Жизнь Грйэсона во вселеной Аватара легенде о Аанге.

      Шёл он долго. Лесами. Полями. По тропам, которые были мало вытоптанные. Туда, где меньше всего можно было встретить людей. Если впереди появлялись признаки поселений, он сразу менял направление. Уходил в сторону. Сейчас ему не хотелось видеть людей. Ни разговаривать. Ни объяснять. Ни рисковать. Не на этой территории, где его могли поймать слишком легко. Не в таком состоянии, когда силы держались на упрямстве, а не на магии. Ему нужны были еда и новая одежда, это он понимал. Каждым шагом, каждым тянущим спазмом в пустом желудке. Понимал, но откладывал. Пока мог идти — шёл. Пока мог выбирать — выбирал одиночество. Он не знал, куда направляется. Он доверился своему чувству. Как делал это иногда раньше. редко, но безошибочно. Не карта вела его и не разум. Что-то другое. Внутреннее, глухое чувство, как тянущая боль перед бурей. Оно вело его вперёд, заставляя обходить дороги, избегать людей, держаться тени. Иногда он останавливался, чтобы перевести дух. Опирался ладонью о ствол дерева, закрывал глаза, пережидая, пока мир перестанет плыть. Магия отзывался в нём отзывалась слабо, неровно. Достаточно, чтобы согреться ночью. Недостаточно, чтобы защититься. Но он шёл. Шёл, потому что остановиться означало сдаться. А сдаваться Грэйсона Джонсона не учили. *** Прошло около половины дня, прежде чем он наткнулся на каменистые стены. Огромные. Массивные. Будто сама земля вытолкнула их наружу. Камень вздымался из почвы грубо, тяжело, неестественно. след магии Земли, безошибочно пугающие. Джонсон замедлил шаг. Это место внушало тревогу. Маги Земли могли сковать противника прямо в движении, засыпать камнем, придавить валуном, не оставив ни шанса. Здесь не было холода, который можно было бы пережечь огнём. Здесь сама почва была оружием. Он не понимал, почему Лорд Огня до сих пор не атаковал эти земли. Почему о них знали так мало. Почему армия огня не пустила сюда свои корни, как сделала это с полюсами. И чем дольше он смотрел на эти стены, тем отчётливее ощущал здесь не просто территория врага. Здесь земля сама выбирала, кого принять, а кого похоронить. Он двинулся прямо. К стенам. Не замечая ничего вокруг. Шел, пока не почувствовал. Земля под ногами дрогнула едва заметно не толчок, не удар, а предупреждение. Камень всегда предупреждает своих. Чужих — нет. Слишком поздно, он осознал, что находится здесь не один. Грэйсон успел сделать лишь полшага, когда почва под ним вздыбилась. Камень рванул снизу вверх, сбивая с ног, выбивая воздух из лёгких. Он рухнул на спину, хрипло втянул воздух и тут же перекатился в сторону инстинкт сработал раньше боли. Там, где он лежал секунду назад, из земли вырос острый каменный шип. Маг Земли вышел из-за валуна спокойно. Уверенно. Слишком уверенно для одиночки. — Ты зашёл слишком далеко, огненный, — сказал он глухо. Грэйсон не ответил. Слова требовали сил. А силы он берег для другого. Он поднялся на одно колено, опираясь ладонью о землю. Магия отозвалась слабым жаром недостаточно для взрыва, недостаточно для демонстрации. Но достаточно, чтобы не умереть сразу. Второй удар пришёлся в бок. Он не успел увернуться полностью. Камень распорол плоть, врезался под рёбра, обжигая болью. Грэйсон сдавленно выдохнул, едва удержался на ногах. Кровь снова пошла. Тёплая. Настоящая. Маг Земли решил, что этого хватит. Ошибка. Грэйсон шагнул вперёд не отступил, не сбежал. Напротив. Рывком сократил дистанцию, игнорируя боль, игнорируя то, как тело кричало остановиться. — Ты совершил ошибку, — хрипло выдохнул он. Земля под ногами мага дёрнулась, но Грэйсон был быстрее. Он вцепился в чужое запястье, сбивая контроль. Искры вспыхнули между пальцами, болезненно, неровно. Молния рванула не красиво. Не чисто. Грубо. Она прошила тело мага Земли насквозь. Камень под ногами треснул. Контроль оборвался. Чужое тело дёрнулось и обмякло, рухнув на землю тяжёлым, бессильным мешком. Грэйсон отпустил его сразу. Не проверяя. Ноги подкосились. Он едва устоял, схватившись за ближайший каменный выступ. Мир снова поплыл, потемнел по краям. Из носа пошла кровь, кашель вырвался и кровь вместе с ним. Органы как и бок пострадали. Магию которую он использовал недавно не была той мощью, что была на полюсе. Она не заставит его снова отключится. Рана пульсировала, напоминая о себе каждым вдохом. Но теперь путь был открыт. Стены, которые раньше казались глухими, изменились. Камень будто разошёлся, открывая тёмный проход узкий почти незаметный, спрятанный между массивными плитами. Вход внутрь. Грэйсон, шатаясь, сделал шаг вперёд. Потом ещё один. Он проник в самое сердце народа Земли. Еще не осознавая этого. *** Тя Чжоу встретил его узкими, тёмными улочками. Камень здесь был другим старым, тёплым, отполированным тысячами шагов. Дома нависали друг над другом, будто сжимая пространство, оставляя лишь узкие проходы, в которых легко было исчезнуть. Это место казалось созданным для укрытий. И всё же Грэйсон не мог отделаться от ощущения, что это лишь иллюзия. Маги Земли чувствовали почву. Чувствовали вес, давление, движение. Каждую неосторожную поступь, каждый неверный шаг. Земля здесь была живая, внимательная. Чужая. Но, возможно, именно из-за огромного количества людей, из-за постоянного гула шагов, телег, вибрации города, один лишний след терялся. Растворялся в общем шуме. Становился неотличимым. Он надеялся на это. Сейчас его выдавали две вещи. Кожа слишком загорелая для местных, слишком чужая. Одежда, даже порванная и грязная, всё ещё кричащая о своём происхождении. Красные оттенки, тёмные вставки, покрой, который невозможно было спутать с народом Земли. Он держался тени. Шёл ближе к стенам, туда, где свет фонарей ломался, становился тусклым и неровным. Грэйсон втянул воздух глубже, стараясь дышать ровно. Каждый шаг отзывался болью в боку. Рана снова напоминала о себе. Не кровью, но тяжёлым, тупым давлением. Он чувствовал, как тело медленно сдаёт, как магия уходит на то, чтобы просто держать его в вертикальном положении. Он не имел права здесь задерживаться. Нужна была одежда. Нужен был угол. Место, где можно переждать. Спрятаться. Залечь. Он поймал на себе несколько взглядов. К его счастью детских. Не знающих, что несёт с собой красный цвет. Взгляды были короткими, скользящими. Любопытными. Пока ещё не опасными. Но каждый из них царапал нервы. Грэйсон опустил голову ниже, спрятал лицо, ускорил шаг. Он не смотрел на вывески, не искал дорогу осознанно снова доверился инстинкту. Тому же глухому чувству, что привело его к стенам. Улочки становились уже. Тише. Гул города отступал, словно его отсекали слоями камня. Здесь было меньше света. Меньше людей. Больше тени. И где-то здесь, в этом переплетении камня и тьмы, Тя Чжоу решал примет он его или раздавит. *** Рывок. Его резко потянули в сторону, в ещё более тёмный угол. Толкнули к стене жёстко, почти приказывая. Роланд: — Стой и держись. Голос был низкий. Уверенный. Тихий. Грэйсон не сразу среагировал. Он просто стоял, прижатый к холодному камню, и смотрел на возникшего будто из ниоткуда мужчину. Тот выглядел непримечательно. Ничего особенного. Ни формы, ни знаков, ни вызывающей силы. Магия ощущалась да. Но не такая, как у мага Земли, с которым он столкнулся раньше. И не такая, как у огня или воды. Что-то иное. Роланд: — Ты ранен? — спросил мужчина всё так же тихо. — Что ты здесь делаешь? Грэйсон не знал, почему тот не сдал его страже. Почему не убил. Почему вообще вмешался. Сил говорить не было. Сознание медленно уплывало. Рана снова дала о себе знать — кровь пошла от резкого движения. Он невольно прижал ладонь к боку. — Кто.. В переулок зашёл человек. Он двигался быстро, не вглядываясь. Грэйсон действовал на инстинкте. Рывок, он схватил парня за ворот и притянул к себе, впиваясь в чужие губы. Грубая, неловкая попытка спрятаться. Мужчина бросил на них взгляд, почесал затылок, с отвращением пробормотал: — Пидоры… И ушёл. Грэйсон выдохнул. Лучше так, чем снова оказаться в чужом плену. Он отпрянул, оттолкнув мужчину, но тело решило, что с него хватит. Сознание помутнело, и мир вокруг расплылся, оставляя только тяжесть и боль.