Beautiful nightmare

You could be a sweet dream or a beautiful nightmare

Ты можешь оказаться сладким сном или ночным кошмаром

Either way I don't wanna wake up from you

Но как бы то ни было, я не хочу просыпаться.

Sweet dream or a beautiful nightmare

Сладкий сон или ночной кошмар?

Somebody pinch me, your love's too good to be true

Ущипните меня, твоя любовь слишком прекрасна, чтобы быть явью.

      Больно. Первым ощущением, которое испытал Ло Бинхэ в бездне, была жгучая боль. Было это из-за сломанных костей после падения или от отравленного воздуха Бездны - он еще не понял. На состояние тела в тот момент было плевать, куда гаже себя чувствовала душа. Грязный. Брошенный. Нелюбимый.       - Эй, пацан, если не поторопишься привести себя в порядок – нас прикончит тот Башэ неподалеку. - голос Мэнмо в голове вернул Бинхэ в реальность.        - Пускай, – сказал полудемон вслух. Срастит он кости под влиянием крови, встанет с раскаленного песка, найдет, чем отбиться, победит Башэ – а дальше? Появится кто посерьезней этой мерзкой гадюки. Без своего меча, на голом энтузиазме Мэнмо - он далеко не пройдёт. А зачем идти дальше? Кто ждал Бинхэ на том краю Бездны? Полчища тварей, готовых растерзать любого кто даст слабину.        - Вставай, парень! Если заснешь сейчас – на поверхность не выберешься. – крик Мэнмо сильно давил на виски. Так сильно, что хотелось найти вещицу поострее и вонзить в глазницу, что б снять это давление. Выбраться на поверхность? Вернуться домой? А где его дом? Кого он нынче может назвать своим домом? Кто будет грустить по Бинхэ? Матушка давно почила, и их ветхий домик у реки Ло стал пылью. Шицзе Нин заплачет, но Мин Фань быстро её успокоит. Этот крупный раздолбай всегда был внимателен к шицзе…и к шицзуню. Шицзунь. Шицзунь не будет плакать, шицзунь не будет грустить, но быть может, шицзунь будет помнить. Будет помнить как раньше этот ученик приносил свежей каши утром, как приносил чай комфортной температуры (Как же Бинхэ долго экспериментировал с пропорциями). Как этот ученик был верен. Нет, не ученик. Чудовище. Чудовище всегда было рядом с шицзунем. Приносило ему кучи хлопот. Чудовище было слишком слабым, медлительным, недалеким, чужим. Ежели так, то пусть шицзунь не вспомнит, что на пике был ученик с именем Ло Бинхэ. Пусть забудет. Разум Бинхэ был как нельзя чист и спокоен в этот момент, если не учитывать вопли старейшины Мэнмо, пытающегося заставить Бинхэ скорее использовать мощь кровяных паразитов и залечить раны. Сон лучше всего лечит раны. После избиений на пике, лишь сон в дровяном сарае помогал Ло Бинхэ настроиться на следующий день. Значит, Ло Бинхэ уснет сейчас, и было бы славно, если он не проснётся. - Ло Бинхэ, проснись, – Мэнмо все не унимался. – Ученик Ло, открой глаза. – Это не Мэнмо? Бинхэ с трудом поднял веки и не увидел пред собой клубы ядовитого тумана. Тело больше не ломило, и голова не раскалывалась. Он приподнялся на локтях и осмотрел новое место. Сразу в глаза бросилась знакомая зелень бамбука, запах травы и… подолы одежд цвета цин.       - Шицзунь? - прежде чем он смог произнести что-либо, знакомый голос перебил его.       - У нас мало времени, Бинхэ. Башэ, которого ты видел, чаще охотиться на крупных существ, так что тебе будет легко избежать встречи с ним. Вырой углубление в земле и жди. Плохая новость всё же есть, раз Башэ здесь, значит рядом бродят и те на кого он охотится. Всё, что тебе надо сделать в данный момент – залечить раны и наблюдать в какую сторону он поползёт. Так ты поймешь радиус, в который пока не стоит ходить. Как змей удалиться на безопасное расстояние собери слизь, которая осталась после него и намажь на открытые участки кожи. Это защитит тебя от перепадов температур. Днём в бездне необычайно высокая температура, ночью же температура падает до критической отметки, – его шицзунь постукивал веером по руке, что значило, что тот переживает.       - Почему? – Ло Бинхэ задал единственный вопрос, что тревожил его и воззрился на лицо шицзуня, чьи брови были сведены к переносице.       - Этого я сказать не могу. Бесконечная бездна – слишком скудно изученная местность, – и не успел шицзунь продолжить рассуждения о бездне, как Бинхэ повторил свой вопрос.       - Почему вы бросили меня, шицзунь? Разве вы не говорили, что демоны заслуживают жизни. Так почему я не заслуживаю? Шицзунь, прошу, объясните этому ученику, что ему сделать, что бы заслужить жизнь. Что мне сделать, что бы шицзунь любил меня…        - Бинхэ, тебе нужно проснуться. Проснись, Бинхэ. Проснись..проснись..проснись, муж…

***

       Ло Бинхэ резко открыл глаза и сел на кровати. Шэнь Цинцю сидел рядом и гладил его по плечу. Он дома, а не в Бесконечной бездне. В кровати – не на раскалённом песке. Его шицзунь рядом. Нет, не так. Его муж рядом. Он повернул голову и посмотрел на обеспокоенное лицо Цинцю.        - Шицзунь, я разбудил тебя, прости. – Бинхэ постарался улыбнуться, что бы не заставлять своего мужа волноваться еще больше.       - Бинхэ, ты плакал. - шицзунь даже не исправил его обращение, - Тебе снова сняться кошмары?       - Практически не сняться. Мой муж рядом со мной, так что все в порядке. Слишком устал после собрания. Я практически неделю не видел своего мужа. Это кошмар наяву. – И ведь он практически не юлил. В бездне всё, что его окружало, было кошмаром. Во дворце Хуаньхуа кошмары снились каждую ночь. После… гибели шицзуня, Бинхэ практически не спал. Бывало, падал без сознания и тогда никакие сны его не тревожили. После событий на хребте Майгу кошмары вернулись. Но сейчас, после свадьбы, плохие сны совсем ушли. Он слишком соскучился, вот и вспомнились былые времена.        Кажется, на Шэнь Цинцю его ответ не произвёл никакого эффекта и он повторил: -« Хочешь поговорить о своих снах?»        Бинхэ поджал губы, но сказал коротко: – «Бездна».       Тема Бездны беспокоила их обоих до сих пор. Больше всего Ло Бинхэ не хотел заставлять шицзуня чувствовать себя виноватым. Он уже понял, что шицзунь не хотел сбрасывать его туда. Шицзунь грустил, плакал, помнил и ждал. Но Бинхэ так и не получил ответ на вопрос «Почему?». Он соврёт, если скажет, что его это не волнует. Шицзунь расскажет. Через время, но расскажет, а пока Бинхэ достаточно знания, что его шицзунь его любит.       - Бинхэ, мне жаль. Я не смогу понять того, что ты пережил там, и я сожалею о том, что никак не мог тебе помочь, но сейчас, я могу тебя выслушать. И завтра я схожу на Аньдин. У них был артефакт для хорошего сна, не знаю, правда, сработает ли он на небесного демона. Если нет, то я…- Шэнь Цинцю, как и всегда, пустился в свои рассуждения, даже не замечая, что говорит неформально.        - Муж, - Бинхэ накрыл его руки своими, и Шэнь Цинцю поднял глаза, - Возможно, ты этого не знаешь, но именно ты спас меня в Бездне. Каждый раз в моих снах шицзунь предавал мне сил идти дальше. Прекрасные сны или кошмары – неважно. Пока шицзунь есть в них – я счастлив. Эти сны, как напоминание, что даже смерть не может разлучить нас. Твое имя высечено на моём сердце. Он бьется ради тебя, муж мой. Как же ты можешь говорить, что не помог ничем?        - Моё сердце так же бьется из-за тебя и для тебя, Бинхэ.- ему еще надо привыкнуть к такому открытому шицзуню.       - Я люблю тебя, шицзунь. – Бинхэ улыбнулся во весь рот и прижал Цинцю к себе.        - Сколько раз этот мастер просил не называть его «шицзунем» в постели?! – Шэнь Цинцю успокоился и обмяк в руках Бинхэ, поглаживая его по спине.       - Прости-прости, муж. – Ло Бинхэ тихо засмеялся. Уже, будучи в полудрёме, он услышал, как шицзунь сказал «На Аньдин всё же надо заглянуть». В ту ночь и многие следующие, Бинхэ спал без кошмаров, но даже если таковые случались, его муж всегда спасал его. Ведь Шэнь Цинцю был его сладким сном, прекрас ным кошмаром и любимым пробуждением.