Преломление

      Кого вы видите в отражении зеркал и стёкол? Человека, которым хотели бы стать или которым являетесь? Последние 4 года своей жизни в отражении зеркал я видела лишь созданный людьми образ, а не настоящую себя. Этот образ был тяжелой ношей, которую мне приходилось держать на своих плечах, ибо на ней строились все мои связи с людьми. Друзья, знакомые, преподаватели…Все они были знакомы с моим образом, в котором было много меня, но и до конца мной не являлся.       Столько лет сокрытия ушли коту под хвост и образ мальчика-который-выжил пошёл трещинами в итоге осыпавшись прахом. Теперь вместо него была девочка, которую никто не знал, а потому все испуганно разбегались при виде неё и избегали встреч. Неловко узнать, что твой друг или знакомый оказывается всё это время был девочкой. Особенно если вы жили в одной комнате и делились разными «мальчишескими» и «мужскими» секретами.       Теперь я могла быть настоящей. Груз с моей души исчез, но вместе с ним и всё то, что он мне дал – людское отношение и связи.       Друзья на письма не отвечали, сами не писали, крёстный отписывался неловкими записками откладывая нашу встречу на потом.       «Когда всё утихнет»       Я вновь оказалась в доме, в котором выросла и пусть он никогда не вызывал во мне тёплых чувств, но сейчас, защищаемая от родственников палочкой в руках, я чувствовала себя спокойно.       Единственное, что выводило меня из состояния покоя – это кошмары, которые снились буквально каждый раз как я засыпала. Проснувшись с криками, с трудом приходила в себя и шла гулять по ночным улицам, возвращаясь под утро или день, после чего падала на кровать и спала до момента пока снова не приснится кошмар, и я не проснусь. Периодически я разбавляла этот калейдоскоп домашней рутиной, чтением и остальными досуговыми занятия, которые, к сожалению, отнимали слишком много сил, потому и долго ими я заниматься не могла.       Моё отражение в зеркале мне не нравилось, поэтому я разбила, а после и выкинула его, а стеклянные окна занавесила шторами.       На улицах ночного Лондона мне часто встречались всякие подозрительные личности, встреч с большинством из которых я избегала, а с меньшинством заводила знакомства и беседы, разбавляя скуку. Как оказалось с моим эмоциональным состоянием и внешним видом было легко притвориться такой же больной и неуравновешенной как они. В какой-то момент я начинала входить в образ не только во время прогулки, но и находясь дома, в присутствии Дурслей, от того могла не сдержаться и захихикать или рассмеяться, с мысли, что пришла мне в голову.       Их испуганный вид и шёпот за моей спиной ещё больше смешили.       Кажется, будто все эти дни проживала не я, а совершенно другой человек, потому что в один момент я осознала, что стою в какой-то подворотне и закуриваю начатую очередным новым знакомым сигарету, держа в руках бутылку чего-то крепкого.       Как оказалось, уже начался август, хотя мне казалось, что я только недавно приехала на каникулы.       Набравшись смелости я взглянула на своё отражение в зеркале, а после разрыдалась.       Здоровый, румяный и симпатичный мальчик, превратился в костлявую, серую девочку с огромными кругами под покрасневшими глазами.       Наконец ко мне пришло осознание, что последние 2 месяца я медленно убивала себя, утопая в собственном расстройстве.       Желание жить вновь проснулось во мне, давая силы что-то делать.       Так прошла всего неделя, в конце которой меня ждал неприятный сюрприз. Слава магии, что я смогла вызвать Патронуса, иначе боюсь и я и Дадли уже были бы мертвы.       Чувство пустоты вернулось, и я вновь почувствовала себя обессиленной. А пришедшее письмо от Министерства магии, кажется, и вовсе добило меня, ибо я не помню, как вновь оказалась на улице.       Воспринимать происходящее адекватно я начала только в момент, когда оказалась возле Кабаньей головы, а на голову начал капать дождь.       Домой ввалилась с рассветом, мокрая, уставшая и замершая. Помню, как с трудом открыла входную дверь, потому что руки тряслись от озноба, ввалилась внутрь и всё.       В следующий раз я открыла глаза в незнакомой, хорошо обставленной комнате. С кровати встала довольно легко, о чём тут же пожалела, ибо прямо напротив меня оказался туалетный столик с зеркалом.       Не веря своим глазам, я стала ощупывать себя, надеясь убедиться в нереальности увиденного, но, к сожалению, оно было реальным. Всё стало ещё хуже. От прежнего симпатичного мальчика не осталось и следа.       -Неееееет!!! – я не сдержала истеричный крик и последующие вскрики. -Нет! Нет! Нееет! Аааааа! - Вскочив с кровати, перевернула стол, тем самым разбив зеркало.       В чувство меня привела резкая боль в щеке.       -Сириус… - увидев крёстного перед собой, я прижалась к нему, тихо плача – Прошу помоги… Кажется я схожу с ума.       Меня обняли в ответ, поглаживая по голове.       -Всё хорошо, Гарри. Всё будет хорошо.       Спустя время я проплакалась и мне стало чуть легче.       -Сириус… - начала я, отпрянув от него.       -Гарри, посмотри на меня. – большие ладони легли мне на щёки.       Медленно подняв голову, я посмотрела на крёстного, что в отличие от меня похорошел с нашей последней встречи.       -Ты не сходишь с ума, слышишь? Ты просто устала. Пара дней отдыха в компании друзей и ты снова в норме.       Я активно замотала головой.       -Н-нет. Уже ничего не будет как раньше. Я больше не мальчик-который-выжил. Я теперь..       -Девочка-которая-выжила. – перебил он меня, улыбнувшись – Пусть это и шокировало нас, но это не значит, что мы отказываемся от тебя Гарри.       -Тогда почему ты писал так мало? И почему не хотел встречаться со мной?       -Я расскажу тебе. Сегодня. А пока тебе стоит отдохнуть. Пойдём на кухню… А Кричер пока уберётся здесь. – улыбаясь он подтолкнул меня к выходу.              ****       Два года спустя ни Сириуса, ни Гермионы уже не было, а Рон окончательно отдалился от меня. Дамблдор тоже мёртв, Снейп в коме, Дурсли уехали во Францию. В окружении остались только приятели и знакомые из Хогвартса, а я видимо окончательно потерялась на жизненном пути.              Со всеми возможными титулами, фанатами и восхваляющими меня заголовками газет, но одна.