина в идеально сидящем деловом костюме. Его взгляд скользнул по Тэхёну с откровенным презрением, задержавшись на усталых глазах и едва уловимом запахе алкоголя, который ещё не успел исчезнуть. — Хорошо отдохнул вчера с отпрыском Пака? — поинтересовался Дэсон. Тэхён медленно поднял на него взгляд. — Завидуешь, что не пригласили? — бросил он скучающе. — Вечеринка не для бедных. Дэсон слегка приподнял бровь, сдерживая раздражение. — Господин Ким хочет видеть тебя в своём кабинете. Немедленно, — сказал он холодно. — Надеюсь, ты найдёшь объяснение, почему вернулся вчера под утро. Тэхён скользнул по нему равнодушным взглядом. Внутри нарастало раздражение, но наружу он выпускал только спокойствие. — Найду, — коротко ответил он, уже поворачиваясь к двери. — Хотя тебя это волновать не должно. Дэсон молча отступил в сторону, освобождая проход. *** Тэхён глубоко вдохнул и шагнул в кабинет отца, ощущая знакомую смесь ожидания и того внутреннего напряжения, которое всегда возникало при встрече с отцом. Кабинет был безупречно чист, сдержан и строг, как сам господин Ким . Стены, отделанные чёрным деревом, отражали холодный свет утреннего солнца. За массивным столом сидел отец, держа в руках планшет с отчётами, но острый оценивающий взгляд сразу же устремился прямо на сына, не успев он войти. Тэхён вежливо поклонился. Следом в кабинет вошёл Дэсон. Его дорогие ботинки тихо щёлкнули по полу, а на губах появилась тонкая, надменная улыбка, которую он надевал всякий раз, когда предвкушал чужое унижение. — Ты задержался, — начал господин Ким, без эмоций, но с той тяжестью, что умела давить сильнее любого крика. — Снова проводил время с этим легкомысленным отпрыском Пака? Тэхён поднял взгляд, встретившись с глазами отца. Ничего не сказал, только кивнул, стараясь не выдать усталость, головную боль, и едва уловимый запах вчерашнего алкоголя, который, как ему казалось, уже давно выветрился. — Чимин отмечал день рождения, — спокойно проговорил он. — Не мог не поздравить друга. Отец сделал паузу, его взгляд пронизывал насквозь, оценивая каждое слово. — Семья Пак для нас ценные партнеры, но его сын слишком плохо на тебя влияет. Тусовки до утра, алкоголь, шлюхи. Ты не должен забывать, что репутация важнее всего. - отец сузил глаза, строго нахмурив брови. - В отличие от Пака, у нас нет такого влияния, чтобы прикрывать твою задницу в случае ошибки. Любая оплошность может стоить дорого. Тэхён сжал губы, подавляя злость, которая редко позволяла себе вырваться наружу. —Я понимаю, — ответил он. Голос оставался твёрдым, почти беззвучным, но в нём чувствовалась сдержанность, а не покорность. — Понимаешь? — отец встал и, обойдя стол, подошёл к нему, нависая. Его взгляд пронзал насквозь, проникая до самых костей. Он уловил лёгкий запах вчерашнего алкоголя и запылал от гнева. Ладонь отца резко потянулась к шее Тэхёна и сжала её, не давая выдохнуть. — Тогда какого черта ты всегда нарушаешь своё слово?!- процедил отец сквозь зубы. — Я… я не мог отказать, — хрипло произнёс Тэхён, чувствуя, как давление ладони перекрывает кровоток и дыхание. — Это было бы грубо. Отец замер на мгновение, его глаза сжались от напряжения. Тэхён стоял неподвижно, не сопротивляясь, стараясь не выдать ни страха, ни слабости, но внутренне ощущая каждую каплю гнева и разочарования, которые направлял на него отец. Ладонь отца ослабла, и Тэхён резко вдохнул, ощущая, как воздух болезненно возвращается в лёгкие, а кровь снова пульсирует под кожей. Он сделал шаг назад, слегка покачнувшись, но удержался, выпрямившись почти сразу. — Запомни это, — холодно произнёс Ким, возвращаясь к столу. — Не испорти мне репутацию заработанную таким непосильным трудом. Тэхён кивнул, молча, стиснув зубы. В груди всё ещё гулко билось сердце, а во рту оставался металлический привкус злости и унижения. Секретарь Дэсон, стоявший в углу, аккуратно расправил костюм, будто ничего не происходило, и молча улыбнулся, удовлетворённый увиденным. Тэхён поклонился и повернулся к выходу, стараясь проглотить оставшееся раздражение и усталость. Он понимал, что сейчас главное сосредоточиться на работе. Но в голове уже мелькала мысль о том, что день обещает быть тяжёлым. *** Тэхён приложил карту доступа к панели. Раздался сухой щелчок, и дверь в отсек "С" бесшумно разъехалась в стороны, открывая длинный коридор с ровным белым светом. — Доброе утро, доктор Ким, — хором поприветствовали его медсёстры. Они стояли у поста, в белых халатах, с планшетами в руках. Несколько взглядов скользнули по нему чуть дольше положенного: от аккуратно зачесанных волос к чёткой линии плеч, к рукам, выглядывающим из-под манжет рубашки. Улыбки вежливые, но с едва заметным интересом. Сын владельца центра по выведению и контролю за оборотнями считался завидным женихом. Тэхён коротко кивнул. — Доброе утро. Он не остановился. Прошёл мимо, шаги глухо отдавались по стерильному полу. Не замедляя хода, свернул к ряду изолированных палат. Стеклянные стены, за ними виднелись силуэты. Кто-то сидел, прижавшись к углу. Кто-то лежал, отвернувшись к стене. В некоторых отсеках горел приглушённый свет, в других полумрак. Тэхён остановился у одной из дверей. На уровне глаз была электронная карта подопытного. Он поднял руку, активировал экран. Пробежался взглядом по первым строкам. Листнул дальше, проведя пальцем по стеклу. — Этот буйный, — сказала медсестра, подходя ближе и вставая сбоку. — Укусил хозяина во время кормления. Не реагировал на команды. Его привезли на усыпление. Тэхён не ответил сразу. Он продолжал читать. Дата отлова. Возраст. Серия перепродаж. Пометки о предыдущих корректировках поведения. Красная строка: агрессия при контакте. Он пролистал ещё. Остановился. Вернулся на страницу назад. Сузил глаза, перечитывая абзац. — Кормление было с фиксацией? — спросил он, не поднимая головы. — Нет, — медсестра слегка пожала плечами. — Хозяин настаивал, что оборотень «уже приручен». Тэхён коротко выдохнул через нос. Он коснулся экрана ещё раз, увеличивая фотографию. На снимке оборотень: спутанные тёмные волосы, напряжённая линия челюсти, взгляд исподлобья. На шее виднелись следы от ошейника. Свежие. Тэхён опустил руку. — Подготовьте отсек, — сказал он. — Без седативов. Только базовая фиксация. Медсестра удивлённо приподняла брови, но тут же кивнула. — Да, доктор Ким. Тэхён приложил карту ко второй панели. Дверь в палату щёлкнула и начала открываться. Тэхён вошёл первым. Медсестра следом за ним. В палате было прохладно. Свет направленный, белый, без теней. В центре стояла металлическая кушетка с ремнями фиксации. У стены датчики, капельницы, панель управления. Воздух пах антисептиком и чем-то тёплым, животным. Оборотень сидел на полу, прислонившись спиной к стене. Колени подтянуты к груди. Запястья в магнитных браслетах. Ошейник плотно прилегал к шее, индикатор горел жёлтым. Он поднял голову, когда Тэхён сделал шаг. Глаза расширенные. Дыхание частое. Плечи напряжены, будто готовился рвануться, хотя цепь фиксации не дала бы сделать и шага. Тэхён закрыл дверь за собой. Щелчок замка прозвучал громче, чем ожидалось. Он подошёл к панели, не глядя на подопытного. Нажал кнопку, и ремни на кушетке разошлись, приглашая. — Встань, — сказал он спокойно. Оборотень не сдвинулся. Тэхён повернул голову. Посмотрел прямо. — Тебе нечего бояться, — добавил он и поднял руку к панели. - Я не причиню тебе боль. Индикатор на ошейнике мигнул оранжевым. Оборотень дёрнулся, резко втянул воздух и, шатаясь, поднялся на ноги. Сделал шаг. Потом ещё один. Ступал осторожно, будто пол мог ударить током. Когда он оказался рядом с кушеткой, Тэхён протянул руку и указал вниз. — Сядь. Оборотень подчинился. Тэхён подошёл ближе. Взял первый ремень, обернул вокруг запястья, затянул до щелчка. Проверил и потянул. Затем второй. Потом ноги. Он наклонился, чтобы зафиксировать грудной ремень. Оборотень вздрогнул. — Спокойно, — сказал Тэхён и, не меняя темпа, защёлкнул замок. Выпрямился. Снял перчатки. Выбросил. Надел новые. Подошёл к столу, взял планшет, активировал запись. — Подопытный С-17, — продиктовал он. — Состояние: повышенная тревожность. Физических повреждений нет. Реакция на команды сохранена. Он поднял взгляд на оборотня. Тот смотрел прямо на него. Молча, сжав зубы. Тэхён подошёл ближе. Остановился рядом с его головой. Положил ладонь на край кушетки не касаясь тела. — Ты понимаешь, где находишься? — спросил он. Оборотень медленно кивнул. — Отлично, — сказал Тэхён. — Я не причиню тебе боль. Возьму пару анализов, и проверю состояние твоей крови. Он повернулся к панели и начал набирать команды. За его спиной оборотень шумно выдохнул. А в коридоре, за стеклом наблюдения, загорелся ещё один индикатор. Включили камеры. — Свет чуть тише, пожалуйста, — спокойно сказал Тэхён, не оборачиваясь. Медсестра тут же подошла к панели и убавила освещение. Резкий белый сменился мягким, рассеянным. Тени стали глубже, палата менее давящей. Тэхён повернулся к кушетке. Оборотень лежал неподвижно. Грудь поднималась быстро, прерывисто. Пальцы судорожно сжимались в ремнях, но он не дёргался. Скорее держался, как мог. Тэхён подошёл ближе и остановился так, чтобы быть в поле зрения. — Чон Чонгук, — произнёс он вслух без нажима. Оборотень моргнул. Медленно повернул голову. — Я доктор Ким Тэхён. Мне двадцать три. Я старше тебя на два года, поэтому мы почти ровесники. Не плохо, правда? — продолжил он. — Я здесь, чтобы осмотреть тебя. Не причинить вред. Он сделал паузу, давая осмыслить сказанное. — Если будет больно или страшно — скажешь. Хорошо? Чонгук сглотнул. Его губы дрогнули, но он всё же кивнул. Тэхён протянул руку к панели у изголовья. — Ослабь фиксацию на два деления, — приказал он медсестре. — Он не агрессивен. — Да, доктор Ким. Раздался мягкий щелчок. Ремни на запястьях чуть ослабли. Тэхён подошёл сбоку, двигаясь медленно, заранее показывая каждое движение. — Я проверю твой пульс, — предупредил он. Два пальца аккуратно легли на запястье. Кожа была тёплой. Пульс быстрый, сбивчивый. — Всё в порядке, — негромко сказал Тэхён, скорее ему, чем для отчёта. — Это страх. Он убрал руку. — Давление, — коротко бросил он. Медсестра подала манжету. Тэхён сам аккуратно обернул её вокруг предплечья Чонгука, следя, чтобы ткань не сдавливала кожу. — Не бойся, — снова сказал он. — Это просто сжимается и отпускает. Манжета надулась. Чонгук вздрогнул, но не закричал. Тэхён удерживал его взгляд, пока прибор не издал сигнал. — Нормально, — отметил он и снял манжету. Он сделал шаг назад, давая Чонгуку пространство. — Ты действительно укусил хозяина? — спросил он без осуждения. Чонгук помедлил, затем тихо выдохнул. — Он… — голос сорвался. — Он сделал это так больно. Я испугался. Тэхён кивнул, принимая ответ. — Понял. Он повернулся к планшету, сделал несколько быстрых пометок. — Агрессия защитная. Реакция инстинктивная, — продиктовал он. — Угрозы персоналу не представляет. Он снова посмотрел на Чонгука. — Тебя привезли, чтобы усыпить, — сказал он честно. — Но я не вижу причин делать это сегодня. Глаза Чонгука расширились. — Правда? — почти шёпотом поговорил он. Тэхён чуть наклонил голову. — Правда. Но тебе придётся довериться мне. Он жестом показал медсестре. — Снимите ошейник. Режим наблюдения оставить. Медсестра замерла на секунду, затем осторожно подошла и активировала замок. Ошейник щёлкнул и разошёлся. Чонгук резко вдохнул, будто впервые за долгое время смог дышать полной грудью. Тэхён наблюдал внимательно. Ни шага ближе, чем нужно. Ни резкого движения. — Вот так, — мягко сказал он. — Всё хорошо. За стеклом камеры продолжали писать. Тэхён отошёл от панели и придвинул к кушетке стул. Поставил его боком, сел так, чтобы не нависать. — Чонгук, — снова произнёс он, спокойнее. — Посмотри на меня. Чонгук медленно повернул голову. Взгляд настороженный, но уже не дикий. Он дышал глубже, чем раньше, хотя грудь всё ещё поднималась неровно. — Сколько времени ты у них? — спросил Тэхён. — Пять дней… — ответил он после паузы. — Сначала… было нормально. Тэхён кивнул, не перебивая. — А потом? Чонгук сглотнул. — Потом меня решили… — он запнулся, пальцы сжались. — Решили попробовать для кормления. Я не хотел его кусать. Просто было очень больно. Тэхён медленно кивнул. — Реагировать — это не преступление, — сказал он. — Это значит, что ты живой. Чонгук смотрел на него внимательно, будто пытаясь понять, можно ли этим словам верить. Сбоку тихо подошла медсестра с подносом в руках. В руках держала готовый шприц. — Доктор Ким, для анализа крови, — негромко сказала она, делая шаг к кушетке. Чонгук заметил движение боковым зрением. Его тело среагировало раньше мыслей. Он резко дёрнулся, и ремни натянулись, плечи напряглись, дыхание сбилось. — Нет. - вырвалось у него. — Пожалуйста. Медсестра инстинктивно остановилась, но шприц всё ещё был в её руке. Тэхён поднялся мгновенно. — Стоп, — сказал он чётко, но без резкости. Он шагнул между ними, закрывая Чонгука собой. Одной рукой мягко, но уверенно опустил руку медсестры со шприцем вниз. — Не сейчас, — добавил он уже тише. — Я скажу, когда можно. Медсестра кивнула и сделала шаг назад. Тэхён повернулся к кушетке. Снова опустился на стул, но теперь ближе. Его ладони легли на край, открыто, без угрозы. — Чонгук, — позвал он. Тот всё ещё был напряжён, но смотрел на него. — Это анализ. Не наказание. Но ты не обязан делать его прямо сейчас. Он говорил медленно, делая паузы между фразами. — Никто не будет колоть тебя без предупреждения. И никто не подойдёт к тебе сзади. Я обещаю. Чонгук дрожал. Не сильно. Мелко, как от холода. Тэхён протянул руку, остановил её в воздухе, не касаясь. — Можно? — спросил он. Чонгук поколебался. Потом очень осторожно кивнул. Тэхён коснулся его запястья. Легко. Тёпло. Не сжимая. — Дыши со мной, — сказал он. — Смотри. Он вдохнул медленно, на четыре счёта. Выдохнул так же. Через пару секунд дыхание Чонгука стало чуть ровнее. Плечи опустились. — Ты в безопасности, — повторил Тэхён. — Пока ты здесь со мной. Он убрал руку только тогда, когда почувствовал, что напряжение спало. — Анализ мы возьмём позже. С твоего согласия, — сказал он, обернувшись к медсестре. — Подготовьте всё, но без спешки. — Поняла, доктор Ким. Тэхён снова посмотрел на Чонгука. — Ты не опасен, — сказал он спокойно. — И я это докажу. Чонгук смотрел на него долго. Потом тихо спросил: — Вы… правда не хотите меня усыплять? Тэхён ответил сразу. Без паузы. — Нет. Это было бы слишком жестоко. Он выпрямился и снова подошёл к панели управления. Провёл пальцем по экрану, закрывая активные протоколы. Камеры остались включёнными, но он сменил режим на наблюдение без вмешательства. — Освободите ноги полностью, — сказал он медсестре. — Запястья оставить, но без блокировки. — Да, доктор Ким. Ремни щёлкнули. Чонгук осторожно опустил ступни на пол, словно проверяя, выдержит ли он его. Сел ровнее, всё ещё настороженный, но уже не сжатый в комок. Тэхён повернулся к планшету. Несколько быстрых движений и он открыл новое окно, ввёл данные, пролистал список вариантов. Остановился. Ненадолго задумался. Потом нажал «индивидуальное наблюдение». — Чонгук, — снова обратился он, подходя ближе. — Я хочу предложить тебе вариант. Тот поднял на него взгляд. — Если ты останешься здесь, — продолжил Тэхён, — тебя передадут дальше. Либо другому владельцу. Либо… — он не закончил фразу. Чонгук резко выдохнул. — Пожалуйста...не надо...— умоляя произнёс он. Тэхён покачал головой. — Есть другой путь. Он наклонился, чтобы быть на одном уровне. — Я могу временно закрепить тебя за собой. Как исследовательский объект, — уточнил он сразу. — Но это значит, что ты будешь находиться не в отсеке, а со мной. Чонгук моргнул. — С вами? — У меня есть разрешение на внештатное наблюдение, — сказал Тэхён спокойно. — Дом оборудован. Без клеток, но ты будешь с ошейником. И под постоянным моим наблюдением. Он сделал паузу. — Это не свобода. Но это безопасность. Чонгук долго молчал. Его взгляд метался: от пола к рукам Тэхёна, к его лицу. Он словно искал подвох. — А если я… — голос дрогнул. — Если я снова испугаюсь? — Тогда ты скажешь, — ответил Тэхён сразу. — И мы остановимся. Он выпрямился и повернулся к медсестре. — Оформляем перевод. Статус: индивидуальное клиническое наблюдение. Ответственный - я. Медсестра замерла. — Доктор Ким… ваш отец. — Я возьму это на себя, — мягко, но твёрдо сказал он. Она кивнула и начала вводить данные. Тэхён снова посмотрел на Чонгука. — Я не обещаю, что будет легко, — сказал он честно. — Но обещаю, что никто не причинит тебе вреда. Пока ты со мной. И тебе следует пообещать выполнять все мои приказы и быть послушным. Тогда мы оба сможем найти выход из этой сложной ситуации. Чонгук пристально уставился. — Вы правда не передадите меня обратно? Тэхён выдержал его взгляд. — Нет. Чонгук кивнул. — Тогда… я буду послушным. - Вот и отлично, - улыбнулся Тэхён, и протянул руку. Чонгук осторожно вложил свою ладонь в его. Тёплую. Дрожащую. За стеклом камеры продолжали записывать. А в системе появилась новая запись.