связанные чувствами.

Джисон всего лишь обычный студент, который хотел отрываться на вечеринках и летать на моря, как это делали большинство подростков. только вот те летали за счет родителей и неплохой финансовой подушки за плечами, а у парня не было ничего. у него в прямом смысле пустота за спиной. ни гроша, только одежда, купленная родителями. сам же он жил уже сам по себе, являлся студентом, что вынужден выживать. выживать, потому что парень сгибался от тяжести на собственных плечах. родители отказались от него, как только парню стукнуло восемнадцать. зачем им нужен здоровый лоб, который поступил в университет и за их счет сидел бы на шее, свесив ножки? надо, чтобы он сам себя обеспечивал и искал работу, правильно? правильно. именно это он слышал от родителей. но парень не сдался. он, пусть и проживал в общежитии, где ремонт далеко не современный, а по кухне пробегало несколько тараканов раз в месяц, его все устраивало. но что Хану оставалось делать, когда он поступил на бюджет? правильно, получил то, на что рассчитывал изначально. у платников же было отдельное общежитие, где условия гораздо лучше. да, там даже можно было помыться и не бояться, что вода станет холодной! — Чанни, я заебался, — Хан сидел на своей поскрипывающей кровати и грыз кончик ручки. в его руках лежала тетрадь с написанной во время пары лекцией. почерк у парня был понятным, поэтому многие приходили списывать то, что не успевали переписать. — мы только вышли с практики, а я уже чувствую себя выжатым, как лимон. разве так и должно быть? — парень делал вид, что хнычет. на деле он плакал, но внутри. — с твоим-то режимом неудивительно, Джисон, — Кристофер почесал затылок и бросил взгляд в сторону друга. — ты спишь, дай бог, по два часа в сутки вместо положенных восьми. ты думаешь, что все будет в порядке с твоим организмом? да ты согнешься с таким ритмом уже через полгода, — закатил глаза и тяжко вздохнул. Джисон промолчал. разве у него имелся выбор? правильно — нет. ему никуда не ступить ногой, не расслабить свой график работы, потому что не было возможности так поступить. посещение пар должно быть стопроцентным, иначе возможен риск потери стипендии. на работе главный командующий выдвигал правила и сам план работы, несколько неявок — увольнение. потеряв свое «золотое место», парень останется на мели. — все в порядке? — старший обеспокоенно спросил, потому что брюнет глядел в одну точку перед собой. молчал и просто хлопал глазами, будто завороженный. — Джисон, мать твою, ты ответишь или нет? тот вздрогнул от низкого грубого голоса соседа и чуть ли не выронил тетрадь из вспотевших рук. из транса его, как обычно, вывел Кристофер. этот метод быстр и достаточно эффективен. в других случаях он не реагировал и продолжал размышлять над своей жизнью, в которой оказался. а можно это вообще назвать жизнью? да, парень понимал, что ему никто все готовенькое на блюдечке приносить не собирался, но и выгонять из родного гнезда... слишком неправильно? он привык к дому, привык к еде и уюту. Джисон мог бы жить с матерью и отцом, при этом устроившись на работу. но вместо этого он загибался и разрывался на две части. в какой момент он мог так оступиться? почему родился в той семье, где внутри не царила любовь, не было понимания и хоть какой-то заботы к чаду, с которым проведена добрая половина жизни? неужели его можно вышвырнуть на улицу, как поломанную куклу, что отжила свое? вопросов много, но ответов на них нет и, видимо, не будет. да и хотел ли Джисон слышать на них ответ? вряд ли, потому что это слишком больно и разбивающе. Хан понимал головой, что рыться в пучине мыслей — бесполезная трата времени, но увы, этот процесс невозможно проконтролировать. он не выжидал определенный момент, в процессе которого можно уйти в себя. это происходило резко и неожиданно, как гром среди ясного неба. временами его называли чудиком, потому что такие действия выглядели странно. особенно в те моменты, когда он улетал в себя буквально за секунду во время важного диалога, а потом кивал, делая вид, что все слышал и впитывал. внезапные полеты в прострацию начинали все чаще его преследовать, даже в самые ответственные моменты. однажды он провалился в бездну прямо на паре, когда объясняли важную информацию по поводу экзамена. пришлось после уточнять все у закатывающего глаза Криса. да, Чана бесила рассеянность одногруппника и по совместительству соседа, но делать ничего с этим не собирался, да и противиться тоже. это его друг, он видел, что с ним происходило. видел его беспокойный сон, из-за чего сам часто просыпался ночью. видел, что ему сложно, но и читать нотации не имел права, ведь тот уже взрослый, сам должен понимать, как ему лучше жить и что вообще делать. он не мог лезть в чужой монастырь со своими правилами и браться за воспитание. все-таки Бан рос в той семье, где ему говорили, что совать нос в чужую жизнь — себя не уважать. «вместо того, чтобы осуждать, кривиться и пытаться направить человека в нужное русло, проследи за собой», — такие слова матери парень помнил всегда. это являлось его цитатой, которую он часто прокручивал в голове. — неужели ты так и не смог найти работу со свободным графиком? — старший тяжко вздохнул и, подходя к чужой кровати, потрогал мягкие волосы Хана. — ты реально скоро согнешься. я переживаю за тебя и твое моральное состояние, это ведь все не шутки, понимаешь? для младшего такие слова прозвучали обидно и будто оскорбительно. мало того что в него родные никогда не верили и ставили плохие прогнозы на его будущее, так еще и друг в ту же степь поплелся. неужели он настолько безнадежен? — не веришь в меня? — хмыкнул он, скрывая небольшой слой обиды. становилось неприятно от осознания, что собственный друг не верил в его способности и выносливость. в него вообще кто-то когда-нибудь сможет поверить? такими темпами парень собственноручно угробит то, что пытался построить и перестанет надеяться на что-то хорошее. возможно и вовсе сопьется, как его дед? — я не это имел в виду, — разговаривать с Джисоном всегда было слишком сложно. тот мог воспринять слова в негативном ключе и перенять все на свой счет, либо же в штыки. — я переживаю, потому что ты в первую очередь мой друг, а не сосед по комнате. мне больно смотреть на то, как ты высыхаешь и превращаешься в еле передвигающееся месиво. Кристофер всегда относил себя к старшему брату. со всеми, с кем он когда-либо дружил, относился с теплотой и пониманием, пытался помочь и вытянуть из пучины, в которую люди вляпывались. только вот не замечал, как сам тонул в темной бездне, не принимая ответную помощь. Бан тот человек, который помогал, попадал в сердца людей благодаря тому, что был местом, где можно излить душу. никогда не отчитывал, не осуждал вслух, просто хлопал по спине, говоря, что «все наладится, нужно время». он заменял всем старшего брата, либо неосознанно им становился. — позитивно, — снова вздох. возможно он в будущем разбогатеет и работать не придется? да, только где он такое счастье найдет? на помойке не валялось, а из рук ускользало, как крупинки песка. — я скоро поеду на море, там и выдохну. поверь, когда вернусь, буду свежим огурчиком! Хану девятнадцать, скоро будет двадцать лет. он поступил на педагога по математике и уже был на практике в школе. только дети вдыхали в него жизнь во время работы, что не могло не радовать. и этих созданий чаще всего называют исчадием ада? смешно. нет, безусловно, есть дети, ведущие себя как мрази, но это же зависило от воспитания родителей и окружения, в котором малыши проводили бóльшую часть своей жизни. Джисон еще не наткнулся на тех младших подростков, которые хуже, чем дьявол в аду. *** — блять, — шикнул Джисон, когда в его затылок прилетел слюнявый комок бумаги. господи, как ему подобные шалости порядком надоели. — ему бы лицо разукрасить не помешало. с агрессией Джисону нужно было поработать, но на это не было времени. он заводился с полуоборота, понимая, от кого в него прилетела бумажка и с каким посылом. — Джисон, просто внимания не обращай, — блондин незаметно для друга приподнял уголок губ. все-таки, он каждый раз становился главным свидетелем начала конфликта. — флиртует с тобой в открытую, а ты заднюю даешь. Чан открыто заявлял, что парень, привлекающий внимание его соседа, — дышал к Хану неровно. это наверняка замечали многие, но не Джисон. он упорно игнорировал высказывания и факты, указывающие на правоту слов Криса. — кто так флиртует вообще?! у кого этот недоумок курсы покупал? отвратительно и дешево выглядит. только отпугивает и заставляет ненавидеть еще сильнее, — не сдержавшись, Хан потер переносицу пальцами и прикрыл глаза. — или для тебя вылить компот кому-то на голову при первой же возможности — апогея флирта? он просто придурок, а ты его к влюбленным записываешь. брюнет отрицал это не потому что боялся, что привлекал парней, а просто из-за того, что ему это не нужно. плюсом ко всей этой каше, он видел только задорство и бесящий характер своего врага. — да? тогда почему он выбрал именно тебя? поступил в прошлом году вместе с тобой и до сих пор никак отстать не может. ты не хочешь видеть очевидное, Джи, — Крис закатил глаза, в очередной раз убеждаясь, что его друг противный. — и не собираюсь. он не флиртует, а просто издевается надо мной, Крис, — каждый раз от их «боя» он слишком уставал. — он выбрал меня в качестве жертвы только из-за того, что я показал зубки, не побоялся огрызнуться и задеть ебучее раздутое эго. видишь, насколько его это задело? до сих пор припоминает, гандон, — Хан любил давать врагу такие прозвища. — он раздражает меня этим. считал их очень даже ласковыми. — зачем тогда отвечаешь, если прекрасно знаешь, для чего он это делает? — Чан не понимал такой логической цепочки. все-таки, если Джисону так не нравилась их «игра», зачем реагировал? — Минхо же прекрасно видит твою реакцию и забавляется. не проще просто игнорировать? так его интерес к тебе потухнет. Джисон задумался. логика в словах старшего была, но и так же небольшой нюанс тоже нужно учитывать. здесь было не все так просто, как казалось на первый взгляд. — а ты думаешь, я не предпринимал попыток этого сделать? Хан хмыкнул, откидываясь на спинку стула, но тут же вдохнул воздух через нос. снова чертов плевок. только размер комочка увеличился и запутался в кудрявых волосах. — если ты еще раз в меня плюнешь, я эту трубочку запихаю в твою уретру, смертоплюй недоделанный, — шикнул он на всю аудиторию. повезло, что сейчас перемена, и преподаватель не мог сделать замечание за такую выходку. — напугал, — донесся голос позади. — мне снять брюки для удобства или сам справишься? Джисон пытался игнорировать выходки Ли, но это становилось вечной пыткой. тот не отставал, продолжал его дергать и выводить на эмоции. драки и словесные перепалки — не помогали искоренить вражду, а только лишь усиливали яркий огонь между ними. раздражал. бесил. заводил. если Минхо это все забавляло и он в этом находил некий интерес, то Джисон наоборот, — его нервная система расшатывалась с такими резкими и постоянными перфоменсами от одногруппника врага. слишком легко вывести на агрессию и раздутые щеки. раньше у Джисона получалось закрыть рот вовремя, прекратить перепалку и уйти в тень. однако со вторым годом обучения пришла и сложность с контролем эмоций. он больше не сдавался раньше времени, всегда наступал на пятки и показывал заточенные клычки. пытался выйти победителем из «битвы», которая являлась игрой ради адреналина. — ну что ты зубки свои прячешь, тигренок? продолжай, меня это возбуждает, — Минхо подмигнул, смущая напрягая Джисона. — какая ты стешняшка. — ублюдок, — терпение надувалось, как воздушный шарик. — жить надоело? — ты весь красный... — если не замолчишь, тоже попадешь под раздачу, Бан Кристофер Чан, — зашипел Джисон подобно дикой кошке и встал из-за парты. — мне нужно на перекур, иначе я не вывезу муторную лекцию по математическому анализу и этого идиота позади. Джисон не стал дожидаться ответа Чана, потому что прекрасно осознавал, что тот за ним не пошел и не остановил бы. блондин на дух не переносил табачный дым — его начинало сразу выворачивать, и тошнота подступала к горлу. вдыхая свежий воздух, Хан расслабился. его легкие наполнялись прохладной свежестью, а из головы вылетали все негативные мысли. сейчас ему намного лучше, нежели там, в душной аудитории с противным Ли Минхо. почему он не мог просто отстать от Джисона, перестать кидать едкие фразочки в его сторону? он понимал головой, когда Ли это делал при посторонних, желая показать Хану его место, таким образом в очередной раз отомстить, но зачем парень делал это еще и наедине с ним? разве так должно быть? — чтоб ты ногу сломал, урод, — Джисон зажал обветренными, сухими губами плотную трубочку и вдохнул, наполняя все внутри едким никотином. он баловался сигаретами, пусть и это отравляло организм и губило здоровье. сигареты — единственное его спасение от стресса и агрессии. другого решения он пока что не нашел, но в скором времени планировал избавиться, ведь своей никотиновой зависимостью к чему-то хорошему не придет. избавиться от такой зависимости — сложный процесс, но он будет стараться. все-таки курить около пяти лет... это много, даже очень. впервые Хан попробовал курить в четырнадцать лет, на заднем дворе школы. из-за влияния своих друзей, он взял эту гадость в рот и понял, что она приносила ему неимоверное удовольствие и помогало держаться на плаву. только со временем он осознал, как сильно это сказывалось на его здоровье, но уже было поздновато. нужно избавляться от этого. — Крис? — Джисон обернулся на звук шагов позади себя. он подумал, что блондин пришел к нему, но слегка ошибся. — ты совсем ахуел? он громко прорычал от чужого действия. Минхо нагло прижал его к холодной и шершавой стене здания, широко улыбаясь. до зуда в груди хотелось стереть это ехидничество с чужого лица и разочек прописать по идеальному носу. как же старший раздражал его. раздражал, но он не мог взять и перестать временами заглядываться на него. — ну чего ты, тигренок, испугался? — он наклонился ближе к лицу Джисона. — я всего лишь хотел убедиться, что с тобой все хорошо. прогонишь меня или угостишь сигареткой? идиот. — много хочешь. проваливай, — Хан пытался собрать свою душу по крупицам. и это, вроде как, получилось. почти. — я на территории университета, а не на твоей, — он не двигался, с той же ноткой наглости заглянул в большие глаза. — мамочка не учила тебя, что нужно делиться? подгони сигаретку, желательно ту, что у тебя между губ находится. Минхо позволял себя таким образом вести. ему нравилась чужая реакция, нахмуренные брови и... смущение. смущение, которое из раза в раз доказывало, что слова Ли имели хоть каплю веса. — ты меня раздражаешь. — а ты меня возбуждаешь. дальше что? — ты отвратительный, — Хан насупился и руками уперся в грудь старшего. невольно его ладони задержались на сильных мышцах, нащупывая упругость. однако, он быстро себя одернул и оттолкнул Минхо, пока такое положение не выдало его действия. — бога ради, не подходи ко мне. заебал, честное слово, со своими приколами уже на шее сидишь. Хану нужно было срочно уходить, иначе он не сможет выдержать такого давления на себя. Минхо пусть и вредная задница, которая раздражала до скрежета зубов, выводила на противные и нежеланные эмоции, но его внешность... слишком идеальна. неужели люди с мерзким характером получали автоматом шикарную внешность и тело? это немыслимо. это ведь не из-за слоев одежды такое крепкое тело? Джисон сжал руки в кулаки и проклял себя за подобные мысли. почему он позволил себе думать о враге в таком ключе и вообще в таком направлении? — сбегаешь? как невежливо с твоей стороны оставлять собеседника в одиночестве. — да? что-то не вижу здесь адекватного собеседника. вижу только прилипший банный лист к заднице, который невозможно отодрать, — Хан уронил и растоптал сигарету, запихивая руки в карманы черных брюк. нужно показать Минхо, что Джисону на него плевать. — правильно, потому что тебя этот банный лист будет дра- — можешь не продолжать, я твои второсортные речи слушать не собираюсь. иди это заливай тем, кто на шею твою прыгает, стоит тебе только появиться в их поле зрения, — почему Джисон до сих пор с ним вел разговор? разве он не собирался минуты три назад сбежать и ретироваться среди толпы студентов? — мне пора. боюсь, если постою с тобой еще минуту, то отупею. бай, придурок. младший пришел к выводу, что пора валить, иначе их весьма нормальный диалог рисковал превратиться в спор двух петухов, которые не смогли определиться, кто первый будет топтать курицу. ему срочно нужно превратиться в соника и переместиться в аудиторию. Минхо дурно влиял на него. даже слишком. и на его мозг тоже. *** — у нас повторение интегралов, — начал Кристофер, заглядывая в свою тетрадь с первого курса. — я отдаленно помню, как бороться с этой мразью. она раздражает меня, господи, потому что на лекции ничего не понял. — а зачем ты кивал, если не дошло? — Джисон удивленно глянул на блондина. зачастую тот схватывал все налету, да и быстрее всех. — я сам ничего толком не понял. цифры только красивые... думал, что ты мне объяснишь, но, увы, просчитался. — да я как-то смысловую нить потерял, пока с Наен переписывался, — старший покраснел, потому что уловил хитрый взгляд соседа. — моргалку свою выключи, а-то глядишь, лопнут и видеть картинку перестанешь. Чан — тот парень, который не любил признавать себя влюбленным. не любил влюбленные интрижки, после которых ощущал кинжал в спине. именно из-за этого он вечно злился на подкалывающего его Джисона. — какой злюка. — гугл открывай, будем с темой разбираться, — бросил Крис. — скоро сессия, не успеем все повторить. да и времени свободного не так много. — ты серьезно? может, сначала поделишься вашей с Наен историей? интегралы подождут, — Джисону интересно. ему интересно было смотреть на Кристофера, что сиял ярче всех на свете, когда общался с девушкой. та была старшего его и заканчивала университет, а после... испарилась. — правда? может, тогда расскажешь, почему ты на пару опоздал и пришел весь красный, пока Минхо позади с широкой улыбкой стоял? — он перевернул стрелку на Джисона, дабы не начинать больную для себя тему. Наен для него была всем. он ради нее не спал ночами, выполнял проекты, изучал материал, предназначенный для другой специальности. сиял и не замечал, как та им просто пользовалась, пока была возможность. когда она получила красный диплом благодаря Крису, то ушла. ушла, сказав, что разлюбила, и что им больше не по пути. у них прошла любовь, завяли цветущие лилии. Наен пыталась найти тысячу и одну причину, чтобы избавиться от блондина, удалить того из своей жизни и молча продолжать крутить людьми в ту сторону, которую нужно. блондин был разбит, вследствие чего окунулся с головой в учебу. только из-за моральной боли, пожирающей изнутри, Крис выбрался на планку «отличника» и ему это понравилось. — понял, открываю интегралы, — фыркнул Хан, чем вызывал у Чана тихий смешок. как же легко было переключить Джисона с одной темы на другую. брюнет не мог сконцентрироваться на чем-то одном, вечно перескакивал с первого обсуждения на второе, а следом и на третье, забывая о том, с чего вообще начался диалог. Джисон мог говорить о чем угодно, но когда дело касалось его личной жизни или того же самого Ли Минхо, чье имя он слышал чаще собственного — сразу же переводил тему, затыкался и делал вид, будто ничего не слышал. не было желания общаться о заклятом враге и рассуждать, почему тот обиделся на него за обычную правду, вылетевшую изо рта в первый день столкновения. разве на правду вообще можно обижаться? или Минхо не привык, что кто-то помимо него самого умеет давать отпор? — ебануться, тут черточки есть, — разглядывая формулу, что первая высветилась в интернете, Джисон ахнул. он не то чтобы совсем глупый, просто всегда удивлялся буквально всему, что видел впервые. — может, ну его?... Джисон правда не глупый, просто все, что красивое или непонятное, — заставляло его открывать рот и тщательнее рассматривать картинку с объектами или символы. — сам ты черточка, — старший посмеялся с такой реакции друга. — это единичка, балбес. — выглядит как черточка, — он пожал плечами. роль здесь сыграло еще и плохое зрение и качество изображения. — я что, виноват в этом? единичка сама решила замаскироваться под черточку. — если ты при нашей карге такое скажешь, то черточка будет не в формуле, а у тебя в зачетной книжке... педагог по математическому анализу у них весьма злой и требовательный. на самом деле неудивительно, ведь этот предмет был сложнее, чем та же самая алгебра и геометрия. грубо говоря, он соединял в себе несколько предметов сразу, множество формул и правил, которые нужно запомнить. — ну если ей глазки построить, то она расплавится. забыл, как действовал Джей, когда на зачет явился неподготовленным? построил глазки, подмигнул и вышел с зачетом. может, у нас получится провернуть тоже самое. Хан не возмущался, просто негодовал от такой несправедливости. он сам на первом курсе готовился несколько ночей к зачету, заливая в себя много кружек кофе. — это распространяется только на любимчиков. Джей ей не грубит, на пары не опаздывает и все сдает. мы хоть и отличники, но до такой планки явно не тянем, поэтому засунь свою голову в интернет и глянь информацию по интегралам. Хан сдался и поник. да, у него по сути должен быть автомат, потому что он посещал все пары и мероприятия по ее предмету, а тут его подозревали в не усваивании информации. Кристофер же по уровню знаний выше, чем он, но и у него не было автомата. миссис Ким никому не ставила автоматы. по ее скромному мнению, такие студенты в будущем будут некомпетентными педагогами, не обладающие багажом хотя бы базовых знаний. Джей смог проскочить только благодаря связям и тому, что являлся ее племянником, который получал дома нагоняй. Джисон одновременно ему завидовал и проявлял сожаление, потому что миссис Ким злая женщина и весьма грубая. иметь родственника среди своих преподавателей несет в себе как плюсы, так и минусы, поэтому парень прикусил губу, продолжая лазить в интернете. похоже, сегодня он не сможет поспать, пропадая с головой в прошлогоднем материале. *** Джисон пришел уставший с работы. под его глазами красовались яркие и большие мешки, в которых можно было спрятать одного человека минимум. парень немного дерганный и резкий, переворачивал все свои вещи, наводя хаос в комнате. — что ты ищешь? — Кристофер вскинул бровь, пока наблюдал за другом. тот казался ему каким-то нервным и испуганным, словно у него украли что-то дорогое. — Джисон, ты сейчас разгромишь всю комнату, прекращай. — деньги, — односложно ответил он, скидывая с полки толстые книги. он был напуган. — деньги, которые я откладывал для полета на море... их нет. в груди разрасталась паника. он пахал на своей работе практически 24/7, а тут в его тайнике пусто. ничего не лежало, даже маленькая крошка хлеба отсутствовала. неужели, пока он был на парах, его обокрали? кто это мог быть и почему у кого-то левого имелся легкий доступ к их с блондином гнезду? Джисон готов был рвать и метать, вызывать коменданта, потому что это средства, которые он зарабатывал честным трудом. в его тайнике не лежали подаренные или накопленные с подросткового возраста купюры. здесь лежали деньги с его зарплаты, которые он оставлял специально для своего отдыха. — я их переложил в другое место. к тебе приходил Хенджин и хотел взять книгу, а там заначка. подумал, что лучшим решением будет перепрятать, потому что это уже не являлось тайным местом, — отчеканил Чан, указывая кивком на половицу. — приоткрой ее, там будет конверт. Хан покосился на него с подозрением. все-таки, это чересчур гладко проходит, словно заранее подготовленная история. но потом он вспоминает, что действительно посылал Хвана сюда, чтобы тот взял книгу, которую он временно у него одолжил. все еще с волнением и паникой в груди, младший подошел к на первый взгляд ровной половице и опустившись на корточки, приподнял ее. под ней находился пыльный, но толстый конверт с его деньгами. ему стало стыдно, что он мог подозревать своего друга в краже. — если думаешь, что я взял деньги, то пересчитай, — блондин до боли прикусил губу. почему-то ему стало не по себе от того, что Джисон мог подумать на него и спустить в его сторону больших псов. ему никогда не верили. все детство родители думали, что он потенциальный лжец и наказывали его за правду. помимо этого экзотического набора, в школе было то же самое. в голове крутился момент из начальных классов. будучи маленьким, он ездил с одноклассниками и классным руководителем в бассейн. все сначала было хорошо, даже слишком идеально, но после нескольких поездок его обвинили в краже и отстранили от развлечения. кто-то украл у его соседа по парте пачку чипсов. да, не особо страшно. да, он выходил в туалет, но не мог и близко знать, где находилась еда Намджуна. стоило еще брать в учет то, что он вернулся довольно быстро и за такой короткий срок точно бы не успел что-то своровать. но на это никто не обращал внимания, ведь были «доказательства». Кристофер с пеной у рта и слезами на глазах доказывал, что это не он, но верили ли ему? конечно, нет. учительница была наслышана от его родителей о том, что тот врал при любом случае и плакал для правдоподобности. ему никто не верил, потому что помимо еды стали пропадать вещи. с ним вели разговоры, а дома отчитывали родители. да, бывали моменты, когда он мог наврать, дабы смягчить наказание, но это не показывало, что мальчик потенциальный лжец. его отстранили от поездок, и он вместо бассейна сидел на уроках с теми, кто отказался отправляться в такое «путешествие». было больно, потому что мальчик дышал этим делом, любил бултыхаться в воде, кататься с небольших горок, что находились рядом с большим бассейном для соревнований. любил изучать техники плавания и, в конце концов, соблюдал правила безопасности, пока большинству было плевать на эти жалкие пункты. после его отстранения, вещи продолжили пропадать, но не сразу, а через некоторое время, когда все утихло. все изначально обрадовались, понимая, что «настоящего» воришку поймали и не повелись на провокации. но кто ж знал, что Кристофер говорил правду и вины его в этом деле никакой не было? да, учитель после поняла, какую ошибку совершила и извинилась перед ним в классе, при остальных учениках. те в свою очередь по отдельности подходили и просили прощения, предлагая конфету в знак примирения. мальчик тогда расслабился, но на его моральном состоянии это слишком сильно отразилось. сначала опозорили перед всем классом и публично заявили об отстранении, при этом должным образом не разобравшись в ситуации. Чан плакал очень много и не понимал, чем заслужил подобное отношение к себе. родители также не проявляли к нему любовь после того, как классный руководитель заявила о деяниях мальчика. наказывали его и били по рукам, когда тот вставал на носочки, чтобы взять любимую конфету. даже объятий лишили, думая, что это самый верный метод перевоспитания. — Чанни? — Хан начал трясти старшего за напряженные плечи, а тот резко пришел в себя, вытирая потекшую слезу. — ты резко задумался и начал повторять «за что?»... я испугался за тебя. все в порядке? за него боялись? переживали? это явно для него в новинку, потому что он привык, что никто не интересовался его жизнью. Бан никогда не делился переживаниями, пролитыми слезами, тревожными звоночками в голове. все это копилось внутри него большим тяжелым грузом. у него никогда не было отдушины. родители, как стало известно, отдалились от него, показывая отношение к ребенку. тот, проживая в такой среде, он признал, что проще молчать. привык к тому, что никому нельзя высказаться, ибо был риск быть виноватым. и в этом они с Джисоном похожи. только вот второй временами срывался, когда посередине веселого, позитивного разговора у него случался нервный срыв. в такие моменты Хану хотелось в угол забиться и просто стать потерявшейся снежинкой. оба замкнутые, отстраненные, умели менять маски на лице. видимо, на этой почве и сошлись, найдя себя друг в друге. — расскажешь? — мягко спросил Джисон, прижимая к своей груди блондинистую голову. несмотря на то, что оба временами держались друг друга на расстоянии, они привязались, стали зависимыми друг от друга. — я осуждать не буду, правда. сердце Джисона сжималось при виде Чана. он восхищался им, ведь старший всегда делал вид, что с ним все замечательно, скрывал эмоции, не позволяя зарыться глубже положенного. брюнет же немного другой, у него уже ментальное здоровье подрывалось от такого. в его глазах Кристофер сильный. хотя сила обычно проявлялась не в этом, а в умении высказаться. Кристофер отрицательно замахал головой. он пока не готов посвящать соседа в свое прошлое. да что там говорить, Чан самого себя старался туда не пускать, чтобы засохшую царапину лишний раз не терроризировать. да, прошлое оставило много царапин. сердце хоть и справлялось с тем, чтобы исцелить душу, но, увы, не полностью. какие-то корочки и ссадины могли начать кровоточить или быть надорванными, если напомнить о тревожных и больных моментах. Кристофер не смог исцелиться полностью, а время его лечило, но лишь поверхностно. в это время у Хана появилось желание пойти закурить, иначе он еще больше разнесет комнату. *** — ты уверен, что не хочешь снимать домик у моря рядом со мной? — Джисон подтолкнул парня плечом, широко улыбаясь. — мне кажется, что ты жить без меня не можешь. блондин правда привязывался к младшему с каждым днем все сильнее. он видел, как днем Джисон натянуто улыбался и смеялся во все горло, скрывая эмоции под толстой маской, а ночью... а ночью, когда спал, громко плакал во сне, прижимая к груди подушку. Кристофер замечал все его стороны, пока тот об этом не подозревал. Джисон вел себя как мразь перед всеми. вечно крутил хвостом, огрызался и мог вцепиться в глотку, но те, кто сближался с ним — узнавали другую сторону. узнавали, что Хан не такой уж и стервозный, как мог показать себя изначально. Крису не хватало того жизнерадостного парня, что заехал к нему год назад. по-настоящему веселого Джисона, а не маску, скрывающую боль. Чану хотелось стать тем, кто поможет вернуться брюнету в прежнее русло. только вот Хан всегда такой. абсолютно. что в детстве, что сейчас. просто сейчас ему сложнее было справляться с внутренними эмоциями из-за графика жизни. он подобное замечал еще с начала учебного года. парень перестал контролировать мимику, внутренние буйные стихии и свой голос, который все чаще выдавал его состояние с потрохами. — да, он находится ближе всех к моей тетушке. надо будет к ней ходить, а стирать лишний раз пяточки не хочу, — театрально завыл Бан. не то, чтобы он такой нежный, что боялся лишний метр пройти, ему просто лень. — а ты боишься, что придется спать в одиночку? думаешь, что украдет бабайка? — бабайка здесь только один, — шикнул Джисон, кивая на идущего в их сторону Минхо. — вон идет. Минхо находился в том общежитии, что предназначен для платников. он жил там, хвастался своими брендами, которые украшали его мускулистое тело. показывал, что он не из «низших» слоев общества. так казалось Хану, ведь он являлся наблюдающим. Джисон учился в одной группе со многими, кто «выше» их по статусу, но у них отсутствовал за спиной павлиний хвост. Минхо наградил одногруппников хитрой ухмылкой и специально задержал взгляд именно на Джисоне. тот вызывал у него нотку ненависти, которая немного царапала нежную кожу и провоцировала на странное действие. да, потом его покроют нецензурной бранью, но сейчас это его волновало меньше всего. — тигренок, — он уже предвкушал, как в жилах Джисона текла кровь и как под кожей перекатывались желваки от злости. — чего такой хмурый? игнорируй его, Джисон. будь выше этого. Хан вздохнул и отвел взгляд в сторону, словно перед ним не шел тот, кто выводил за считанные секунды из равновесия. и все шло гладко, пока минхо не применил силу и не толкнул в плечо. гаденыш блять. Джисон сам по себе накаченный, широкоплечий, но слегка неряшливый. из-за своих ног, которые чаще всего называли «ножками аниме девочек», он потерял равновесие и шлепнулся упругой пятой точкой в лужу. это его разозлило, потому что стирка вещей отнимала очень много времени и сил. к тому же, для того, чтобы привести одежду в свежий и опрятный вид — нужно было отстоять очередь в душевую и стирать руками. — упс, — Минхо прикрыл рот ладонью, едва сдерживая смех. его забавляла вся эта ситуация и злобный взгляд пострадавшего. — Минхо... — блондин нахмурился, потому что такое поведение переходило все возможные границы. — какая же ты сука, — прервал своего друга Хан, который поднялся на ноги и отряхнулся. однако одежду это не спасло. его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций, что Ли не удовлетворило. — тебе настолько внимания не хватает или никто не дает, и ты пытаешься привлечь мое внимание? Джисон был на грани срыва, но держался достойно. мокрая ткань неприятно липла к коже, отчего создавалось ощущение зуда. хотелось почесаться и сходить переодеться, но нужно выдержать эту стычку до конца. — извини, но твоя плоская задница меня не привлекает, — резко выпалил Минхо, сразу же ощетиниваясь. — да и ты на лицо какой-то... не очень. не в моем вкусе, поэтому гуляй, тигренок. Минхо говорил ложь. на деле Джисон был очень даже симпатичным, просто он не хотел этого признавать. его целью было задеть, растоптать и вывести на должные эмоции. то, что он делал больно и ранил — его не волновало. Джисона задели его броские слова. да, это его враг, и чего-то адекватного ждать с его стороны не стоило, но почему-то эта реплика слишком застряла в голове. неужели он такой страшный и вовсе непривлекательный? у парня были комплексы по поводу внешности, но он пытался их искоренить. и вот тогда, когда он был на пути, чтобы полюбить свою внешность и тело, Ли обрушил это старание в один миг. — Джисон, пойдем, тут нам делать нечего. — я убью тебя, — прорычал Хан, сжимая руки в кулаки. если бы не держащий его Кристофер, то драки было бы не избежать. — сомкни свои зубы, пока они еще имеются. Ли заполучил желаемое. снова. Хан в гневе, а это означало одно — его выбили из равновесия слова Минхо. их столкновение лбами шатало младшего из стороны в сторону и заставляли реагировать на приставания. Минхо не злопамятный, просто хотел поставить пухлощекого на место. ему еще никто не переходил дорогу, а если и переходили — он их сметал сразу. Джисон не исключение. только вот так было изначально. потом это переросло в нечто незнакомое и непонятное. Ли пока что не распознал, что это за гора у него в груди. единственное, о чем он жалел, — сказанные слова о внешности и фигуре. Джисон симпатичный парень с упругими ягодицами, на которые грех не заглядеться. и Минхо смотрел на них каждый раз, но унесет эту тайну вместе с собой в могилу. *** жизнь Хана хороша. была бы хороша, если не считать морального состояния и инцидента, который произошел сегодня. по всей видимости, ему не дадут пожить и дня без упоминания имени врага. — ничего мне сказать не хочешь? — сидя в библиотеке, Кристофер держал в руке учебник, в котором стремительно искал информацию по нужной теме. — все-таки негоже друга оставлять в неведении. — ты о чем? — Джисон не понимал, что блондин пытался добиться своими каверзными вопросами. — про мой отдых на берегу моря ты знаешь. что еще хочешь слышать-то? старший заулыбался, покусывая губу. он хотел попытаться вывести Джисона на чистую воду. и если у него это получится, то внутренний ребенок будет ликовать. — я о вас с Минхо. и тут Джисона немного подкосило. почему чан задавал такие вопросы, зная, в каких отношениях находились парни? они же глотку друг другу грызли, готовы были разорвать друг друга. к чему такие подозрительные вопросы? — ты к чему клонишь? — его брови «взлетели», а глаза расширились. со стороны складывалось впечатление, что Хан действительно что-то скрывал. — Чанни, мы с этим ублюдком враги. что я еще должен тебе рассказать? Кристофер загадочно улыбнулся, светя своими ямочками. в его глазах промелькнул недобрый огонек, который говорил о том, что сейчас разговор может залететь немного не в то русло. — ты стонал его имя во сне, поэтому ты мне и рассказывай, что скрываешь, — как назло, в этот момент в библиотеке стало подозрительно тихо. Джисон покраснел. когда парень во сне начинал говорить, то утром не помнил этого. такое происходило неосознанно, спонтанно. к тому же, ему действительно снился Минхо, что стоял на коленях и трогал его бедра. в его голове яркими вспышками мелькают фрагменты, где он лежал полностью нагим и прогибался в спине, пока Минхо оставлял отметины на его теле. он видел, как Ли раздвигал его ноги, не желая отрываться от твердых сосков, что требовали внимания. он настолько был обозлен на Минхо, что ему приснился такой сон. только по идее должно быть все по-другому, а не так возбуждающе. почему-то с закрытыми глазами парню хотелось пустить Минхо по венам и заполниться им. — идиот! — Хан покраснел и запоздало прикрыл рот друга ладонью. — ты бы еще громкоговоритель взял и на весь университет проговорил этот ужас! — шипел он, нахмуривая брови. — заебал меня даже во сне. я просто душил его руками и был доволен его бездыханному телу. говорить правду было стыдно, поэтому младший утаил все нюансы, решая выдать альтернативную версию своего сна. — не знал, что ты любишь асфиксию, тигренок, — из ниоткуда появился Минхо, а Джисон от такого фокуса и вовсе захотел провалиться сквозь землю. — ну хотя бы ради приличия мог признаться, что хочешь меня, а не просить Кристофера рассказать про стоны. Джисон замолчал, поджимая губы. как ему в принципе изворачиваться из этой ситуации, когда Ли узнал, что делал Хан? каким образом ему объяснить стоны и вылетающее из уст имя? удивительным способом он его душил, конечно, ничего не скажешь. я тебя убью, Крис. — повторюсь, я тебя просто душил. если не умеешь держать свои влажные фантазии при себе, то рот не открывай лишний раз, чтобы не опозориться, — фыркнул младший, пытаясь выглядеть уверенно. в этот раз он надеялся, что его маска не спадет, потому что сдавать позиции в этом столкновении не хотелось. все-таки, отдавать победу старшему не было желания, как и прогибаться под него. — можешь мне сказки не рассказывать, я все прекрасно слышал, — пожав плечами, старший уперся массивными бедрами о деревянный стол. — мне льстит то, что я тебе снюсь, тигренок. Минхо это забавляло. приятным зудом заполнялись легкие и слегка почесывались от осознания, что он хоть как-то фигурировал в сознании Джисона. — нравится быть умершим в моем сне? похвально. могу и в жизни тебе такое мероприятие организовать. хочешь? — Хан опять хотел сбежать. не опять, а снова. у него отсутствовало настроение ссориться с Минхо, потому что тот порядком надоел. он везде его преследовал и такое начинало не на шутку пугать. если раньше он это списывал на ненависть, то сейчас толком ни на что не спихнешь. ненависть смешивалась с каким-то неопознанным объектом, превращалась в адский коктейль и путала парня еще больше. — сбегаешь? как жаль, я хотел помириться с тобой, потому что самому эта перепалка надоела, — лицо Минхо серьезное, без единого намека на шутку. Джисон все равно не верил в эти баллады. зная этого засранца больше года, он активно искал подвох. чтобы такой, как Минхо решил предложить ему перемирие? это в какой сказке такое видано-то? — думаешь, я настолько глупый и поверю в твои бредни? — хмыкнул Джисон, хватая Чана за руку. — найди того, кто будет верить каждому твоему слову, а от меня будь добр, просто отъебись. Джисон выплюнул свой яд наружу и решил уйти вместе с блондином, не желая слушать Минхо. не может быть все настолько легко, ведь этот... этот человек все время к нему приставал, а тут захотел потерять такое преимущество? придурок. Джисон ненавидел людей. изо дня в день он цокал, проклинал их и огрызался, не желая подпускать к себе слишком близко. только Кристоферу получилось подобраться, потому что он казался изначально тем, кто не вызывал негатива внутри. такой яркий и понимающий, что вместе с ним уходили все проблемы. Джисон не хотел признавать, но без старшего ему будет очень сложно. *** время медленно близилось к лету. оставалось поучиться совсем немного, и можно будет расслабиться. Хан жил с привычным графиком работы, потому что после своего отдыха планировал уволиться и найти что-то полегче, иначе студент сойдет с ума в скором времени. он итак еле выживал. работа в общественном месте губила его, убивала в нем все святое. брюнет с каждым днем все больше убеждался, что люди наглые и надменные создания, которые думали, что являлись лучше остальных.. ему пришлось терпеть наплевательское отношение к себе, натягивать улыбку и показывать то, что он не держал зла за такие выходки. — можно войти? в комнату Кристофера и Хана постучали. Джисон поначалу не обратил внимание, переведя взгляд на соседа. он задал немой вопрос: «к тебе?», но тот удивленно на него глянул. — нет, проваливай, — проговорил достаточно громко Джисон, заваливаясь на кровать. он только пришел, а к ним уже явился какой-то незнакомец. за дверью прозвучал приглушенный и тихий голос. почему-то распознать хозяина получилось плохо, но Джисон все равно без разбора послал пришедшего на все четыре стороны. к тому же, Чан никого не ждал, а брюнет и подавно. он не любил, когда в его уютном месте собирались посторонние. это только его уголок, куда вход незнакомцам запрещен. — какой ты гостеприимный, тигренок, — в комнату без разрешения ввалился наглый студент, что вальяжной походкой направился прямиком к Хану. — разве можно так с гостями разговаривать? Джисон распахнул глаза. меньше всего он ожидал увидеть здесь врага. еще не хватало провести с ним свое личное время. — что в моих словах тебе было неясно? — Джисон удивился такой наглости. как человек с другого общежития смог проникнуть сюда без пропуска? разве такое допустимо? — для особо одаренных повторяю: проваливай отсюда. тушка старшего завалилась на Джисона. тот вскрикнул и учуял запах спиртного напитка. пьющие люди всегда его отталкивали и пугали, ведь никогда не непонятно, что могло прийти им в голову. у Хана такой триггер пришел неспроста. будучи подростком, отец его в игривой форме ремнем шлепал по заднице, пока тот стоял у плиты. он постарался скрыть накрывающий его страх, но после парня душили с едким словом «шлюха». Джисон остерегался пьяниц, носил с собой перцовку и никогда не ходил по сомнительным местам, боясь там наткнуться на подозрительный контингент людей. — тигренок, — Ли уткнулся носом в шею нижнего и тихо замурчал, прикрывая глаза. видимо, он не собирался вредить Джисону. казался нежным, не таким, как днем. тело брюнета замерло от шока. он не понимал, что ему сделать. оставить выпившего одногруппника на себе или столкнуть с кровати? выбор очевиден, но его конечности будто парализованы, а голос пропал или осип. он потерян. — хоть раз убери свои зубки и обними меня, — возможно, Минхо будет злиться на самого себя после того, как алкоголь покинет его организм, но пока что ему слишком хорошо в компании врага. врага, к которому в любом случае нужно испытывать ненависть, а не притяжение, преследующее разум парня уже неделю. чертову неделю он понимал, что его сильно тянуло к Джисону. разве так должно быть? разве ощущать тягу к тому, кого всеми фибрами души не перевариваешь — нормально? — я знаю, как ты этого хочешь, — продолжал проговаривать Минхо в пьяном бреду, водя носом по медовой коже. — я и сам еле сдерживался все время, чтобы не обнять тебя... и что это за вечер откровений к парням в комнату постучался? Хан невольно начал вспоминать разговор с Чаном, что намекал на симпатию со стороны Минхо. по всей видимости Крис был прав, раз Ли спокойно лежал на нем и говорил это? звучало, как особый вид бреда. Минхо в пьяном состоянии, поэтому и нес всякую ахинею, что не являлась правдой. Джисон густо покраснел и повернул голову в сторону Кристофера, что был удивлен не меньше, чем он. парень не двигался, сглатывал вязкую слюну и часто вдыхал воздух, которого в небольшой комнате становилось катастрофически мало. ужас какой-то. — тигренок... Джисон осознавал, что если Минхо дальше продолжит проделывать задуманное, то... то произойдет что-то странное и он это чувствовал. его чуйка никогда еще не подводила. нужно как-то действовать, чтобы не доводить до такой степени, после которой обоим будет неловко. оперевшись руками в плечи, он со всей дури столкнул с себя мягкую тушу врага. тот не успел зацепиться за Джисона, отчего упал с громких звуком на пол. этот шлепок закончился звонким стоном боли и нахмуренным лицом. кажется, кто-то остался недоволен исходом событий. — много себе позволяешь, — Хан вернул себе былую уверенность. в его груди появилось резкое желание задушить Минхо подушкой, но садиться за содеянное не хотелось. — встал и вышел отсюда, пока есть такая возможность. Джисон откровенно злился, потому что такая своевольность Минхо ему не нравилась. особенно, когда тот даже с места не сдвинулся и лежал пластом на полу. парень пытался его хоть как-то сдвинуть, таща за ногу к выходу, но тот каким-то боком оказался слишком тяжелым. пришлось оставить его в покое. — хрен с тобой, — вытирая капельки пота со лба, брюнет вернулся на свое слегка остывшее место. — чтобы утром тебя здесь не было, придурок. и когда парни проснулись, Минхо действительно не было. по всей видимости, Ли ушел рано утром, до того, как проснулся Джисон. либо вышел ночью в окно. второй вариант выглядел привлекательнее первого, но он казался нереальным, учитывая то, что комната находилась на третьем этаже. *** до лета оставалось всего ничего. Минхо начал размышлять о том, что ему нужно срочно улететь куда-то, чтобы за лето остыть и распознать свои чувства. Джисон за приличное количество времени засел плотными сетями в его черепно-мозговой коробке и не желал уходить. — Минхо, смотри в свою тарелку, у тебя ложка пустая, — подметил Сынмин, пока Минхо уже несколько минут держал у рта пустую ложку. — я все понимаю, но может обратишь внимание на друга, а не на своего ненаглядного Джисона? Ким понимал, что его друг потерян. замечал, как Минхо боялся собственных чувств и отчаянно скрывал их под маской холодного парня. он хорошо его считывал, потому что изменения были видны на лицо: эмоции, настроение и действия после стычки с Ханом. — во-первых, он не мой, — начал свою басню Ли, разглядывая Джисона, который активно общался с Чаном. тот даже не глянул в его сторону, будто нарочно избегал. — во-вторых, я продумываю, что можно с этим дебилом сделать. как думаешь, нормально ему опарышей за шиворот кинуть? Ким хохотнул. Минхо выглядел забавно, когда пытался насолить младшему, который стал все чаще выходить сухим из воды. видел, как Ли краснел при любом касании. — разве любовь таким образом появляется? — Сынмин являлся молчаливым сводчиком этих двоих, который пищал в их комнате от каждого взаимодействия. — давно вопрос назрел. если он так тебя бесит, зачем вообще лезешь? это выглядит, будто ты пытаешься получить его задницу. — а я и получу, — не думая выпалил Минхо. — а... — младший раскрыл рот, хлопая глазами. фраза Минхо прозвучала слишком двусмысленно и будто... опошлено? непривычно было слышать такое из уст старшего. — прости?... — в смысле проучу. будет знать, в каком тоне разговаривать со старшими, — Ли вздохнул и случайно задел ложкой чувствительные передние зубы. — блять. Сынмин — спокойный человек, который очень любил читать. в отличие от Минхо, он не искал приключений на пятую точку и старался лишний раз не трогать людей, никак их не терроризировать и в принципе не привлекать внимания. ну не его это совершенно. проучишь, значит. — ответишь на парочку вопросов? — Сынмин достал блокнот из сумки, чтобы записать важную информацию, полученную от друга. — нужно для одного проекта по психологии. уверяю, что для этого твои мозги не нужны. Сынмин внутри уже ликовал, потому что эти вопросы позволят старшего вывести на чистую воду. он сможет узнать правду и потешить свой интерес, что расчесывал легкие острыми ногтями. — если это не отвлечет меня от процесса поедания, то можешь начинать. в любом другом случае, просто помолчи, хорошо? — у Ли не было настроения, потому что утром он чувствовал себя очень плохо из-за выпитого алкоголя. он пил мало, но часто. испугался ощущений в груди, которые будил в нем Джисон. их нужно было как-то атрофировать, пусть и на время, поэтому приходилось пить. — я тебя понял, — закусив губу, Ким прищурился. — задам тебе несколько вопросов. ты должен ответить «да» или «нет». другие варианты не принимаются. — угу. — тебя зовут Минхо? — Сынмин... — отвечай. — да. — тебе нравится учиться на педагога по математике? — да, — Ли уже пожалел, что согласился на такой эксперимент. — поумнее ничего придумать не мог? — завались и не отвлекайся, — огрызнулся младший. — а хотел бы углубиться в другую специальность? — нет. — когда-нибудь любил? — да. — Джисон тебе нравится? — да, — Минхо подметил резкое молчание со стороны Кима и ухмыльнулся. — пытался подловить меня? не работают твои приемчики на мне. сначала поучись, а потом приходи. на момент Ким поник, но потом осознал, что старший просто вовремя перехватил нить разговора и подстроился под него. — не увиливай от своих чувств. — Ким Сынмин, временами складывается впечатление, что ты перечитал своих романов, где главные герои притягиваются друг к другу несмотря на ненависть. вылезай из печатных историй и смотри на реальность не через розовые очки, договорились? — Минхо отпил остывший кофе и поморщился. отвратительно. — ты просто пока не хочешь принимать, что Джисон тебя по началу зацепил своей дерзостью. пробудил в тебе интерес... — продолжил Сынмин, стараясь не терять хватку. — ненависть, — поправил его старший. — он просто манер не знает, разговаривает так, будто я ему всю жизнь испортил. хотя я просто был зол в первый учебный день. да, я нагрубил, но извинился за это. он же продолжил шипы выпускать, теперь пусть получает того, что заслужил. жизни спокойной ему не дам, доведу до того, что он свалит из этого места, а я смогу жить спокойно. Сынмин нахмурился. за несколько лет изучения психологии он хоть немного, но понимал о людях. сейчас он видел, как Минхо изредка приподнимал уголок губ, когда говорил о Джисоне. замечал светящиеся глаза, что вспыхивали буквально на секунду, стоило Хану появиться в поле его зрения. это все весьма незначительные вещи, но они явно не указывали на ненависть. Джисон для него нечто большее, просто Ли это еще не осознал и не принял. многие студенты огрызались с Минхо, но еще никого он настолько долго не преследовал. хватало буквально несколько перепалок и все успокаивалось, а с Джисоном ситуация иная. она длилась уже чертов год, и кажется, не имела своего конца. — слушай, ты просто... — хватит мне петь одно и то же, ладно? — Минхо начинал закипать, потому что Ким с каждым разом пытался рыться в его голове все глубже. он не собирался распахивать другу свою душу настолько сильно. — я тебе сказал так, как есть. можешь даже не пытаться своими приемчиками на меня хоть как-то воздействовать. ничего нового от меня не услышишь. лучше тебе это прекратить, все-таки живешь со мной в одной комнате. — угрожаешь? — Ким посмеялся, не чувствуя опасности от старшего. — просто предупреждаю. Минхо упрямый баран, по-другому его нельзя было назвать. за время их дружбы, младший подметил, что тот никогда не выдавал свои слабые стороны. разве что пытался казаться безразличным, но при этом помогал тем, кто нуждался в этом. Ли, можно сказать, зеркалил чужое отношение к себе, пытаясь показать, что не собирается под кого-то прогибаться. только Ким видел, как богатый студент по утрам уходил подкармливать бродячих кошек, что терлись возле него. а ведь были они шуганные и не поддавались чужим рукам, но минхо смог их «приручить». животные понимали, кому можно довериться, а кому нет. и раз уж коты доверились Минхо, значит, что он не такой уж и сердитый, коим себя выставлял. *** дни плыли своим чередом, а Минхо не уставал поддевать Джисона и вставлять палки в его колеса. только вот парень уже не понимал, издевательства вошли в привычку, без которой невозможно жить, или он привязался странными нитями к Джисону. после того момента, когда он приходил в комнату брюнета... ему казалось, что он влип еще больше. мягкий запах, исходящий от медовой кожи такой приятный, не противный и не липкий. надолго запомнился и остался в легких. Ли пытался всеми усилиями воссоздать примерный аромат, но не смог. запах получался либо слишком горьким, либо чересчур сладким. раздражало до зуда в горле. но ему получалось избегать лишних вопросов со стороны соседа-недопсихолога. слава богу, тот не знал запах Джисона настолько тонко, как Минхо. это радовало, потому что спасало от ряда объяснений и наставлений. из-за постоянного копошения в собственных мыслях, Минхо перестал высыпаться. он ворочался из стороны в сторону, накидывал и скидывал с себя теплое одеяло, пытался найти удобную позу. его чувства такие противоречивые, а сердце и вовсе путалось в нитях догадок. хотелось выть, поспать спокойно и просто отдохнуть. именно поэтому он не нашел решения лучше, чем арендовать дом у моря летом. такие места ему нравились, потому что раньше семья Ли часто ездила туда и отдыхала. были незабываемые ощущения, а сейчас... сейчас его родители полностью были заняты бизнесом. пора освежить память и вспомнить прошлые времена. да, той атмосферы от его поездки не будет, но приятные воспоминания освежат голову и помогут забыться. забыться, пока он головой не поехал. *** палящее солнце, бегающие дети и кучу народа. это все очень сильно бесило Джисона, который помирал от духоты. он уже представлял, как проводит время на море, в прохладной водичке и распивает коктейли. — ты крем от загара взял? — перекидывая сумку через плечо, Джисон проверил батарею телефона в очередной раз, словно там что-то могло измениться. полная, теперь можно было отправляться хоть на край света. — плавки свои не забудь, а то придется купаться голышом, как в прошлом году. младший помнил, как блондин забыл в прошлом году плавки. да, тот не постеснялся и залез в воду без всего. людей на речке не было, поэтому окунуться в солнцепек он мог себе позволить. — не понимаешь, что от жизни нужно ловить все, пока имеется такая возможность, — поправляя свои солнечные очки, Крис подмигнул другу, а потом осознал, что этого не было видно, и вздохнул от обиды на самого себя. они вместе решили полететь на отдых, что могло быть лучше этого? да, жить будут в разных домиках на приличном расстоянии друг от друга, но разве это как-то мешало хорошо провести месяц у моря? обоим казалось, что ничего не сможет испортить их отдых. они оба так старались, чтобы удачно сдать летнюю сессию и спокойно отдохнуть, дать мозгу легкую передышку в виде отпуска. Джисон давно не ощущал подобного. давно не летал на самолете, не резвился в воде, находясь в другом городе или стране. он был только в Сеуле, но за его пределами — нет. но его главная радость заключалась в том, что летел он за свой счет, на честно заработанные потом и кровью деньги. пусть он и отдаст за «отпуск» несколько месячных зарплат, но ведь оно того стоит, правда? их трата пролетит с таким удовольствием, что сожалению о потере крупной цифры станет наплевать. — кстати, крем взял. интересно, если бы я забыл, то ты бы спустил с меня шкуру? — отшутился старший. — я бы заставил тебя купить смазку и жрать ее ложками вместо еды. классная перспектива, правда? — Джисон взял свой паспорт и билет в руки. до посадки осталось совсем немного времени. из-за этого глаза бегали по разным углам аэропорта. — тогда я готов выбросить крем прямо сейчас, — Чан подхватил шутку, решаясь поиграть на чужих нервах. — а еще я хочу обмазаться лубрикантом. поможешь? — это такое предложение залезть в твою задницу? — прикусив губу, брюнет шлепнул соседа по ягодице и схватился за нее. — конечно помогу, друзей в беде не бросаю. подобного рода шутки для них были нормой. они не считали такой юмор чем-то пошлым или за грань выходящим. наоборот, находили в этом свою изюминку. это для парней зона комфорта, границы которого никто из них не собирался нарушать или покидать. время пролетело очень быстро. Хан нервничал сильно, ведь полет на самолете казался... стрессовым моментом. как он поведет себя внутри, если в последний раз он летал на нем в далеком детстве? что, если самолет резко полетит вниз, они не успеют надеть парашюты, просто разобьются или утонут? парень просмотрел очень много фильмов, оттуда его фантазия рисовала далеко не счастливые финалы их полета. здесь играл большую роль стресс, который тек по венам и бил в самые виски, заставляя пьянеть. страшно, но ведь Чан с ним рядом. он будет держать его за руку? если нет, то у него был другой выход. — ты будешь лететь с единорожкой? — Бан улыбнулся, но беззлобно. да, парень находил спокойствие в плюшевых игрушках. они внушали ему больше доверия и казались человечнее, чем сами люди. постоянно впивали в себя всю тревогу парня, оставляя его откисать. Хан отчаянно скрывал то, что любил обнимать игрушки, чтобы успокоиться. отец ему твердил о том, что мужчины никогда не будут спать с игрушками, как девочки, ведь это проявлении слабости. о какой слабости идет речь, если это обычная игрушка, помогающая снять стресс и тревогу? он думал, что друг станет смеяться над ним, но тот достал из рюкзака альпаку и поправил ее слегка погнувшиеся уши. выглядело мило, как взрослый студент с подкаченными руками гладил парнокопытное животное и целовал его в нос. Чан с детства обнимался с игрушками, ведь это единственные его друзья, которые не предавали, не считали его воришкой и слушали. мальчику была необходима даже молчаливая поддержка. и ее ему давали плюшевые друзья, что не осуждали и понимали. — раз уж ты спишь с игрушкой, то и я достану свою Нану, — прижимая ее к груди, Чан расслабился. его самого потряхивало от осознания того, что он летел над землей. Джисон захлопал глазами, а после стал умиляться такой картине. для него этот вид казался необычным, весьма забавным и местами даже смешным. от такого теплого чувства захотелось прижать к груди своего звереныша и закрыть глаза. благо он не сидел возле окна и не видел, как дорога пропадала под полотном густых облаков. паника его постепенно отпускала из своего тугого плена, а веки наливались свинцом и опускались, погружая Джисона во тьму. *** когда парни проснулись, то самолет уже приземлялся. оба вышли с таким спокойствием и приподнятым настроением, ведь совсем скоро они смогут пойти на море. — ты храпел мне на ухо, — возникал Крис, прыгая по дороге. после полета складывалось парящее ощущение, будто он ходил по луне, а не земле. Джисон улыбался во все тридцать два зуба. несмотря на то, что его друг взрослый, он казался ребенком. таким чистым, который толком еще не прознал этот адский мир, где нужно «выживать», если не было золотых гор за плечами. возможно, это и к лучшему. нельзя, чтобы Кристофер потух из-за жизненных трудностей. хотя тот уже на половину угасший, если углубляться в его детстве и найти несколько травм, что вылезали по сей день. — ты же тете сообщил, что прилетел? — почему-то Хан часто включал в себе мамочку, таким образом оберегая старшего от невидимого полотна грязи и испытаний. — мало ли ее нет дома. только время потратишь. — тетя не знает, — начал блондин. — хочу сделать ей сюрприз. знаю, что она никуда не уезжает, потому что не в ее интересах. она домашняя женщина, предпочитающая находиться в четырех стенах. тем более, море недалеко. тетя Чана не любитель полетов и переездов. после небольшой аварии у нее напрочь отпало желание покидать территорию дома. она слишком переживала за свою жизнь, ведь студент мог остаться в одиночестве. Джисон кивнул в согласии. а ведь действительно, у тетушки Кристофера море под рукой располагалось, тратиться на поездку не нужно и время терять тоже. в какой-то момент он даже позавидовал такому везению. естественно, по-белому, а не черному. легкий ветерок игрался с темными кудрями Джисона, проезжался по пухлым щекам, привлекая к себе внимание. свежий воздух полностью наполнял легкие, а звуки машин его не напрягали и не раздражали. он приехал сюда проводить время в свое удовольствие, а не париться о пробках и посторонних шумах вокруг. — напиши, как доберешься, Чанни, — попросил Джисон. сердце все равно болело, ведь он боялся, что Чан потеряется по пути. — я старше тебя, Джисон... — Бан похлопал глазами и тепло улыбнулся в ответ на такую заботу. ради успокоения Хана он ему напишет и еще распишет тысячу сообщений о том, как проезжал мимо красивых зданий. тот еще отвертеться от него захочет, но ему не будет предоставлена возможность такое провернуть. сам же Джисон решил немного прогуляться по незнакомым улицам. он насиделся в самолете за четыре часа полета, а задница, казалось, приняла квадратную форму сиденья, и она до сих пор онемевшая. трогать и проверять Хан, естественно, не собирался, поэтому приходилось тешить себя одними догадками и ощущениями при ходьбе. повернув голову в сторону, он заметил зеленые газоны и красивые парки, украшенные цветами и деревьями. видел, как хозяева выгуливали своих питомцев, гладили их за ушком и игрались с ними. так тепло на душе становилось, ведь от людей веяло любовью и осторожностью к их «детям». Джисон с детства мечтал завести щеночка или котенка, но такого шанса еще не выпало. сначала он жил с родителями, которые говорили, что животное не игрушка и за ним нужен уход, а сам парень не будет уделять должного внимания и не успеет даже погулять с питомцем. а будучи взрослым, он проживал в общежитии. там строго-настрого было запрещено заводить животных, ибо итак места не много. тем более те же самые тараканы уже не животные? с другой стороны от себя он видел небольшие кафешки, где толпилось приличное количество народа. после его взгляд зацепила счастливая семья. он резко остановился и замер. ему стало больно. больно от того, что он рассмотрел. улыбающиеся родители, которые держали свою дочку за руки с обеих сторон, а та резво прыгала по тротуару, словно через скакалку. ее смех доносился до его ушей, а сердце покрывалось свежими микротрещинами. неприятно, ведь он тоже о таком сокровище мечтал. точнее, мечтал, но не получил. потому что, видимо, не заслужил. Джисон всего лишь хотел быть любимым ребенком, личные границы которого уважали. хотел понимающих родителей, но вместо этого получил только выговор и вылет из жилья. а когда он окончит университет, то куда ему сунуться? в теории он мог пойти работать, но парень явно будет скитаться по съемным квартирам. картина с счастливой семьей заставляла его глупо уткнуться в экран мобильного телефона и открыть навигатор. нужно в срочном порядке добраться до съемного домика, иначе был риск разрыдаться прямо здесь, на людях. что уж там говорить, он по своей воле ни разу не рыдал даже при Кристофере. вечно уходил в уборную и запирался в кабинке. ему нельзя показывать свою уязвимую сторону, ведь тогда он откроет свои слабые точки, на которые наверняка будут давить. к примеру, Минхо. он никогда не показывал свои слезы, за исключением того, когда нервы уже давали заднюю, а ментальное здоровье перестало вывозить. когда чаша его терпения наполнялась до краев и разбивалось от нехватки места для новых эмоций и негатива. Джисон быстрым шагом направился по назначенному маршруту. носки кроссовок изредка задевали небольшие камушки, которые тут же отлетали на приличное от него расстояние. отвлечься от навязчивых мыслей и больных воспоминаний не помогала даже музыка в ушах. она только хуже делала, потому что некоторые строки напоминали его, напоминали те моменты, что вдребезги разбили его. напоминали то, как жизнь слепила из Хана нового человека. Джисон в детстве и сейчас — два разных человека из параллельных вселенных. маленький Хан веселился, игрался с детьми и помогал людям. он был светлым человеком, который в жизни не обидит незнакомца на улице. светлый и наивный, открывался многим, прощал каждый провал и терпел наплевательское отношение. и во что это вылилось? Хан вырос... грубым и закрытым. терпеть не мог общество людей и постоянно фыркал. предпочитал всех послать, нежели помогать и очищать свою карму. он не показывал эмоций, старался казаться сильным, но не справлялся. в моменты провала вспоминался сильный Чан. «где мой добрый Джисон? раньше ты не был таким», — слова бабушки осиновым колом застревали в сердце, создавая отверстие, в которое можно просунуть кулак. ему было больно это слышать, потому что он сам осознавал, насколько сильно изменился, но увы, ничего сделать с этим не мог. никто не узнавал новую версию Джисона. из милого характера превратился в сучий, из понимающего стал плохишом, а помощь всячески игнорировал, причем любую. новая версия показывала, как каждое больное действие, колкое слово и отношение могли повлиять на человека. прошлый Хан Джисон похоронен в далеком детстве и его теперь не найти. он никогда не проснется, останется в холодном одиночестве, в куче плюшевых игрушек и остывшей родительской любви. Хан будет вспоминать самого себя, но вернуться к нему уже не сможет. почему ты молчишь... Джисон бил себя по груди, стараясь разбудить маленького Хана. тот не реагировал, находясь под крышкой гробика. никогда не реагировал, ведь он... умер. без шанса на возвращение и исцеление. даже поход к психологу не смог исправить ситуацию, помочь залечить трещины боли и обиды. Джисон тонул в пучине. в такой темной и вязкой. не было пути назад, не было пути отступления, все обрублено. он собственноручно привел себя к такому состоянию, потому что терпел. сам загонял в какие-то рамки, постоянно вспоминал фразы родителей и как те просто отвернулись от него. Джисон кинутый. кинутый друзьями, что были с ним ради чего-то. он никогда не ощущал себя нужным до встречи с Крисом. увы, сейчас он не общался даже с бабушкой вживую, боясь сорваться на нее. не хотел доводить, не желал делать больно, не хотел делать то, что могло поранить и оставить глубокую рану. он почти добрался до съемного домика. сейчас в мечтах было плюхнуться на кровать, перевести дух и снова натянуть привычную улыбку, скрывая душевную боль. да, у него не получится так же профессионально шифроваться, но он обязательно вернется к этому фокусу. вернет свое умение и контроль, просто нужно время. Джисон залетел в свой домик, прижался к закрытой двери, готовясь выдохнуть и заплакать. только вот он услышал чужой голос. сначала ему показалось, что его немного переклинило от солнцепека, но он продолжал слышать чей-то голос. первая в голову прилетала мысль о том, что это арендодатель, который приехал, чтобы увидеть его наяву. все-таки нужно было удостовериться, кому он решил сдать свое убежище. только чем ближе он подходил к источнику звука, тем больше убеждался, что удача не на его стороне, она отвернулась от него. спросите почему? потому что студент слышал голос одногруппника. и это явно не Кристофер. это Минхо. его враг. — так, — говоря себе под нос, Хан искал подвох в этом моменте. резко распахивая дверь в спальню, где стояла одна двухместная кровать, Джисон увидел большое окно впол, небольшие тумбочки, шкафы и.. Минхо.. — ты какого хрена здесь делаешь? когда он сюда заходил, то думал, что дверка открыта специально для него, но ключ, оставленный в горшочке — на всякий пожарный забрал. вопрос уже стоило строить иначе. каким образом здесь оказался тот, кого он на дух не переносит? пиздец. — это я тебя должен спросить, — Минхо нахмурился. в его планы Джисон не входил. и проживание с ним на одной территории тоже. — что ты делаешь в домике, который арендовал я? Джисон стоял на месте как вкопанный, широко распахнув глаза. да быть такого не могло... он же не ошибся дверью, верно? хотя, если судить по тому, что он нашел ключи в оставленном месте — никакой ошибки быть не могло. простое совпадение. — прости? — он вздернул бровь. — этот дом арендовал я, ровно на месяц, поэтому, прошу на выход, — Хан пытался держать ровный тон голоса, но он временами проседал. — а с чего я должен проваливать? я первый сюда заехал и разложил вещи. думаю, мой «тонкий» намек на твой съезд очевиден? — Минхо мысленно встал в боевую позу, готовясь к атаке из множества грязных слов. сдаваться под натиском огромных глаз он не собирался. — а я первый его снял. ты богатый, так в чем проблема снять другой домик по близости? думаю, не составит труда. вали отсюда, — он начал закипать. почему Минхо вечно все усложнял и портил ему все наслаждение? — нет, я ценю потраченные деньги, — засовывая нос в тягу интернета, Ли сообщил арентодателю о случившемся казусе. он намерен вернуть деньги, либо прожить положенный срок в этом доме. других вариантов не было. — мистер Кан не отвечает, поэтому я принципиально буду жить здесь. деньги лишние тратить не собираюсь. если у тебя та же позиция — не выебывайся и живи спокойно. если нет, то просто собирай вещи и проваливай сам. не маленький, поэтому усек, что к чему? Джисон сквозь скрежет зубами понимал одну вещь. Минхо прав. никто из них не виноват в данной ситуации, которую допустил мужчина, заселив их в один дом. все-таки, к компромиссу можно было прийти, но только в том случае, если это хорошие знакомые. а они враги на протяжении года. и их вражда не прекращалась. даже сейчас. — я останусь здесь. поверь мне, ты первый захочешь сбежать отсюда, — вздернув головой, кинул сумку с вещами на пол. Хан не собирался оставаться жить с ним. он должен найти способ, как выгнать такого мерзавца отсюда и завладеть этой территорией, рассчитанной на одного человека или пару. как понимаете, под второй пункт они не попадали и по всей видимости им придется делить одну кровать. bang_riskh: Джи, я на месте. у тебя там как дела? приехал уже? домик в хорошем состоянии? все устаивает? j.one: нет, это полнейший пиздец, Чан. и я сейчас говорю не о состоянии жилья. с ним как раз все идеально. я живу с Ли, мать его, Минхо. Хан с уверенностью мог заявить, что блондин, находясь дома, смеялся во все горло над его «удачей» и положением. Чан точно мог начать говорить о том, что сама судьба их сводила, намекая помириться. bang_riskh: сама судьба вас хочет помирить. разве это не шанс закончить войну и остановиться? друг друга доводите до белого каления. самого не раздражает? ну вот, это то, о чем Джисон и говорил. Кристофер так и хотел помирить их, но Хан этот вариант в жизни не стал бы рассматривать. даже если у них было бы все хорошо. не переваривал он Минхо совсем, грозясь выплюнуть. j.one: извини? тебе напомнить, что не я эту войну начал и не я ее продолжаю? не собираюсь мириться с этим уродом, но могу предложить ему пососать хуец старика. как думаешь, он оценит? резкое молчание, а затем прозвучал грохот. его телефон грохнулся на пол, потому что в лицо прилетела подушка. Минхо просто так решил заехать ему по лицу, потому что прекрасно видел переписку. Джисон слишком палился, когда ходил с высокой яркостью экрана и даже не прикрывался. а ходил с максимальной яркостью экрана он всегда. интересно, а порно смотрит с таким же ярким экраном? Минхо потряс головой. что-то его мысли немного не в то русло поползли, раз он думал о подобном по отношению к Джисону. тот же только шикнул на него в привычной манере и покинул территорию спальни. он добился того, что остался в оглушающем одиночестве. Джисон не имел желания портить себе настроение окончательно, поэтому принял решение встретиться с Кристофером и прогуляться по берегу моря. к сожалению, сегодня уже слишком поздно, чтобы лезть в воду, но завтра он ей обязательно насладится. и такой настрой вселял в него немного расслабления. он наконец-то сможет зайти в море, почувствовать морской песок под ногами и камнями увидеть прозрачность водной глади и волны, которые могут прибить ко дну. почему-то такая перспектива его привлекала в том плане, что хотелось ощутить эту мощь воды. возможно, он ненормальный, но хоть раз в жизни хотел попасть в морские лапы. возможно, он не сможет оказаться под водой, а только «прокатится» на волне, как опытный ковбой? завтра будет первая попытка, от предвкушения которой шли мурашки по коже. барашки щекотали его кожу, оставляя пузырики пены на коже. когда он ходил по мокрому песку, то внимательно наблюдал, как тот облипал ноги, а затем прилив смывал его следы, выравнивая песчаный берег. рядом с Крисом Джисон был как рыба в воде. непонятное и непреодолимое чувство спокойствия появлялось в груди. он словно его гавань, что приводила мысли в порядок и расслабляла в нужный момент. не зря преподаватели называли его ярким и перспективным парнем. — и что ты будешь делать? — Чан, сняв ботинки, понес их в руке, пока прохладная вода ласкала кожу ног. — может, ко мне заселишься? у меня свободная комната есть, а минхо в наличие нет. Джисон хихикнул и пихнул друга в плечо. такая игривая нотка одновременно вызывала смех и непонимание. с одной стороны, предложение старшего очень даже рациональное, с другой стороны... Хан все еще был чрезвычайно упертым бараном. — все слишком просто, не находишь? — он нахмурился буквально на секунду. — будто этот козел специально все подстроил. денег же у него много... наверняка захотел мне насолить! — не рассматриваешь вариант совпадения? — блондин казался в этой ситуации слишком умным и рассудительным по сравнению с Джисоном. — перестань все спихивать на Минхо, Джи. да, вы оказались на одной территории, но откуда он мог знать, что здесь будешь ты? тем более, когда твое ложе рассчитано на одного человека... ну или парочку. — знаешь... — он резко остановился, погружаясь в раздумья. — Минхо же не так прост. он наверняка с какой-то целью ворвался в нашу с тобой комнату, когда был пьян. да, именно так он и узнал о моей поездке! — я не вижу здесь логической связи... — он вздохнул. по его скромному мнению, Джисон слишком помешан на Минхо. хотя тут неудивительно, если учитывать их стычки. — перестань во всем видеть подвох. Минхо неплохой парень, если судить по мнению остальных. просто видимо ты зацепил больную для него тему, вот он и приклеился к тебе. во всяком случае, перестань думать о нем и переезжай ко мне, если не хочешь испортить свой «отпуск». — а я и не испорчу, — Джисон хмыкнул, в привычной манере проталкивая руки в карманы. — это будет мое самое лучшее лето, потому что я заставлю этого утырка освободить мой дом. будет знать, как мне перечить. — и как я с тобой общаюсь, боже... Чан нутром чуял, что эти двое либо поубивают друг друга, либо помирятся. а второй пункт нереален. *** Джисон вернулся в арендованный домик поздно ночью. он хорошо прогулялся с блондином, поэтому его настроение сейчас ничего не могло испортить. ну почти ничего, точнее, никто. Минхо, который внаглую спал на его кровати. если он и решился оставить свою задницу здесь, то пусть мог спать на полу. там ему самое место. — ублюдок, — пьяно прошептал Хан и протиснулся в спальню. в моменты, когда алкоголь тек по его крови, заполоняя весь организм, Джисон ощущал себя в теле дедушки. тот страдал алкоголизмом, благодаря которому посадил печень. бабушка переставала давать ему деньги, за что тот начал выносить ценности, дабы получить хотя бы чекушку. за такие махинации старик был выставлен за дверь. он скитался по деревне, а зимой просто скончался из-за обморожения. пьяницу было частично жаль, но это ведь он сам принял такой путь, за что и поплатился ценой собственной жизни. Хан ведь решил не наступать на те же грабли. он не был таким, правда? парень замер, потому что лицо старшего купалось в лунных лучах и выглядело еще красивее. так невинно, особенно, когда взгляд Хана съехал на родинку, расположенную на крыле носа. алкоголь взял вверх над разумом, а в голове расползались картины того, как он подушечкой пальцев ткнул в темную точку. Джисон рассматривал острые черты лица, пока в груди разрастался большой ком неопознанных и новых чувств для него, которых он испугался. помахав из стороны в сторону, схватился за голову, сильно зажмурив глаза. о чем ты думаешь? нельзя. отвернись. спихни этого человека с кровати! Джисон губу закусил и вместо того, чтобы напугать Ли, мимолетно провел пальцами по скуле, удивляясь тому, как он еще не порезался от ее остроты. мягкая, бархатная кожа ощущалась под пальцами, оставляя фантомный «поцелуй» на самых кончиках. приятно. блять, Джисон, ты дурак. парень ругался на самого себя и чертов алкоголь, который оказывал такое воздействие на его мозг. злясь на самого себя, Джисон широко раздул ноздри, продолжая выводить узоры на фарфоровой коже. разве это правильно? это твой враг. тот, кто тебя заебывает, а ты его гладишь?! совсем с ума сошел... — да... — прошептал Хан и прикрыл собственный рот ладонью. он действительно сходил с ума, раз отвечал на вопросы, которые всплывали во время словесной перепалки с самим собой. он должен был столкнуть его отсюда, а не стоять пялиться истуканом на сонную тушу Минхо. он хотел ударить того, от кого у него шумит в ушах и появлялась агрессия. но почему опьяненное сердце не позволяет этого сделать? Хан словно смотрел на него под другим углом. Ли казался добрым, нежным и чутким, пока на деле являлся той еще выскочкой и занозой в заднице. почему он именно до Джисона докапывался, а не до того же Ника, что скалился за его спиной? — идиот, — вынес вердикт Хан и вздохнул. — но красивый идиот. почему-то в его голове разворачивался тот сюжет, которого не должно быть. старший смеялся над ним, тыкал пальцем и называл щекастым. от этого в груди неистово щемило, заставляя вздрогнуть. почему так... больно? хмыкнув и мысленно встав в боевую позу, парень посчитал эти мысли за будущее, поэтому, чтобы предотвратить дальнейшие издевки, лег на свободную половину кровати. и тут он подметил зубы. у Минхо зубы как у кролика, что вызвало необъяснимую улыбку на лице. который раз за ночь он не мог восстановить свой былой стержень и отыграться на Минхо? наверное, сотый. пиздец. — ну что, спокойной ночи, красивый ублюдок, — Джисон прошептал это и невольно загляделся на приоткрытые губы. Джисон... не туда смотришь. одернув себя в очередной раз, студент тяжко вздохнул и со всей силы пихнул старшего. тот дернулся и свалился с кровати на пол с громким шлепком и отборным матом. — твою мать, — от боли в спине Ли шикнул и сощурил глаза. пол деревянный и от этого стало больно. — ты нормальный вообще?! такого оригинального своего рода пробуждения парень не чувствовал со школьных времен. неужели даже ночью парни не давали спокойствия друг другу? — упс, — Хан подмигнул, радуясь своему промыслу. — поспи на полу, ну или можешь на улице переночевать. как тебе удобнее, выбор большой, правда? на этом моменте их небольшая ссора подошла к концу, потому у Минхо не было сил продолжать это все. он слишком хотел спать, поэтому не против был провести ночь на полу. главное не ложиться к бойкому Джисону в кровать. *** на следующее утро Джисон проснулся не от ярких лучей солнца, а от холодного материала, что так плотно приставал к нему, вызывая мурашки по всему телу. он ворочился из стороны в сторону и понимал, что помимо холода, укутующего его со всех сторон, он спал на чем-то твердом. вздохнув, он приподнял тяжелую ото сна голову и опрокинул обратно, чтобы улечься на так называемую подушку поудобнее. вместо этого раздался глухой стук и появилась резкая боль в затылочной части. — блять, — шикнув, Джисон натирал ладонью ушибленное место, надеясь на то, чтобы тихая боль быстрее прошла. к его счастью, боль быстро утихла, но легкий шок от неожиданности — давал о себе знать. шишка явно намекала на свое проявление в скором, пусть и она была не такая заметная. приоткрыв глаза, Хан узнал знакомое пространство вокруг себя и осознал, где находился. ванная комната. закрытая дверь и включенный свет. — вот ублюдок, — плюнул он в очередной раз с каким-то ядом и ноткой озорства в голосе. Джисон вылез из ванной, чуть ли не поскальзываясь на ледяной плитке. видимо, пока он спал, Минхо перенес его сюда, а сам развалился своей тушей на кровати. оборачиваясь назад, он кинул гневный взгляд на спинку ванны, об которую ударился и сразу же пробудился. я тебе покажу, где раки зимуют, сволочь. — Ли Минхо! — он вылетел пулей из ванной комнаты и направился в сторону спальни. тот как довольный кот спал на кровати, закинув ногу на одеяло. младший на момент замер, стоя в проходе. Минхо выглядел действительно невинно, когда спал и молчал. стоило ему опустить взгляд чуть ниже, так он заметил молочную кожу и мясистое бедро. хотелось укусить. интересно, мышцы станут перекатываться от зубов? Джисон, возьми себя в руки и покажи, где раки зимуют, а не пускай слюни на того, кто жизни спокойной не дает! — подъем, рота! — он подошел и прокричал Минхо на ухо, тем самым оглушая и заставляя отойти из царства морфея. Минхо вздрогнул от неожиданности, но вместо того, чтобы хоть как-то негативно отреагировать на такую выходку, просто прикрыл ухо ладонью и нахмурился. ему слишком лень пугаться и лишний раз двигаться. j.one: Крис, он меня заебал. я проснулся не в своей теплой постели, а в ванне! он слишком невыносимый. он нахмурился, потому что Минхо был чересчур спокоен. это раздражало до чесотки под кожей. bang_riskh: засыпал ты в кровати? если да, то получается, он нес тебя как принцессу на ручках?) романтично. — хуетично, — прыснул Джисон и выключил телефон, не желая продолжать диалог. он хотел поддержки от Кристофера, но вместо этого получил какие-то намеки. и от этого Минхо начал все чаще мелькать в темных уголках сознания, напоминать о себе. ли раздражал, бесил и выводил одним своим видом, но почему Хан о нем думал? на кой черт он написал другу, если в его захламленной голове теперь проскакивали мысли о том, как Ли обхватил его талию и ноги своими крепкими руками, а после осторожно перенес в другое место? почему осторожно? потому что если бы старший его грубо бросил, не думая о чужом сне, то была вероятность, что Джисон проснется. это было не выгодно Минхо. интересно, как Хан сам выглядел в тот момент? ластился ли к чужому теплу, не почувствовав подвоха? причмокивал губами и хныкал от резкого столкновения кожи с прохладным воздухом? причмокивал губами из-за сухости во рту? или вообще пускал слюни на чужую футболку из-за обильного количества жидкости? зачем он вообще это представлял? его щеки стали красными, как лепестки мака, а глаза расширились от осознания того, что он думал совершенно в противоположную сторону. это раздражало и настораживало его еще больше, ведь такого потока мыслей быть вообще не должно. это же все касалось... Минхо. должно вызывать отвращение, а не смущение. надо было срочно вернуть былую агрессию и ненависть в жилах, а не метаться к желанию дотронуться до пухлых губ и острых скул. с ним впервые такое происходило. обычно Джисон ощущал себя обозленным, с желанием размазать смазливое личико по стене. а сейчас появлялось желание поцеловать врага. Джисон мысленно оставил себе пощечину, но та не принесла никаких положительных результатов. голова все равно была затуманена не тем, чем нужно. он решил осуществить более действенный способ, который смог его отрезвить. по крайней мере, должен был. по помещению прошелся звонкий удар, а на пухлой щеке младшего появился красный отпечаток ладони. он попытался привести себя в порядок, чтобы не думать о Минхо в положительном ключе. и желательно вообще не думать о нем. похоже, это будет не только для Минхо пытка, но и для него самого, ведь разбудить старшего он так и не смог. *** Минхо перерывал весь свой гардероб, но не смог найти свою любимую черную майку. сегодня стояла очень жаркая погода, что было невыносимо находиться в помещении и за его пределами в чем-то, помимо маек. даже в них слишком жарко, но у него не было желания светить своим шрамом. небольшим, но по его мнению, уродливым. Ли вздохнул, дабы набраться новых сил и терпения. даже воздух висел настолько горячий, что иглами вонзался в легкие, принося тяжесть и дополнительный груз. щеки наливались жаром от высокой температуры, а пот маленькими каплями стекал по вискам, пока вены на руках вздувались от давления внутри. проводя пальцами по шраму, Ли сдерживался, чтобы не напомнить себе о прошлом. не хотелось вспоминать историю этого уродства. сначала он считал, что шрамы украшали мужское тело, но потом он возводил отталкивающий эффект. ему становилось все труднее, а вентилятор не помогал вовсе. возникло желание снова принять холодный душ, но он спасал положение только на несколько минут, а после момент «охлаждения» испарялся, словно ничего не было. даже капли высыхали мгновенно, будто Минхо не стоял под ледяными струями пять минут. все перерыв, он не нашел черную майку. да и в принципе любую другую. это начинало его адски злить и выводить из равновесия. мало того, что в домике адская духота, так еще и запах духов Джисона витал в спальне, давил на мозг и создавал головокружительное ощущение. в плохом смысле. — что ищешь? — Хан спокойно попивал из трубочки прохладный сок и облокачивался плечом о дверной косяк. казалось, жара его не смогла одолеть и сдалась, оставляя студента в покое. — уже роешься как крот полчаса здесь. вещи раскидываешь и бардак наводишь. нотации Хана сейчас были совершенно не в тему. это только подливало масло в огонь и заставляло злиться в трехкратной силе. Ли старался держать свою агрессию в узде, что так и норовила вырваться и показать себя Джисону. — майку, — быстро ответил он, не поднимая взгляда. — не могу найти майку, она словно сквозь землю провалилась. я точно помню, что брал ее с собой. Джисон замер на месте, потому что его взгляд упал на грудь, покрытую испариной, и на шрам, что находился чуть ниже. слюна сразу скопилась во рту и готовилась вытечь наружу, но он вовремя осекся и проглотил ее. нужно будет выяснить, из-за чего появилась эта прелесть. — разбрасывать вещи меньше надо и нужно класть их на места, — он ехидничал, видя злого Минхо. — сходи глянь в ванной, может там оставил и просто забыл об этом. Минхо подскочил с места и поспешил в ванную. почему-то ему в голову не пришла мысль о том, что Джисон что-то задумал. видимо, из-за жары его мозг расплавился, а из головы и вовсе вылетело напоминание о том, что они враждовали. почему Джисон с ним разговаривает в нормальном тоне? и вообще почему говорит с ним? жаль, что тот ничего не понял, ведь младший приготовил ему интересное занятие. Хан все помнил, все запоминал, потому что Ли напрягал до приятных мурашек по телу. Хан выглянул из спальни и воспользовался случаем. снова поехидничал и подошел к кровати, откидывая одеяло в сторону. из кармана штанов он достал пакетик с мукой, после осторожно открыл его и содержимое высыпал на половину кровати минхо. на лице расплывалась улыбка. в его голове появились интересные кадры с места «преступления». грудь задрожала от беззвучного смеха, который не вырывался из груди, застревая где-то в горле. раз уж он по-хорошему Ли не понимал, что это кровать Джисона, значит он начал действовать иначе. заметая все следы, он услышал шаги и быстро вернул все майки старшего обратно на полку. да, он их спрятал, но для другого дела. видимо, ситуация сложилась другим ходом. все куда проще и смешнее, потому что получилось две мести одновременно. — там только твои трусы лежат, — Ли закатил глаза и прошел в комнату. — кстати, а зачем тебе стринги вообще? пока Минхо рылся в вещах, заметил нижнее белье, принадлежащее явно не ему. а пассий он в дом не водил, потому что интересовал только Джисон. что... звучало страшно. звучало как диагноз. — это не мои... — Джисон вздрогнул. ну не собирался он признаваться Минхо в том, что стринги ему нравилось носить больше, чем обычные боксерки. — видимо, забыла одна из моих новых интрижек. — сразу несколько? удивительно, не знал, что ты такая машина, — хохотнул, прикрывая рот рукой. — сразу три, — прервал Хан Минхо, продолжая стоять на своем, пока ягодицы напрягались от накатившего волнения. — ты считал что ли? надеюсь, что хоть не нюхал их, извращенец чертов. после этих слов Хан на пятках развернулся и покинул спальню, оставляя старшего наедине со своими мыслями. еще не хватало, чтобы Ли его раскусил. Минхо решил умолчать о том, что заметил красные уши младшего, что пробивались сквозь густые пряди кудрявых волос. промолчать о том, что когда переносил Хана в ванную комнату, увидел край кружевного белья, торчащего из-под пояса джинсов. сначала он подумал, что ему показалось или это вовсе игра воображения от перегрева на дневном солнце, но, видимо, это было реальностью. и стало влажным сном Минхо. *** Джисон встретился с другом в кафе, что располагалось недалеко от его домика. здесь делали вкусные морепродукты и бургеры. в какой-то момент он даже получил оргазм вкусовых рецепторов, которые оставались довольны едой в данном заведении. — он нашел мое белье, — проскулил Джисон, прикрывая лицо ладонями. — я его итак спрятал под кучей вещей... это пиздец. если он еще хотя бы раз увидит его, то обо всем догадается. Чан понимал, про какое белье начал говорить его друг. все-таки, он являлся первооткрывателем в этом деле и первый заметил то, что младший носил стринги. это было заметно в обтягивающих лосинах, которые Хан заменил на спортивки. — думаешь, что ему не похуй? — Кристофер посмеялся, откидываясь на спинку кожаного диванчика. — это же твое решение носить такое белье. парни сидели в небольшом помещении, где находилось минимум декора. внутри располагались всего лишь пять столиков, за каждым из которых могли уместиться четыре человека. пахло чем-то сладким и соленым, вокруг все убрано и чистенько, что вызывало дополнительный уют. на стенах висели картины с изображением пейзажа, а в маленьком меню довольствовалось весьма богатым выбором еды и напитков. — это же Минхо, — они практически одни в помещении, поэтому Хан говорил тихо, и его голос смешивался с тихой мелодией на фоне. — он найдет до чего докопаться. если до него дойдет выбор моего нижнего белья, то это будет полнейший пиздец. — ну я же забил. принял твой выбор и не вижу причины издеваться над ним, — Крис ответил честно. да, изначально он не понимал этот выбор, но после забил. — ты адекватный, помни об этом. Минхо — долбоеб, — пожимая плечами, Хан приподнял уголок губ. — я сегодня в кровать насыпал муки, а ему в майку засунул парочку крабиков. прикольно же? Чан подавился воздухом, покраснел и прикрыл рот рукой. с каждым днем он поражался выходкам своего друга все больше. для него их перепалки были похожи на ссору детей в детском саду, что не поделили песочницу. — знаешь, на что это похоже? — старший наконец-то начал нормально дышать и радовался этому. — на «я растопчу твой кулич и ты убежишь в слезах!» — ты почти угадал. мы меримся хуями. и я докажу, что у меня больше, — смело заявил Джисон. — да? не думаю, что с большим птенчиком в штанишках возможно носить стринги, — рассуждал Крис, кладя в рот картофель фри. — ты их выбрал, потому что анус натирает приятно? Джисон не злился и не смеялся, но желание свернуть шею старшему — появилось настолько быстро, что он вспыхнул, словно спичка. ранее, когда Чан узнал о его предпочтениях в нижнем белье — они не говорили на эту тему. вообще. — беги, мразь. Джисон пригрозил ему и видел сверкающие пяточки соседа, что вызвало у него звонкий смех. *** Минхо откинул майку в сторону. его что-то очень сильно щипало за кожу. это было очень больно и терпеть такое просто невозможно. и когда он скинул одежду, то услышал легкий стук, словно что-то упало на пол. — блять... — заприметив несколько крабиков, Минхо потирал покрасневшую кожу. в его голове автоматически сложились два плюс два, а весьма подозрительно добрый Джисон в его голове превратился в маленького демона. только сейчас он понимал, почему младший не рычал и не покрывался иголками при виде него. оглядев деревянный шкаф, он распахнув его дверцы, вывалил все свои майки на пол. нужно было их на наличие морских обитателей тоже проверить, чтобы в дальнейшем не почувствовать боль снова. все-таки, оставляли следы они очень заметные. его раздумья и действия прервал звук хлопающей двери, которая закрылась довольно громко. он не думал, просто шел вперед, дабы перехватить младшего, пока тот в ванной не скрылся или еще лучше — не сбежал, почуяв подвох в его действиях. — а ты чего так рано вернулся? — светя своим торсом, Минхо выпрямился, будто специально выпячивая мощную грудь вперед. только вот о шраме он временно забыл. — обычно ты приходишь по ночам, а тут вернулся вечером. похвально, тигренок. — я? да так, на улице слишком жарко, невыносимо там находиться, — заныл Джисон. если бы не адский солнцепек, то он мог бы выпустить юркий язык в сторону Ли. — а ты чего без верха? решил порно снять, пока меня не было? надеюсь, хоть постельное белье сменил после своих увлечений? а то после твоего пота все-таки ложиться туда не хочется. Минхо скрыл свою хищную улыбку, наклоняя голову вбок. в прихожей Джисон только начал скидывать с ног шлепанцы, вытирая пот со лба. младшему противно прикасаться к своему телу. казалось, что он слышал от самого себя противный запах пота, смешанного с табаком, поэтому нахмурился и скрючился весь, словно морской крючок. про липкость он и вовсе молчал. отвратительно. его раздражал пот. при каждом лишнем запахе он отправлялся в душевую, где намывался. по крайней мере так было до его поселения в общежитие. в новых условиях он пользовался влажными салфетками. — пропусти, мне надо смыть с себя противный запах, — Хан попытался протиснуться в небольшую щель между Минхо и дверным косяком, но тот его не пропускал, специально стоял посередине. — не будь козлом хотя бы сейчас, ладно? пропусти. — нет. с чего я должен это делать? — Минхо эта ситуация забавляла. Джисон так смешно пытался не столкнуться своей кожей с его, что аж отшатывался назад. — так и будешь вонять целую вечность. — правда? — Хана это не веселило, а злило. почему, когда он просил по-хорошему, то его просто игнорировали? у него ведь не было сил даже на то, чтобы злиться. — раз уж я воняю, а ты находишься в моем доме, то... ты тоже должен вонять, м? Минхо не понимал, о чем говорил Джисон. до него дошло только в тот момент, когда Хан провел своей мокрой ладонью по его щеке и шее, оставляя влажные следы на коже. это было хорошо и слегка противно одновременно. он не знал, что делать. отшатнуться назад, врезать в лицо и нахмуриться или продолжать стоять, наслаждаясь мягкими касаниями? весьма странный выбор и такой очевидный, но Ли пришлось думать. — если не отойдешь, то обмажу тебя всего, — на его лице расцвела ухмылка. — мне нужно в душ, пропусти, — повторил парень снова. Минхо не двигался по началу, но когда Хан не стесняясь попытался его отпихнуть, то план вступил в ход. крепкие руки старшего закинули подкачанное тело Джисона на голое плечо, а после переместились на голую кожу бедер, находя там свое законное место. — что ты... — он задохнулся от недовольства. — с ума сошел?! быстро поставь меня на землю! Джисону хотелось волком выть. мало того, что оба тела весьма потные из-за жары, так он еще и висел на плече у Минхо. мать твою, Ли Минхо, того самого студента, которого он не на дух переваривал. с каких пор их драки и обидные подколы превратились... в азартные игры? они прекратили быть колкими, стали лишь задиристыми и веселыми. даже сам Джисон удивлялся тому, что вместо должной реакции он переживал приятное тепло в груди, но быстро отталкивал подобные эмоции от себя подальше. — помыться хотел? сейчас все организуем, — на идеальном лице старшего выступила яркая улыбка. Ли вынес тело «соседа» из дома и отправился прямиком к шумной воде. в этот момент в нем поднялся уровень игривости, а руки невольно сжали мягкие медовые бедра. было так приятно оставлять красные отметины, не прилагая при этом особых усилий. жаль, что слишком быстро пропадут. Минхо хотелось видеть их чаще. Джисон растерялся и не осознавал, чего больше хотел: выбраться и упасть на песок или остаться в чужих руках как можно дольше. такое метание из стороны в сторону замедлял его мыслительный процесс, но увы, не останавливал быстротечное время и действия Минхо. пока он размышлял над правильным ответом, то не успел очухаться, как оказался в воде. — покупайся и подумай над своим поведением, придурошный, — Минхо нахмурился. как бы Ли не скакал от одного мнения к другому, как бы Ли не терялся в собственных рассуждениях и ощущениях, как бы не ронял управление над разумом, нужно было показывать свой прежний холод, дабы не спалить изменения внутри себя. по его виду было читаемо, что он крайне не доволен такой выходкой Джисона. и оно понятно почему. вместо того, чтобы отомстить Хану так, как он этого заслужил, старший решил смягчиться. влияли на это не только большие глаза врага, но и погода, что размягчила его внутренний стержень. — ублюдок блять. Джисон злобствовал. его одежда была вся мокрая, неприятно прилипала к телу, заставляя поморщиться. младший намеревался встать, но слабые водные волны остановили его и помогли охладиться. тем более, он невольно засмотрелся на бледную и крепкую спину Ли. он прижимался к голому телу Минхо. блядство. от осознания того, что это не вызывало негативные чувства и неприязнь, ему становилось не по себе. разве он не должен был расцарапать наглое лицо старшего, тем самым разукрасив его? разве не должен был кричать и драться, когда тот спокойно закинул его тушку на свое плечо? Джисон сломался. *** Минхо просто не вывозил Джисона. мужчина, у которого он арендовал дом — до сих пор не подавал признаки жизни и не выходил на связь, а съезжать и терять деньги чисто из принципа он не собирался. да, у него было много денежных средств, но он не понтавался ими и не разбрасывался, ценя каждую полученную копеечку. парень застал те времена, когда у его родителей не было денег. они буквально «сосали палец» и сводили концы с концами, а Минхо наблюдал и не мог на это повлиять. будучи ребенком, он видел, как семье тяжело, как трудно давались покупки и зарабатывались деньги. и не только из-за их перепалок он сходил с ума. Джисон его рано или поздно доведет своим видом до могилы, честное слово. наглый парень с медовой кожей, который стонал каждый раз, когда потягивался, ходил с полотенцем на бедрах, открывая вид на грудь и, черт возьми, едва заметно касался ее. он представлял, как собственными пальцами впивался в упругую грудь, сжимал ее и наслаждался касаниями. как мычал от удовольствия, понимая, что мог потрогать такое сокровище и убедиться, что они настоящие. кулак по лицу сейчас бы не помешал. в чем проявлялось его «я схожу с ним с ума, блять»? как минимум во снах, где он видел Джисона с острыми клычками, который дразнился, но при этом не давался. ломался до тех пор, пока до него не касались. интересно, а он в жизни также реагировал? Минхо из-за подобных мыслей ударил себя по лбу, а его ушки приобрели пунцовый оттенок, грозясь осветить весь темный район настолько ярко, насколько это вообще было возможно. это раздражало, но с реакцией своего организма он ничего сделать не мог. это выше его сил. хотя, его в принципе устраивала перспектива убить Джисона и закопать возле дома... — Сынмин, я безумно устал от него, — Минхо устало произнес, плюхнувшись спиной на шезлонг. — он меня доводит одним своим присутствием. я уже просто не справляюсь с ним. каждый день был как судный. Джисон придумывал новые уловки, постоянно маячил в поле его зрения и мозолил глаза. изначально, парень справлялся с этим, но со временем это стало невыносимым. Хан словно заноза в заднице, что залезла под кожу и стала невидимкой. — просто признай, что он тебе небезразличен, — цокнул в трубку Ким. — уже год ходишь вокруг одного места, топчешься, а взять яйца в кулак не можешь. еще что-то за смелость мне постоянно вякаешь, хотя сам в себе еще не разобрался, — у младшего знатно подгорало. — я не... мне плевать на него, — защищал свою позицию Минхо, прикусывая губу. — мне фиолетово на него, просто интересно доводить его. про остальное Минхо решил не говорить. пока что рано рассказывать о таких подробностях, ведь был высок риск наткнуться на издевательства и насмешки со стороны друга. ну и как же забыть про его легендарное «а я же говорил!» — ага, сначала ты проверял его нервы на прочность, а теперь вошел во вкус? — в голосе Кима послышался немой смешок. — Минхо, мне хоть не пизди, пожалуйста. ты с самого начала его подсознательно затрагиваешь, потому что это единственная ваша точка соприкосновения. единственный момент, когда вы пересекаетесь и контактируете хоть как-то. — ага, — неосознанно кивнул Минхо, а потом сам же на себя и злился. — точнее, это просто способ выбросить адреналин! — поспешил оправдаться, но таким образом закопал себя только глубже. Ким пусть и не опытный психолог, но считывал старшего как книгу даже на расстоянии. либо он просто внимательно анализировал все изменения в его характере, а после на полученной основе делал выводы. однако это отменяло тот факт, что Сынмин попал в точку, поразив половину тела старшего. — правда? а недавно говорил, что не испытываешь ничего, просто нравится чужая агрессия, — естественно, Ли такого не говорил. Сынмин просто слегка изменил смысл слов Минхо, чтобы подловить его на лжи. — а... ну... не так выразился! — Минхо потер переносицу. — как мы вообще пришли к разговору о... нем? Минхо имел желание прекратить разговор о своем новом соседе. мало того, что он каждый день видел его лицо и... тело, так еще и сидя на пляже разговаривал о нем. это не странно, но его это пугало. с чего бы он не начал, всегда приходил в одну и ту же точку. приходил к Джисону. — ты сам мне позвонил, чтобы пожаловаться на него... — Сынмин посмеялся. — этот парниша настолько тебе мозги промыл, что ты уже совсем ничего не помнишь? я ему руку пожму, слушай. Сынмин ликовал, пока находился на даче родителей. слышать то, как Минхо все чаще думал о своем ненавистном враге. это его радовало, ведь невидимую химию между ними он чувствовал еще изначально. у ненависти между врагами всегда два пути: они либо привыкали друг к другу и вскоре чувствовали привязанность и теплые чувства, либо же продолжали ненавидеть друг друга и перешагивать все возможные рамки дозволенного. — кстати, как там дела с Чанбином? вы доделали совместный проект по поводу спасения бездомных животных? — раз уж Сынмин не собирался по своему желанию замолкать, значит, Ли должен пойти в ответный бой. — помнится, ты говорил, что чуть не упал в обморок, когда он близко к тебе подошел. каждый раз, когда дело касалось Чанбина, то Ким расплывался большой лужицей. и парень это не контролировал. временами его язык развязывался и он проговаривал все, что думал о нем: шикарные бицепсы, милое личико, заразительный смех и глупые шутки. все это делало со идеальным парнем. Сынмин завидовал его будущему партнеру. — точно, нам нужно сегодня встретиться... — он глянул на наручные часы и испугался. — уже через час! я еще даже не готов, — паника резко захватила его тело, заставляя потеть. — не забудь подготовить свою задницу. — Ли Минхо, не смей говорить такие похабные вещи, когда речь заходит о святых животных! — упрекнул его младший, показывая указательный палец, словно тот мог увидеть этот жест. — и к тому же, Чанбин такой нежный, невинный и светлый... — так, не начинай мне про него серенады рассказывать. иди собирайся, пока. Минхо быстро «разрушил» их разговор, нажимая на красную кнопку. еще ему не хватало для полного счастья выслушивать то, какой Со идеальный парень. Ли больше чем уверен в том, что тот скрывал своих чертят в тайном уголочке для более подходящего момента. а это кудрявый что тут забыл? Минхо, разглядывая пляж, наткнулся взглядом на соседа, с которым он делил одну кровать, один дом. и это порядком ему надоело, потому что Хан оказался крепким орешком с упругой задницей. опять его мысли сводились к заднице. это уже дурка, иначе не назовешь. — вали отсюда, — Джисон загородил ему солнце своим телом, скрещивая руки на груди. — что смотришь? место освобождай давай. — и тебе привет, соседушка, — с иронией в голосе проголосил старший. — мест много, почему ко мне присосался? тебе надо, ты и пиздуй отсюда. — мне нужно именно это место. вали давай. ему жизненно необходимо доебаться до Минхо. они словно местами поменялись. если раньше все время Ли его доставал при любом удобном случае, то сейчас это делал Хан. — нет, — Ли спокойно продолжал лежать, пытаясь не засматриваться на полуобнаженное тело врага. — раз уж тебе так сильно нравится именно это место, то в следующий раз вставай пораньше, а не спи до обеда. Джисон фыркнул. он понимал, что Минхо вывести на эмоции сейчас будет сложнее, чем обычно. тот чересчур был спокоен, находясь под объятиями солнца. а что, если парень выльет на него ведро морской воды? тот сбежит или наоборот побежит за ним? он был не против прижаться к чужому телу еще раз. звучит так, словно у тебя недотрах, Хан Джисон. ну вообще, это и есть он самый... — предупреждаю последний раз: вали отсюда, — его голос спокойный. Хан хотел, чтобы он дрогнул от холода Минхо. — иначе я просто лягу на тебя сверху. все равно же уйдешь отсюда. Минхо сглотнул, понимая, что это будет роковой ошибкой, но язык сегодня работал быстрее мозга. — ложись, — резко заголосил он. — думаешь, твоя махинация сработает? с таким же треском провалится, как и попытка изжить меня из нашего дома. — моего, — поправил его Джисон. — я пытаюсь прогнать тебя из моего дома. ты как вредный таракан завелся и ничего не боишься. Минхо тяжко вздохнул. спорить по этому поводу являлось бесполезной тратой времени. он старался игнорировать детские шутки со стороны Хана. особенно после муки в кровати и маленьких рачков. нужно говорить о том, что из брюнета он превратился в блондина из-за младшего? вот Сынмин ахуеет от смены имиджа, ведь был Ли противником красок. нет, он их не любил не в том плане, что это полная хрень. он просто никогда не хотел использовать их на себе, потому что как-никак волосы портились, а они и без того в не очень хорошем состоянии. его мысли прервал Джисон, что улегся на него сверху. по началу он часто дышал из-за тяжести на своем теле, но потом ему стало слишком душно. тело Хана горячее. Джисон уместил голову на чужое плечо, спокойно и размеренно вдохнул теплый воздух. Минхо не двигался, но и уходить не собирался, а надежда Хана на победу медленно утекала в слив. все-таки, это оказалось сложнее, чем он думал. горячие и вспотевшие тела слиплись друг с другом. Хан чувствовал, как к его коже прижимались соски Ли, крепкие руки слабо обвивали талию, а пресс напрягался под ним. блядство. Хан не хотел это признавать, но такое положение было идеальным. — знаешь, а ведь прохожие думают, что мы вместе, — расплывался в гаденькой улыбке, пока младший этого не замечал. — косятся на нас, на то, как ты жмешься ко мне. романтично, не так ли? Джисон сглотнул, смущаясь. а ведь он даже и подумать не мог о том, как эта поза будет смотреться со стороны. слова Минхо посылали горячие импульсы вниз живота, заставляя обмякший член затвердевать. только не это... думай о чем-то противном, Джисон. господи, какие кубики... это не противно. господи, ты безнадежен. — Джисон, — его мысли прервал блондин, но он не дернулся от испуга. все-таки парень не спешил показывать свою нервозность от такого положения. — Джисон, твой член упирается в мое бедро. тебе показалось, ублюдок. Джисон замялся. в таком положении он еще не был. да, у него вставал на парней, но никто никогда об этом не знал. это все было кромешной тайной, которую он прятал у себя внутри. — это нога. — третья? — он едва сдерживал довольный тон голоса. — такая твердая и закачивается на середине бедра. неплохая нога, дашь потрогать или нет? — какой ты противный... — шикнул Хан и в попытках встать с чужого тела, оказался прижатым к потному телу вновь. — отпусти меня, извращенец... как же стыдно. ну да, встал у тебя, а спихивать все будем на Ли Минхо. — а тут я готов поспорить, — опустил взгляд чуть ниже. — сам пришел, сам лег и возбудился. настолько повзрослел и стал самостоятельным. горжусь тобой, тигренок. — я не.. я не возбудился! — голос Хана сорвался на писк, чем рассмешил Минхо еще сильнее. — пусти, придурок! Минхо забавлялся позицией, и тем, что имел преимущество в этой ситуации. неужели впервые за долгое время он смог сравнять счет с Джисоном? — не возбудился, но при этом я чувствую твой стояк. интересно получается. может тогда шорты снимешь, чтобы я увидел доказательства твоих слов? Джисон затих. как ему выкручиваться сейчас? он уже проебывался который раз за неделю? на его памяти второй. конечно можно не учитывать тот факт, что Минхо не знал, что стринги принадлежали Хану, но это все равно для него стыд. а сейчас его возбуждение упиралось в мясистое бедро Ли. у брюнета появился план, но насколько он вообще будет действенен? и вообще поможет спасти его положение или только усугубит? у него была всего минута на размышление. и как назло, протекала она с неимоверно быстрой скоростью. нужно было принять решение, от которого можно сказать, зависела его судьба. либо он станет кидать пищу для издевательств, либо поставит в ступор и обведет вокруг пальца. и первый исход парня совсем не привлекал, только отталкивал и мигал ядерно-красным цветом. будто намекал, что это смертельный вариант. — Джисон, я жду, — подначивал его Ли к неосознанным и спонтанным решениям. и Джисон отвис. он потерся о чужое бедро своей небольшой выпуклостью и простонал в шею блондина. его сейчас должны были оттолкнуть, скинуть с себя и покрыть нецензурной бранью при всех, но чертово трение сбивало все нужные мысли. оно такое приятное и долгожданное, что аж зубы сводило. его нижнее белье намокло, а член подергивался от пальцев, что с особой силой сжимали тонкую талию. Джисон сдерживался, чтобы не закатить глаза, и не проехаться задницей по члену Минхо, но вместо этого он дернул тазом рвано. горячее дыхание брюнета опаляло бледную кожу, а во рту все пересыхало. — надо же... — Ли захватил зубами нижнюю губу. — я подумал, что ты уснул, но вместо этого ты выкатываешь такой номер. почему Минхо не противно? почему он не оттолкнул мокрое тело? почему не кривился и не шипел от того, что враг потирался о его бедро и поскуливал в шею подобно щенку? почему вместо резкой смены игривости на агрессию, Ли сжимал чужую талию и позволял делать такое? это отсутствие интимной связи на меня так влияет. попытался успокоить самого себя Минхо, хотя в глубине души осознавал, что это не так. и подобные мысли навеивали страх и резкую тревожность, от которой все внутренности морским узлом стягивались. может, Сынмин все-таки правильно говорил и Минхо выискивал любую точку соприкосновения с Ханом? Джисон не останавливался и мазнул горячим языком по покрытой испариной шее. на языке присутствовал солоноватый привкус от капелек пота, а ресницы подрагивали, принимая такое действие за удовольствие. кульминация подкрадывалась настолько медленно, что ее можно было приравнять к лисе, что с хитрыми намерениями подползала к своей добыче. — извини, мне пора, — Минхо сдался. ему было сложно себя сдерживать, поэтому он принял решение уйти. Джисон не должен был знать, что старший испытывал все то же самое, что и он сам. это неправильно, такого не должно быть. это наверняка какая-то ошибка, сбой в системе, матрица потекла. да что угодно, лишь бы не теплые чувства. Джисон не успел опомниться, как оказался на разогретом солнцем песке, таком обжигающем. он ойкнул и наблюдал за тем, как старший с невероятной скоростью скрылся из поля его зрения, забегая в душный домик. Джисон добился того, чего хотел? добился законного места? не совсем. шезлонг, конечно, находился в его распоряжении, но как он будет лежать с членом, который через несколько толчков мог бы испустить свое семя? он был на грани, а сама плоть адски болела от нехватки внимания. добиться добился, но этот лежак ему не уперся теперь. а ведь изначально он хотел просто докопаться до минхо и полежать... как обычно все пошло по одному месту. *** Минхо в тот день решил, что не будет звонить Сынмину. почему-то в его голове поселилась одна мысль, что из-за солнца у него тело реагировало как-то не так. в том числе и сердце, что при сильной близости с Джисоном бешено билось, готовясь прыгнуть в чужие руки. от солнца его разум расплывался, как плавленый сыр в микроволновке. видимо, благодаря ему ощущения становились острее, а разгоряченное тело чувствительнее. просто другого ответа на это все не находилось. разумного ответа. будто видел потенциального хозяина в лице Джисона. хозяина, который мог его подчинить. он просмотрел сайты, где поверхностно об этом рассказывалось, и старался убедить самого себя в том, что Хан — какое-то чертово исключение. что он не влюбился и вообще просто перегрелся на солнце. это была ошибка. просто ошибка. видимо, солнце слишком сильно напекло голову, либо краска попала в мозг. да черт возьми, все что угодно. Ли не хотел чувствовать себя вновь уязвимым, не хотел быть зависимым, а после страдать и убиваться по человеку. это ему было не нужно, потому что доставляло лишние хлопоты и апатию. возможно, поражение дошло до него, но не полностью. *** день сменялся ночью, а ночь днем. Минхо все это время обрабатывал поступающую в его мозг информацию. признаться, он даже начинал с этим мириться, но после отбрасывал такие мысли, прикрывая лицо руками. спасали только шутки над младшим, которые не прекращались даже в его подавленном состоянии. — Минхо, — в спальню зашел Джисон. явно чем-то разгневанный. и Ли не прогадал. по его лицу стекала густая белая масса, а в руках располагалась синяя бритва, что тоже была испачкана в ней. густые брови Хана нахмурены. казалось, он чем-то чересчур недоволен, но вот Минхо... более чем счастлив. он счастлив, потому что присутствие младшего его отвлекало от навязчивых мыслей. правда, после этого в его голове было все больше запутанных пучков, которые занимали место. — какого хуя? — он потряс своей бритвой в воздухе, разбрызгивая белые капли на деревянный пол. — ты, блять, адекватный, ответь мне? вновь удовлетворение от чужой агрессии. это то, чего Минхо ждал. Джисон думал, что только ему позволено издеваться и строить казни? игры в одни ворота явно не существовало, ведь Минхо не пальцем деланный и все это терпеть не собирался. возможно, он мог бы язык в жопу засунуть и отмолчаться, но не в своем положении. хотя язык в задницу Джисона он бы засунул. опять мысли не в ту степь текли. хуево. — вполне, — он пожал плечами, будто его вины и вовсе не было. — а в чем проблема-то? пришел и наорал на меня, горластый. хоть введи в курс дела, чтобы я понял, в чем провинился. Минхо являлся тем еще актером. в нужные моменты он мог пошутить так, что невозможно было отличить правду от лжи. за такие проказни он частенько получал от друга по голове. — а ты не понимаешь? — спокойствием тут не пахло. — ты мою пену для бритья сменил на чертовы сливки! я порезался из-за тебя, ты это понимаешь? да, пока младший спал ночью, блондин решил пошалить и спрятать новый баллончик с пеной в шкаф, а в использованный добавить сливки. помните, что этот парень ценил деньги и утекать им просто так не позволил бы. а сливки просто немного испортились, поэтому их не особо жаль. — какие мы нежные, боже. думал, что ты один такой с «не въебическим» юмором? да хуй там, — Ли захихикал, направляя взгляд в телефон. — а как ты догадался, что там именно сливки? неужели бяку в рот взял? — он прикрыл рот тыльной стороной ладони. — точно! тебе же не привыкать! Джисон закипал. у него за время проживания с Минхо на одной территории тоже был стресс. он планировал снять его бритьем, потому что это ему помогало, но Ли как почуял это, поменял пенку на сладость. на щеке младшего красовалось несколько полосок от бритвы, и они кровоточили, пусть и не сильно, но болели. хотелось провести пальцем, смазать кровь, но парень был вовлечен в «интеллектуальный» диалог. — сейчас ты у меня попробуешь «пену» и оценишь ее вкус, утырок, — злость медленно собиралась пучком в его груди. Джисон откинул испачканную вещь в сторону, не боясь испачкать пол еще сильнее. у него появилось желание отомстить, потому что подобная выходка — недопустима. Хан только пену открыл, а ее уже нет. она, между прочим, не дешевая. — Джисон... — Минхо пропищал, потому что тело младшего вновь завалилось на нем. он еще до конца не мог отойти от момента на пляже, а тут Хан уселся на него верхом с разгневанным лицом. вроде выглядел сексуально, и хотелось продолжить смотреть, но разве такие ощущения должен испытывать Ли? по идее, он должен спихнуть его с себя, отчитать за подобный номер и, желательно, ударить подушкой, но все эти сцены прокручивались в голове блондина. и явно заканчивались они не дракой или расходом, а жарким сексом. — слезай с меня, — Минхо прикрыл руками лицо. а у Джисона в голове вырос коварный план. раз уж не получилось опозорить старшего в тот день, то могло получиться и сейчас? все-таки испробовать нужно, прощупать почву и знать, на какую больную точку в случае чего давить. если он вдруг сможет нащупать уязвимое место, то у него появиться шанс быстрее вытолкнуть отсюда блондина и спокойно жить в гордом одиночестве. разве это не рай? это не только рай, — это райское наслаждение, от которого Хан мысленно получал самый лучший оргазм в своей жизни. — избавиться от меня решил, малыш? — он и сам ловил сильный дискомфорт от этого прозвища, но не подавал вида. да, он просмотрел много кино, где есть подобная химия между героями. там это звучало не так ужасно и действовало либо нежно, либо возбуждающе. смотря в какой момент это прозвище будет использовано. только вот от этого «малыш», у брюнета, помимо недовольства, появился теплый шар внутри, что начал разрастаться довольно быстро. — я обещал тебя накормить, поэтому будь послушным и сожри это, малыш, — слегка поерзав на бедрах Ли, Джисон выдавил на ладонь сладкую массу. — открой ротик и прими все, что я тебе дам. Минхо лежал с открытыми глазами и слегка покраснел. если не знать, какая сцена на самом деле разжигалась между этими двумя, то можно было подумать о чем-то странном. о чем-то извращенном. ну или у Минхо просто слишком воспаленный мозг от недотраха. — могу только послать тебя нахуй, а не рот открыть. такой вариант тебя устроит, тигренок? — какая жалость, я уже на месте, — Джисон ехидно заулыбался и передвинулся ближе к паховой зоне, чтобы усесться поудобнее и довести старшего. только непонятно, до чего именно: до звездочек перед глазами или до взрыва эмоций. — бога ради, слезь блять... Минхо тяжко вздохнул. ему становилось тяжело, потому что упругая пятая точка Джисона давила точно на его пах. не то, чтобы это больно и невыносимо терпеть, но пах твердел. твердел бы еще быстрее, если младший продолжил бы свои махинации. — я подумаю над твоим предложением, малыш. от Джисона «малыш» звучало безумно вкусно. раньше Ли мог бы и ударить за такое, но сейчас это вызывало приятный зуд в груди и вообще везде. особенно пульсацией отдавалось внизу. ему оставалось только часто дышать и терпеть. хотя в голове возникло желание повалить Хана на спину и хорошенько отъе... — какой непослушный, — Джисон прошептал ему на самое ухо и заулыбался. он заметил, что нет никаких противодействий, поэтому подкрадывался своими пальцами к щекам Ли, чтобы осуществить свою задумку. подушечки нажимали на бледную кожу щек, что тут же прогибалась под их натиском. губы блондина приоткрылись, и Джисон, не долго думая, пропихнул заранее подготовленную гору сливок в рот. тот подавился и от этого покраснел, громко откашливаясь, ибо вдохнул неудачно. — пиздец тебе, — он дышал, вдыхая воздух часто-часто. было страшно, казалось, что он умрет из-за своих же проделок. Джисон после слов Минхо собирался уже убежать, но вышло неудачно, потому что его тело плотно прижали к другой половине кровати. над ним навис обозленный Минхо, который явно намерен отыграться на парне. — вкусно было? могу добавку положить, хочешь? Минхо про себя возмутился такой наглости со стороны брюнета. тот первый в этом месте начал войну, так почему сейчас противился и думал, что блондин поступил по отношению к нему неправильно и резко? не уж то он должен молча все терпеть и позволять над собой так издеваться? — сейчас я эти сливки затолкаю в твою задницу и наполню тебя ими. если бы слепой человек слушал такие реплики, то в его голове могла сложиться вполне не адекватная сцена. диалог был построен весьма двусмысленно, именно поэтому каждый из парней время от времени краснел, готовясь верещать. — жду не дождусь, малыш, — Джисон уже понял, что это прозвище оказывало на старшего небольшое воздействие. — затолкай настолько сильно, чтобы я наутро мог вспомнить тебя. Минхо сглотнул слюну один раз, второй, но легче не становилось. снова появился такой знакомый риторический вопрос: почему брюнет так на него влиял? у Ли будто мозг отключился, потому что увидеть Хана снизу — было чем-то новеньким и откровенным. густые волосы младшего кругом лежали на подушке и казались мягкими, а щеки такими трогательными и пухлыми. родинка чересчур манящая и сладкая, а дрожащие ресницы придавали Джисону невинность. и это никак не совмещалось с его сучьим характером. про подтянутое тело и вздохи говорить не стоило, все и без этого было понятно. — обязательно затолкаю, только вовсе не сливки, — Минхо проговорил хрипло, что выдавало его не самое лучшее положение. когда массивные бедра поддались вперед, а ноги Джисона развелись в стороны, то Хан про себя подметил, что на Минхо его провокации срабатывали очень хорошо. ему самому хотелось сдаться в горячие руки, но парень держался из последних сил, позволяя старшему проходить дальше. а тот ведь бездействие воспринял за зеленый свет и разрешение. передвигался бабочками-поцелуями все ниже, прямо к впадинке меж ключиц. проезжался языком по оголенной коже и вздрагивал, когда Джисон укладывал руку на его пах. — я не разрешал руки распускать, Джисон, — прикусил ключицу в знак неодобрения и услышал стон. хреново дело. — я просто решил в очередной раз убедиться, что ты малыш. — ну и как? — действительно маленький. Джисон улыбнулся и продолжал тянуть за нити, доводя Минхо до финальной точки невозврата. могло казаться, что он уже и сам не мог вовремя нажать на педаль тормоза, но Хан просто выжидал определенного момента, чтобы дать заднюю. момент на шезлонге застрял в памяти не только у Минхо, но и у самого Джисона. он продолжительный период времени прокручивал в голове этот фрагмент, размышлял над другими исходами событий и понимал, что этот был самый подходящий вариант. именно поэтому он не сожалел, что лег тогда на Минхо, ведь теперь мог примерно представить, как чужие руки обвивали его талию и насколько правильно на ней лежали. хотя подобные мысли должны были сопровождаться рвотными позывами, а не толчками возбуждения. Минхо рычал, сжимая свободной рукой бедро младшего. он молча закинул ногу брюнета на свою талию и прижался плотнее, желая впечататься в мокрое тело Джисона. сейчас его мозг переплавился, потому что внутри не было осознания того, что именно он творил. член в шортах изнывал, нет, скорее взрывался и просился наружу, желая получить трение и почувствовать касания. Минхо продолжал совершать толчки, пока на его руках выступали жилистые вены, а пот стекал по вискам. от совокупности действий Хана и жары — получался до безумства головокружительный эффект, сносящий башню напрочь. влияло такое на человека похлеще, чем алкоголь. — нравится? — спросил Джисон, подливая в огонь больше топлива. Минхо судорожно закивал, ничего не отвечая. в его голове путались мысли, а движения повторялись и становились смелее, потому что организовалась погоня за оргазмом, которую оборвали самым плохим способом. — я рад, но ты можешь пойти нахуй, потому что не интересуешь меня в таком плане, — Джисон старался не показывать то, что ему это наоборот нравится. если ему было бы отвратительно от такого, то он не позволил Минхо даже коснуться себя. брюнет и сам его хотел, но вместо согласия — выпустил острые коготки и зубки, отталкивая врага от себя. он мог бы подставить свою накачанную задницу, но не желал показаться легкодоступным, хотел повертеть носом и иметь преимущество над Минхо. и поиметь его мозг вдобавок ко всему этому подарку. — можешь трахнуть кулак, если настолько сильно мучает недотрах, — он фыркнул, пока Ли завалился на спину. ткань его шорт была мокрая от природной смазки. Джисон в этот момент возненавидел себя больше всего на свете, потому что внутри присутствовало адское желание глянуть вниз и рассмотреть выпуклость поближе. — с тебя новая пена для бритья, извращенец. Джисон бы поспорил, кто тут извращенец. он и сам не лучше, потому что его член тоже прилично так привстал. да, это не так заметно под мохроватой тканью, но зато по ощущениям очень сильно ощущалось. ему лучше уйти, потому что смотреть на вспотевшего минхо была своего рода пытка, которую невозможно вытерпеть и вообще вынести. сам себе создал проблемы, но зато прочуял, какое влияние имел над Минхо. знал, на какие кнопочки стоило нажимать, чтобы тот подчинялся бесприкословно. блондин остался в комнате в глобальном одиночестве. внутри заселился жар, как в самом горячем котле ада, а член болел. Ли еще никогда подобного не ощущал. новые впечатления его не устраивали, потому что было осознание, что унижен уже второй раз. но ему это нравилось. нравилось, когда Джисон его унижал. lee_know: Сынмин, мне нужны твои психологические члены. *советы. иначе я вскроюсь нахуй. kimdog: ого, сам Ли Минхо просит меня о советах? тебя взломали или ты проиграл кому-то желание? lee_know: не задавай глупых вопросов, когда у меня стояк. я не могу нормально соображать. Минхо поздно понял, что сообщение про его стояк — явно лишнее, но для полноты картины весьма уместное. *** блондин дождался, когда останется в доме один. не собирался он при Джисоне вести активный диалог с Сынмином. тот не достоин такой чести, ведь это весьма лично. — и что предлагаешь делать? — с надеждой в голосе спросил Ли. — он просто доводит меня до трясучки. — до стояка, — резко поправил его Сынмин. вот про такие моменты блондин и говорил. Ким его специально подкалывал, чувствуя вкус победы. — и зачем я тебе сказал об этом? — он устало потер переносицу пальцами и вздохнул. — подобное было всего пару раз. и я больше чем уверен, что это от отсутствия полового акта. все-таки, давно ни с кем не спал. может, попробовать подцепить красавчика в баре? — ага, а потом во время своего выпускания спермы выкрикнешь имя Джисона? — Сынмин откровенно стебался, даже не пытаясь скрыть это. — тебе одноразовые связи не помогут избавиться от того, что ты имеешь, сечешь? по щелчку пальцев не отцепишься от Хана и не переключишься на другого. это не так просто, как кажется на первый взгляд, понимаешь? жизнь все-таки не игра, где можно перескочить с ветки на ветку или переиграть, чтобы другой исход получился. — и что ты предлагаешь делать? — в какой-то степени Сынмин прав, и Минхо это понимал, поэтому перестал канючить. — только давай что-то адекватное, ладно? без твоих издевательств. — как я понял, Джисон пытался установить доминантность над тобой, раз использовал... такое прозвище. да и его действия, нарушающие твои границы — подкрепляют это. ты просто позволил ему это сделать, а не отстранил сразу. — я был в ступоре. — в сексуальном? оригинально, — хмыкнул Ким. — я не профессиональный психолог, но могу сказать, что он чувствует примерно то же самое. зачастую у врагов присутствует какое-то ограничение в действиях. ты являешься раздражителем для него, тем, кого он на дух не переносит, а тут... подпустил тебя слишком близко. возможно, ему самому понравилось, а возможно, он просто будет использовать это в качестве оружия против тебя, когда ты будешь его бесить. не могу сделать точный анализ, потому что лично не общался с ним, поэтому получай поверхностный и банальный. — ага, утешил, — Минхо запутался еще сильнее в этих сетях. — а делать мне что? ты так и не сказал. — засунь язык в задницу и пойди на компромисс. поговори с ним, попробуй выяснить, как можно прекратить ваш срач. хотя вряд ли это спасет ситуацию... — я к нему даже подходить не буду, — возразил Минхо. — после всего, что произошло, я не подойду к нему даже на блядский метр. сейчас он придет и я уйду... я не вывожу с ним жить, но и деньги, уплаченные за дом жалко. придется терпеть. — повезло тебе с соседом, — иронично произнес Ким. — но при всем уважении, не пиши мне... такие подробности, а то в следующий раз дойдем до того, как ты мастурбируешь на Джисона. — вообще-то... — замолкни, — Ким взвыл в трубку и под громкий смех Минхо сбросил вызов. несмотря на вредность младшего, блондин был безумно ему благодарен за помощь. да, пусть она звучала не так, как хотелось бы, но все равно полезна. но по всей видимости Минхо все еще не нашел ответ на главный для него вопрос: что с ним происходило? он ведь не понимал, как ненависть переросла в желание дернуть Хана просто так, а затем во что-то... теплое. да, с виду он все еще казался похуистом со стажем, но внутри вулканы взрывались от переполненности. он противоречил сам себе. принимал попытки оправдать это не влюбленностью или симпатией, а просто зависимостью. зависимостью от злости Джисона, но не более. но каждый раз с позором промахивался. *** Джисон зашел в воду, наслаждаясь легкой прохладой водяной гладью, и улыбнулся. уже который день он все никак не решался подойти к волнам. Кристофер его все подстегивал, подталкивал и сам подходил к ним, приманивая к себе младшего. ему все время было страшно. дело не в том, что он не умел плавать или боялся глубины. просто какое-то странное чувство, которое предвещало нечто страшное, рокочущее в груди. оно отдавалось противным зудом и немым криком, словно отталкивая его от такой глупой затеи. но почему-то блондин, которого прибивало ко дну, выныривал из раза в раз целый и невредимый. да и еще в добавок его глаза загорелись азартом и неимоверным счастьем, будто это мечта, о которой он грезил всю жизнь. — просто попробуй! в этом нет ничего опасного, — парировал его друг. на деле, волны — дело страшное. да, на первый взгляд ничего безобидного, но волна могла быть настолько сильной, что человек захлебнется водой. это все зависело от напора, и нужно ответственнее относиться к таким вещам, непредназначенным для развлечения. и Джисон вместо того, чтобы прислушаться к разуму мозга и голосу внутренней тревоги, повиновался упрашиваниям соседа по комнате. почему-то Чан молча давал гарантию безопасности и хорошего настроения. — а все точно будет хорошо?... — Джисон сомневался в таком решении, потому что зернышки здравого рассудка начинали проклевываться. — а если я захлебнусь? — каким образом? я не плавающий человек, как видишь, но все со мной хорошо. все будет в порядке, я если что рядом, — Крис подарил ему улыбку. Хан губы поджал в длинную полоску, а пальцы рук под водой сжимали края шорт, в которых он купался. может, все-таки из-за сильной тревожности у него такая нарастающая паника и ничего опасного в этом не было? Джисон ведь действительно встал туда, где вода доставала до груди. позади него шумела нарастающая волна, разбудившая внутри парня большую тревогу. она все никак не унималась в его голове. твердила бежать, пока есть возможность, но, увы, было слишком поздно. вода настигла его и своим сильным напором прибила напором к жесткому дну. его в буквальном смысле снесло, а спина начала адски болеть от столкновения с волной. он нахмурился и начал захлебываться, а выплыть наружу из-за растерянности и потери контроля стала невыполнимой миссией. остатки воздуха медленно покидали его легкие, лицо краснело под толщиной воды, а глаза готовились вытечь и смешаться с жидкостью. он почти выплыл на поверхность, но она казалась все дальше и дальше. складывалось впечатление, что чем больше он старался выкарабкаться, тем дальше был от спасения. он уже мысленно попрощался с жизнью, прекратил пытаться хоть как-то вытащить себя из лап смерти, как вдруг почувствовал на талии крепкую руку, а после отключился. из «комы» его вывел крик парня. — идиот! — голос до боли знакомый, но увы, звучал приглушенно из-за воды, что попала в уши. — кто так делает блять? Джисон пускал струи воды изо рта, откашливался настолько сильно, что казалось, вот-вот готов был выплюнуть легкие. в горле жгло, а глаза болели точно также, как и грудная клетка. — ты каким местом думал, когда лез под волну?! — Ли повысил голос и слабо похлопал младшего по щеке, чтобы привести в сознание. — совсем чувство самосохранения отсутствует? или впервые находишься в таких местах?! — Минхо... — блондин привлек внимание Ли к себе. — это я втянул его в это дело. он не виноват в том, что произошло. — виноват, еще как виноват, — рыкнул на него Минхо. — он должен думать своей головой, на какие вещи вообще идет. иначе для чего она ему? так, для красоты? — он не унимался. страх за соседа делал свое дело. — но и тебе не мешало бы прописать пиздюлей. откуда вы вообще понахватались того, что можно вставать под волны, умники? Минхо прекрасно осознавал, что не являлся для них мамочкой и воспитывать не имел права. однако страх, который ледяными руками сковал его тело, надавливая на больные точки, заставлял злиться и пугаться на парней. — я всегда так делал, — пожал он плечами. — Джисон так никогда не делал, возможно, поэтому все так и сложилось. Кристоферу стало стыдно. мало того, что он занимался опасными вещами, так еще и подбил на этого друга, без которого не представлял жизни. по всей видимости, в тот момент его голова отключилась совсем. — и, видимо, больше не будет, — выдохнул, опуская глаза вниз. — в общем, я не нянька, чтобы выхаживать твоего еле живого друга. в следующий раз пройду мимо, пусть хоть его труп выплывет на поверхность — и глазом не моргну, — заключил он, поднимаясь с песка. — удачи, придурки. Бан виновато закивал головой и сел рядом с Ханом, который до сих пор сидя пошатывался из стороны в сторону, пытаясь прийти в себя. до его осознания еще не дошло то, что он находился на волоске от грани жизни и смерти. почему он просто не прислушался к интуиции? не подумал, что чересчур опасно стоять к волне спиной и что их вообще желательно избегать? да, он получил нужную дозу адреналина, но к чему это могло привести, если бы Минхо его не спас? — я чуть не умер... — начал брюнет, приходя наконец в себя. — мать твою, я чуть не сдох... — зато Минхо сделал тебе искусственное дыхание, — блондин старался разрядить обстановку, но получилось крайне плохо. — извини, просто подумал, что это поднимет тебе настроение... и прости, что подверг тебя такому риску. — угу... — он даже голову в сторону друга не повернул, потому что слабость в теле и страх давали о себе знать. дальше они сидели в тишине. Джисон медленно отходил от произошедшего и смотрел в одну точку, а Чан гладил его по спине, таким образом оказывая хотя бы маленькую поддержку и опору. возможно, это ничего по сравнению с часовыми выслушиваниями, но все равно ценно. Джисон, который всегда молчал о внутренней боли, благодарен Кристоферу за то, что тот без слов его понимал и протягивал ему руку помощи в нужный момент, при этом проводя немую беседу из обычных киваний и подмигиваний. спустя время Джисон решил в гордом одиночестве отправиться в домик, что находился неподалеку. благо, он имел силы спокойно стоять на ногах, хотя в тот злосчастный момент рисковал получить растяжение. по пути он вспомнил слова блондина про искусственное дыхание. подушечки фаланг автоматически прикоснулись до бледных губ, что расплывались в улыбке. в груди что-то покалывало, а на половинках появлялось ощущение фантомного поцелуя. Минхо его поцеловал. почему у него выросло сильное желание поцеловать Минхо в губы? почувствовать их мягкость и сминать настолько сильно, чтобы те опухли? почему ему хотелось целоваться до опьянения именно с врагом? слишком безумные мысли. Джисон не должен мыслить так о том, кто жизни ему спокойной не давал, постоянно задирал и выводил на эмоции. однако, мозг думал иначе. *** Минхо не желал признавать то, что сильно переживал за Джисона, когда тот не всплывал. он видел, как тот встал под волну, а после резко пропал и не появлялся. стоило говорить о том, что он боялся плохого исхода событий? стоило говорить, что сорвался и доплыл до него настолько быстро, что сам не ожидал от себя подобного выброса адреналина? стоило упоминать, что пребывание Хана в отключке — подкосило его и подтолкнуло на искусственное дыхание? — ты переживал за меня, — Джисон дразнился, показывая язык. да, он поблагодарил Минхо за спасение, но издевательства были по расписанию. — просто признай это. — еще чего? не выдумывай себе ничего лишнего, — Ли спокойно сидел на кровати и смотрел телевизор. — если один раз оказал тебе помощь, то это не дает право так высказываться. мне ничего не стоит пойти и утопить тебя, тигренок. — ну так утопи, — брюнет игрался на нервах и коварно улыбался. — а искусственное дыхание тоже по приколу сделал? охотно верю. — а мне тебя нужно было оставить на берегу дохнуть? спасибо, но твой дух во снах мне не нужен, спать я хочу спокойно, — Минхо попытался не выдать самого себя, хотя желание заткнуть этого наглеца имелось. и не кулаками, как обычно. — ты просто что-то чувствуешь ко мне, но не хочешь признавать это, поэтому скрываешь под шлейфом «совести», — он вздохнул. — перестань давать заднюю, ты слишком очевидный. младший не просто так был уверен в своих словах. если бы не разговор, который он случайно услышал, когда вошел в домик, то и подумал бы о том, что Ли замучила совесть, а не чувства. — что за бред несешь? самого себя слышишь? — Ли старался отвечать спокойно, но его нервы уже давали сбой. — не принимай любую помощь за нечто большее, ладно? а то с такими выводами можешь подойти к любому, прыгнуть на хуй, а потом сказать: «ой, мы потрахались, вы меня любите! вы же любезно подставили мне хуй», — Минхо повысил голос на один децибел. — приведи хоть один аргумент, который будет доказывать правдивость твоих слов. говорить или нет? — пример твой не очень, ты же понимаешь? — Хан замялся и начал мысленно метаться в разные стороны. — я слышал, как ты с Сынмином обсуждал то, что терпеть не можешь своего соседа, — победная улыбка расплылась на его лице, будто он разбогател и купил себе яхту. — и ты говорил, что запутался в чувствах, что тебя пугает эта неизвестность, а твой дружок сделал вывод, что ты влюблен. естественно, это было утрировано и собрано в идеальную картинку. Минхо не говорил о своих чувствах настолько открыто, тем более когда был риск спалиться. — да? — Ли не собирался проигрывать в словесной «драке», — а имя было упомянуто в разговоре? — нет, ты просто сказал про соседа. очевидно же, что это про меня! — стоял на своем Джисон. ну не мог же он промахнуться, верно? — кажется, ты и сам в меня влюбился, раз радуешься такой «разгадке» от врага, — Минхо хихикнул, таким образом перетягивая канат в свою сторону. — с чего ты взял, что речь именно про тебя? ты не единственный мой сосед, держу в курсе. советую закатать губу и не раскатывать, а то много на себя берешь. брюнет растерялся от такого, потому что подобного он явно от Минхо не ожидал услышать. в его голове данная сцена выглядела иначе, ибо в глубине души надеялся услышать, что Минхо говорил именно про него. откуда появилась резкая зависимость стать для старшего всем, чем только можно? Джисон пока еще не понимал этого, но намерен дойти до разгадки в скором времени. — ну да, прикрывайся, — театрально закатил глаза, размышляя над тем, что можно сказать дальше. — мне можешь врать сколько хочешь, но не обманывай себя, малыш. — ну а ты потешь себя своими мечтами. не привык, что все вокруг думают о ком-то кроме тебя? — блондин не терялся, хотя Джисон попал в самую точку. — неплохая у тебя самооценка. смотри, не упади с такой высоты, а то разобьешься. будет больно. — рассказываешь мне свой опыт? какой ты заботливый, — младший закусил губу. — ты смотри, я ведь и влюбиться могу. — избавь меня от этой участи, — блондин почувствовал странное шевеление внизу живота. — иначе я шею тебе сверну, придурок. на этих словах Ли поднялся с кровати и покинул спальню, не желая оставаться с Джисоном один на один. *** Минхо проживал следующие два дня как в прострации. он не видел, как часы слишком быстро летели, а сам мозг не поспевал следом за ними, отставал, из-за чего Ли терялся. этот Джисон не выходил из головы: красивый, совращающий, сексуальный, но все такой же вредный и противный. Минхо желал залезть на стену от такого давления, потому что прятаться уже просто негде. куда бы он не пошел, везде видел Хана. абсолютно везде. складывалось ощущение, что скоро парень рисковал словить передоз. а он и не против. с чувствами он все также не разобрался, да и не хотел. это ощущалось проблемным шаром паутины, распутывать который слишком долго и муторно, ведь потянешь за одну ниточку, — запутаешься сильнее. такое непонятное, незнакомое чувство, доставляющее одновременно приятное ощущение и отторжение. что ему делать, когда полуголый парень бродил по дому, смущал его своим видом, а после просто молча уходил заниматься своими делами? временами младший не прекращал проказничать, потихоньку капал Ли на мозг, но это все равно не то. их стычки превратились в нечто странное. нет, не потому что ненависть перерастала во влюбленность... просто они возникали на почве ничего. такие натянутые, взятые из пустого воздуха, что даже не приносили привычного адреналина. раньше их столкновения несли за собой хотя бы что-то. хотя бы небольшой смысл: кто-то кого-то случайно зацепил, покрыл нецензурной бранью, специально задел. а сейчас что? а сейчас из разряда: «Джисон, почему ты пыль не протер? раз тут живешь, имей совесть прибраться», на что Хан фыркал и отвечал: «мне и так хорошо живется. что-то не нравится? бери тряпку в руки и дерзай». а после... каждый из них расходился. и все. больше ничего. это так непривычно, ведь складывалось впечатление того, что каждый из них перегорел к этой вражде. бывало ощущение, что они просто женатая парочка, что находилась пять лет в браке, и просто устала от совместного времяпровождения. это его раздражало. он не получал должной реакции и эмоций. не видел обозленного Джисона, которого в кайф подраконить лишний раз. не замечал, как тот реагировал на него, но зато показывал, как ему плевать на блондина. неужели они просто переросли тот период, когда цапаться считалось удовольствием? неужели выросли из того периода, когда охота подставить и потеребонькать друг друга? скорее, вырос только один Джисон, а Минхо остался на прежнем уровне и не развивался. может, стоило бы заняться полезным делом и просто забыться? lee_know: Сынмин, как можно отвлечься и забыть человека? я заебался ходить с болью в сердце. первая слеза стекала по лицу старшего и впиталась в подушку. он не заметил того, как хрусталики начинали стекать одна за одной, создавая мокрое пятно на ткани. ему действительно становилось больно от чужого безразличия. несмотря на то, как глупо это звучало, но ему становилось больно, что Джисон от него отдалялся. больно, что Хан терял к нему всякий интерес. Минхо необходима поддержка от близкого друга. необходимо было забыться, пока не зашло все слишком далеко. он рисковал потерять Хана, рисковал быть поломанным и брошенным. и с этим он ничего не мог сделать, ведь люди уходили и приходили. да и не знал, как справиться с грустными мыслями, что добивали его и ударяли под дых, заставляя задыхаться. интересно, а Джисон чувствовал тоже самое или ему было все равно? *** Джисон потерял нить разговора со своим другом. не знал, в каком направлении двигаться, как реагировать и как в принципе существовать дальше. это слишком сложно, когда твой разум затуманивал враг. — снова теряешься, — хмыкнул Чан. — ты если и зовешь меня гулять, то переставай думать о своем Минхо. чувствую себя третьим лишним. Джисон растерялся. ему стыдно за то, что мозг в любую секунду мог отключиться и показывать фрагменты с Минхо в виде презентации. презентации, где ярко показаны их совместные моменты, будто они мужья. — Минхо не мой, — буркнул под нос Хан, проталкивая сахарную вату в рот. — значит, то, что думаешь о нем, уже не отрицаешь? уже хоть что-то, — блондин посмеялся с того, как щечки друга наливались красным оттенком. — может, поделишься своими мыслями? я не хочу, чтобы ты нес такую тяжесть в одиночку. Чан помнил, как Хан зарекся о своих отношениях и чувствах, поэтому знал, что для него это тяжкая ноша. был лишь маленький процент того, что Джисон справиться с этим в одиночку. — ты снова начнешь стебаться. спасибо, меня такая перспектива не устраивает. — обещаю держать язык за зубами, если ты расскажешь все и не скроешь главных вещей, — Бан, чтобы доказать свои слова, поднял руки вверх. — честное слово, Джи. и с чего бы ему начать? Джисон морально не готовился к таким разговорам заранее. это весьма сложно обсуждать, когда внутри странный взрыв из эмоций, мыслей и чувств. никогда не знаешь, во что это все могло вылиться. — возможно получится весьма скомкано, но прошу, не смейся, — Джисон опустил глаза в пол. — не знаю, в какой момент это произошло, но Минхо меня больше не раздражает. да, он задевает меня, старается укусить, как раньше, но агрессии с моей стороны будто... нет? — прервался на мгновение, чтобы вздохнуть побольше воздуха. — изначально я хотел его выселить и жить один, но только недавно осознал, что без него будет пусто. слишком пусто и холодно. — ты влюбился, — прищурился Чан. — других вариантов нет. — нет, — он нахмурился. — я просто смирился с тем, что он вроде как неплохой парень. даже не смей списывать это к симпатии и к другим похожим ощущениям. это не то. я знаю, что такое чувство влюбленности. брюнет прикусил губу от осознания того, что Кристофер выстрелил в его мысли и попал в точку, максимально близкую к правде. — по твоим словам это незаметно. либо ты просто мне преподносишь слова под шлейфом своих «знаний», либо ты мне где-то присел науши, — блондин хмыкнул. — как я смогу поддержать конструктивный диалог, если толком не понимаю тебя? очевидно, что ты мне что-то недоговариваешь и утаиваешь Джисон прикусил губу и захныкал от безысходности. ему бы самостоятельно разобраться в своих проблемах, решить их и просто забыть. забыть, потому что чувства до треска ребер страшные и до боли знакомые. — я прекрасно осознаю, какие эмоции можно испытать во время влюбленности, — его взгляд направлен куда угодно, но не на друга. — и прекрасно знаю, что следует после: тьма, боль, расставание. ваша влюбленность — глупая трата времени. блондин понимал, что его друг просто травмирован прошлыми отношениями. возможно, не травмирован, но явно сломан, раз делал такие выводы. кто-то создал трещину в его сердце, а тот забыть этого не может. — знаю, что ты такой всезнающий, — блондин положил руку поверх его и улыбнулся. — но разве не хочется вновь почувствовать тех самых бабочек, что делают тебя живым, заставляют улыбаться и быть любимым? — нет, — резко бросил Хан. — проще быть в одиночестве, чем снова кинутым, словно дворняжка на улице, что стала «непригодна» хозяевам. почему Хан сравнивал себя с дворняжками? потому что это тоже живые существа, преданные людьми. они тоже когда-то доверяли, но за одну оплошность их выбрасывали на улицу, кидали. кидали и предавали, отчего при добром жесте они от людей шарахались за тысячу километров. за этим было больно наблюдать, потому что, когда они учились заново доверять, протягивая лапу навстречу и защищая нового друга, их опрокидывали вновь. была бы воля Джисона, он бы мог забрать каждого себе, открыть приют и выхаживать, чтобы подарить пушистикам жизнь. ведь злыми собаки и, в принципе животные становились не просто так, а от отношения окружающих к ним. на его памяти был момент, когда маленького котенка подкинули к зоомагазину молча. По рассказам женщины, что работала там по сей день, молодая пара взяла у них кошечку, мол, «в новый дом принято впускать первой кошку, тогда все будет хорошо». Кто же знал, что ее используют ради выгоды и выбросят на холод? он помнил, как взял у этой женщины пухлого кота, что ластился к нему, тянулся, но вернул обратно. нет, не потому что наигрался, а потому что питомец не мог приспособиться к новому месту жительства. кот стрессовал неделю, мяукал и прятался по углам. он понял, что это только мучения для него и вернул обратно, отдавая в руки той, кто его вырастил. — но и в одиночестве с ума сойдешь. ты человек, который со временем захочет быть нужным. тебе захочется быть под чьей-то защитой, проводить вечера с любимым человеком, пребывать в теплых объятиях и понимать, что в случае беды не останешься один. разве я не прав? — прав, но даже самый надежный и преданный человек уйдет в неподходящий момент. будешь нуждаться в нем, ждать протянутую руку, но он молча уйдет. разве это не больнее, чем осознавать, что ты не тешил себя надеждами и просто не был для кого-то удобным? — в его сердце кольнуло чем-то острым, протыкающим насквозь. — Джисон, если так судить, то зачем вообще жить? в конечном же итоге все равно откинешься, — возмущался тихо Чан. — зачем работать, если деньги все равно улетают с космической скоростью? зачем есть, если потом окажешься голодным? Зачем функционировать, если можно лежать и разлагаться в своей кровати? — он немного успокоился, понимая, что такими наездами не улучшал ситуацию. — хватит так пессимистично размышлять. переступи через себя, в конце концов. — ради кого? Ради Минхо? — он прыснул со смеху. — не смеши меня. он дальше своего носа не видит. по статусу выше меня, по самооценке тоже обогнал. я уверен, что он считает меня человеком из низший слоев общества. а зачем ему такой, как я? найдет подстать себе и будет счастлив, — эти слова заставляли израненную душу сжаться. Минхо ведь на него не смотрел под другим взглядом. всегда считал врагом и просто издевался по своей прихоти. он больше, чем просто уверен в том, что Ли наигрался, поэтому градус напряжения между ними начал падать. блондин вздохнул. скорее всего, Хану бесполезно говорить о том, что Минхо не тот, за кого себя выдавал. он совершенно другой, как бы глупо это не звучало. добрый и отзывчивый. да, носил маску, ну а кто так не делал в наше время? кто-то показывал себя настоящего, а не скрывался под маской защиты, боясь быть вновь сломанным? — ты вообще не прислушиваешься ко мне. Минхо не такой высокомерный, — вытер пальцем губу Джисона, что была испачкана в сахарной вате. — тебе он показывает себя с не лучшей стороны, но с другими он иначе ведет себя. ты не замечал, как он помогал слабым? не замечал, как старался помочь другим отстаивать границы? не замечал, как тот предлагал помощь, пусть и не так ярко? Чан не особо внимателен, но такие не броские детали замечал. Минхо не открыто промышлял такими добрыми делами, потому что не хотел, чтобы им пользовались при любом удобном случае. — слушай, я не слежу за каждым его шагом. что вижу, то и оцениваю. Остальное не мои проблемы, — Джисон прикусил губу. выходило, что он делал ошибочные выводы все это время? — то, с какой стороны он открылся мне… считается для меня его настоящей. другое я не вижу, поэтому в принципе не могу сказать о нем что-то хорошее. возможно, Минхо и скрывался настолько хорошо, что Джисон не замечал каких-то позитивных сторон. хотя с большей вероятностью он просто под тучей негатива и резкой агрессии по отношению к парню не замечал ничего, кроме высокомерия и специальной провокации? во всяком случае, младший не желал продолжать диалог. Кристофер мог начать ему расписывать серенады о том, что Минхо неплохой человек, к нему надо присмотреться, а к сердцу прислушаться. но он не желал слушать потрескавшееся сердце. только собирался идти на поводу у здравого разума, но не у уязвимого органа. *** — Джисон, — крикнул Минхо с кухни, пока мокрое полотенце находилось на его плече. — Джисон, мать твою! вся посуда и готовка висела на нем. да, он готовил для себя, но и ничего не говорил, когда младший таскал его еду. наоборот, ему это льстило, потому что он слышал довольные мычания из чужих уст от своих произведений. — если ты не явишься на кухню, я тебе башку откручу! Джисон шаркал ногами по полу и через силу плелся на кухню. у него не было желания вставать с кровати, но пришлось, ведь старший как прилипала — присасывался и не собирался отставать. другого выхода у него попросту не было. конечно, рассматривался вариант остаться на месте, но тогда торнадо в виде минхо все равно бы настигло его. — зачем так орать? голова болит, хули ты такой громкий, — после прогулки с Чаном он снова напивался и курил. именно поэтому у него сейчас пахло за версту и преследовали последствия в виде головной боли. — не будь утырком хотя бы сейчас. лучше дай по-братски таблетку, иначе помру. у Минхо изредка просыпалась забота к Хану. но он быстро ее тушил, как костер затухал от нехватки хвороста или проливного дождя. она слишком не вовремя давала о себе знать, ведь у него настроение поскандалить, а не очередной раз страдать в ванной комнате. — какого хуя ты ночью разбил мою любимую кружку? — снова диалог, завязанный на... пустоте. не было смысла его продолжать и вообще начинать. это просто разговор ради разговора. — ты хоть знаешь, какую ценность она для меня имеет? — мне похуй, веришь? — Хан усмехнулся, держась за голову. — разбил и разбил. она явно куплена в самой дешевой лавке, а с твоими финансами — это не проблема. хочешь, подкину денег, чтобы ты не ущемился покупать что-то подобное? Минхо распахнул глаза. Джисон считал его настолько циничным человеком? почему-то от этих слов у него начинало бешено стучать сердце, а внутри что-то разрывалось. слишком плохое мнение у брюнета сложилось о нем. он же сам сложил такой образ в голове одногруппника. так в чем тогда проблема? — дело не в деньгах, а в том, кто мне ее подарил, — он замолчал, поджимая губы в полоску. — мне ее подарила бабушка, с которой я не могу общаться, потому что у нее проблемы со здоровьем. она дешевая, да, но для меня является бесценной. этот разговор, изначально зашедший ради ссоры, развернулся не в то русло. Минхо потух на глазах, а плечи опустились, показывая, как сильно Ли поник. видимо, слишком больная тема разговора была задета, но Джисон ведь не виноват? не он же решил заговорить об этом, а сам Ли. для блондина тема семьи — табу. родители не поддерживали с ним общение вживую, развивая бизнес. просто отнекивались от него с помощью материальной поддержки, а бабушка... бабушка, дарившая ему ласку и заботу, — заболела деменцией. женщина не помнила, кто такой Минхо и кем ей приходился. каждый раз, стоя на пороге, бабуля не признавала его. кричала, выгоняла и называла чужаком. даже свою дочь не узнавала, раздувала ноздри и кричала о помощи. страшнее всего то, что блондин больше не мог общаться с ней как раньше, не мог увидеть улыбку и услышать рассказы. единственное, что у него осталось от старушки — кружка, но та была разбита. он не винил Джисона, ведь случалось многое. скорее, он зол на самого себя, ведь привез ценную вещь с собой, хотя мог оставить дома. сейчас у него не осталось от бабули ничего, кроме фотографий, что лежали в его шкафу. как только он перестал видеться со старушкой, то ни одна ночь не заканчивалась без воспоминаний и рассматривания альбома. он гладил пальцами фотографии, проговаривая слова о том, что все наладится. старался верить в это, хотя звучало абсурдно. Джисон, спустя время, почувствовал вину. впервые перед ним старший предстал слабым, слишком тихим и необщительным. того словно незаметно подменили, подсунули другого Минхо, который не любил нарываться на драки. от этого сердце сжималось, обливаясь кровью. — я... — Хан прервал гробовую тишину своим дрожащим голосом. — прости меня, не знал, что все... все получится так. Минхо только кивал и смотрел в пол. сам затронул эту тему, а теперь понимал, что потрескался внешне и показал слабую сторону перед врагом. перед тем, кто заставлял чувствовать себя неважно, в хорошем смысле. — все нормально. таблетка в шкафчике над плитой. возьми ее сам, мне нужно отойти, — кашлянув, Минхо быстро ретировался с кухни, оставляя Хана с тяжелым грузом на душе. *** следующие дни проходили еще быстрее, чем прошлые, молчаливо и странно. это не свойственно для парней, но и делать с этим они ничего не собирались. оба не знали, как подкрасться, как зацепить. и стоило ли это вообще делать? Джисон видел Минхо подавленным после разговора на кухне. старался его развеселить, тюкал глупыми вопросами, но не выходило ровным счетом ничего. быстро отступал, понимая, что мог сделать ситуацию хуже, чем она была сейчас. Минхо же в свою очередь просто поник. полностью зарылся в свои мысли с головой, никого не слышал и никому не отвечал. ему нужно было время, чтобы от нахлынувших воспоминаний, являющиеся одновременно теплыми и убивающими, хотя бы немного отойти. получалось плохо, но ускорить процесс невозможно. дом, что был когда-то наполнен криками парней, постоянными ссорами и звуком разбитой посуды, резко погрузился в отрезвляющую тишину, что глушила жестче морской волны. так непривычно и странно, но им пришлось свыкнуться, ведь жить вместе осталось всего ничего. между ними скопилось много недосказанностей, прожитых моментов и неопознанных чувств. были те темы, которые просто необходимо обговорить и хорошенько обмусолить со всех сторон, чтобы прийти к выводу и решению о том, как быть дальше. оба упорно пропускали бешеное сердце мимо себя, игнорировали нахлынувшие эмоции, когда смотрели друг на друга. оба давно перестали считать себя врагами, но эти мысли вслух не озвучивали, потому что боялись быть опрокинутыми жестокой судьбой. они оба запутались в чувствах, как в цепких лианах. оба не понимали, что это могло быть: симпатия или влюбленность, а для распознания нужно больше времени и прикосновений. пока один лежал с опухшими глазами и смотрел в потолок, другой старался полностью перенять его ощущения. считал, что таким образом мог хотя бы немного унять чужую боль. Джисон взрослый парень, который никогда еще не ощущал должного удовольствия во время секса. в его голове хранились воспоминания, когда он ложился на старшего, когда тот делал ему искусственное дыхание, нес на руках... перечислять можно было вечно. только вот когда Джисон ворошился в своем разуме, не рассчитывал на вставший член. он бесстыдно сидел на кухне, прикрывал рот ладонью и ерзал задницей по стулу, тихо поскуливая. свободная рука двигалась по мокрому члену, пальцы задевали красную головку, размазывая мутные капли природной смазки по плоти. конечной станцией стало то, что Джисон невольно потрогал свое сморщенное отверстие пальцами и надавил на него. Минхо прекрасно слышал, как Джисон стонал его имя, отчего в голове начинало гудеть. неужели его фантазия превратилась в сонный паралич? это другими словами нельзя было описать, ведь тело немело и встать с кровати было просто невозможно. или он окончательно сойдет с ума на почве своего состояния? *** Минхо старался игнорировать подобные выходки Джисона. мозг-то не обращал внимание, но член вставал как по будильнику. приходилось бежать в ванную, трогать себя и зажимать зубами футболку, что играла роль кляпа. Джисон бессовестно постоянно стонал его имя, отчего Ли просто хотелось выйти в окно. стоны красивые, звонкие, манящие. если бы он засунул в него член, Хан стал бы громче? он бы кричал. — чай будешь? — Джисон спросил, скрывая улыбку. Минхо ее видеть не стоило. младший собирался действовать, ведь Минхо никак не велся на его провокационные действия. в какой-то момент он начинал мастурбировать специально, чтобы развратить красивого соседа и расшевелить его. и не важно, что они все еще находились в статусе врагов. — давай, — бросил Ли. он впервые решился принять помощь от Джисона. — только не крепкий, пожалуйста. блондин добавил «пожалуйста» только для того, чтобы Хан сделал так, как он попросил. все-таки пить черный чай, что сильно крепкий — невозможно. противный и горький. и видимо, это была его роковая ошибка. роковая ошибка согласиться на помощь от Джисона. по началу все проходило хорошо. без ссор и перепалок, но потом старший ощутил подозрительные изменения в теле и испугался, распахивая глаза. почему он сразу не чувствовал то, что протянутая рука — спланированная заранее сценка? — ты что мне подсыпал?... — голос получился низким и прерывистым, а щеки стремительно краснели. — Джисон, не молчи. что ты мне, блять, подсыпал? жар разрастался по телу тягучими ветвями, а в паху начинало ныть. хуево дело. Минхо в дерьме. — ой, — Джисон охнул, делая вид, что ошибся. — я перепутал сахар с виагрой... а что, тебе очень плохо? — невинно похлопал глазами и прикрыл рот рукой. — Минхо... — блять. Минхо понял, что это конечная. его член болезненно стоял, а помимо руки у него в арсенале ничего не имелось. мастурбация ему могла помочь, но это случилось бы явно не скоро. пришлось помучиться и сгореть до тла, прежде чем навязчивое возбуждение спадет. Джисон смеялся ему вслед, скрещивая руки на груди. если Минхо не собирался реагировать на его провокации, то приходилось прибегнуть к любым методам, чтобы враг сам захотел его коснуться, трахнуть настолько сильно, что встать на следующее утро будет затруднительно. по крайней мере это нужно сделать как можно скорее, пока брюнет не показал то, что у него временами просачивается к Ли влюбленные феромоны. тело старшего пылало огнем, щеки горели огнем, а рука с космической скоростью двигалась по длине. член пульсировал, а прикосновения становились все острее. смазка брызжет в разные стороны и пошло хлюпала, разносясь по спальне. он не мог кончить. не получалось. — сука, — он на грани взрыва. кульминация как назло отходила на задний план, когда он ускорялся, когда он пододвигался к ней слишком близко. — блять, ну давай же... ему хотелось кричать. член дергался, очень сильно болел и стоял колом. из уретры обильно выделялся предэякулят, а яйца поджимались, когда он напрягался. все тело было натянуто как струна. он пытался помочь себе стимуляцией сосков, но выходило откровенно плохо. член по-прежнему не извергался, только кровью наливался все сильнее. рука уже затекла от трения и устала от интенсивных движений, но блондин все никак не кончал. — сука, я тебя ненавижу, Хан Джисон. он не заметил, как кровать прогнулась под весом чужого тела. не заметил, как с его бедер скатывались спортивные штаны, а по бедрам пробежались холодные пальцы. — тебе помочь, хен? — Хан гадко улыбнулся и постучал ноготком по чувствительной головке. возбуждение накрывало Минхо плотным покрывалом. он быстро закивал, как китайский болванчик, и дернулся от теплого дыхания на своем члене. — давай, — он даже не собирался сопротивляться, ибо сейчас не тот момент, чтобы головой вертеть. — раз уж ты эту кашу заварил, ты и расхлебывай. исправь свою ошибку, блядь. Джисон терся носом возле гладковыбритого лобка и улыбался. его член дергался от унизительного прозвища, но он не противился. пальчиками обхватил член и запустил головку в рот. он посасывал ее, скользил по гладкой кожице, изредка толкаясь кончиком мышцы в отверстие. рука блондина уместилась на кудрявую макушку, заставляя опуститься на орган больше. тот слушался и вдыхал ноздрями воздух, чтобы ненароком не задохнуться от крупного члена во рту. брюнет двигал головой, постепенно сильнее насаживаясь на член. он вылизывал каждый сантиметр, с громким хлюпом вытаскивая его и вновь нанизываясь, вырывая стон из Минхо. — мой... — Минхо прогнулся в спине, толкаясь бедрами в горячую узость. — мой-мой-мой... — шептал в бреду, сводя брови к переносице. он чувствовал себя невероятно хорошо, пока между его разведенных ног сидел враг. тот усердно ему отсасывал, играясь пальцами свободной руки с яичками. бедра Ли напряглись от возбуждения. — только мой, — с громким стоном Минхо кончил без предупреждения в чужой рот. он часто дышал, продолжая толкаться в Джисона, превращая сперму в густую пену. тот позволял управлять и использовать себя так, как старшему хотелось. он и сам кончил от громкого стона блондина и постоянного «ты мой». из уст Минхо это прозвучало горячо и чертовски правильно. это был переломный этап, который оба должны перешагнуть, иначе разбегутся на совсем. *** виагра — глупое решение. после него парни минимально пересекались и делали вид, что ничего между ними не было. оба вели себя по-детски, оба страдали, но молчали. естественно, Минхо все помнил. помнил, как выпалил, что Джисон его. только в какой момент брюнет стал его собственностью? когда блондин перестал контролировать свою речь и комок мыслей? пугало больше то, что Хан молчал как рыба. Джисон чувствовал себя разбитым. он подумал, что его влюбленность взаимна, но с другой стороны, это все лишь последствия виагры. Минхо вел себя отстраненно, и только он в этом виноват. Хан оттолкнул от себя Ли, хотя желал притянуть и понять, что тот чувствует к нему. видимо, ничего. — Минхо, — прошептал Джисон, зачесывая пряди волос назад. — не хочешь мне ничего сказать? он прощупывал почву, желая понять намерения старшего. возможно, было все не так плохо, как он себе надумал в голове? возможно, удача хоть раз встала на его сторону? — а должен? — вскинув бровями, Ли скинул с себя футболку, сразу же заменяя ее майкой. — не думаю, что нам есть о чем говорить. когда мы молчим, так намного лучше, верно? сам же просил отстать от тебя, вот, получай. хотел, но не тогда, когда ты назвал меня своим. Джисон прикусил губу. он хотел, чтобы Минхо отстал от него, а теперь желал обратного. хотел, чтобы Ли обращал на него свое внимание, кидал взгляды и касался. мечтал, чтобы тот пробрался под его кожу, заполонил легкие, как никотин. — как минимум нужно обсудить то, что ты трахнул меня в рот, — брюнет решил пойти по тонкому лезвию, возвращаясь к тому дню. он соврет самому себе, если скажет, что ему не понравилось. его все устраивало, все понравилось и он остался доволен. только вот последствия их близости слишком огорчали. — ты сам виноват, — пожал плечами блондин. — сам захотел мне помочь, а я просто был под воздействием веществ. забудь то, что было между нами, ладно? просьба вылетела из уст старшего быстрее, чем тот успел подумать. когда до Ли дошла суть своих слов, то он поджал губы и пожалел о том, что вообще открыл рот. — ты думаешь, что так просто это забыть? — хмыкнул Джисон. в принципе, Минхо прав, ведь это брюнет соизволил явиться к нему после того, как подсыпал афродизиак. — интересно, конечно. — а разве нет? тебе будет весьма просто это забыть. — это еще почему? — у тебя партнеры меняются чаще, чем я дышу, — выпалил Минхо. — ведешь себя распутно, поэтому не думаю, что этот минет ты будешь переживать долго. Минхо часто видел, как парни ошивались возле Джисона. видел, как тот смеялся вместе с ними, а после уходил. сейчас он просто ревновал и трактовал увиденную картину совершенно неправильно. — ты вообще знаешь, каково это любить? я вот сомневаюсь, — взрыв произошел. — учитывая твой образ жизни, не знаком с этим понятием. Джисон чувствовал, как внутри него трескалось все живое. бабочки, которые он испытывал при виде Минхо — начинали помирать, потому что старший их только что убил своими руками. Джисон никогда не позволял к себе кому-то прикасаться. никогда не позволял себе лечь кому-то в постель, если их не связывали отношения. он мог посмеяться над глупостью одногруппников, но не более. — рот закрой, хорошо? — Джисон звучал тихо. был риск начать повышать голос, но тогда он быстро бы согнулся. — ты совершенно не знаешь меня, чтобы говорить такие омерзительные вещи. — а зачем знать? я все вижу и понимаю без этого, — пожал он плечами. — знаю и понимаю, кем ты являешься. Джисона задело то, что Минхо думал о нем в негативном ключе. однако он ведь сам сложил о блондине ложную картину в своей голове, основываясь только на том, что было доступно взгляду. это все обернулось и в его сторону, только в более худшем результате. — и кем же я являюсь? — сглотнул брюнет, пытаясь отогнать тревогу и резкую панику, которая грозилась забрать в свой плен. — не молчи, мне стало интересно. — шлюхой. Хан потрескался. вновь он услышал то, что не желал слышать. оскорбление, которое отправило его в прошлое — мысленно заставило упасть на колени и разбить их, а сломанного Джисона согнуться сильнее. — и это все? — голос дрогнул, что свидетельствовало о том, что он на грани. — это все, что ты можешь мне сказать? Минхо молчал. его слова были резкими и неправильными, но осознал он это слишком поздно. Джисон уже находился на грани истерики. сердце предательски сжималось при виде чужих слез. — Джисон, я... — он хотел извиниться, но его оттолкнули и влепили пощечину. заслуженно. — что Джисон? — брюнет нервно улыбнулся. — что же ты еще знаешь, Ли Минхо? — голос становился все выше, а блестящие хрусталики стекали по пухлым щекам все сильнее. — знаешь, почему я не подпускаю парней к себе настолько близко, если не влюблен? может знаешь, что меня насиловали, когда я что-то делал не так или давал в себе усомниться? а, может понимаешь, почему меня кидали, когда находили кого-то красивее и смелее? голос Джисона дрожал, а руки в жестикулировании раздвигались в стороны. он плакал, выпуская все скрытые тайны наружу, которые все время сидели в затемненном уголке его души. он ни с кем этим не делился, но это все вырвалось внезапно на почве нервного срыва и колкого чувства в груди. — нечего сказать, да? — Хан закивал головой в ответ на молчание и начал отходить. — правильно, закрой свой блядский рот и никогда его не открывай. все-таки я не ошибся, когда думал, что ты мудак последний. брюнет решился уйти. хватило с него на сегодня откровений. слишком глубоко он посвятил блондина в загробный мир своей жизни. если он продолжал стоять на месте, то был риск выпалить еще больше, а он пока к этому не готов. Минхо же жалел. жалел о сказанном, а когда до него дошел смысл слов соседа, то он просто упал на пол. эти реплики были наполнены болью и злостью, которую притаивали долго. стало паршиво на душе, потому что ли задел больную тему и наговорил лишнего. *** прошла еще неделя. Минхо готовил для Джисона, старался извиниться, но тот не давался. вечно прятался от него по углам, а ночью уходил к Кристоферу, чтобы проплакаться и запереться в отдельной комнате. ему слишком тяжко, особенно тогда, когда... тот, к кому он впервые за долгое время почувствовал что-то теплое, так резко отозвался о нем. от нахлынувшей обиды он решился подцепить парня на берегу моря. хотелось забыться, поцеловаться с другим и выбросить гребаного Минхо из головы. когда старший закатывал глаза, то был похож на ангела. жаль, что все быстро закончилось и больше не продолжалось. — сидишь тут один, красавчик? — к Джисону подсел незнакомец. — могу ли я составить тебе компанию? парень не против. ведь этого он хотел, да? к сожалению или счастью, почему-то это желание исчезло. к нему подсел и разговаривал с ним тоже не он. это какой-то левый парень, но не тот, по кому он убивался и из-за кого плакал. незнакомец вызывал отвращение, отчего накатывалась тошнота в горле. все-таки, поцеловаться и забыться не получиться, ведь перед ним будет стоять не Минхо. ему нужен был Ли Минхо. только когда в поле зрения появился вышедший из дома блондин, в нем проснулось нечто странное. Хан закинул руку на плечо незнакомца и фальшиво улыбнулся. хотелось поставить старшего на место и оправдать ожидания. хотелось привлечь внимание и вызвать чувство ревности. — составь мне компанию, милый, — подмигнул, понимая, что омерзительно поступил. — ты такой красивый. Минхо это все видел. в груди все разваливалось, а резко появившаяся ревность ударяла по вискам. кто находился рядом с Джисоном и почему тот смеялся? почему они слишком близко сидели и прижимались друг к другу? на месте незнакомца должен быть он. ноги сами вели блондина к «парочке». Ли даже сообразить не успел, как слова сами вылетали изо рта быстрее, чем он переваривал предложение, созданное в голове. — руку убрал от моего парня, — желваки скакали под кожей, а глаза наливались яростью. — если хочешь иметь целые руки, то уебывай отсюда, пока предоставляю такую возможность. Джисон ликовал, потому что его план сработал. Минхо не прошел мимо и зацепился за них взглядом, подошел и гневно прожигал неизвестного взглядом. и от этого внутри что-то провалилось в самые пятки. — воу, парень, остынь, — незнакомец посмеялся. — этот красавчик сам позволил составить ему компанию. выходит, вы в ссоре? или вы вместе только в твоей больной фантазии? — за языком следи, — кинул блондин, пока руки автоматически сжимались в кулаки. — я повторять дважды не буду. пошел отсюда нахуй. Минхо ощутил агрессию. такое для него было впервые, потому что он прикасался к тому, кто был ему небезразличен. к тому, кто всю неделю его избегал после колких слов. — Минхо... — Джисон испугался такой реакции. он видел Ли в агрессивном состоянии, но тот не выглядел так грозно и страшно. — тише, пожалуйста. незнакомец усмехнулся и специально провоцировал блондина сильнее, прижимаясь к Хану плотнее. на его лице расплывалась лисья улыбка, а на щечках проявились глубокие ямочки. Минхо становился злее. да, между ними ничего не было кроме минета, но гребаная ревность и злость одолевали его слишком быстро и бесповоротно. он не мог позволить забрать того, кто по праву принадлежал ему. опустим некоторые нюансы. — твою мать, — Хан вскрикнул, когда ощутил холод ветерка с той стороны, где только что сидел неизвестный парень. тот уже валялся на песке, а из его носа текла тонкими струями кровь. Джисон приоткрыл рот, а адреналин бил в голову. благодаря его наблюдательности, парень понимал, что блондин с незнакомцем еще не закончил. об этом свидетельствовали приближающиеся к чужаку шаги. — какой четкий удар. если это твой парень, то он явно распутная шлюха, — вытирая нос, Юн улыбнулся. ему явно это все доставляло удовольствия. — глядишь, он отдался бы мне. позволишь натянуть его дырку на мой член? Минхо честное слово пытался держать себя в руках, но сейчас он хотел убивать. хотелось убить этого паршивца и даже глазом не моргнуть. никто в его присутствии не имел права так отзываться о его Джисоне. — Минхо, остановись, прошу тебя... — Хан был на грани. он подошел к старшему сзади и уложил руки на широкие плечи, чтобы оттащить от вырубленного несколькими ударами незнакомца. — ты убьешь его, блять. хватит! грозный голос Джисона остановил Минхо. он испуганно развернулся к младшему лицом и заметил его слезы. текущие слезы из-за волнения и мерзкого страха, что заключали парня в удушающую клетку. Хан зашмыгал носом и отошел на пару шагов назад. ему страшно было не за того, кто пострадал больше всего, а страшно за Минхо. да, они тут проездом, но этот момент мог испортить жизнь блондина. и все снова из-за него. — Джисон... — не надо... — отходя на пару шагов назад, брюнет дрожал, а грудь вздымалась от частого дыхания. — идиот... ему нужно было бежать. и он это провернул. побежал со всей дури к домику, чтобы спрятаться там. спрятаться от собственного страха, чувств и слез. чтобы избавиться от бьющегося сердца и громких слов «мой парень». на удивление, его никто не догонял и не останавливал. Джисон закрылся в спальне и прижался к двери спиной. собственные руки лениво обняли его за плечи. рыдания разносились по пространству, а удушье одаривало его колкой проволокой, запрещая дышать. у него нервный срыв, во время которого Минхо его не трогал, дабы не стало еще хуже. *** — Джисон, открой, пожалуйста, — Ли прижался к закрытой двери спальни лбом. по ту сторону слишком тихо и это настораживало. — позволь мне объясниться и... принести извинения. Джисон молчал. ему плохо. все глаза красные от горьких слов, а горло адски саднило от пережитых рук страха, которые перекрывали ему кислород. он прерывисто дышал, пока руки сжимали ткань до побеления костяшек. хотелось ему сейчас видеть блондина? только если убедиться, что тот в порядке. — входи, — младший приоткрыл дверь, а тот сразу пулей залетел в спальню. Минхо расслабился, потому что его мысли были слишком жестокими. ему казалось, что Джисон свел счеты с жизнью или что еще хуже — сбежал. где он потом бы его искал? — я... прости меня. не должен был портить твой вечер, — сердце кололо от понимания, что Джисон ему никто. формально враг, который находился между ног. — просто... — какого черта ты делаешь? — голос младшего осипший из-за громких рыданий. — я же просто общался с тем парнем. что за странную сцену ты устроил? про недельное избегание он решил умолчать. — я переживал за тебя. не внушал доверия этот придурок, — Минхо не мог в спокойном тоне говорить о незнакомце, поэтому его голос становился грубее. — он еще так смотрел на тебя, словно нашел цель на ночь. — а может, я сам этого хотел, не думаешь? — Джисон язвил. по сути, это действительно было так. он сам проявил желание продолжить сцену на глазах Минхо. — я сам согласился на продолжение. избей тогда и меня за такое, ведь это я обнял его. сердце Ли пропустило очередной удар. он болезненно закусил губу. к сожалению, блондин больше не в состоянии терпеть сочащиеся чувства, а его глыба давала сильный сбой, не позволяя рыпнуться. поначалу было раздражение, потом зависимость, а вылилось это... во влюбленность, которую блондин отрицал до последнего. знал, что будет невыносимо больно, и по всей видимости, не ошибся. слова Джисона резали его тупым ножом. так медленно и невыносимо. — извини, не хотел. мне правда жаль, — начал он. — и за те слова тоже прости... — а что за «мой парень»? когда я успел им стать, объясни мне, — фыркнул Хан, вытирая не высохшую дорожку слез. — я не давал согласия на это, так какого хуя? это вырвалось из уст Минхо само. он хотел вступиться за врага соседа, но ляпнул лишнего. ему стыдно, ведь благодаря такой реплике он рассекретил себя. — оно само вырвалось. видел это в сериалах, обычно помогало, чтобы избавиться от извращенца. Джисон вздохнул и потер переносицу пальцами. он хотел услышать другой ответ, но ожидания в очередной раз не оправдались. от этого что-то кольнуло в груди, заставляя шипеть. — просто это звучало странно. даже в какой-то момент подумал, что это правда, — продолжил Хан. — садись на кровать, твои раны нужно обработать. Минхо не противился. повиновался молча и осторожно присаживаясь на кровать. он был похож на кота, что уронил горшок с цветком и провинился перед хозяйкой. возьми его за шкирку и поставь в угол — он без пререканий там простоит, пока не услышит разрешения отойти. — и чем ты руководствовался, когда лез на него с кулаками? — Джисон уселся на его колени, в руках держа аптечку. — в курсе, что твое мероприятие по рукопашному бою могло закончиться плачевно? или совсем мозги отшибло? при виде тебя не только отшибает мозги, но и башня слетает. — он назвал тебя шлюхой, Джисон, — его голос тихий. он готовился кривиться от шипения перекиси вокруг разбитых костяшек. — совсем ахуел. в чем я не прав? — ты ничем не лучше. называешь меня также, если не еще хуже, — хмыкнул Хан, вспоминая их драки, перепалки и недавнюю ссору. было время, когда это доставляло удовольствие. ему так этого не хватало. — мы враги. это для нас уже привычка, а он хуй какой-то с горы, — прорычал Минхо и нахмурился. — слишком много себе позволяет. с таким стремлением в скором времени без зубов останется. — больно? — Хан как мамочка, подул на ранки старшего, прислоняя костяшки к своим губам. — пусть у собачки болит, у кошечки болит, а у Минхо не болит. блондин находил в этих детских словах что-то забавное и милое. от этого на его лице расплылась широкая улыбка, а щеки покраснели. Джисон поцеловал его костяшки... так приятно до дрожи в коленях. — красивый, — невольно выпалил блондин и тут же замолк. это явно лишнее и ему стоило бы заткнуться. — что?... — ничего. — ты назвал меня милым? — Джисон скрыл яркую улыбку под маской ухмылки. — надо же, как наш мажорчик дошел до таких фразочек? Минхо отвел взгляд. ему стыдно. то, с чем он так упорно боролся продолжительное время, позорно укладывало его тело на лопатки и одерживало победу. становилось стыдно. стыдно, что Хан начал стебаться над ним. хотя когда это его пугало?... он и сам не против подъебнуть. — я беру слова обратно. ты вредная сука. — прошлое прозвище мне нравилось больше, — Джисон приблизился ближе к чужим губам и заглянул прямо в глазах. — ты тоже милашка, когда пытаешься скрываться. Джисон за время, что находился тут, сидел и переваривал все, что между ними происходило в последние дни. вспоминал слова Кристофера, пытался составить другой портрет Минхо. пришел к выводу, что блондин, который начал проявлять себя чуть позже — нравился ему больше. ну и про наглость нельзя было забывать. нужна такая динамичность. — ты мне нравишься, — младший нашел в себе силы сказать это. слова Чана пробудили его на такие откровения. все-таки он прав в том, что нельзя было отрицать очевидного, ведь потом будет еще больнее. даже если этим человеком являлся Минхо, высказаться о своих чувствах он имел полное право. а дальше будь что будет. — а на пляже мне так не казалось, — посмеялся Ли. — ты мне тоже нравишься. наверное... это было похоже на минхо. Минхо не Минхо, если в конце не подстебнет. — а мне так не кажется, — в его манере ответил Джисон и закатил глаза. — особенно когда после минета ты отстранился. я сделал что-то не так?... — все было замечательно, просто... — Ли задохнулся и пискнул от переизбытка эмоций. — просто я испугался. скажу честно, что не хотел признаваться тебе в том, что что-то чувствую к тебе. это было страшно, потому что... потому что думал, что это невзаимно. да и впервые я хочу настолько сблизиться с тем, кого ненавижу. Джисон улыбнулся до боли в щеках, утыкаясь лбом в его. становилось тепло. — я тоже боялся. за советом обращался к Чанни. только благодаря ему я набрался смелости признаться тебе, — Джисон шмыгнул носом. — по честному, хотелось и дальше это скрывать, потому что прошлые партнеры были последними гандонами. — что такого наговорил твой дружок, что ты поменял мнение?... — он нарочно проигнорировал слова брюнета о партнерах, потому что в голову лезли воспоминания о том дне, когда Хан сорвался. — много чего, — он пожал плечами. — начиная тем, что человек не может быть в одиночестве всю жизнь и заканчивая тем, что ты... неплохой парень. добрый и отзывчивый, несмотря на деньги за плечами. сначала я не поверил, но после момента с кружкой... увидел тебя с другой стороны, — Хан прикусил губу, потому что говорит что-то лишнее. — прости... — все хорошо, — Минхо заметил, что Хан не специально сделал ему больно. видел искренность в его глазах и в сердце что-то екнуло. он сделал правильный выбор в том, что решил признаться в ответ. — прости меня за все. Джисон погладил его по щекам и мягко улыбнулся. тот ластился к его ладони как котенок и прикрыл глаза. в этот момент ему хотелось положить весь мир к ногам старшего. извиняться должен он, потому что сделал больше пакостей, чем Минхо ему. — знаешь, а подменить шампунь на краску было лучшим решением, — зарываясь пальцами в жесткие волосы одногруппника, Хан посмеялся. — тебе идет. ты похож на солнце. Минхо ничего не ответил, только делал то, о чем мечтал последних несколько недель. он поцеловал Джисона трепетно и нежно, не давил на него и прижал к себе, боясь потерять. у них будет время, чтобы обсудить все. все, что между ними творилось больше года. — кстати, а откуда у тебя шрам? — заинтересованно спросил Джисон. этот вопрос теребил его практически с самого начала их совместного проживания. — бабушка оставила, — прикусив губу, он опустил взгляд вниз. — она когда заболела деменцией, то пырнула меня ножом. приняла за грабителя, что решил ограбить дом бедной старушки. Минхо помнил этот день. он хотел просто повидаться с бабушкой, обнять ее и сказать, как сильно любил. но вместо этого получил ножом в грудь, благо жизненно важные органы не были задеты и студент отделался обычным шрамом. — прости... их вечер был наполнен извинениями, а Минхо открыл для себя новое успокоительное в виде поцелуев от Джисона. *** прошло несколько месяцев с момента их признаний. парни сблизились и начали встречаться. своим друзьям об этой новости они сообщили далеко не сразу, потому что понимали, что подколов им не избежать. и они не ошиблись, потому что Сынмин и Кристофер постоянно над ними шутили, когда парочка стремилась остаться наедине. — пойдем кормить котов? — глаза старшего загорелись ярко, когда он увидел несколько рыжиков возле общежития. Джисон улыбнулся и согласился на эту авантюру. он рад, что смог найти в Минхо ту самую сторону, которая скрывалась от него так тщательно, не желая показываться. младший счастлив, потому что видел милый румянец на чужих щечках, видел яркие глаза, когда Ли кормил бездомных котов. чаще начинал замечать, как его парень, что некогда был врагом, помогал другим одногруппникам с понятием сложных тем. чувствовал, как тот жался к нему все чаще и ластился, ища нужную поддержку. — Минхо... — Хан скулил старшему в ключицу, пока тот раздвигал его ягодицы, заставляя дырочку открыться. после кормления котов они магическим образом оказались в снятой квартире минхо. тот ездил в нее на каникулах, чтобы отдохнуть от общажного шума и коллектива. — что такое, милый? — его глаза горели, когда в большом зеркале он заметил тугое отверстие, сжимающееся вокруг воздуха. — мне прекратить? — только попробуй, — шикнул младший и прикусил его за плечо, оставляя после себя слюнявый след от зубов. Минхо с ним аккуратен. всегда закидывал его ногу на свою талию, тратил большое количество смазки, чтобы растяжка не была травмоопасной. вечно наслаждался сладкими стонами и входил плавно, находясь в горячей узости. — хорошенький, — блондин надавил подушечками на отверстие, проникая влажными пальцами внутрь. он двигался мучительно медленно, растягивая гладкие стеночки под свой размер. постепенно добавлял пальцы, специально обходя простату стороной, отчего Хан скулил в его шею и двигал бедрами в такт толчкам. — пожалуйста... — слезно просил младший, сжимая фаланги минхо внутри себя. и кто Минхо такой, чтобы отказать своему парню? блондин уложил распаленное тело младшего на кровать, плавно раздвинул ножки и, пристраиваясь между ними, дразня своим вставшим членом зудящее колечко Хана. — если ты продолжишь меня дразнить, то я сам тебя трахну, — рыкнул Джисон, поднимая голос на октаву выше. — в следующий раз, — Ли довольно улыбнулся и шлепнул ладонью по упругой ягодице Джисона. их секс всегда был плавным, нежным и с учетом комфорта каждого партнера. Минхо временами мог ускорить проникновение, чтобы выбить из брюнета дурь, но это только в те моменты, когда тот царапал его спину и умолял об этом. сейчас как раз тот самый момент. — Минхо... — Хан провел острыми ногтями по бледной спине, оставляя на ней красные полосы. — еще... пожалуйста, еще... плачущий Джисон — слабость Минхо. блондин не мог устоять перед такой картиной и беспрекословно поддавался просьбам, увеличивая амплитуду толчков. Джисон растекся под ним, глаза закатывал и кряхтел, потому что член доставал до простаты и очень часто раздражал ее, заставляя небольшой член Хана дергаться. ноги брюнета разъезжались еще шире, позволяя яйцам Ли ударятся о его задницу и оставлять красные следы. плоть старшего была создана для него, потому что ему каждый раз казалось, что еще немного и кончик члена начнет упираться в низ живота изнутри. — Минхо... — изгибаясь дугой, Хан кончил. капли спермы попадали на его грудь, живот и губы, а толчки внутри него продолжались. — блять... — потерпи немного, тигренок, — Минхо успокаивающе целовал Джисона в щеки, держал его за руки, понимая, какую гиперчувствительность ощущал Хан и как для него это было важно во время их соития. блондин излился следом на мягкие бедра парня и лег рядом, обнимая его поперек талии. после близости у него появилась привычка утыкаться носом в загривок Хана и расцеловывать его плечи. — люблю тебя, — шептал старший, прикрывая глаза. ему до сих пор не верилось, что Джисон полностью его. — сильно. — я тоже люблю тебя, утырок, — Джисон через усталость посмеялся и положил свои руки поверх рук Минхо. оба счастливы. Джисон никогда не думал, что позволит себе связаться с высокомерным мажором. не думал, что сможет полюбить вновь до такой степени, что отпускать человека не захочется. между ними продолжались словесные перепалки, что перерастали в драку подушками. они проводили много времени друг с другом, рассказывали о своем прошлом и радовались тому, что частично похожи. да, они были врагами, но стали друг для друга нечто большим. стали друг для друга поддержкой, опорой и близкими людьми. и самое главное то, что они счастливы в компании друг друга.