Семейный долг

      В Дэнвилле было спокойно, и погода стояла прекрасная. Перри лежал на диване и смотрел телевизор, наслаждаясь редким моментом бездействия. Именно тогда к нему подошла Линда и с улыбкой сказала:       – Перри, дорогой, ты не мог бы последить за Финесом и Фербом? Мы с Лоуренсом уходим по делам, Кэндис берём с собой. Тебя же сегодня не вызовут на работу, правда?       Перри на миг задумался – о своей работе: в любой момент Майор Монограмм мог позвонить, чтобы снова отправить его останавливать Фуфелшмертца. Но день был таким тихим, а в доме – так мирно...       – Конечно, Линда, я пригляжу за мальчиками. – Ответил он, отгоняя тревожные мысли.       Линда улыбнулась ещё теплее, наклонилась и поцеловала его в лоб. Отстранившись, она тихо посмеялась, заметив оставшийся след от помады.       – Спасибо, Перри. Ты нас выручаешь.       Из прихожей донёсся голос Лоуренса:       – Милая, ты готова? Мы можем опоздать!       – Иду-иду! – Крикнула Линда в ответ и, направилась к мужу.       Перри поднялся с дивана и неспешно пошёл проводить их. В прихожей Лоуренс, его старший брат, уже ждал у двери. Увидев Перри, он усмехнулся, достал из кармана аккуратный платок и вытер ему лоб. Перри смешно нахмурился.       – Я бы и сам справился. – Пробурчал он, но усмехнулся.       – С Финесом и Фербом? – Лоуренс покачал головой, пряча платок. – Им нужно особое внимание. Дай слабину – и они либо построят реактор, либо разберут холодильник.       – Ну, мы уже идём? – С нетерпением перебила Кэндис, поправляя сумку.       – Да, милая, идём. – Ответила Линда, уже открывая дверь. – Мы вернёмся к вечеру. Постарайся сохранить дом в целости и сохранности.       – Слушаюсь и повинуюсь. – С лёгкой улыбкой сказал Перри.       Линда ещё раз улыбнулась ему, помахала рукой, и все трое вышли на улицу. Дверь закрылась с тихим щелчком.       В доме воцарилась глубокая, почти звенящая тишина. Перри постоял секунду, слушая, как затихает шум двигателя, а затем направился на второй этаж, в спальню мальчиков. Дверь в детскую была приоткрыта. За невысоким заборчиком, на мягком ковре, сидели Финес и Ферб. Они были полностью поглощены важным делом – возведением башни из разноцветных кубиков. Конструкция уже достигла внушительной, хоть и шаткой высоты.       Услышав шаги, они обернулись одновременно. Их лица озарились беззубыми улыбками, когда они узнали дядю.       – Дада Пэри! – Воскликнул Финес и тут же, оттолкнувшись, пополз к нему. Ферб, не желая отставать, последовал за братом.       Перри переступил через заборчик, опустился на колени и с нежностью взял обоих племянников на руки, прижимая к себе их тёплые, доверчивые тельца.       – Наконец-то наступил тот день, когда я могу побыть с вами. – Тихо сказал он, и в его голосе звучала неподдельная радость.       И это была правда. Перри обожал проводить время с семьёй, особенно с любимыми племянниками и племянницей. Работа секретного агента постоянно мешала этому: его вызывали на задания ни свет, ни заря, а возвращаться он мог и глубокой ночью. Отпуск ему давали крайне редко, и то лишь после долгих уговоров. Так было, когда родилась Кэндис, а потом и Финес с Фербом. Каждый день, проведённый с семьёй, были для него ценными. Особенно те редкие дни, когда Фуфелшмертц не строил свои странные инаторы, и всё время принадлежало только им. Такие дни, Перри любил больше всего.       Он осторожно усадил мальчиков обратно на ковёр, погладив каждого по макушке.       – Продолжайте, строители. – Мягко сказал он. – Я просто посмотрю.       Братья, удовлетворённые его присутствием, тут же вернулись к своему сооружению. Перри пристроился рядом, и с теплотой наблюдал за ними. В комнате было тихо и уютно, нарушаемое лишь мягким стуком кубиков.       Ничто не предвещало беды. Пока его часы не запищали – резко, пронзительно, нарушая идиллию.       Перри напрягся, и его охватила знакомая волна паники. Он знал, что это значит, знал, что сейчас произойдёт, но не мог просто оставить племянников. Ответить, однако, было необходимо.       Он медленно поднялся, собираясь выйти, чтобы принять вызов. Но это движение не ускользнуло от малышей. Они оторвались от кубиков, и их лица сразу же сменились.       – О, нет-нет-нет. – Зашептал Перри, тут же опускаясь обратно на колени и притягивая их к себе. – Я никуда не уйду. Мне только нужно ответить на звонок. Только не плачьте...       Он поцеловал их в макушки, и они немного успокоились, уткнувшись в его плечо.       – Я скоро вернусь. – Пообещал он.       Перри отпустил мальчиков и, стараясь двигаться как можно мягче, вышел из комнаты. Они сидели и грустно смотрели ему вслед, но сдерживали слёзы. Отойдя в коридор, он нажал на часы.       – Агент Пи! Почему вы не ответили сразу? – Раздался голос Монограмма. – И почему вы не в своём секретном убежище?       Перри изо всех сил старался сохранять нейтральное выражение лица.       – Возникли трудности. – Только и ответил он.       – Хм... – Монограмм нахмурился, но не стал развивать тему. – В общем, наши источники сообщают, что Фуфелшмертц снова задумал нечто злобное.       Монограмм умолк, уставившись на Перри. Тот несколько раз моргнул, а затем приподнял бровь в вопросительном жесте.       Майор прокашлялся и торжественно произнёс:       – Ну, это всё. Остановите Фуфелшмертца! Удачи, агент Пи!       Перри отдал честь, связь прервалась. Он раздражённо выдохнул. Снова придётся бросать всё из-за проделок врага. Но уйти и оставить племянников он не мог, это было выше его сил.       И тут в его голове мелькнула мысль. Был один человек, который мог бы помочь, если предложить ему что-то взамен. Перри никогда ни о чём не просил, но сейчас ситуация была экстренной. Сжав зубы, он порылся в контактах на часах, нашёл нужный номер и набрал его.