Vante

Утро в черном доме не принесло прохлады — Красная комната все еще хранила жар прошедшей ночи. Солнечный свет едва пробивался сквозь плотные шторы, окрашивая всё вокруг в глубокий винный цвет. ​Первым открыл глаза Тэхён. Его тело ныло от приятной тяжести, а шея всё еще чувствовала плотный кожаный ошейник. Он обнаружил себя в кольце рук Чонгука, который спал, по-хозяйски притянув обоих омег к себе. С другой стороны к Тэхёну прижимался Чимин, чьё дыхание было щекотным и ровным. ​Тэхён не выдержал. Он медленно провел ладонью по бедру Чимина, чувствуя на коже подсохшие следы их ночного безумия. Чимин заворочался, открыл затуманенные сном глаза и, увидев Тэхёна, сладко улыбнулся. Без лишних слов он потянулся к губам друга, вовлекая его в ленивый, пахнущий утренней негой поцелуй. ​Тихий шорох и стоны омег разбудили Чонгука. Он не открывал глаз, лишь сильнее сжал их талии, чувствуя, как под его руками перекатывается нежная кожа. ​— Уже проснулись? — его голос был низким, с хрипотцой, от которой у обоих омег по спине пробежали мурашки. — Я не давал команды начинать ласки без меня. ​Чимин и Тэхён мгновенно отстранились друг от друга и, словно по команде, опустились ниже, под одеяло. ​Чимин нашел губами сосок альфы, начиная дразняще посасывать его и покусывать, заставляя Чонгука издать довольный рык. ​Тэхён спустился еще ниже. Его руки скользнули по прессу Чонгука, направляясь к самому горячему месту. Он почувствовал, как член альфы мгновенно откликается на его прикосновения, снова становясь твердым и огромным. ​Чонгук резко сел в кровати, опираясь на спинку, и схватил обоих омег за ошейники, притягивая их лица к своим бедрам. ​— Вы действительно ненасытные, — усмехнулся он, глядя на их раскрасневшиеся лица. — Тэхён, вылизывай до блеска. Чимин, подготовь себя пальцами прямо у меня на глазах. Я хочу видеть, как сильно ты меня ждешь. ​Тэхён жадно принялся за работу, обхватывая губами пульсирующий член Чонгука, стараясь заглатывать как можно глубже. Чимин же, глядя в глаза альфе, закинул одну ногу на его бедро и начал медленно вводить пальцы в свою еще чувствительную и растянутую со вчерашнего дня дырочку, не сводя с Чонгука преданного взгляда. ​— Сегодня у нас много дел, — прошептал Чонгук, запуская пальцы в волосы Тэхёна отсранил его от своего члена. — Но сначала я должен убедиться, что вы получили свою порцию утреннего «лекарства». ​Он перехватил Чимина и одним движением насадил его на себя, снова заполняя комнату звуками влажных толчков и стонов, которые ознаменовали начало их первого полноценного дня в этом доме. Чонгук наблюдал за этой картиной с хищным восторгом. То, как Тэхён не побоялся проявить инициативу и буквально потребовать внимания к себе, только сильнее раззадорило альфу. ​Тэхён, тяжело дыша, поднялся на ноги прямо на широкой кровати. Его кожа в багровых лучах света казалась атласной. Он поставил одну ногу на массивное изголовье, широко разводя бедра. Этот жест был верхом бесстыдства и покорности одновременно: его растянутая, влажная и всё еще розовая после ночи дырочка оказалась прямо перед глазами Чонгука. ​— Хочешь, чтобы я тебя вылизал? — хрипло спросил Чонгук, не прекращая методично и глубоко вбиваться в Чимина, который сидел у него на члене. ​Тэхён лишь кивнул, закусив губу и продолжая ласкать свой член быстрыми, рваными движениями. Он хотел чувствовать язык своего господина именно там. ​Чонгук подался вперед. Пока Чимин стонал ему в шею, обхватывая ногами его талию, альфа прижался лицом к расщелине Тэхёна. Его горячий, шершавый язык прошелся по складкам, а затем резко, до самого корня, вошел внутрь Тэхёна. ​Омега вскрикнул, теряя опору. Его пальцы впились в волосы Чонгука, прижимая голову альфы еще плотнее к своему заду. Чонгук действовал уверенно: он вылизывал Тэхёна изнутри, имитируя движения своего члена, одновременно с этим продолжая насаживать Чимина на свой ствол. ​Чимин захлебывался в оргазме, чувствуя, как Чонгук внутри него ускоряется из-за возбуждения от ласк Тэхёна. ​Тэхён содрогался от каждого движения языка Чонгука, чувствуя, как его внутренности плавятся. ​Чонгук доминировал над обоими, пробуя на вкус одного, пока владел вторым. ​В какой-то момент Тэхён не выдержал. Его колени подогнулись, и он рухнул прямо на них двоих, кончая на простыни от одного лишь языка альфы. Чонгук, чувствуя, как его омеги окончательно превратились в податливый воск, с последним мощным толчком излился в Чимина, накрывая их троих общим одеялом из тяжелого дыхания и неистовой страсти. Черный дом действительно стал для омег местом, где время и стыд перестали существовать. Чонгук, глядя на своих подопечных, понял, что их тела откликнулись на его доминирование гораздо сильнее, чем он ожидал. Они не просто подчинялись — они жаждали продолжения. ​Тэхён, едва переведя дух, снова перевернулся на живот. Его взгляд зацепился за Чимина, который всё еще дрожал после разрядки. Тэхён подтянулся к другу и, приподняв его бедра, приник губами к его расслабленному сфинктеру. Он начал вылизывать Чимина с такой самоотдачей, будто от этого зависела его жизнь, стараясь максимально подготовить и расслабить друга для новой порции удовольствия. ​Чонгук наблюдал за этой сценой, и в его глазах вспыхнул опасный азарт. Он поднялся с кровати, подошел к стеллажу и взял два внушительных, реалистичных фаллоса из черного силикона. ​— Вы сами этого просили, — прорычал Чонгук. ​Он подошел к Тэхёну, который продолжал ласкать Чимина языком. Не давая омеге отстраниться, альфа приставил первый девайс к его заднице и одним мощным, беспощадным движением вогнал его внутрь. Тэхён вскрикнул прямо в плоть Чимина, его тело выгнулось дугой, но он не прекратил ласкать друга, лишь сильнее вцепился пальцами в его ягодицы. ​Затем Чонгук схватил Чимина за ошейник, заставляя его приподняться на четвереньки прямо возле Тэхёном. А сам присел между ними, но немного сзади, он хотел смотреть, видеть как силикон входит в их дырочки. Второй фаллос, блестящий от смазки, оказался у входа в Чимина. Чонгук не церемонился — он начал вдалбливать пластиковые члены в омег с такой силой, что кровать начала ходить ходуном. ​Тэхён и Чимин получали жесткие удары дивайсами от Чонгука. ​Чонгук сидел зади омег, работая обеими руками, вколачивая девайсы в своих прслушных, горячих мальчиков, втрахивал синхронно, создавая единый, сводящий с ума ритм. ​— Кричите для меня! — командовал Чонгук, ускоряя темп. — Я хочу слышать, как вам мало! ​Омеги скулили и стонали, окончательно теряя связь с реальностью их смазка пенилась и хлюпала, дырочки горели от жестокой ласки, бархатные стеночки сжимались вокруг силикона. Это утро превратилось в бесконечную пытку удовольствием, где каждый удар фаллоса вбивал в них одну единственную истину: они принадлежат этому человеку, и он никогда не даст им пресытиться. Этот момент стал пределом физических возможностей и высшей точкой мастерства Чонгука в управлении чужим наслаждением. Комната наполнилась звуками, которые больше не напоминали человеческие — только влажные шлепки, скрип кожи и сдавленные крики. ​Чонгук действовал быстро и технично. Он достал силиконовый член из задницы Чимина, и с помощью вакуумного крепления намертво зафиксировал его на кожаном подголовнике кровати. — Чимин, на него. Живо, — скомандовал Чон. ​Чимин, чей разум уже давно превратился в расплавленный воск, послушно встал в коленно-локтевую позу спиной к изголовью. Он медленно насадился на закрепленный девайс, заполняя себя до предела, и замер в ожидании, когда перед его лицом окажется Тэхён. ​В это время Чонгук подхватил Тэхёна под бедра. Внутри омеги всё еще находился второй фаллос, который Чонгук придерживал рукой. Альфа приставил свой огромный, пульсирующий член, предварительно смазав смазкой Чимина, к сфинктеру Тэхёна. Одним мощным, сокрушительным толчком он вошел в оиегу, заставляя его дырочку принять и пластик, и живую плоть одновременно. ​Тэхён запрокинул голову, из его горла вырвался беззвучный крик — его внутренности были растянуты до невозможного. Но Чонгук не давал ему времени на осознание боли. Он начал ритмично вбиваться, натягивая омегу сразу на два «ствола», заставляя Тэхёна содрогаться всем телом. ​Чонгук подтолкнул Тэхёна ближе к Чимину. — Соси его член, Чимин. Вылизывай своего друга, пока я разрываю его изнутри, — прорычал альфа. ​Чимин жадно подался вперед, обхватывая губами член Тэхёна, который был натянут как струна. ​Чимин насаживался на закрепленный фаллос, одновременно доводя Тэхёна до исступления своим ртом, вылизывал, посасывал богровую головку, создавая вакуум во рту, ласкал уретру, а одной рукой ласкал яйца друга, но ещё старался одним палец протолкнуть в дырочку. Доставить ещё больше удовольствия. ​Тэхён захлебывался в двойном проникновении Чонгука, чувствуя, как его член ласкает лучший друг, и пытается ещё и пальцем трахать. ​Чонгук стоял над ними, словно кукловод, управляя этим безумным механизмом, чувствуя, как его собственные вены вздуваются от колоссального напряжения. ​Воздух в комнате буквально искрил. Когда Чонгук почувствовал, что Тэхён внутри начинает пульсировать в финальной агонии, он ускорился до предела. Вспышка оргазма накрыла их троих одновременно: Чонгук излился в Тэхёна, Чимин принял сперму Тэхёна в рот, содрогаясь на своем фаллосе. ​Это было полное, абсолютное разрушение и созидание новой реальности, где они трое были частями одного целого. В комнате воцарилась обманчивая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием. Чонгук лежал на спине, раскинув руки по сторонам. Его мощное тело было покрыто испариной и следами когтей, а на губах играла самодовольная усмешка. Тэхён и Чимин прижимались к его бокам, их ошейники тихо позвякивали при каждом вдохе, а тела всё еще мелко дрожали от пережитого шока. ​Чонгук повернул голову сначала к одному, потом к другому, и в его глазах вспыхнул опасный, почти демонический огонек. ​— Знаете... — начал он, и его голос в этой тишине прозвучал как раскат грома. — У меня есть несколько близких друзей. Такие же альфы, как я. Влиятельные, сильные и очень... требовательные. Как насчет того, если сегодня вечером они заглянут ко мне в гости? ​Он сделал паузу, чувствуя, как омеги замерли под его руками. ​— Готовы ли вы принять их так же самоотверженно, как принимали меня? Станете ли вы общим угощением на этой встрече, не зная отдыха, пока каждый из них не будет удовлетворен? ​Если Чонгук и ожидал страха или сомнений, то он ошибся. Омеги, чей разум был окончательно «взломан» этой ночью, отреагировали мгновенно. Мысль о том, чтобы служить своему альфе, развлекая его гостей и демонстрируя свою безграничную покорность, вызвала у них новый всплеск адреналина. ​Тэхён резко приподнялся на локте, его глаза, подведенные ночной усталостью, лихорадочно блеснули. Он первым скользнул рукой под шелковое одеяло, находя пах Чонгука. ​Чимин с другой стороны приник к плечу альфы, обжигая его кожу горячим дыханием, и его пальцы переплелись с пальцами Тэхёна, вместе обхватывая член Чонгука. ​Они начали синхронно, забвенно поглаживать его, доказывая делом, что их тела снова готовы к бою. ​— Мы сделаем всё, что ты захочешь, Господин, — прошептал Чимин, глядя на Чонгука снизу вверх преданным взглядом. — Пусть приходят. Мы покажем им, чьи мы омеги. ​Тэхён лишь согласно застонал, прижимаясь щекой к напряженному бедру альфы, уже представляя, как их задницыбудут заполнены членами и спермой, еще более сокрушительной страстью.