Божок

      Богов Олимпа можно считать олицетворением не только эгоизма, но и похоти. Они всегда вели праздный образ существования. В их пристанище — всегда в изобилии яства и вина, мужчины и женщины, а главное — никаких правил. Боги делали всё, что чувствовали: кто-то разгневал? Можно разлить реки и затопить деревни или устроить землетрясение. Стало скучно? Можно столкнул людей друг с другом и устроить войну. Всё легко и просто, но чтобы стать Богом… нужно им родиться. И если уж так посчастливилось и существо родилось Божком, то быть им до скончания его существования. Юный, лишь несколько веков проживший Алогос никогда не видел всех Богов Олимпа, лишь издалека наблюдал, как они вершили судьбы людей. Его всегда восхищала их мощь и вседозволенность, в отличии от него и всех ему подобных. Он заперт в рутине исполнения вопрошаний смертных, до которых нет дела Богам. Так почему же ему должно быть? — Ты ещё слишком глуп и юн, — вторила ему Экклисия, Божок местного храма Бога Посейдона. — А я возьму и уйду! Я тоже хочу жить жизнью Бога. Да чем же я хуже их всех? А пасти животных могут и сами люди, — посмеялся Алогос. Он последний раз осмотрел статую прекрасного мужчины с вилами в руках. Его лицо выражало гнев, оно пугало и вселяло ужас! Глаза так и говорили: попробуй ослушаться и тебе несдобровать. — Вот скажи, чем я хуже него? — Наглости тебе не занимать, Алогос, — ужаснулась Экклисия. — Наш Бог — владыка морей. Тебе и не снилась его сила! А ты кто такой? Его восхваляет вся империя, а ты? Да ты жалкий сатир! — почти прошипела она, показывая змеиный язык. — Ох, я тебе покажу! И я не подчиняюсь морям, тебе ясно? У меня нет Бога как такового! Поняла, Горгона ты несчастная! — Алогос топнул копытом и побежал прочь. Так и началась его новая жизнь. Первым делом стоило понять, как же, всё-таки, жили Боги. Алогос украдкой подглядывал за ними. Их любимое дело — издеваться над смертными. Но как это делать, если они не слышали и не видели? И вот впервые за свои сотни лет Алогос решился вселиться в тело человека. Первые несколько раз — полный провал, но со временем удавалось брать их под контроль и вытворять всё, что душе угодно. В первую очередь, что нужно было опробовать — вино. Человеческий организм интересно реагировал на алкоголь — всё становилось забавным, а люди вокруг, что тоже пили, — весёлыми. Так и проходили весёлые пьянки, пока однажды в теле какого-то мужчины Алогос не испробовал женского тепла. Поначалу это было страшно, но видимо ту незнакомку впечатляли робкие мужчины, отчего и с лёгкостью не только отдалась, но и объяснила саму суть происходящего. На следующий день, уже выйдя из тела человека, Алогос увидел картину, как жена несчастного ругается и уходит от него за измену. Неистовое веселье! Правда, нельзя войти в дом и услышать весь спектакль. Экклисия не понимает, что она пропускает сидя в своём храме. Так и проходили десятилетия: спаивал местных жителей, периодически меняя города, и разврат. Всё как завещали Боги Олимпа. Но до тех пор, пока он не встретил её, иностранку. Она так и не назвала своего имени, да и говорить она особо не умела на местном языке, так что в теле незнакомого мужчины, он познакомился с ней и дал имя, Ксенос. И вот он столкнулся с первой трудностью жизни… Ксенос — смертная и не поймёт, если каждый раз к ней будет приходить разный мужчина или же женщина. Так что же делать? Оставалось только одно, украсть жизнь у мужчины, конечно же! Алогос учил её новым словам, чтобы наконец смочь хотя бы немного поговорить. Всё, что она могла — красиво петь на своём языке и никто и никогда не сравнился бы с ней в пении. Так шли годы. Вместе с Ксенос они путешествовали по городам. Алогос полностью погряз в человеческой жизни: найти способ прокормиться — один из самых сложных. И иногда приходилось ему голодать, но не ей. Он ломал пальцы, был избит людьми, что только не происходило с этим телом человека, но всё для прекрасной Ксенос. Дошло до того, что Алогос иногда оставлял тело несчастно и с помощью вселений в чужие тела получал всё необходимое за их деньги и связи. — Ты самая прекрасная женщина, — повторял Алогос. — Для тебя я готов на всё, — признавался он. Почти с десяток лет они путешествовали вместе. И вот в летний вечер они лежали на берегу реки смотря на закат. — Самая красивая, у тебя самый красивый голос, а я самый счастливый человек…      Послышался смех. Алогос напрягся, ведь то был смех его любимой женщины, но не совсем обычный. Она схватила Алогоса за лицо и крепко сжала пальцами. — Ну что, как тебе живётся? Прекрасно? — и грубо оттолкнула от себя. Женщина непринуждённо поднялась на ноги распуская волосы. — Устала я что-то от этого всего. — Т-ты странно себя ведёшь, — Алогос поспешил встать. — О, а ты думал, что вечно будешь меня обманывать? Несчастный ты Божок, — усмехнулась. — Ты возомнил себя Богом, а я лишь проучила тебя, — она захлопала в ладоши. Из-за пояса женщина достала кинжал и приложила к горлу. — О чём ты говоришь? Я не понимаю. Всё ведь было хорошо … — не зная куда деться, Алогос хотел подойти ближе, но женщина сильнее прижала кинжал. — Много лет ты ломал судьбы людей. После твоих увеселений они разводились, дрались и умирали, а сейчас ты украл тело просто смертного, чтобы жить жизнью человека. Это высшая мера преступления, ты в курсе? Я — один из исполнителей Верховного суда, и мы решили наказать тебя. Коли ты решил уподобиться человеку, то испытаешь чувства человеческие! — Но я вёл себя как Боги! Я делал всё то, что делают они! Почему же вы не судите их? Всё, клянусь, я оставлю этого человека, и никто и никогда больше обо мне не услышит. Моя нога никогда не ступит ни в один город. Клянусь, только лишь отпустите её. Буду делать всё что предписано мне даром, — он упал на колени, сжимая дрожащие руки в кулак. — И кто же ты? — с ехидной улыбкой спросила она. — Я — Алогос, покровитель домашнего скота. Я должен и впредь буду охранять покой пастухов, — встав на колени, Божок сжал руки в кулаки. — Если ты вернёшься к старой жизни и хоть один человек пострадает из-за тебя, то ты лишишься смысла своего существования и канешь в лету, как и все забытые существа. Ты провалишься в самые глубокие недра бытия, где тебя не будет. Услышал ли ты меня? — Клянусь! Я буду следовать всему! — Отлично! Но знай, её тоже никогда не существовало, — весело заявила женщина. Алогос поднял взгляд на неё и в туже секунду шею женщины опоясал блеск кинжала и она рухнула наземь.