Молитва Арахабаки

Какого хрена. Я смотрю на свои полупрозрачные руки, дёргаю за длинные пряди красных волос и повторяю вопрос для самого себя. Даже не чтобы утешить, а чтобы сука выместить все что есть во мне. Какого хрена. Даже не так. Какого хуя! Полупрозрачный мужчина рядом с бессознательным мальчиком яростно орет в воздух, проклиная все на чем стоит белый свет и бешено жестикулирует.

***

Позже задумчиво смотря на несколько других детей которые тащат маленького рыжего ребенка и каким то образом следуя за ними, он задумываться кто он. На языке послевкусие пыли и железа — кровь. Арахабаки, имя приходит достаточно просто. И его сила. Его благословение, каким то образом теперь в этом маленьком рыжем мальчике. А ещё его раздражают люди, его всегда раздражали люди — люди глупы и бестолковы, они идиоты и не замечают очевидного. А теперь он привязан к одному рыжеволосому мальчику. Человеку… Раздражение снова достигает своего пика переходя в тихий гнев.

***

Он крутится вокруг Чуи, так его назвали, или он вспомнил собственное имя, это не важно, задумчиво что-то бубнит под нос и вздыхает. Неудобно. Никто тебя не слышит, ты должен быть рядом с этими наивными слабыми детьми…

«Может мы просто всех их убьем?»

Фраза вылетает в порыве раздражения, видя как эти детишки относятся к его сосуду. К его Аватару. Внезапно Чуя вздрагивает, оборачиваясь и мотая головой по сторонам. На губах Арахабаки растягивается широкая ухмылка. Интересно…

***

«Ты же знаешь что они нас предадут.»

Арахабаки шепчет в чужие уши, обнимая за плечи и ухмыляясь.

«Только я на твоей стороне, эти маленькие человечки даже не знают с кем связались, м?»

Он ласково притирается носом о чужую макушку, слегка сжимая чужие плечи.

«Они предадут нас, Чуя, мы не можем этого позволить.»

Внезапно рыжий кивает, осматривая сборище детей. — Но я не хочу чтобы они умирали. Чужой голос пробормотал это едва слышно и тот кто оказался в теле бога чувствует восторг.

«Тогда ты хочешь ждать, пока это случиться?»

— Нет. Твердый ответ и красноволосый довольно щурится как кот, лаского гудя на ухо аватару.

«Тогда подождем подходящего случая, да?»

«Мы чувствуем слежку от каких то недотеп.»

— Думаешь, скоро это случится?

«Даже если и да, это не проблема.»

Потому что мы уверены в своих силах, Арахабаки щурится довольно, развалившись в воздухе рядом с чужой головой. Если он сможет поделится капелькой своих сил, Чуя уже будет сильнее чем много до этого. А если его аватар примет в себя бога, он станет бомбой. — Ты меня не убьешь, верно? — вопрос практически из неоткуда, но Арахабаки сменится грудным смехом, приглаживает чужие волосы и шепчет-шепчет-шепчет.

«Ты мой Аватар»

«Ты не человек, ты вместилище бога»

«Я ценю тебя больше чем кто либо другой»

«Я всегда рядом и мне нравится то каким бы ты не был.»

«Ты можешь погибнуть от всей моей силы»

«Но если ты позовешь я приду»

И рыжий кивает, позволяя детям увести себя в какую то странную игру.

***

«Дарители.»

— Дарители…

«Темной.»

— Темной…

«Немилости…»

— Немилости…

— Не.

— Тревожьте.

— Меня.

— Вновь… Арахабаки широко улыбается в чужом теле, сжимая ладонь в кулак, чувствуя как трещит во всем теле сила. Заходиться хохотом, мило нашептывая засыпающему в сознании Накахаре.

«Я позабочусь о нас.»

«Спи, мой юный аватар.»

***

Арахабаки оглядывает Дазая, так он представился и задумчиво обвивает плечи своего аватара.

«Он забавный»

В темноте позже он шепчет. — Он думает что я дорожу ими.

«Разве нет? Против воли, но ты привязался к ним.»

— Он думает что это моя слабая точка. И что мы глупы.

«Но мы не глупы…»

— Мы не идиоты как он думает.

«И что мы будем делать?»

Широкий оскал Чуи в темноте кажется угрожающим, грудь Арахабаки дрожит от гордости. — Мы позволим ему так думать. Он вырастил прекрасного хитрого человека.

«Нас будут недооценивать ментально.»

— Но мы не забываем…

«Обид. Ярости. Боли. Ненависти.»

Несколько секунд молчания и глубокий вздох. — Я сошел с ума? Тихий ласковый смех Арахабаки и мягкое сжатие пальцами чужих плеч.

«Мы никогда не были в своем уме.»

«Будь злым. Покажи им, что значит быть «дитя» гнева. Будь снисходителен. Нам не нужны бесполезные трупы. Будь верен. Тогда ты сможешь беспрепятственно…»

— Ударить в спину. Чуя откидываеться спиной на стену и прикрывает холодные голубые глаза, моргает, чтобы открыть их уже более яркими, придавая им эмоций. — Я Накахара Чуя.

«Я Арахабаки, бог разрушений.»

«И мы не доверяем никому кроме себя.»

— Точно.

***

«Он нас забавляет.»

Арахабаки ухмыляется, нависая над Мори.

«Он достаточно опасен, но не для нас.»

Чуя молчит, сложив руки за спиной. Ему сейчас не с руки болтать со смешливым богом.

«Может убьем его потом?»

Арахабаки хихикает, смотря как чужая шея дернулась.

«Такой хрупкий.»

***

«Они недооценивают нас?»

— Точно недооценивают. — Чуя выдыхает едва слышно, стоя перед кучкой врагов.

«Кстати, а Дазай где? Мне казалось он куда то свалил несколько секунд назад, ты уверен что он не пошел за нами на это задание?»

Арахабаки весело хихикает, повиснув над чужой головой.

«Он так забавно блестит глазами когда мы препираемся.»

— Он забавляется, ты же знаешь. Чуя безразлично кидает, подтягивая перчатки повыше и ухмыляется. — Начнем, мой бог?

«Давай докажем этим ничтожествам где настоящий страх!»

Они кидаются в бой.

***

— Эй, вешалка для шляп! — Мне только пятнадцать, сволочь! — Чуя громко ругается, рыча на напарника, протягивая ладони и делая удар по чужому плечу. Арахабаки хихикает весело, подначивая чужой притворный гнев, даёт советы куда бить. Их это забавляет, потому что они оба видят как начинает смотреть Осаму на них. Это забавно. Бог весело хохочет, ударяя себя по колену.

***

— Он… — в темноте комнаты, Чуя смотрит на собственные руки, сжимая и разжимая, хмурясь. — Назвал нас человеком.

«Разве это странно?»

— Я не человек, верно? — Арахабаки хихикает, разводя руки в стороны, улыбаясь.

«Физиологичски ты человек, ты так же хрупок как и другие, так же живёшь свою жизнь и умрёшь так же. Что тебя смущает?» бог повел плечами, проводя ладонь сквозь кружку и цыкая.

— Он сказал что мы человечнее многих людей. — Чуя задумчиво смотрит в кружку с чаем, делая осторожный глоток. — Но я даже не понимаю зачем я делаю вид что мне плохо от смерти этих бесполезных людей.

«Потому что…»

— Чтобы влится в компанию, да… Я понимаю. — Чуя делает глоток, вздыхая. — Люди имеют свои привязанности, верно? — рыжий осматривает пустую комнату и задумчиво хмурится. — Могу ли я «любить» шляпы и «любить» чай?

«О, а ещё красное вино. И я думаю мы должны курить!» Арахабаки воодушевленно улыбается, приподнимаясь. «Люди медленно убивают себя сигаретами, считая что они успокаивают, ни разу не пробовал!»

— Может что-то ещё.?

«Мы должны научится готовить, мы не можем вечно питаться заказной едой. Она не плоха, но благодаря моей силе мы должны сделать чтобы ты был крепче и сильнее других. Хорошее питание это важно.»

— Звучит интересно. Заодно мы поймём что нравится моим вкусовым рецепторам, верно?

«Точно, мы должны будем выяснить то что ты любишь и что тебе больше понравится.» Арахабаки смотрит на чашку из которой идёт небольшой пар и сожалеюще вздыхает. «Спасибо что ты наливаешь чай и мне, но ты же знаешь что я не могу его пить.»

— Мне нравится мысль что ты пьешь его со мной.

«Мне тоже.»

Арахабаки мягко улыбается.

***

— Черт. — Чуя ворчит, приподнимаясь на локтях.

«Ты взял слишком много на этот раз.» Арахабаки слегка порицающе вздыхает, паря неподалеку над головой своего аватара.

— Моя вина. — рыжий тцыкает, сплевывая кровь на грязную землю. — Не подрасчитал. — он тяжело вздыхает, тяжело поднимаясь и плюхаясь на задницу. — Сколько займет восстановление? Арахабаки задумчиво гудит.

«Около трёх часов. Надо привести в порядок твои лёгкие.»

— С Дазаем это было бы быстрее, не так ли? — Арахабаки весело фырчит, согласно ворча.

«Твоя гравитация не даёт моей регенерации сделать это быстрее, этот бинтованный мудак облегчает это.»

— Чертовски полезная сволочь. — признает Накахара вздыхая и падая на спину. Он чувствует себя грязным и потным, просто отвратительно. Боль медленно заглушается силой бога в его крови, начинается медленный зуд как при быстром заживлении.

«Нам надо поддерживать вид что мы страдаем от этого.»

— Порча ведь и правда калечит меня. — рыжий задумчиво пялится в небо, тяжело вздыхая. — Ты говорил что не убьешь меня.

«Я и не.» Арахабаки фырчит в чем-то весело, мимолетом растрепывая чужую челку. «Ты пытаешься взять больше чем выдерживает твой смертный организм и платишь за это ценой.»

— Может если бы ты был просто способностью, я бы давно умер. — мафиози глубоко вздыхает, осматривая поблизости землю и припоминая где он уронил шляпу. Ему нужно возвращаться и снова делать злой вид.

«Не говори глупостей.» Арахабаки хмыкает, закидывая руки за голову. «Если бы я был способностью, меня бы здесь не было.»

— Точно… Зуд в области груди становится сильнее.

***

Чуя пусто смотрит на Мори.

«Моргай.» Арахабаки шипит в его ухо, впиваясь пальцами в плечи.

И Накахара медленно моргает, склоняя голову к плечу, стараясь сделать это естественно. — Что? — Дазай больше не в портовой мафии. Мори смотрит странно и рыжий не может понять его взгляд, Арахабаки рядом раздражённо шипит как взбешённая змея.

«Тебе надо разозлится. Тебе надо что-то сказать. Мы же видели что Дазай влюблен в нас. Мы должны отреагировать так, чтобы он знал что будто бы мы тоже!»

Разозлится, верно. Чуя слегка крутит внутри себя несколько фраз, а после скалится мрачным Цербером. — Мне вернуть его? Он не предлагает его убить, Арахабаки довольно урчит. Потому что если бы Чуя предложил его убить, это дало бы знать что Чуя ничего не чувствует романтического, а надо наоборот. — Нет. — Мори довольно откидывается в кресле и Накахара видит его удовлетворение. Водить его за нос забавно. Даже Чуя чувствует что-то похожее на веселье, со временем он чувствует больше чем раньше и понимает больше потому что Арахабаки несмотря на свою нечеловечность, все ещё каким то образом разбирается в людских эмоциях лучше чем сам Чуя. Что в действительности достаточно иронично. — Я запрещаю его трогать. Чуя ощетиниваеться злобой на показ, а потом морщится, будто ударился, складывая руки за спиной и выпрямляясь, напуская безразличный вид. Позже когда они пойдут в кабинет, ему надо его разрушить, и это даже приятно. Он Аватар бога разрушения, любые разрушения которые он делает приятны. — Это все? — Ты можешь идти. — Мори кивает, и Чуя деланно чеканно разворачивается топая в сторону выхода, осторожно прикрывая за собой дверь, чтобы злобно промчаться до своего кабинета. Закрыв дверь комнаты, он глубоко вздыхает и Арахабаки хихикает довольно когда он выпускает всегда сдерживаемую ярость для того чтобы разрушить все вокруг. Это так похоже на него. Это так приятно для них. Тяжело дыша и стоя посреди разрушенного кабинета, рыжий глубоко вздыхает, поправляет собственные волосы, шляпу, разглаживает парой движений помявшийся пиджак. — Достаточно правдоподобно? — Арахабаки довольно урчит, кружится вокруг него как акула.

«Так приятно.»

— Мы не должны были трогать половину Дазая, верно? — бог задумчиво гудит, а после фырчит, обнимая чужие плечи.

«Немного можно. Для правдоподобности.»

И Чуя ухмыляется.

***

— Какого гребанного хера? — Чуя окидывает взглядом открытую дверь в его гребанный пентхаус и злобно морщится.

«О, мы знаем кто это.»

— Конечно черт возьми, мы знаем кто это. — Накахара ворчит, распахивая дверь и тцыкая. Придется менять замки. Проходит внутрь и злобно смотрит на развалившегося на его диване Дазая. — Какого хуя, скумбрия?! — О, мини-мафия! — Дазай широко улыбается, отвлекаясь от своего ноутбука, чтобы сука он там не делал.

«Тут какой-то отчёт.» Арахабаки ухмыляется, просматривая слова которые пишет Дазай, задумчиво перебирая буквы на губах. «О, у них какая-то проблема с убийством типа от мафии, поэтому Дазай решил привлечь тебя в обход Мори и никому не сказал об этом.»

— Какого хрена. — Чуя морщится, а после включается в игру. — Ты какого черта здесь забыл? — он вешает свое пальто на вешалку, туда же снимает шляпу и поправляет перчатки, зная что Дазай следит за каждым его движением. Это на самом деле немного наполняет его самодовольством. Приятно красоваться тому, кому ты точно нравишься. — Мори в последнее время не поручал тебе никаких дел? — а после Дазай надувает губы, пытаясь казаться капризным. — И что значит что я здесь делаю? Ты не подумал что я просто соскучился? — Накахара тцыкает, закатывая глаза, проходя внутрь и по привычке хватая две кружки. Молча наливает в них чай, в после вздыхает, будто устал. Он правда устал, ему хотелось спать, а не разбиратся с этим самодовольным гавнюком. — Ты свалил из мафии, ничего мне об этом не сказал, взорвал мою чёртову машину.

«Взрыв кстати нам понравился, но машина нам тоже нравилась.»

— А теперь просто заявляешь что соскучился? — Чуя прищурился, зло дёргая бровью. — Ты ублюдок, я убью тебя. Дазай захлопывает крышку ноутбука, смотря на него и его лицо довольно-таки серьезно, для того кто веками делал вид что он клоун. Чуя невольно слегка напрягается, выпрямляя плечи. — А что бы ты сделал? Радостно согласился пойти за мной? — Чуя скривился, делая глоток из чашки, Арахабаки грустно смотрит на свою, тяжело вздыхая. — Нет. — Осаму грустно ухмыляется, типа «Ну, вот, видишь.», Чуя опускает гружку и отворачивается. — Может быть я просто согласился тебе помочь. — Помочь? Чем? — Дазай приподнял брови, будто в удивлении, а после Накахара ухмыльнулся. — Поговорил бы с Мори.

«Поговорил бы.» Арахабаки захихикал, кружась на месте. «Мы бы прекрасно поговорили.»

— И ты думаешь он бы стал слушать? — Чуя давит темную ухмылку, скрывая ее за чаем, и расслабленно вздыхая в кружку, а после спокойно отнимая ее от лица, приподнимая глаза и подбородок. — А ты думаешь у него бы был выбор? Арахабаки рядом маниакально хихикает. Дазай ошеломленно молчит, а после щурится, складывая руки на груди. — Ты никогда не перечил Мори.

«Такой забавный.»

— И? Меня всё устраивало. — Серьезно? Те миссии тоже? — Чуя вспоминает множество трупов которые он породил, и вздыхает глубоко, стараясь делать вид что это его задело. Дёргает кончиками пальцев, отводит взгляд. — Почти все. — Но ты не пошел против него. — Дазай качает головой. — Ты преданней гребанного пса, вешалка для шляп. — Тогда ты должен вспомнить, что это ты привел меня сюда. — он резковато ставит чай на стол, недовольно кривясь. — Приказ Мори. — Но ты был исполнителем. — Чуя поднимает взгляд и пытается сделать глаза максимально уверенными и по едва слышному ошеломленному вздоху Осаму, у него это получается. Внутри он довольно щурится. — Ты должен это знать. — Я знаю. — он вздыхает, а после отводит взгляд, будто в задумчивости. Чуя опускает взгляд на чай, пока Арахабаки рядом смешливо воркует.

«Он так влюблен в нас, это так забавно.»

«Мы должны будем получить его себе, он полезный засранец.»

Чуя медленно задумчиво кивает, а после поднимает взгляд, сталкиваясь с чужим взглядом. Едва заметно отводит взгляд, а после громко сюрпает. — Так, зачем ты пришел? — О. — Дазай округляет губы, а после ухмыляется. — Точно. Нужна твоя помощь. Чуя зеркально усмехаться и кивает. — Все что угодно.

***

— Такой чертовски забавный. — Чуя весело фырчит, переговариваясь с богом перед сном.

«Он так влюблен. Это кажеться смешным.»

— Правильно ли мы поступаем?

«Небеса, Чуя, ты думаешь о правильности?»

— Точно. — Чуя ухмыляется, потирая лицо. — Сглупил.

«Не волнуйся, пока он полезен, мы будем рядом. Но нам все ещё нужно соблюдать характер, так что мы не можем пойти за ним.»

— Но установить контакт будет правильным верно? Должен ли я допустить между нами физическую близость?

«А ты хочешь? Мы не будем делать этого в ущерб тебе.»

Чуя задумчиво поправляет мокрые волосы и щурится. — Ну, он симпатичный.

«С точки зрения людей? Несомненно.»

— И я все ещё имею человеческое тело, так что был бы не против иметь партнёра.

«Тело бога неприкасаемо, но если ты хочешь, то почему нет. Изучим этот вопрос?»

Чуя решительно кивает, вздыхая. Он не испытывает к Дазаю буквально ничего, но он правда симпатичный и в конце концов его тело среагирует. Да и в чем это плохо? Иметь надёжного партнёра.

«Мы практичные. Мы же не играем с его чувствами или подобное дерьмо.»

— Точно. Хорошо, посмотрим? Арахабаки удовлетворённо гудит,

***

«О, этот ребенок забавный.» Арахабаки задумчиво кружится вокруг тигра, ухмыляясь.

Чуя небрежно треплет его волосы, поворачиваясь к месту где сидит Дазай, и падая за его место, небрежно приспуская галстук и снимая шляпу, чтобы растрепать волосы. — Эм. а вы кто? Чуя окидывает взглядом Ацуши и оглядывается. Кажется он единственный в офисе, что странно, по его наблюдениям как минимум Куникида торчит здесь больше всего. — Чуя Накахара. — он небрежно бросает это, и откидываеться на спинку, прикрывая лицо шляпой. Он чертовски устал, у него болят ребра потому что ему снова пришлось буквально восставать из мертвых, и самое сладкое всегда остаётся на последок. Гребанное сердце, оно так всем покоя не даёт. — Нет, я в плане. — Ацуши неловко перебирает собственные пальцы, склоняя голову к плечу. — Вы клиент? — Накахара смешливо фыркает, приглушая смех, а после не сдерживается, легко смеется. Забавный.

«Хороший.» бог урчит на чужое ухо, прислоняясь со спины к Аватару.

— Нет, нет, бред какой. — он мотает рукой, а после вздыхает, растрепывая свои волосы повторно. — Я к Дазаю. Этот придурок забыл что мы сегодня встречаемся, так что я подумал что могу найти его здесь. — о. — Ацуши расплывается в улыбке, понятливо что-то пробормотав под нос. — Нет, они с Куникидой на расследовании. Не знаю сколько это займет.

«Может поспим? Нам нужен сон. Мы устали.»

— Тогда я подремлю здесь. — он мотнул головой, прикрывая лицо шляпой и устраиваясь поудобнее. Закинул ноги на стол, руки за голову и широко зевнул. — Скажи Дазаю что он отвратительная скумбрия которую я ненавижу и что если это повторится ещё раз, я брошу его там же где он был.

«Какие мы умнички.» Арахабаки урчит в чужое ухо, лаского перебирая волосы аватара.

И потихоньку под урчание персонального бога он засыпает.

***

Дазай моргает, окидывая взглядом собственное рабочее место. — Эй, Ацуши. — он поворачивается к тигру, все ещё постепенно и медленно кидая взгляды на Чую. — Что здесь делает эта вешалка для шляп? Вообще-то Дазай даже рад. Чуя практически никогда не приходит на его работу, а если приходит, то ждёт его только снаружи. Видимо сейчас он слишком устал чтобы думать и ждать его снаружи. — Дазай-сан! Эм, я не уверен, он сказал что у вас должна была быть встреча, но вы забыли. — Черт. — Дазай ворчит под нос, протирая лицо и морщится. Он и правда забыл, абсолютно вылетело из головы. Обычно Чуя такого вообще не прощает, он ненавидит когда он забывает что его ждут, особенно когда ждёт Чуя. — Он просил передать что эм. «отвратительная скумбрия которую я ненавижу и что если это повторится ещё раз, я брошу его там же где он был. » — Ацуши дёргает себя за рубашку, и вздыхает. — Вот черт. — Дазай повторяется шепотом, морщась. Очевидно он устал, очевидно раздражён тем что Дазай не пришел, и скорее всего у него что-то болит, иначе бы он не был таким уставшим. Работа в мафии накладывает на Чую определенные ограничения, которые он видит, но не будет с этим ничего делать. Самоотверженный болван. — Так, Дазай-сан, кто он? Дазай ворчит, подходя ближе и лаского тормоша за плечо рыжего. — Эй, чиби. — он шепчет тихо, боясь разозлить. Потому что кто страшен в гневе, так это Чуя, и Осаму имеет в виду настоящий гнев, а не то перманентное раздражение в котором он находится двадцать четыре на семь. Накахара недовольно что-то бурчит, укутываясь и сжимаясь на кресле сильнее прежнего. Дазай тяжело вздыхает, просовывая руки под тело очень осторожно — чиби будет недоволен так проснуться. Несмотря на то что Дазай всегда думал что он невыносим для рыжего, на деле в определенных вещах Чуя был тем ещё капризным ребенком. Он носил только одну конкретную шляпу, любил разное вино, но предпочитал красное сухое, если на нем не было перчаток он начинал в тревоге искать их, он был до ужаса чистоплотным будто имел своеобразную форму ОКР, ненавидел когда его будили без его участия, потому что, да проверено годами, когда ему нужно, реально нужно, Чуя проснется сам. Он всегда заваривал чай на двоих и если ты прикоснешься ко второй чашке на тебя нашипят. Чуя любил домашнюю еду и редко питался чем-то заказным — только если сильно устал. Задания мафии ему были неприятны и наносили ему определенные травмы, но ради людей которые были ему дороги он стоял до конца. Иногда ему нужно время побыть одному в темной комнате — Осаму по первости думал что он там дрочит, а оказалось что он молится. Богу. Арахабаки, как он проворчал один раз на его вопрос — потому что Арахабаки — бог бедствия — был с ним всегда, как Чуя сказал. Ну и Дазай склонен верить, с учётом что иногда видел как он бормочет что-то под нос, смееться беззвучно, только плечи немного дрожащие выдают, и улыбается. Он носил на работу один и тот же костюм, но когда он был дома, то оставался в одной большой растянутой футболке и боксерах. У него был пирсинг — и не один, на языке в том числе. Чуя курил только конкретную марку сигарет и только один вкус — предложение других для него это все равно что плевок в лицо. Чуя не очень любил холод, а в зиму он предпочитал включать сразу три обогревателя и устраивать в квартире собственный ад. Он иногда ходил в спортивные залы, Дазай такого не понимал, но Чуи и так было слишком много в его жизни. Осторожно приподняв мужчину, Дазай вздохнул, позволяя Чуе поерзать, утыкаясь носом в ключицу. Ловко подцепив ногой упавшую шляпу, мафиози подбросил ее, схватив кончиками пальцев. Уф, не в первый раз все-таки. Вспомнив вопрос Ацуши, Дазай промычал задумчиво, делая шаг в сторону выхода. — Мой парень! — а после яростно затороторил, зная что Чуе будет на это плевать, тот пока не отоспиться, не проснется даже если рядом сирена орать будет. — Куникида буквально в пяти минутах отсюда, он немного отстал от меня, я думаю что завтра меня не будет, так что предупреди остальных, спасибо, пока Ацуши-ку-у-ун! — ловко выбежав за дверь, нашел взглядом знакомую машину, ловко находя ключи в чужих карманах и открывая дверь, осторожно укладывая туда рыжего. Закрыв за ним дверь и усевшись за водительское кресло, он глубоко вздохнул. Итак, его задачи чтобы загладить свою вину — Чуя ненавидел когда он опаздывал. Он мог его простить если бы он опаздал на десять, на пятнадцать, на двадцать минут. Но полчаса, и не Дазай идёт к Чуе, а Чуя идёт к нему. Причем раздраженный Чуя. Так что лучше бы ему заранее спланировать что он может для него сделать, прежде чем Чуя разозлится. Еда? Как вариант, по виду Накахара ещё не обедал. Но если он начнет готовить, сгорит их квартира, так что недолго думая, Дазай решил заказать еду из ресторана. Надо подумать чем ещё он может загладить свою вину, но он подумает об этом уже дома. Машина легко трогается с места и Дазай свободно выдыхает. Пора домой.