Зимнерождественский филлер

Тэги: fem!Верджил/fem!Данте, за кадром Неро/Кирие, возможно Неро/Кирие/Нико, post-DMC5 AU, попытка в кейс-фик

***

      Данте вела побитый жизнью Форд пикап сквозь густой снегопад. Стеклоочистители работали без остановки, но всё равно еле справлялись. На пассажирском сиденье дремала Верджил, устроив голову на согнутой руке. Данте рулила аккуратно — в её понимании, конечно. Не хватало ещё разбить колымагу на скользкой дороге. Им с Джил авария скорее всего нипочём, но не хотелось остаться без транспортного средства в такой снегопад посреди хер-знает-где.       До места назначения тогда придётся топать пешком или лететь в триггере — отстойная перспектива. Через портал, созданный Ямато, можно попасть только в то место, которое тебе хорошо известно. Там, куда им нужно попасть, ни та ни другая дочь Спарды раньше не бывали. Если Данте устроит дурацкую аварию, то Верджил рассвирепеет, а уворачиваться от меча в грудь и спектральных клинков в руки-ноги и контратаковать своими в ближайшие часы и в такую погоду у Данте не было настроения.       Когда фары редких авто, попадающихся по встречке, заливали салон жёлтым светом, Верджил от макушки до пят вспыхивала золотистым светом, словно статуя из слоновой кости. Великолепная и неживая. Данте усилием воли сдерживалась, хотя её так и подмывало протянуть руку к сестре и своими пальцами и кожей в который раз убедиться, что старшая не видение, а реальная женщина из плоти, крови и с тяжёлым характером, который явит себя во всей красе, если её разбудить без веской причины посреди долгой дороги.       Теперь Джил спокойно и охотно спит в её присутствии. И вообще спит в любую свободную минуту. Когда не занята Данте и всем что с сестрой связано, спаррингом с сыном, чтением своих занудных книженций, своими демонологическими изысканиями, сражениями с демонами, редкими неловкими социальными контактами, уходом за собой (впрочем, уснуть в ванне для неё обычное дело) — она или спит или дремлет. Сибаритствует, отсыпается за тридцать семь лет.       Данте спит меньше, не по нутру ей тратить время на собственный сон, когда она может подсматривать, как спит сестра. Да, звучит нездорóво, но она это делает незаметно, так что не считается.       Наконец они съехали с автострады на боковое шоссе под указателем со стрелкой "Оз. Кристалл Дроп 90 миль", и через четверть часа нырнули в лесной сумрак. Густой хвойный лес обступил дорогу с обеих сторон, стеной отгородив от неба и снега. Снегопад стал реже, видимость лучше, но авто обступила плотная тишина, которую разбавляли только гул двигателя, шелест хлопьев падающего снега, их с сестрой парное дыхание. Эта дорога была не уверенная широкая асфальтовая река, рассекающая континент, а тонкая нить, нанесённая пунктиром на бескрайнее тёмное лесное море.       Данте без особой надежды покрутила колёсико радио. На автостраде хоть и через раз с помехами попадались местные радиостанции. Здесь же в эфире царствовала тишина, изредка перемежающаяся помехами. На тёмной дороге они были одни. За час ни одного авто по встречке или следом. До назначенной точки с такой скоростью ехать оставалось ещё часа полтора.       Изначально этот заказ предназначался Неро и Нико, но на носу Рождество, у Неро любимая и любящая молодая жена, у Нико — такая же любимая и самая близкая подруга. Ещё у них на троих уютный, украшенный на Рождество дом, пропахший сдобным тестом, корицей, ванилью и мятой, полный детишек, ожидающих праздника и подарков.       В общем, Джил предложила, чтобы работу взяли они с сестрой. Данте умилилась заботливости мамочки и бабули. Вернее, сначала младшая полчаса бурчала и ворчала, а уже когда смирилась, тогда умилилась до глубины души.       От местных рейнджеров стало известно о пропаже семи человек на озере Кристалл Дроп за последние два месяца. Фактически жертв могло быть и больше, но зарегистрировано семеро. — Судя по фактам и свидетельствам велика вероятность, что это адская сирена, — подвела итог Верджил, ознакомившись со скудными сведениями по делу, которые уместились на двух листах формата A4. — По словам очевидцев, жертвы оказывались в воде и очень быстро пропадали из виду. Тела их так и не были найдены. Вероятнее всего, съедены. — Для демонов необычно жить в глуши, — заметила Данте. — Добыча скудная и попадается редко. — Даже не все низшие демоны так прожорливы, как эмпузы или никтохоны. Некоторым хватает одной удачной охоты, и несколько месяцев они проводят в спячке. Адская сирена наедается впрок и может выжить до года без пищи. Разве что... — задумчиво произнесла Джил, побарабанив изящными длинными пальцами по подлокотнику дивана, — семеро за два месяца, а возможно и больше. Одна сирена не так прожорлива. Две? Но они территориальные демоны и вряд ли уживутся вдвоём в одном водоёме. Да и холодно уже, зиму они предпочитают проводить в спячке. Почему она активизировалась не летом? — А может это и не сирены вовсе? — подхватила Данте. — Или этих охотников всё же двое? — отозвалась Верджил.       Через полтора часа температура опустилась ещё на пять градусов. А их дребезжащий, но крепкий и тёплый рыдван въехал на парковку перед стоянкой рейнджеров. Трейлер и постройки занесло снегом так основательно, что не зная, их можно было легко принять за причудливые сугробы и проехать мимо. Но наличие внушительной вышки указывало, что здесь обосновался островок цивилизации.       Верджил открыла глаза сразу же, как Данте нажала на тормоз, повертела головой, разминая шею и открыла дверцу, выбираясь наружу и впуская в салон морозный лесной воздух. Младшая заблокировала ручник и выбралась из авто следом за сестрой.       Из трейлера им навстречу вышел мужчина в форменных утеплённых куртке и брюках болотного цвета с ярко-красными нашивками. Очень высокий, крепкий, широкоплечий, со снегоуборочной лопатой в руках. Похоже он собирался расчистить площадку или спустить снег с крыши трейлера. С озадаченным видом он уставился на приближающуюся приметную пару.       А ведь они с сестрой ещё приоделись под окружение. Перед поездкой Верджил поддела под привычный жилет тонкий чёрный гольф из гардероба сестры. Не из боязни замёрзнуть, разумеется. Скорее из уважения к сезону. Слишком уж это вызывающе-инфантильно — по её мнению — сверкать обнажёнными руками на фоне царства снега и льда.       Данте из солидарности с погодой застегнула все три пуговки на своём лонгсливе. Обычно две верхние у неё расстёгнуты. Плюс обе надели утеплённые леггинсы под кожаные брюки. Шорканье холодной кожи по голым ногам не самое приятное ощущение. В бою не обращаешь внимания на такие мелочи, но долго ходить в промёрзших кожаных брюках — удовольствие ниже среднего. Для большего соответствия погоде Данте и Верджил ещё и сменили свою привычную верхнюю одежду.       Разгуливать по заснеженному лесу в привычных тренчкоте и шинели — несообразно. В элегантных, длинных пальто — глупо. Вариант с безвкусными дутыми куртками-пуховиками обе отвергли сразу и без раздумий. Таковых и не было в гардеробе ни у одной из них. Сёстры остановились на кожаных куртках (красной и синей, конечно же) с кашемировым подкладом, чтобы не вызывать слишком много подозрений к своей сверхъестественной морозоустойчивости.       В трейлере, просторном и весьма удобном, разделённом на две комнаты, в передней, самой просторной комнате (своего рода приёмной) обнаружился ещё один рейнджер, моложе своего напарника и без куртки. Сидя за письменным столом у окна, он читал книгу. Оторвавшись от чтения, он поднял глаза на входную дверь и так и прикипел взглядом к вошедшим женщинам.       В помещении было тепло от жарко натопленной железной печи. В углу передней комнаты стояла потрескивающая стационарная рация. На стене висела большая карта окрестностей природоохраняемой зоны вокруг озера Кристалл Дроп. Рядом с картой — информационный стенд с яркими постерами, буклетами и листовками в пластиковых кармашках. Под стендом выстроились в ряд пять стульев. — До озера ещё восемнадцать миль напрямик, — ответил на вопрос охотниц старший из дуэта. Оставив лопату и отложив уборку снега, он зашёл вслед за ними и теперь наблюдал за Данте и Верджил. Джил записала их с сестрой фальшивые имена в журнале регистрации туристов. К фальшивым удостоверениям личности на Диану и Вивьен Хорн прилагались удостоверения спецагентов, которые для них раздобыл Дж.Д.Моррисон — не подкопаешься. Нет, можно, наверное, но для этого нужно всерьёз и надолго заморочиться с базами данных. — Кто пропадает чаще всего? — поинтересовалась Данте, с любопытством разглядывая большую карту окрестностей на стене. Карта была утыкана крошечными хорошенькими флажками красного, синего, зелёного, белого, чёрного цветов. До зуда в пальцах хотелось прикарманить парочку красных и синих флажков. — Одиночки или компании? — Пропадают и парами, и поодиночке, и группами, — ответил старший из дуэта. Высокий (на полголовы выше них с Джил) крепкий, бородатый, основательный мужчина лет пятидесяти. На его куртке Данте заметила жетон с именем Фрэнк Дэверо. Он смотрел на охотницу пристальным взглядом внимательных тёмных глаз. Словно подозревал её нечистые на руку намерения. — Две недели назад пропала компания из четырёх человек. Двое мужчин и две женщины. Приехали на подлёдную рыбалку со своим трейлером.       "Кому вообще интересна подлёдная рыбалка?" — поразилась про себя Данте. Вслух она шутливо предположила: — Может йети шалят? — Нет, вряд ли. Бигфуты предпочитают держаться ближе к горам, — серьёзно ответил бородач. — Да и ни к чему им подобное. Они в целом мирные, если их не провоцировать. Да и вообще, мясо не входит в их основной рацион. Особенно — человечина.       Данте здóрово удивилась и поднапрягла память: кого ещё из североамериканского фольклора она знала? — Тогда вендиго?! — воскликнула она чуть ли не обрадованно. — Ну вы ещё оборотней из "Сумерек" вспомните, — проворчал второй рейнджер, худой, но крепкий парнишка. Впрочем, худым парнишкой он казался только на фоне своего кряжистого зрелого напарника. А объективно: нормального телосложения ещё молодой мужчина, даже старше Неро, лет двадцати восьми-тридцати. Он был без куртки, поэтому Данте не знала, как его зовут. Она позабавленно фыркнула, но ухмылялась недолго. — Вендиго не шатаются в середине зимы, — продолжил тот же рейнджер, пожимая плечами. — Они замерзают в своих глубоких норах до весны. — Ого, — только и смогла ответить Данте.       Тем временем Верджил вынула из пластикового кармана на информационном стенде буклет-путеводитель и вопросительно посмотрела на Фрэнка. Тот кивнул, Джил сложила буклет пополам и опустила его во внутренний карман куртки. — Как вообще можно тащиться от подлёдной рыбалки? — вслух недоумевала Данте, выруливая со стоянки. — Сиди жопой на льду, пялься в дырку, жди, когда рыба вынырнет подышать. — Эта дырка называется лунка, — заметила Верджил рассеянно. Она уткнулась в буклет, расписывающий красоты природоохраняемой территории вокруг озера Кристалл Дроп. — Здесь говорится, что на озере отличная рыбалка, и зимняя и летняя — Ладно, над лункой. Ладно ещё летом, там хоть тепло, вода плещется, природа цветёт и всё такое. Но зачем ловить рыбу на леску, если её можно настрелять? — Твои пистолеты от рыбы даже хвоста не оставят, — отозвалась Верджил рассеянно. — При ловле на крючок рыба остаётся целой. — Ты хочешь на рыбалку? — заинтересовалась Данте.       Верджил отозвалась неопределённо-туманным "кхм" и ничего не ответила. — Вы могли бы пойти на рыбалку с Неро, — Данте привычно продолжила односторонний диалог. — Считается, что это занятие больше подходит отцам и сыновья, но мы не самая традиционная семья, так что почему бы и нет. На мой взгляд, полная чепушня, но тем не менее. Представь... — Судя по анекдотам, на рыбалке большой улов не самоцель, — сухим тоном вставила Верджил. — ...если бы наш папка водил нас с тобой на рыбалку... — У Неро есть приёмные сыновья, — перебила её Верджил. — Со старшим они уже несколько раз выходили на рыбалку в море на арендованном катере. Мальчику очень понравилось. — Да ты что?! — изумилась Данте, отвлекшись от воспоминаний. Она слышала об этом первый раз. — Старший мальчик рассказывал об этом в наш прошлый визит. Поразительно общительный, доверчивый и словоохотливый подросток. Не услышать его было довольно сложно.       Что ж, Данте наловчилась пропускать мимо ушей бóльшую часть детского трёпа, обращая внимание только на важные сведения. Благодаря Пэтти. Мальчуган с детства был любитель поболтать (ещё одна досадная привычка юного Патрика Лоуэлла. Первая и самая бесячая — пацан с детства и без зазрения совести поджирал её клубничный сандей). Если бы Данте внимательно вслушивалась во всё, что со скоростью сто восемьдесят миль в час мёл её мелкий протеже, у неё бы уши завяли.       Оставшуюся до озера дорогу Верджил после того как изучила буклет от корки до корки, внимательно смотрела в боковое стекло. — Думаю, нам нужно сразу изобразить человеческую деятельность, — серьёзно сказала она, когда ряды хвойных великанов поредели настолько, что показался берег заснеженного озера — их пункта назначения.       Данте чуть не прыснула со смеху, но сдержалась. А через секунду увидела, насколько правдивы слова Джил. На берегу в кемпинговой зоне стоял внушительный брутально-угловатый внедорожник Land Rover угольного цвета с большим прицепом. Неподалёку, в мангальной зоне, у костровища копошились три человека. Рейнджеры не предупреждали, что на озере кто-то есть. — Откуда они взялись? — вслух удивилась Данте. — Фрэнк и его приятель не говорили, что здесь кто-то есть. — В журнале регистрации туристов наша запись первая за последние две недели, — отозвалась Верджил серьёзно. — К озеру есть ещё одна дорога с западной стороны, неофициальная. В путеводителе сказана, что рекомендованная дорога это та, по которой мы приехали.       Честно говоря, если бы близнецы заранее не составили план действий, то оказались бы в затруднительном положении пока соображали, что положено делать на природе туристам. Если бы Джил не изучила инструкцию по установке палатки, то они сели бы в лужу с самого начала.       А так, под любопытствующими взглядами троих соседей они всё равно сели в лужу, но позже. Данте только начала надеяться, что они с сестрой не кажутся слишком подозрительными. И весь их вид не вопит: "Мы не настоящие туристы, мы только притворяемся!"       "Наверное, всё же стоило надеть пуховики?" — обменялись взглядами Ди и Ви. — "Для большего соответствия".       Вообще Данте и Верджил не планировали разбивать лагерь. Но на всякий случай у них был с собой настоящий большой туристический рюкзак с термосами, контейнерами с едой и портативной газовой горелкой, а ещё с тёплой зимней палаткой, парным спальным мешком и маленькими химическими грелками.       Их соседями по кемпинговой зоне оказалась семейная пара с сыном-подростком. Состоятельные, судя по машине, туристскому оборудованию и одежде, а ещё любопытные и очень дружелюбные. Муж Майкл, жена Линда и сын Дерек, лет двенадцати-тринадцати. Понаблюдав за неуклюжими потугами новых соседок, Майкл предложил им помочь поставить палатку.       Верджил отбрила бы любого, кто попытается за неё что-то сделать из жалости, но согласилась принять инструкции. Под его руководством они вытоптали прямоугольник в снегу. Затем прокопали траншею перед входом, чтобы на случай снегопада не пришлось забираться в палатку через сугроб. Выяснилось, что Данте оставила дома металлические колышки для палатки. Она выложила их, когда искала в рюкзаке контейнер со стейком, чтобы тайком его слопать, а после забыла положить обратно.       В итоге растяжки пришлось привязать к выглядывающим корням и поваленным веткам под снегом. У них даже начали неметь пальцы, пока они раскидывали снег и раскапывали мерзлую землю. Данте чувствовала, как у неё между лопаток чуть ли не плавится кожа от свирепого сестринского взгляда.        После часа с лишним мучений полудемонические сёстры убедились, что ставиться в снегу палатку — то ещё удовольствие. И безмолвно, одними говорящими взглядами сказали друг другу, что вряд ли захотят в ближайшее время ставить палатку. В Аду сёстры нечасто устраивали полноценные ночёвки, а когда сон становился им позарез необходим, то проводили три-четыре расслабленных часа спиной к спине.       Для поддержания маскировки и чтобы не вызывать ещё больше подозрений при виде их неумения готовить еду на газовой горелке, Джил и Ди отправились на долгую прогулку. Если им приспичит спустить пар, то это точно должно произойти без свидетелей. Плюс обе сильно надеялись, что к их возвращению соседи уже упакуются на ночь в свою палатку и не будут мельтешить под боком, бросая любопытные и удивлённые взгляды на горе-туристок.       В зимнюю пору тёмно-зелёные ели против бледно-голубого неба казались чёрными. Мягкие снежные хлопья с тихим умиротворяющим шелестом ложились на пушистые еловые лапы, укрытую снежным покровом землю и им на плечи. — Это чьи следы интересно? — Данте ткнула пальцем в цепочку следов. — Это следы рыси.       Данте не удивится, если узнает, что перед поездкой сестра успела изучить ещё и энциклопедию "Фауна озера Кристалл Дроп". — Эй, Джил! Как насчёт...? — Меня не прельщает секс на природе зимой. — Обломинго. А если я очень хорошо попрошу? Обещаю, ты точно не сядешь в снег голой задницей как в прошлый раз. Старшая в ответ только гневно фыркнула. — Злопамятная ты, сучка, — пробормотала Данте. — Сама меня потом почти полчаса по снегу мордой возила, а всё ещё обижается. — Данте, помолчи, — проговорила Верджил, устремив на сестру пристальный взгляд. — Сотвори Рождественское чудо, дай мне насладиться красивыми видами, тишиной и твоим обществом.       Тут им попалось невысокое ветвистое дерево, усыпанное крупными красными ягодами, которые ярко и живописно выделялись на фоне белого снега.       Данте протянула руку, сорвала несколько крупных, алых, подмороженных ягод с тонкой кожицей и бросила себе в рот. Холодный ягодный сок брызнул в рот. — Горьковато, но вкууусно, — она причмокнула от удовольствия. — Ты хоть знаешь, что это за ягоды? — нахмурилась Джил. — Хуже чем те чёрно-фиолетовые загогулины на кустах-скелетах всё равно не будет, — беспечно пожала плечами Данте, закидывая в рот ещё с полгорсти ягод. — Мы же не в Аду. — Балда, — процедила старшая, — когда ты научишься думать перед тем, как тянуть что-то в рот?       Во время своего вояжа по вырубке корней Клипота дочери Спарды попали в поразительно бесплодную (даже по меркам Преисподней) область и почти две недели не могли найти ничего более-менее съедобного. Живот у обеих готов был прилипнуть к позвоночнику. И тут им попалась белёсая густая поросль из скелетообразных кустов высотой им примерно по грудь. Кусты были буквально усеяны плодами оригинальной формы. Эти плоды не издавали отвратительного запаха, не были покрыты острыми шипами, не истекали ядовитым соком, которыми зачастую защищали свои плоды многие и многие деревья и кусты, попадавшиеся им во время выполнения взятой на себя миссии.       Верджил как раз отвлеклась на квартет бегемотов, а Данте, разнося из Калины Энн стайку райотов, на ходу сорвала пару чудных плодов. На вкус они оказались отстой, но терпимый, не такое откровенное дерьмо, как похожие на бананы демонические фрукты, которые попались им неделю назад. Уже через полчаса её чуть наизнанку не выворачивало после пары плодов. Позже легендарная охотница готова была признать, что за почти тридцатилетнюю карьеру наёмницы тире охотницы на демонов она не теряла столько крови и внутренностей от стычек с преступными синдикатами, демонами и сестрой-близнецом, как после пары адских фруктов.       Красноватый ягодный сок потёк по подбородку, Данте подняла руку, чтобы утереться тыльной стороной ладони, но сестра опередила её. Джил за плечи рывком притянула к себе Данте и прижалась тёплыми губами к её, прохладным от липкого, терпкого сока. Данте, конечно, горячо её в этом поддержала и с жарким пылом ответила на поцелуй. Ей никогда не надоест ощущать своими губами безупречную полноту губ Верджил. — Калина, — прошептала Верджил, чуть шершавым языком слизывая водянистую сладковатую от мороза горечь с губ и подбородка младшей. — Это ягоды калины. — Ну вот, ты же знаешь, как эти ягоды называются. Мне зачем себе голову забивать? — Задурственная ты балда, — проворчала Верджил раздражённо, но без настоящей желчи в голосе.       Сёстры задержались под деревом и так налакомились сочными, подмороженными ягодами, что у обеих свело губы, нёба, языки.       Уже в сумерках возвращаясь к лагерю, они услышали со стороны озера панические крики, шум, плеск. Данте и Верджил перешли на бег. Выбежав на берег, они увидели два человеческих силуэта, распластавшихся на льду перед полыньёй, в которой метался ещё один тонущий человек.