Бездна

      — Мой дорогой Корво. — Чужой в привычной манере тянет слова и не спешит переходить к сути. — Ты не перестаёшь меня удивлять.       Бог лежит на плоском камне и подпирает голову ладонями, смотря на лорда-защитника с лёгкой улыбкой. Правда, они тут не одни, но Дауд обитателя Бездны показательно игнорирует. Стоит чуть в стороне и хмуро разглядывает первозданное ничто. Руки скрещены на груди и совершенно неподвижны. Этот человек уже давно понял, что терпение — лучшее качество там, где есть всё и вместе с тем нет ничего. В отношении Аттано это, впрочем, работает тоже. Иначе Нож Дануолла сейчас был бы явно не здесь. И явно не в том статусе, в котором находится уже несколько лет.       — О чём ты?       Корво, в отличие от безмятежно лежащего Чужого и другого меченого, немного нервничает. Он не знает, зачем их с Даудом вдруг вытянули в Бездну. Да, в этом нет ничего удивительного или неприятного, но всё же? Самый обычный вечер, такой был и вчера и позавчера. И много дней назад тоже. Уже давно, к счастью, не случалось чего-то, способного пошатнуть империю.       — Ты не дрожишь от холода, когда я приглашаю тебя сюда.       Дауд тихо фыркает, что в отдалённом завывании левиафанов не слышно вовсе. Аттано же склоняет голову набок, пытаясь понять, есть ли подвох в словах бога. Почему нужно дрожать от холода, если телу комфортно? Может даже немного жарковато, но тут скорее всего виной не Бездна, а несколько глотков виски. Не то чтобы у лорда-защитника была цель напиться. Он просто хотел немного расслабиться в приятной компании пока есть возможность.       — Мне тепло. — Корво прерывает недолгое молчание. — Здесь всегда так было, разве нет?       Чужой усмехается, на что Корво непонимающе моргает и переводит взгляд на главу тайной службы. Тот остаётся неподвижным. Точно статуя, но внимательный взгляд всё равно замечает едва уловимые движения грудной клетки. Это успокаивает.       — О, Корво, тебе лучше спросить любого, кому я дал свою метку. До тебя таких не было.       Что бы это ни значило, Чужой явно не собирается ничего объяснять. Лишь прикрывает глаза точно ленивый кот. Не растворяется в воздухе, но присутствие бога больше не ощущается так явственно, как прежде. Это непривычно, хоть и даёт возможность разобраться самостоятельно. Правда, для этого всегда приходилось возвращаться в реальный мир, а сейчас... Взгляд Аттано прочно зацепляется за силуэт легендарного убийцы. Не нужно никуда идти чтобы всё узнать. Если, конечно, кое-кто не будет излишне вредным, что очень маловероятно.       — Дауд? — осторожно зовёт лорд-защитник и делает шаг навстречу.       — Нет. — в Бездне голос у ассасина кажется ещё более хриплым, чем обычно. — Ищи кого-нибудь другого.       Может быть, дело в виски. Корво знает, что Дауд не очень-то любит пить. Но сегодня всё-таки согласился составить компанию вдали от посторонних глаз. Удобно иметь в Башне свою секретную комнату, в которую помимо самого Аттано имеет доступ только юная императрица. Но Эмили давно не пользуется этой привилегией, предпочитая скрываться иначе. Что не очень нравится её отцу, который, впрочем, виноват сам. Научил на свою голову, теперь поздно пытаться не давать бегать по крышам под покровом ночи. Такое «хобби», конечно, имеет и свои плюсы, позволяя оттачивать физические и сверхъестественные навыки. Но наличие рисков заставляет чашу весов то и дело шататься.       — Здесь только мы с тобой. — голос Корво звучит почти обиженно и это далеко не притворство. — По крайней мере, я никого больше не вижу. Кроме левиафанов, но они мне едва ли ответят.       — Знаешь, новый любимчик Чужого, ты мог бы придти к ответу сам.       Почему Дауд огрызается точно дикий зверь Корво не знает. Но лорд-защитник не сдаётся, уверенными шагами сокращая оставшееся между ними расстояние. В словах главы Китобоев всегда больше логики, чем чего-либо ещё. Иногда это раздражает. Редко — доводит до внезапного кровотечения. Правда, после этого Аттано сам же обрабатывает разбитый нос, игнорируя все намёки на сопротивление. Всегда довольно вялое, к слову.       Сейчас, конечно, совсем не хочется размахивать кулаками. Алкоголь делает их обоих мягче. Корво знает.       — Холодно?       Дауд бросает на Корво быстрый взгляд и хмурится сильнее. Но почти сразу после этого вздыхает и позволяет морщинам немного разгладиться.       — Ты ведь не отстанешь? Конечно же нет, речь ведь идёт о тебе. — ассасин наконец полностью разворачивается лицом к лорду-защитнику и устало смотрит в глаза. — Да, мне холодно. Так было всегда. С самого первого появления здесь.       Корво кажется, что он узнал что-то слишком личное. Он никогда не задумывался о том, как ощущают Бездну те, кого Чужой «приглашает» на свою территорию. Но теперь ему немного совестно за свою особенность. Хотя особенность ли это? Может, всё дело в том, что до этого никто не пытался ощутить это место как-то иначе? Внезапная идея заставляет Аттано улыбнуться несколько нетрезво. Но его это сейчас совершенно не смущает.       — Закрой глаза.       Дауд снова хмурится, заставляя полоску шрама стать ещё более неровной.       — Зачем?       — Просто сделай так, как я говорю. — у Корво хватит упрямства чтобы стоять на своём хоть до гибели нынешней цивилизации. — Обещаю, ничего плохого не случится.       Если у Дауда и есть желание упираться, то он его старательно душит. Уж больно не нравится ему огонёк в чужих глазах. И вместе с тем он интригует. С Корво невозможно заскучать, поэтому глава тайной службы поддаётся и закрывает глаза. Остаётся совершенно беззащитным, но ему ведь дали обещание, верно? Да и в Бездне не стоит лишний раз полагаться на свои органы чувств. Всё, что кажется реальным, может в тот же миг оказаться иллюзией. И наоборот. Полное отсутствие стабильности и контроля.       — И что я должен...       Ассасин замолкает, почувствовав прикосновение к губам подушечки чужого пальца. Призыв к тишине достаточно ясный, чтобы не было ни единого шанса его не понять.       — Ты помнишь наше недавнее посещение Карнаки? — Корво убирает палец от чужого лица и бесшумно обходит Дауда, оказываясь у него за спиной. — Как мы прятали лица от яркого солнца, как дышали морским воздухом и как не знали спасения от вездесущего песка?       Тихий смешок Дауда позволяет Аттано улыбнуться шире и продолжить следовать своей идее дальше.       — Как нам было там тепло... Почему бы тебе не представить это сейчас? Ну же, я знаю, что тебе совсем не сложно.       И Дауд представляет. Под действием выпитого алкоголя это оказывается куда проще. Настолько, что разум готов поверить в то, что откуда-то слышится шум прибоя. И ноги будто бы немного вязнут в песке. Но главное то, что тело наконец перестаёт ощущать всепроникающий холод. От которого было очень трудно не задрожать и не застучать зубами. Конечно, глава Китобоев мастерски умеет скрывать свой дискомфорт, но делать это долго трудно. Особенно в Бездне. Особенно когда рядом Корво.       Внезапные мягкие объятия делают картинку в голове Дауда ещё более реальной. Ассасин не замечает или не хочет замечать того, как жмётся ближе. То, что сейчас нужно, но вслух об этом Дауд ни за что не признается.       — Теперь ты понимаешь?       Голос Корво такой спокойный, ему хочется верить и за ним хочется идти хоть на край света. Дауд открывает глаза неохотно и тут же щурится, обнаруживая себя в той самой секретной комнате в Башне Дануолла. В объятиях Корво. Можно было бы сказать очень много, но вместо этого наёмник молчит и обнимает в ответ сам. От чего сердце а груди лорда-защитника подскакивает и пропускает удар. Но он будет сваливать вину за это на алкоголь. По крайней мере сейчас, когда смелость улетучилась, оставшись в месте, где один человек помог другому почувствовать тепло.