Финвэ в Форменос

#TolkienTxtAsk_Финвэ #Finwe Q Почему ты уехал с Феанором в Форменос? Высокие ворота, окованные металлом, открылись прежде, чем герольд короля Финвэ успел поднять горн и протрубить. Феанаро ожидал подъезжающих всадников во внутреннем дворе цитадели. Он придержал отцу стремя и склонился перед ним. Феанаро сопровождали семеро его сыновей. На всех сверкающие латы, прикрытые темными плащами, на головах серебряные венцы. Лица их были суровы, и все они выглядели теперь старше, более подобно вождям, точно возводя стены, вобрали нечто от здешних скал, извечно противостоящие натиску ледяных ветров. - Я приказал, чтоб мне сообщили немедленно, как только увидят твоих людей, - сказал Феанаро. - Покои для тебя приготовлены. - Вы, как я вижу, не похожи на изгнанников, - сказал Финвэ. - Я покинул Тирион по приказу Валар, но изгонять меня может только король, - Финвэ уловил в этих словах укор. - Ты увидешь, отец, здесь, может быть и не так отрадно, как в твоем прекрасном дворце, зато нет докучливой толпы и валар наконец-то предоставили нам жить по собственному разумению. Хотя бы ради этого стоило говорить правду в лицо. - Ты все еще считаешь это правдой? - негромко спросил Финвэ. - Нолофинвэ остался править в Тирионе, не так ли? - ядовито откликнулся Феанаро. - Завидую его умению добиваться своего. Он замолчал, почувствовав недовольство отца. Они шли по переходам и галереям, поднимались по лестницам. Крепость Форменос ничем не походила на прекрасный дворец короля Финвэ с хрустальными колоннами, золотыми сводами и фризами из драгоценных камней. Здесь только каменные стены, лишь иногда украшенные строгой резьбой по камню, но и в ней повторялись мотивы стен, щитов и гордых звезд с герба Феанаро. Эльдар, которых они встречали по пути, были облачены в доспехи. На их лицах король читал то же выражение гордости и непреклонной решимости, что и у их вождей. Наконец Маэдрос, зашедший вперед, распахнул перед королем двери в его покои. Здесь пылал огонь в огромном камне. Пол покрывали ковры, ложа, покрытые коврами и меховыми одеялами, окружали низкий стол, на котором стояли высокие кувшины с вином и блюда с яствами. Помимо камина зал освещали золотые светильники, выкованные в форме древ. В их хрустальных чашах языки пламени были окрашены в цвета лазури и золота. Отблески их огней на стенах сияли, уподобляясь изображению цветущего сада, но сада каменных цветов. Окна же были расположены высоко и закрыты цветными витражами с изображением морских волн и утесов. Финвэ с облегчением сбросил тяжелый плащ и занял указанное ему место во главе стола. - Ты король Форменоса, отец, - сказал Феанаро. - Думаешь, в Тирионе я больше не король? - с улыбкой спросил Финвэ. Феанаро помолчал. - Отец, я понимаю, что ты не доволен мной и приму от тебя любые упреки. Ты можешь даже наложить на меня еще более тяжелое наказание, чем то, которое я несу сейчас, но я не ощущаю вины. Финвэ взял с блюда лепешки и начал раздавать сыновьям Феанаро. Маэдрос налил в бокалы вина. - Тогда и говорить не о чем, - сказал король. Эльдар принялись за еду. Финвэ заметил, что, пока они ели, с лиц у молодых эльдар сошло надменное и неуступчивое выражение. Им хотелось веселиться и, будь они в Тирионе, Финвэ приказал бы послать за музыкантами и позволил принцам позвать к столу друзей. - Ты не покажешь нам сильмариллы? - спросил король. - К чему это? Впрочем, если ты приказываешь... Маэдрос, доставь камни сюда. Юный эльф ушел и отсутствовал довольно долго, а когда вернулся, в руках у него был тяжелый ларец. Феанаро открыл его. Даже его могучим рукам крышка подалась не сразу, но когда она поднялась, из-под нее вырвалось сияние такой чудесной красоты и силы, что померкли все прочие огни. Феанаро вложил светоносные камни в руки своего отца. - Великолепный дар света этому миру ради всего, что есть в нем темного и заплутавшего среди тьмы, - тихо сказал Финвэ. -Я был бы в отчаянии, если бы мне пришлось расстаться с ними, - выговорил Феанаро, не отрывая взгляда от камней. - Только тебе и только по приказу я мог бы отдать их, но это разбило бы мое сердце. - Ни один отец не сделает того, что причинит вред его ребенку, - сказал Финвэ. - Могу я выйти из этих стен? - Дальняя дверь ведет на террасу, - с улыбкой сказал Маэдрос, - Я так и думал, что тебе захочется выйти на простор. Финвэ поднялся, а следом за ним и остальные эльфы. Удивительно переменилось лицо Феанаро. Отдав камни отцу, он, сделался моложе, разом уравнявшись со своими сыновьями. В лице его снова появилось юное выражение, точно явился из далекого делака молодой, полный надежд и веселья принц нолдор. Терраса возвышалась над долиной, стиснутой уступами скал, над снегами и кручами, среди ветров и безмятежного золота небес. Здесь, вдали от Древ, свет их был слаб, но оттого казался еще более драгоценным. Финвэ поднял руки с камнями, и сильмариллы, вобрав в себя свет небес, и блеск ледяных водопадов, и отблеск звезд, проступающих сквозь небесное золото, заиграли радостными огнями. Точно песня света пришла в этот мир, полная улыбок и благословений. Сильмариллы были едины со всем светом мира, они были лучшим, из того, что дарил миру свет. Их сияние делалось сильней. Финвэ почувствовал, что Феанаро схватил его за руку. - Кто мог сотворить такое? - вскричал он, не отрывая от сильмариллов восхищенных и изумленных глаз. - Ты, отец! - ликующе воскликнул Маэдрос, и возглас "Феанаро!" подхваченный всеми семью сыновьями потряс небеса и скалы. Эльдар выбегали из ворот цитадели, часовые на стенах выхватили мечи. Финвэ вернул камни Феанаро. Он не стал напоминать о тех, кто создал свет и так щедро вручил его всем, кто нуждался в нем. Он думал о юном блеске в глазах Феанаро, и надежда не оставляла его.