На перекрестке судьбы....

Жужжание будильника разрушило ночной уют. Таня Белая с трудом выплыла из яркого круговорота сновидений на поверхность реальности. Спустила ноги на пол, привычным жестом стараясь сразу попасть «зайцу в зубы» - то есть в пушистые тапочки с мордочкой зайца. «Черт, проспала! — подумала огорченно. — Слишком поздно выставила будильник». Когда она уже повязывала в прихожей шарфик, где-то на дне сознания опять возникла навязчивая мысль о чем-то что глобально было сделано не так? Как возвращение яркого тревожного сна... Часы сообщили Тане Белой, что еше вполне достаточно времени, чтобы выпить кофе. По пути в ФЭС она заглянула в кафе. Но едва успела Таня получить свой заказ, как дремотную тишину утреннего кафе внезапно разрушила шумная ватага цыганских ребятишек во главе с довольно высокой худой цыганкой в ярком платке. Одета она была броско, как принято у ее народа, но добротно и чисто. То же можно было сказать и о разнокалиберных ребятишках, суетящихся вокруг. Самого младшего цыганка держала на руках, посадив на бедро.` У стойки цыганка передала ребенка старшей из девочек, прикрикнула на всю буйную компанию, и принялась заказывать еду низким, глуховатым голосом, переспрашивая у мелкоты, кому что. Ребятишки притихли, послушно брали подаваемые блюда и отходили к столикам. Цыганка рассчиталась за еду и вся толпа устроилась за двумя соседними столиками. Тут только Татьяна заметила, что женщина слегка прихрамывает. Сердце екнуло, заколотилось. Цыганка подняла взгляд на нее, сверкнув синими искрами. У нее были ярко-синие, нецыганские глаза! — Сандра! — вырвался у Белой невольный вскрик. Сразу стало неловко. Вряд ли женщина помнила их мимолетную встречу сто лет назад... Сандра что-то сказала детям негромко на своем языке, двое из них встали и пересели за другой столик. Цыганка кивнула Тане на освободившееся место. Белая послушно взяла свой кофе и пересела к ней. — Знаешь меня? Откуда? — спросила Сандра. — Да... Давно это было, — пролепетала Татьяна, невольно робея и сердясь на себя за эту несвойственную ей, решительной сотруднице ФЭС, робость. — Много лет прошло... Просто ты такая... - Приметная? Не похожа на цыганку? — усмехнулась Сандра. — Чего краснеешь? Не слыхала — раньше цыгане детей воровали? Видать, и мою прабабку уворовали у синеглазой графини. Или у самой царицы Она сидела на своем хлипком пластиковом стуле, распрямив плечи, высоко подняв голову, увенчанную короной тёмных волос, и улыбалась едва уловимо! Царственно-величественная и непонятная, такая же, как и много лет назад...

***

...В то лето июнь выдался дождливым, кислым. Казалось, в небесной канцелярии забыли закрутить краны, и из них все лил и лил совсем не летний, холодный дождь. В тот день Таня Белая со своими однокурсницами сдала последний экзамен, самый трудный и муторный. Обезумевшие от свободы, истерично-веселые девушки валили всей группой по бульвару, сами толком не зная, куда несет их ветер летних каникул. Они купили огромный букет ромашек у толстой тетеньки и сразу же оборвали лепестки в поисках ответа на главный для всех в мире девчонок семнадцати-восемнадцати лет вопрос — любит или не любит. И получалось, что всех их любят, даже тех, у кого парней и на горизонте не просматривалось. Из боковой аллеи ботанического сада навстречу студенткам вынырнула группа разновозрастных цыганок. Они моментально сориентировались в ситуации. и магическая фраза «Красавица. дай ручку, не пожалей рублишко. скажу, что будет, что на сердце» — прозвучала несколько раз. Как-то так получилось, что Белой гадалки не хватило, и она со смехом пронырнула сквозь гадающую толпу на простор бульвара. И споткнулась о взгляд синих глаз. Совсем молодая. не старше самой Тани, цыганка присела на ограду парка, словно ждала тут именно нее. Не было никакого сомнения в том, что девушка именно цыганка яркая, широкая многослойная юбка, шаль на талии, расшитая блестящими нитями, разноцветные бусы на шее и связки браслетов на запястях. И густые темные волосы, тяжелой волной спадающие до пояса. Только одна необычность: синие. яркие, нецыганские глаза! — Не пожалей рубль, красавица, скажу, где бродит твое счастье, — пропела низким голосом девушка. Счастье не надо было искать: лето, сданная на «ОТЛИЧНО» сессия, в особенности этот кошмарный предмет, огромное нескончаемое лето впереди, жизнь, полная приключений. Таня9 засмеялась: — Ну что ты мне можешь сказать НОВОГО? — оглянулась на всю гадающую толпу. — Послушай их... Вас же всех по одной шпаргалке гадать учили: встретишь богатого красавца-блондина, будет у тебя много денег, пошлет тебе Бог здоровых детишек! Хочешь, сама себе погадаю по этой схеме? Белая протянула цыганке левую ладонь: — Меня ждет красный диплом. работа — самая интересная, зарплата — на все хватит. Главное — все в моих руках, понимаешь, как захочу — так и будет, чего захочу — всего добьюсь! Цыганка улыбнулась и по-доброму спросила: — Все знаешь сама? А чем же сердце твое успокоится? Кто у тебя на сердце? — А сердце — только мое! – дерзко ответила ей Белая. Девушка взяла Таню за руку, заглянула в ладошку. По лицу ее промелькнула тень. И тут же исчезла, — Что ж ..— медленно произнесла цыганка и вложила в ладонь Белой невесть откуда взявшуюся маленькую елочную игрушку, — ты свой путь сама выбрала. Слово сказано. При этом она закрыла ладонь Татьяны, зажав игрушку в ней. Отпустила руку и пошла прочь, прихрамывая, сквозь суетящуюся толпу гадалок. — Эй! — окликнула ее, пораженная Таня. — А деньги за гадание? — Денег Сандре не положено, — усмехнулась цыганка. — Ты свое слово сама сказала.

***

Сандра спокойно слушала рассказ Белой. Покачала головой: — Ну что, ты довольна своей жизнью, СВОИМ выбором? — Да, в общем. Работа, зарплата, квартира... Я довольно известный в своей профессии человек... Наверное, да, все вышло, как я хотела. — Вот как? — в голосе Сандры промелькнуло недоверие. — А ко мне тогда зачем пожаловала? — К тебе? Не понимаю. С чего бы? Я тут просто кофе пью, а то проспала сегодня, никак не проснусь. А ты свою гвардию кормишь. Это просто случайная встреча. — Думаешь? Дай-ка руку, — протянула она свою сухую темную ладонь. Прежде чем Таня успела что-нибудь ответить, ее ладонь легла в руку Сандры. Цыганка внимательно посмотрела и вдруг спросила: — А та елочная игрушка у тебя еще есть? Белая ахнула про себя: она помнит! — Кажется. Но я не уверена... Сандра удовлетворенно кивнула: — Найди. Береги. — И добавила: — Ты сегодня на перекрестке. Смотри, не ошибись в выборе. Этот день очень важен. — На каком перекрестке? Какой выбор? Что я должна выбрать? Ничего не понимаю! — заспешили один за другим вопросы. — Не знаю, твой выбор — тебе и решать. Да если бы и знала... Не мое это дело — на перекресток являться вместо тебя. Не ошибешься — получишь знак, — знакомым жестом цыганка закрыла ладонь Тани и словно вернула руку. — Подожди, Сандра, так нельзя! Договаривай! Какой знак? В чем не ошибиться? — взмолилась Белая. — Тебе пора, — словно не слыша, обронила Сандра и повернулась к расшалившейся ребятне. Татьяна посмотрела на часы: "Ехать в ФЭС или вернуться домой? Может, отпроситься у начальства. Интересно, это и есть тот судьбоносный выбор, который я должна была сделать? Пожалуй, этак я сегодня весь день буду вести себя как тот осел у двух стогов сена..." Прийдя на работу Татьяна механическим жестом привычно нажала на кнопку включения компьютера. А десять часов спустя так же, на автомате, отключила компьютер. Домой! Хватит трудиться. Уходя Белая оглянулась на здание ФЭС - оно подмигивало множеством ярких огней. Татьяна поежилась, хотя вечер был довольно теплый. Вот уже несколько лет, как появилась у нее эта странная привычка — смотреть на окна, ни о чем не думая, но где-то очень-очень глубоко надеясь, что однажды увидит в них свет, зажженный кем-то для нее, Татьяны Белой, свободной, независимой и одинокой, по большому счету, женщины третьего тысячелетия. Она вдруг вспомнила Сергея Белозерова. Когда-то они договорились вместе уйти из ФЭС и уехать в путешествие только вдвоем... Потом, вспоминая, почему же она в тот день не поехала на вокзал, Татьяна так и не смогла найти ответ. Забыла? То, о чем мечтали целый год? Струсила? Не поверила, что Белозеров все это задумал всерьез? Испугалась уходить из ФЭС? Или это и был тот самый выбор, ради которого она пришла на перекресток? А Сергей тогда все-таки уволился из ФЭС и уехал. Через полгода от него неожиданно стали приходить коротенькие открытки ни о чем. Без обратного адреса. И так же неожиданно приходить перестали... Тряхнув головой, прогоняя воспоминания, Белая вспомнила что хотела зайти в камеру хранения вещдоков и решительно вернулась в здание. В ззнакомом коридоре ждал традиционный и от этого не менее гнусный сюрприз — лампочки опять перегорели. Татьяна наощупь тупо скребла ключом в тщетной надежде попасть в замочную скважину в нужном направлении. Где-то за ее спиной остановился и сразу же двинулся дальше лифт, чьи-то шаги в утробном мраке раздались рядом, вспыхнул, дисплей смартфона. В его голубоватом свете Татьяна сразу же попала в замочную скважину: — Спасибо. Я почему-то не догадалась посветить телефоном. — Она зажгла свет в камере хранения и через открытую в коридор дверь он осветил фигуру «спасителя» - молодого крепкого мужчины. Тот неуверенно топтался на пороге словно не мог решиться сказать что-то. — Таня, ты что, меня не узнаешь? Белая присмотрелась. В блеклом свете, падающем в коридор, увидев что-то давнее, знакомое... Она воскликнула: — Сергей? Ты нашелся? А говорили - нету тебя больше. — Нашелся... Точнее нашли... А ведь я ждал тебя тогда на вокзале. На поезд вскочил уже на ходу... - Серёжа, я же не думала, что ты это серьезно... Я... Я забыла, Серёжа. А ты исчез. Несколько открыток — и все. Ни писем, ни звонков... Где ты был столько лет? Как здесь оказался? — Далеко... Так сразу не расскажешь. Скоро новый год вот вспомнил что когда уходил забыл здесь коробку со своими елочными игрушками - пришёл забрать.Там моя любимая гилянда, правда в ней одной игрушки не хватает... Они стояли друг против друга. Татьяна Белая смотрела на его склоненную голову. Ужасно хотелось прижаться лицом к его волосам, как делала это давно, в другой жизни другая Таня. В тот вечер, когда они с Сергеем решили уехать на край света в поисках счастья, то целовались как в первый раз, и никак не могли расстаться... На другой день неожиданно нашлась та елочная игрушка Сандры. Просто вдруг выпала из какой-то коробки. Она удивительно подходила к гирлянде Серёжи Белозерова, будто там ей и место. Видно, на этот раз на перекрестке судьбы Танечка Белая сделала правильный выбор.