Подарок под елкой

Комнату отдыха дэйдрим уже украсили к новому году. На стенах мигали гирлянды, развешены вырезанные снежинки, на окно небрежно брызнут искусственный снег. Наверно, это делал кто-то такой же незаинтересованный, как мистер Козёл, Сахён. Сольым был измотан, но не сломлен. Впереди новый год, мандарины и отпускные. Конечно, в дэйдрим это было символично. Он зашел в комнату отдыха в филиале, где уже стояла украшенная елка в углу. Будь-то ему больше нечем заняться, директор Хо дал ему еще и задание, что никак не относиться к проекту. Просто развлечение под стать рождественской атмосфере, тайный Санта. Сольым притащил коробки в несколько ходок и уселся возле ёлки. — О, друг. Это никак не то, чем обычно занимаются ведущие. Сольым был не против заняться этим поручением, будь он не в коротком перерыве между экспедициями. Косуля достал также все, необходимое для украшений. Ленты, банты, обертку, ножницы. Еще он вытащил из кармана батончик из орехов и бананов. Шурша оберткой, он осматривал объем работы. Подарков здесь было определенно больше, чем чем только от их скромной команды. Наверняка посчитали и агентов бюро, и еще сотрудников из других отделов. Часть вещей даже не была внутри изначальных упаковок. Среди подарков были как и обычные для корпоративной жизни, как шампунь и конфеты, так и более выделяющиеся: две пачки бумаги, маленькая коробочка с украшением, набор кухонных ножей, подушка в виде пингвина, набор маленьких чашечек. Список можно было продолжать, но Сольым только окинул всё это взглядом мертвеца. Он тут заснет, либо же закроет глаза по другой причине. — Если у вас есть свободное время, навестили бы студию этого Брауна, — кролик сидел в переднем кармане пиджака. — Это задание от Хо Ювона, — Соль потянулся к мандаринам на столике. Нельзя ему сейчас моргать, а то заснет, но нужно хотя бы поесть. — Полноценное питание важно, но тебе это бесполезно говорить, — с досадой отчеканил ведущий. Тьма, наверное, не ест мандарины. — Даже если не сделаю я, передадут другому сотруднику. Браун не сказал, но Сольым все равно услышал от него это “И?” — Ладно, мой друг. По крайней мерке, этот Тайный Санта будет выглядеть элегантней, раз за него взялся мистер Косуля. Сольым перекусил, оставил обертку и кожуру на столике, и приступил к упаковке. В комнате в центре стоял стол и диван, стулья. Под стеной были тумбы и столы, на одном из них стояла кофе-машина. Теперь помещение украшала еще и атрибутика нового года. — Косуля? Косуля упаковывал ножи, но всё так обернулось, что те выскальзывали из ослабленной хватки. Благо ножи остались в покупной упаковке и не могли ничего порезать. — Дорогой друг, — Браун звучал спокойно. Сольым открыл глаза и посмотрел перед собой. Он проснулся. — Если устал, тогда ляжеш на диван? Сольым, не двигая головой, перевел глаза на пол. Его рука обвита лентой, чтобы удобно разматывать рулон; в другой между пальцев — отрезки скотча. Ноги случайно притоптали часть яркой бумаги. Ножницы лежали отдельно, чтобы не пораниться в полудреме. — Осталось не так много, — Соль потянулся за следующим подарком. Он находился дальше, аж под стенкой. Соль нагнулся и прижался к полу, протягивая руку. Еще немного, он прополз опираясь на колени. Тогда, лежа на животе, Соль посмотрел на пакет какого-то редкого чая перед собой. Он захватил пакет за край и перетащил поближе к месту упаковки, но вернуться самому было лень. Он протянул руку с чаем и ухватился за подушку-пингвина. — О Боже, друг. Сольым уткнулся головой в подушку. Нога запуталась в ленте, что обвилась вокруг, а от туфли тянулась дальше вокруг ёлки. Сверху над Сольымом висели игрушки с нижних веток, а руки были обклеены в маленьких бантах и скотче, что было и на остальной его одежде. Маленькая плюшевая игрушка в переднем кармане придавилась под весом к полу. — Не то чтобы я был против, но, Косуля, давай ты будешь спать на диване. Сольым спал не сопя. Он бесшумно, словно прячась, отключился под ёлкой. — О святой шоу бизнес. Возмущению маленького, магкого, но придавленного кролика не было предела, а после в тихую комнату кто-то зашел. — Косуля? Директор тебя искал. Или его здесь нет. Ой, — Ын Хандже уже осмотрела всю комнату, когда заметила туфли под ёлкой. А в туфлях — человек. Она молча наклонилась. Косуля? Он замотался, в прямом и переносном смысле этого слова, и, словно не дыша, лежал на полу. Хотя можно было подумать о разном, кажется, он просто спал. Но прямо на полу, обмотанный сам как подарок. Ын Хандже пошла к дивану, чтобы захватить плед, и аккуратно накрыла им Сольыма. Он выглядел так, словно не проснеться, даже если перетаскивать его тело. Но она не хотела мешать идиллии и лишний раз тормошить Соля, раз он наконец мог отдохнуть. Ын Хандже посмотрела в сторону. Лежали разномастные вещи, которые она ожидала или же удивилась здесь найти, а также всё нужное для упаковки. Ее внимание привлекли бирки. Она взяла их и перевела взгляд на Сольыма, скрытого под ёлкой. Ын Хандже выпала интересная возможность, оставалось думать, как ей лучше воспользоваться. Она прикрыла рот рукой, опершись на локоть, и откинула пару паршивых идей. Определенное имя тоже не подходило бы. Тайный санта? Тоже нет. Сладкий подарок? Уже лучше. Ын Хандже отняла руку от лица и взяла маркер. Она написала. Сладкий подарок от Тайного Санты. Без указаний получателя. Не хватает только чего-то. Отпечатка губ? Она может оставить свой. Тогда она так и сделала. Жаль, что не Соля. Маркером она еще пририсовала в углу голову зайца с ушами. Теперь это точно карточка Сольыма. Ын Хандже ушла, позвав кого-то вместо себя, кто встретился по дороге. В комнате оставалась тишина и медленно мигала гирлянда. Открылась дверь и последовал звук ботинок. — Косуля, аа..? Судя по запаху, Косуля лежал на полу. Джей быстро нашел его. Состояние не хуже, чем когда он был 130666, но тоже нехорошее. По крайней мере, он лежал под пледом. Джей проверил, жив ли Соль. Едва подает признаки, но да, жив. Кожа Сольыма была холодной несмотря на плед, а подушка крепко прижималась руками к груди и голове. А еще висела бирка. Джей прочитал ее. Шутка, понятно. Ын Хандже, вероятно. Джей осмотрелся. Он убрал часть лент с волос Сольыма и накинул на него второе одеяло. Еще бы подушку. В целом, помочь чем-то Сольыму, не побеспокоив его, тяжело. Джей убрал еще несколько лишних вещей и осмотрел одеяла. Должно стать теплей. Он ушел, тихо закрыв дверь. Надо будет зайти через несколько часов и спросить, всё ли с ним нормально. Человеческому телу нужны человеческие условия, чтобы нормально функционировать. Ёлка мерцала и свет гирлянды отражался в остальных предметах: окне, стекле кофемашины и в лакированных носках туфель. Сольым спал так, словно нажал на специальную кнопку выключения. Пледы лежали аккуратно и не тронуто, ленты не сдавливали, бирка спокойно свисала. Только брелок, придавленный к полу, иногда начинал причитать, но случайный сотрудник не мог услышать его бормотания. Тишина длилась недолго. — …что это у нас тут. Сахён остановился у порога и просто смотрел. Взгляд скользнул по коробкам, по полу, к ножницам и только потом — под ёлку. Он подошёл ближе — Косуля? — Можно было не звать этот подарок под ёлкой “Сэр”. Сольым не ответил, так что Сахён наклонился, внимательно осмотрел плед, ленты, бирку. Его уголки губ потянулись вверх, но улыбкой это назвать было сложно. — Тайный Санта, — повторил он негромко. Сахён выпрямился, взял ещё одну карточку и легко вывел слова. Остерегайтесь серийного маньяка. Нет, не то. Сахён убрал бирку в карман и сел возле Сольыма. На нем были ленты. Сахён следил за тем, как они обернуты и куда тянуться. От любопытства он взял мотки и стал завязывать бантики, как его учила сестра. Розовые и красные банты отправлялись на волосы и пиджак Сольыма. Несколько оказались на руках и брюках. Сахён оценил проделанную работу и с ужасом заметил, чем он был занят. Конечно, также ужасно, что его могли увидеть, но больше шокировало, что Сахён вообще этим занимался. Развешивал бантики на бывшем соседе-психопате. Был бы это Виноград, еще можно понять, но этот сумасшедший Сольым — нет. Сахён резко поднялся, но еще раз вернулся взглядом к Сольыму. Он же может сфотографировать эту сцену. После краткого щелчка, не верящий от ужаса Сахён вышел в коридор. Когда вошёл Хо Ювон, он не удивился. Он вообще редко удивлялся. — …работает, значит. Он подошёл к ёлке со скрещенными руками, осмотрел ее, начиная от звезды на верхушке и заканчивая подарками на полу. Косуля выглядел как часть интерьера и мог выделяться только количеством бантов. Хо Ювон прочитал бирку. — Хм. Он не стал ничего дописывать, а просто снял одну из лент с нижней ветки и аккуратно, не спешно добавил её к остальным, закрепив на плечах. — Раз уж подарок, — сказал он спокойно. И вышел, будто ничего необычного не произошло. Браун появился, поднося руку в перчатке к экрану. Он был здесь и раньше, но просто в качестве брелка. А теперь Браун сидел возле своего друга, потому что ему не было места лечь рядом. И было кое-что еще. — …о святой шоу бизнес, — вздохнул он. Он сел рядом прямо на пол, не трогая Сольыма. Так и продолжал смотреть на него. Сцена, что вряд ли еще повториться. Она была не самой приятной, но Браун запечатлил в свои записи, чтобы снова пересмотреть. — Друг мой, — тихо сказал он. — Вы снова опередили новый формат. Он перевел взгляд на бирку. Браун не взял маркер, а достал из кармана маленькую, почти незаметную карточку — не корпоративную и не из набора, а свою. И просто вложил её под плед, туда, где лежала ладонь Сольыма. На карточке был маленький логотип шоу, с подписью ведущего и аккуратно выведенным “Дорогой друг”. — Пусть будет так, — сказал Браун. Позже заглянул Ли Джахон. Он не вошёл, а просто посмотрел издалека и тихо закрыл дверь обратно.

***

Во сне Сольым сидел в ёлочной игрушке, что повесили на ёлку. А если еще точнее, то на мягком и удобном хорошем друге, хоть он и был в своей первоначальной форме. Если Сольым сидел на коленях и не достигал макушкой верха, то Брауну пришлось лечь на спину и согнуть ноги. Сольым, сидя где-то на животе Брауна, увидел, как ткань на ведущем неаккуратно покрылась складками и потеряла презентабельный вид. Он стал искать, куда может пересесть. Браун, выказывая странное расположение, улыбался. При ёрзании Сольыма он легко поднял руки и положил их на поясницу Косули. Но Сольым всё равно поднялся, переместив вес на одно колено. Для опоры Сольым слегка схватился за один рукав ведущего. Переставив ноги, Сольым оказался сбоку от Брауна. Он опустился на стенку ёлочного шара и пиджак тут же смялся. Ноги, как и у Брауна, пришлось согнуть, но под менее острым углом Сольым глянул на Брауна полуоткрытыми глазами. С ним всё хорошо. Тогда Сольым положил одну руку себе ниже груди, а вторую оставил свободно лежать вдоль тела, частично скрытой под смятой одеждой. В его пустой руке что-то зашевелилось и Сольым приоткрыл один глаз. Ага, это рука в перчатке. Сольым и так лежал плечом к плечу с ведущим, в этой игрушке даже не было ровного дна, только сфера из прозрачной стенки. Поэтому они оказались в таком положении. Это еще хорошо, что не тьма. — Браун. — Что, Косуля? — он не двинул головой, только немного крепче сжал руку. Не зря говорят, что спать с чем-то в руках, как с мягкой игрушкой, однозначно приятней. Да Бог уже с этим Брауном. — Тебе ничего не мешает? — Сольым следил за его реакцией полуоткрытыми глазами. — Для снов такое нормально. Я понимаю, что они не могут следовать той же логике, что и реальность. Короче он не против. — Хорошо, — Сольым уже стал дышать медленнее, дремая. Хотя он точно лежал сбоку от Брауна, большое тело точно сначала возвышалось над ним, а после уже Сольым оказался лежащим на груди Брауна. — Только не сравнивай себя с котом, вы не равноценны. — Я и не сравнивал, я и есть кот. Одно из заражений, — бормотал Сольым.

***

Косуля проснулся через какое-то время и не сразу открыл глаза. Сначала почувствовал тепло, потом — вес. Он осмотрелся и увидел то, чего не было, когда засыпал. Банты, бирки и одеяла. Из руки выпала еще одна открытка или карточка. Сольым только вздохнул, подтянул плед и встал, укутываясь в него — Ладно. Он проверил время и решил, что будет досыпать на диване. Также обязательно проверил тело хорошего друга — немного помятая. Сольым сонными движениями достал кролика из нагрудного кармана и стал расправлять плюш. — Браун, прости. — … — Браун? Возможно, нужна будет еще одна ванна. — Нет, но моему хорошему другу было бы хорошо сначала привести себя в порядок. Ёлка продолжала мигать и лицо Сольыма тоже окрашивалось в разные цвета. Он завел руку в волосы и стал снимать банты и ленты. Они убирались на удивление быстро. Похоже, что Браун помогал. — Хочу поскорее избавиться от этого кошмара, — добавил Браун. Сольым смотрел на гору лент на столе перед ним. С опозданием он заметил самую большую ленту на плечах, а после — и ленты поменьше на ногах. Соль снял их вместе с Брауном и накрылся пледами, лег на бок на диван. Тело маленького друга, теперь расправленное, сидело на столе напротив, рядом с визиткой шоу. — Спокойной ночи, Браун. — Сладких снов, Косуля.