Что если…

- Да что вы себе позволяете?! - Нет, ну, Кира Анатольевна, уж вы-то должны меня понять. Суровые методы – это по вашему. Аполлон Митрофанович склонился к директору и какое-то время просто молча смотрел, а затем клацнул зубами у самого ее уха, от чего сидящая в кресле вздрогнула и отпрянула. - Да вы с ума сошли! - Да! От любви! Ровно как и вы! - Что вы такое несете?! – Шемаханская задергала связанными руками, пытаясь освободиться с помощью магии, но путы не поддались. На плечи легли широкие ладони и принялись делать массаж, до противного болезненный. - Не пытайтесь колдовать, Кира Анатольевна. Я ваши слабости изучил. Так что, путы непростые. Не тратьте силы понапрасну. Я знаю, что даром убеждения вас владеет только Киврин. Но его здесь нет, сами понимаете. - Достаточно, товарищ Сатанеев. Чего вы хотите?! Аполлон Митрофанович обошел кресло и, уперевшись руками в подлокотники, склонился очень близко к лицу начальницы, что той снова пришлось отклоняться. И зашептал в самое ухо, опаляя жаром дыхания открытую шею: - Одну мелочь. Две. Я хочу вашу должность. - Вот как! – Усмехнулась Шемаханская, отворачивая голову. - А Алену Игоревну хочу видеть своим замом по науке. Из нас выйдет тандем не хуже, чем из вас и Киврина. Кира медленно подняла колени и ими отпихнула от себя Сатанеева. Когда он сделал шаг вперед, она уже выставила вперед одну ногу, дабы не подпустить его к себе. - Мечтать не вредно, Аполлон Митрофанович! - Кира… Анатольевна! Ну что вы, в самом деле! Ведете себя так, словно я на вас покушаться собираюсь. Не спорю, вы, конечно, роскошная женщина… Смотрите, у моего предложения есть и позитивные стороны, - Сатанеев отошел к растениям за спиной Шемаханской, продолжая речь. – Сможете выйти замуж на Ивана Степановича! Не придется вам встречаться тайком, боясь, что кто-то увидит. Он обернулся, и усмехнулся, наблюдая за попыткой своей пленницы открыть дверь связанными руками. - Она заперта, - спокойно произнес он. – Вернитесь на свое место, Кира Анатольевна. Продолжим наш диалог, так сказать. - Вы ведь все равно этим ничего не добьетесь, Аполлон Митрофанович. - Значит, будем ждать Ивана Степановича? - Он вернется только вечером. Комиссия… Сатанеев подошел ближе к своей начальнице и жестом пригласил вернуться в кресло. Кира вздернула подбородок, но приглашением воспользовалась. - Не боитесь, Аполлон Митрофанович, что встретятся они до полуночи, и Алена все вспомнит? - Не боюсь, - усмехнулся Сатанеев. – Я ведь вам солгал. Он успел поймать за талию внезапно оступившуюся Шемаханскую. - Осторожнее, Кира Анатольевна. Переломаете еще свои очаровательные ножки, что же будем говорить Киврину? - Что значит – вы мне солгали? – Легкая истерика в голосе выдала панику Шемаханской. - То и значит, Кира Анатольевна. Сатанеев достаточно беспардонно подхватил свою начальницу и донес до кресла, а затем опустился на пол. - Давайте проверю, не подвернули ли вы лодыжку. Ощущение прикосновения пальцев к лодыжке было неприятным. Но еще неприятнее стало, когда ноги чем-то крепко стянуло - на косточках потом точно будут синяки. - Свадьба у Алены Игоревны с каким-то молодым парнишкой из Москвы, но никак не с вашим Кивриным. А часы он ей оставил как свадебный подарок. И свидетелем на свадьбе быть обещал. Но… Не судьба! - Вы! Вы меня обманули! Зачем?! - Я оставлю вас, Кира Анатольевна. Подумайте над моим предложением, - он накинул ей пиджак на плечи и направился к дверям. - Сатанеев! Объяснитесь!!! Кира дернула связанными ногами, желая встать. - Кира Анатольевна! Как женщина – вы превосходны! Но как директор… Не гоже чтобы решения директора так зависели от решений одного заместителя. - Вот как значит, Сатанеев. Обиделись, что вашим глупым советам я не внемлю?! - Не без этого. Хорошего дня. Кира поджала губы, стараясь сдержать эмоции. Она уже ненавидела себя за то, что отправила Киврина в Москву. Он бы единственный сейчас догадался, что что-то не так. Сатанеев не возвращался пару часов. Несмотря на стресс, Кира чувствовала, что сходить на обед до разговора с Сатанеевым точно стоило. Она все еще не позволяла себе ронять слезы – тушь бы растеклась, и быстро выдала ее. Попытки встать на ноги и допрыгать до двери были крайне опасным мероприятием хотя бы потому, что семи сантиметровый каблук ее туфель не особо был предрасположен для подобного рода перемещений. - Вот же… гад! – Кира была максимально зла, что ее женские слабости были столь нечестным образом использованы против нее. Она закинула ноги на кресло и попыталась расстегнуть ремешок, чтобы снять туфли. Но в такой позе долго было не продержаться. Тогда было принято решение воспользоваться селектором. Подняться на ноги и сесть на стол, чтобы дотянуться до кнопки, заняло не меньше времени, чем первая попытка. Нажать кнопку вышло не с первого раза. Нужно было придать голосу спокойный тон: - Оля? - Ваша секретарша на обеде, Кира Анатольевна. Вернулся Сатанеев слишком внезапно. Кира с трудом успела упасть в свое кресло, как распахнулись двери. Сатанеев прошел до стола и поставил перед начальницей поднос с едой. - Оля на обеде, вам бы тоже. Я подумал, что принять решение на голодный желудок проблематично. Кира молча отвернулась, старательно игнорируя ароматы, но ее желудок не был настолько же уверенным в этой идее и легко выдал свою владелицу. - Кира Анатольевна, ну, я же не изверг. Открывайте ротик, я вас покормлю. Но Кира не открыла рот, не желая узнавать – добавлено ли в еду зелье убеждения и лишь прошипела, сверкнув глазами: - Убирайтесь, Сатанеев. Ничего вы не получите. Извлеченная из внутреннего кармана ВП покачалась перед носом Шемаханской, вызвав у нее удивление и желание проверить ларец на маленьком столике. - Откуда она у вас?! Сатанеев, вы… - Товарищ Шемаханская, не извольте-с злиться. У каждого свои потребности и способы эти потребности погасить. Мои потребности – быть с Алёной Игоревной. Потребности Киврина – жениться на вас. Мы ведь таким образом, так сказать, решим эту проблему! Сразу две! - Товарищ Сатанеев, вы не просто забылись, вы еще и размечтались! Вы не представляете, какие проблемы вас ждут, - Кира немного оттолкнулась на стуле, когда Сатанеев сделал шаг вперед . - Товарищ Шемаханская, вы заколдовали собственную заместительницу! Какие проблемы ждут вас! – Сатанеев поднял палец вверх. Он подошел еще ближе и наклонил стул назад, придерживая за спинку: - Вам, все же стоит пообедать и только потом подумать. Заметив недобрый блеск в глазах Киры, он поставил стул обратно: - М, какая женщина. - Я смотрю, вам по душе ведьмы, - усмехнулась Кира. – Должна предупредить, обычные женщины опасны. А уж ведьмы – опаснее вдвойне. - Не в вашей ситуации мне угрожать, Кира Анатольевна, - Сатанеев постучал палочкой по своей ладони и спрятал обратно. А сам выудил волшебный артефакт и поставил прямо под столом Киры. - А я не угрожаю. Я предупреждаю про Алёну. Прежде ее характер был совсем другой. И не представлял опасности. - Я уж разберусь, Кира Анатольевна. Но ваше согласие хочу на почти добровольной основе! - Убирайтесь, товарищ Сатанеев. Вы своего не добьетесь. - Ну, как хотите. Через пару часов Иван Степанович будет здесь. Возможно, он вас убедит. Как обычно, - Сатанеев засунул нанизанную на вилку еду себе в рот, промычал, что очень вкусно и, напевая что-то, снова покинул кабинет. Странный артефакт под столом оказался вне зоны досягаемости Киры, поэтому стоило просто быть внимательной по отношению к нему. Шемаханская с недоверием смотрела на еду, она снова попыталась снять туфли, уже понимая, что это бесполезная идея – вероятность встретить кого-то в коридорах в такой час перед праздником – мала. Спина достаточно быстро затекла без движения. Пришлось все же встать, балансируя в неудобной позе, снова опереться на край стола и попытаться размять спину. Запах еды раздражал, и только больше поднималась злость. Киврин и правда совсем скоро, буквально, влетел в кабинет, по пути скидывая на пол вещи. - Кира, что случилось?! - Нет, не подходи! – Кира не успела остановить возлюбленного, как тот оказался за гранью заколдованной территории, но из-за резкости своего движения чуть не упала. . Барьер немедленно засиял. А дверь в кабинет с грохотом заперлась. Киврина это словно не беспокоило. Он мягко прижал к себе переставшую сдерживать эмоции Киру. Только сейчас замечая, что она, вообще-то, связана. Помог опуститься на стул. - Что случилось? Сатанеев сказал, что тебе нехорошо, я сразу сюда, а тут… Киврин многозначительно обвел руками фигуру своей начальницы и всплеснул ими, не зная, что сказать. - Комиссия приехала? – Кира чуть подвинулась вперед на стуле, заглядывая в глаза Киврина. - Тебя, серьезно, в такой момент интересует комиссия?! – Он принялся осматривать, что с его Кирой натворили. - Сатанеев хочет занять мою должность. Представь, что он им там наговорит! Освободи меня. Киврин и так активно искал способ разорвать веревки. Ножницы из стола оказались абсолютно бесполезными. - Ты их не разрежешь… - Что ты натворила, Кира? – Киврин вдруг поднял взгляд наверх, смотря прямо в глаза Шемаханской, - почему Алена не полетела в Москву? А сейчас вообще была под руку с Сатанеевым? - С чего ты взял, что это я?.. - Кира, я столько лет тебя знаю. Алена сама не своя, жениха не признает. Сама замуж не хочешь и другим не даешь. - Хочу! Сатанеев узнал об этом и обманул меня. А я дура настоящая. Поверила! Киврин на мгновение остановился, чтобы поцеловать любимую женщину: - Не беспокойся. Я теперь с тобой. Все будет хорошо. - Мне нужно в актовый зал, Ваня! Тогда точно все будет хорошо! - Вы действительно не собираетесь исправлять ситуацию?! – Чуть не снеся дверь с петель, в кабинет ворвался Иван Пухов. – Почему прячетесь здесь?! За ним следом влетел Ковров. - Стой! – Почти хором воскликнули Киврин и Шемаханская. - Не подходите ближе. Это ловушка, - Киврин сделал шаг к границе и постучал в невидимую стену. - Дак вам выйти – раз плюнуть! – Ковров прищурился, чтобы рассмотреть источник заклинания. – Или вы тут решили… уединиться? - Очень смешно, товарищ Ковров, - зашипела, сощурившись, Кира. – Сатанеев здесь постарался. А сейчас неизвестно что плетет комиссии! Пойдите и остановите его! - По эту сторону магические приемы не работают, - Киврин спокойно ответил на вопрос Коврова и вернулся к попыткам освобождения своей возлюбленной. Ковров исчез так же быстро, спеша на задание начальницы. Внезапный голос раздался на весь кабинет, стоило Киврину попытаться применить простенькое заклинание: - Иван Степанович, ну, что же вы… Я же вам помогаю. Так от Вас Кира Анатольевна никуда не сбежит. Сможете расписаться хоть сейчас. - Отличная идея! – Отозвался Киврин. – Прямо сейчас так и сделаем. Только б выйти! - Ваня! – Шемаханская дернула ногами, но тот их крепко перехватил. – Ты что несешь?! Киврин молча поднял глаза и подмигнул. Ему и правда нужно было покинуть эту зону. Без колдовства путы не развязывались. - У меня уже спина болит, - негромко пожаловалась Кира, когда Киврин, тяжело выдохнув от бесплотных попыток сел на подлокотник. Он старательно принялся разминать затекшие плечи – только куда нежнее, чем Сатанеев до этого. - Сколько он тебя здесь держит? – Киврин посмотрел на еду на подносе на столе. - Я не знаю… Может, часов шесть… - Ты ж моя бедняжка… - Киврин совсем забыв про Ивана Пухова, потянулся к губам Киры, но отпрянул, когда тот завопил. - Да вы ведь в этом виноваты! Еще немного и я не сниму ваше проклятие с Алены! – Не унимался Пухов, раздражаясь от спокойствия и действий Киврина. - Кира, - с некоторым неодобрением произнес Иван Степанович. – Поведай мне. Что случилось? Он бы с удовольствием воспользовался сложившейся ситуацией и заполучил поцелуев на год вперед, пока Кира не могла оттолкнуть его или ответить на ненавистные телефоны. Но было немного не до этого. - Я ведь уже сказала – меня обманули. Иван Пухов посмотрел на часы, недовольно почти зарычал и, подойдя к барьеру, желая ударить по нему, вдруг, внезапно, не нашел преграды. Барьер легко пропустил его внутрь. И наружу. - Ха! – Он подошел ближе к креслу директора, но уперся в вытянутую руку Киврина. – Не стану я вредить вашему директору. Я женщин не бью, что вы такое обо мне думаете? - А я и не думаю так, - но руку Киврин убрал. - Вы, я смотрю, часами заведуете. А время останавливать умеете? - Время останавливать? Только в границах одной территории. Чтобы время на всей планете остановить – нет… – Пока Киврин задумчиво перебирал варианты, Пухов принялся осматривать путы на ногах директора. Переливающаяся всеми цветами радуги веревка выглядела, словно не имеющая концов. Но стоило Пухову к ней прикоснуться, как она просто рассыпалась. - Как… - Шемаханская в удивлении не сразу догадалась повернуться и показать еще и руки. Но Пухов и сам видел, какая нужна помощь. - Вот такая вот эта ваша магия. Рассыпается от этого прикосновения. - Сдается мне, - со смешком произнес Киврин, беря в ладони кисти Киры, - что дело тут немного в другом. - В чем же? - В том, Ваня, что ты – дурак. – Вновь появившийся Ковров сложил руки на груди. – В магии не соображаешь ничего. Правил ее не знаешь. Вот она и рассыпается при тебе. - Товарищ Ковров, вы проконтролировали ситуацию? – Кира вновь зашипела, когда Киврин принялся разминать ее руки. - Пока он просто водит комиссию по коридорам, Фома присматривает. Сказал правда, что вас на месте нет, Кира Анатольевна. Киврин тем временем помог Кире встать, придерживая за талию. - Может, каблуки снимешь, Кира? - И, что я, босиком пойду? – Она раздраженно фыркнула и поморщилась от ощущения онемения, которое ее настигло. Стоять было больно, и она вновь опустилась в кресло. Тут то Киврин и подхватил ее на руки. - Ваня, я же совсем не легкая. - Иван, помогайте пройти, - Киврин легко вынес свою женщину, благодаря Пухову, который спокойно пнул магический артефакт, стоило пленникам оказаться за границами его действия, тем самым убирая поле, и посадил на подставленное Ковровым кресло. - Сам ты дурак, - с опозданием произнес Пухов Коврову. – Ишь что могу без ваших этих колдо… маги… вот этой всей ерунды! И вообще! Нам нужно в актовый зал. - Вы идите, - Киврин махнул рукой. – Есть еще время, а Кире… Анатольевне нужно пару минут, чтобы привести себя в порядок. Стоило Пухову и Коврову покинуть кабинет, Кира вцепилась в руку Киврина: - Прости меня! Я такая дура! Я попалась, как глупая девчонка! Он сказал, что ты в Москву летишь с Аленой свадьбу играть… - Кира, все же, ты наивный ребенок. Ну как же я могу жениться на Алене, когда я хочу жениться на тебе? У нас запрещено многоженство. - Иван Степанович! – Недовольно фыркнула Шемаханская. - Все хорошо, - посмеялся Киврин. - Пойдем, я помогу дойти до уборной. Кира была максимально благодарна тому, каким чутким был ее вечный жених. Она быстро привела себя в порядок и вышла в более собранном виде. - Пойдем, - она схватила Киврина за запястье и потянула в зал. – Ненавижу аппелировать тем, что я женщина, и поэтому опаздываю. - Стой-стой! Киврин притормозил. Он задумчиво посмотрел на Киру и, немного небрежно махнул рукой. Строгое офисное платье немедленно трансфигурировало в куда более праздничное – летящее и более открытое. - Ну, вот так гораздо лучше. Они быстро шли в сторону актового зала. Распахнув двери, Кира Анатольевна большими шагами преодолела половину пути и остановилась. - Товарищ Сатанеев. Не хотите ли объясниться?! - Кира Анатольевна? – Кто-то из окружавших Сатанеева важных людей из комиссии, удивленно замотал головой, смотря то на Сатанеева, то на Шемаханскую. – Как это понимать, Аполлон Митрофанович?! Вы же сказали, что Кира Анатольевна… уехала вместе со своим женихом в Москву! - Куда я уехала?! Киврин, откашлявшись, решил воспользоваться ситуацией: - Жених тоже здесь,- он махнул рукой на себя, - так что, это - полная ложь. - Иван Степанович! Не к месту ваши шутки! – Кира сделала еще пару шагов и показала комиссии следы от магических пут на запястье. – Товарищ Сатанеев счел, что меня можно обмануть дважды. - Как вы… Они же не снимаются! Сатанеев махнул волшебной палочкой в сторону Шемаханской, но, вместо нее, сам оказался обвязан яркими подарочными лентами. - Что происходит?! Что такое творится, товарищи! – Он катался по полу, как червяк. Кира отшагнула от Сатанеева, как только он подкатился к ее ногам. - Обворожительная, что же вы творите?! - Она?! Обворожительная?! – Алена топнула ножкой, наблюдая за тем, как Сатанеев упорно пытается доползти до ног начальницы. – Так вы, Аполлон Митрофанович, не только за мной ухаживаете?! Тогда я… Она повернулась к неожиданно появившемуся рядом Ивану Пухову и впилась в его губы, жестко схватив его за голову. Раздался грохот, сверкнула молния. Начался ужасный переполох. Киврин успел оттащить Киру подальше от суматохи, где помог опуститься на ступеньки, подложив свой модный пиджак. - Они точно донесут о произошедшем наверх... От невеселых мыслей ее отвлек очень внезапный поцелуй, которому она, все же, с удовольствием отдалась. Внезапно раздался восторженный шум. Кира повернула голову, чтобы посмотреть, что происходит. Маленькая сестра Ивана Пухова – Нина - успела загадать палочке желание, и все украсили яркие атрибуты праздника. Тем временем, Киврин продолжал покрывать поцелуями ее шею и подбородок: - Ваня, хватит! – Кира выставила ладонь, закрывая губы Киврина и изящно поднялась со ступенек, забрала у Нины - Волшебную Палочку. – Вот вы и смогли наблюдать, наконец, на что способна наша волшебная палочка! Кира изящно перешагнула все еще валяющегося Сатанеева и направилась в сторону ошарашенной комиссии. - В качестве новогоднего подарка хочу предложить вам загадать самое сокровенное желание! Передав палочку первому из комиссии, Кира сделала шаг в сторону и спиной наткнулась на неожиданно появившегося там Ивана Степановича. - Ваня, не пугай меня так. - Я теперь от тебя ни на шаг не отойду. Стоит оставить тебя одну, ты творишь непонятно что. Кира раскраснелась - то ли от возмущения, то ли от смущения: - Что, прием Сатанеева понравился?! Беспомощные ведьмы заводят? - Ну, что ты. Хотя, конечно, для того, чтобы наконец отвести тебя в ЗАГС, наверно, этот прием идеально подходит. Иван Степанович крепко держал свою невесту за талию, так как заметил, что она немного прихрамывала. - Может, все же, снимешь каблуки? Ты уже от них хромаешь. - Я ногу подвернула, когда пыталась уйти от Сатанеева. Каблуки здесь не причем. Киврин совершенно неожиданно снова подхватил Киру на руки и с довольным выражением лица сделал несколько вальсирующих шагов прежде, чем опустить ношу на ближайший стул. - Сорвешь себе спину… - Это будет самая приятная травма, которую я получу. С трудом освободившийся Сатанеев как раз направлялся к парочке, когда Ковров подставил ему подножку. Шемаханская подтянула немного ноги к себе, когда прямиком к ним подъехал Сатанеев, проскользив на бархате пиджаке. - Кира Анатольевна! Несравненная! Я ж все на благо Института нашего! – Он схватил Шемаханскую за ногу и принялся подниматься по ней, но столкнулся с лицом наклонившегося Киврина. - Руки, Аполлон Митрофанович, прочь. Тот сразу же поднялся, что-то нечленораздельно бормоча. - Вы, Аполлон Митрофанович, можете исправить ситуацию одним своим желанием. - Все для вас, Кира Анатольевна! - По собственному желанию исчезните из Института. Резко скисшая физиономия Сатанеева потемнела: - Кира Анатольевна, а ведь я храню ваш секрет о недобросовестном использовании запрещенной темной магии! - А я, Сатанеев, храню целую папку доносов на ваше недобросовестное поведение в течении всего срока на должности! Сатанеев внезапно рванул, желая будто укусить Киру, но та отпрянула, и зубы клацнули в воздухе. - Сумасшедший! Подскочившие Ковров и Брыль оттащили Сатанеева прочь, а Киру аж передернуло от воспоминаний. - Отвратительно. Хочу принять ванну. - Мы можем сейчас же заказать себе такси домой, аккурат с помощью палочки… Киврин продемонстрировал предмет, который у кого-то умыкнул. Кира посмотрела своими большими глазами в ответ и кивнула, соглашаясь. Конец🥹