Из пепла к свету

Первые дни Найали в клане Оматикайя прошли тихо. Она почти не говорила. Ходила рядом с Тайр’эной, держась за край её накидки или просто шла следом, шаг в шаг. Старшина заметно постарела за эти дни. Полёт, дым, пепел — всё это отняло у неё силы. Она часто останавливалась, опиралась на посох, дышала медленно и тяжело. — Я рядом, — всегда говорила она. — Пока могу. Найали кивала. Она понимала, что значит это «пока». Оматикайя жили иначе. Не было постоянного жара, треска лавы, запаха пепла. Здесь всё было зелёным, влажным, слишком мягким. Найали первое время вздрагивала от каждого шороха — в лесу звуки были тихими, но их было много. Дети клана играли неподалёку. Смеялись. Бегали. Прыгали с корней на корни. Она смотрела на них издалека. Ло’ак заметил её почти сразу — и нахмурился. — Она странная, — сказал он Нетейаму. — И птица у неё… не лесная. — Она пережила катастрофу, — спокойно ответил Нетейам. — Дай ей время. Но Ло’ак не спешил. — Говорят, огненные нави хитрые, — пробормотал он. — И злые. Найали это услышала. Она ничего не сказала. Только отвела взгляд. Кири смотрела на Найали иначе. Не как на чужую — как на что-то необычное, но не злое. Иногда она подходила ближе, садилась рядом, молчала. Однажды осторожно коснулась её руки — и замерла. — Ты… тёплая, — сказала она тихо. Найали посмотрела на свои ладони. Они были чуть темнее, чем у лесных нави. На кончиках пальцев — едва заметные узоры, словно следы пепла, которые не смывались. — Я из огня, — просто ответила она. Кири кивнула. Будто этого было достаточно. Нейтири не была рада появлению Найали. Она не показывала этого открыто, но и тёплой не была. Для неё это был еще один чужой ребенок, которого принёс Джейк. А чужих детей в её жизни уже хватало. У Нейтири были свои: Нетейам — старший, ответственный. Ло’ак — шумный, упрямый. Тук — совсем маленькая. Кири — не рождённая ею, но любимая как родная. И ещё Паук — человеческий детёныш, который вечно крутился рядом с её детьми и которого она так и не смогла принять. А теперь — Найали. Девочка была нави. Настоящей. Но другой стихии. Нейтири видела это сразу. У Найали была иная кожа — светлее, теплее по оттенку. Пальцы длинные, движения резкие. Она смотрела на огонь не как лесные нави — не с осторожностью, а с интересом. Иногда слишком пристальным. Нейтири это не нравилось. — Она из клана огня, — сказала она Джейку в первую ночь. — Такие нави бывают жестокими. — Она ребёнок, — ответил он. — И осталась одна. Нейтири промолчала. Она не спорила с Джейком. Прошло три года. Найали выросла. Она уже не выглядела той маленькой девочкой, которую привезли на большой птице. Стала выше, вытянулась, движения стали увереннее. В её походке появилась осторожная грация — не лесная, а иная, более резкая, как у тех, кто привык выживать. Дети Джейка тоже изменились. Нетейам стал выше и серьёзнее. Он всё чаще тренировался с воинами, помогал отцу, учился быть лидером. Ло’ак всё так же попадал в неприятности, но стал сильнее и упрямее. Он всё ещё спорил с Найали, но уже не называл её чужой вслух. Кири росла тихой и странной, часто пропадала у Священного Дерева и всё больше чувствовала Эйву. Тук уже бегала сама, смеялась громко и тянулась к Найали, как к старшей сестре. Совсем недавно старина Манкванов Тайр’эна отошла в мир иной. Старшина была совсем слабой. Её шаги были медленными, дыхание тяжёлым. Она часто сидела у корней деревьев и долго смотрела в небо, будто слушала то, что другим было недоступно. Ее последние слова были адресованы Найали: «Ты больше не одна…» Девушка сидела рядом, не двигаясь, пока дыхание Тайр’эны не стало совсем тихим… а потом исчезло. Когда Нейтири и Джейк пришли, Найали всё ещё держала её руку. Она не плакала. Только крепко сжимала украшения своего клана. В тот день Найали поняла окончательно: прошлое осталось позади. А впереди был путь, который ей предстояло пройти самой.

***

Охота на небесных людей стала привычной. Джейк не скрывал этого — он готовил детей к войне. Не к игре, не к защите, а к настоящему бою. Он учил их двигаться тихо, читать следы, распознавать технику людей. Иногда — пользоваться их же оружием. Найали научилась быстро. Автомат в её руках не казался чужим. Джейк показал, как держать, как снимать с предохранителя, как целиться короткими очередями. Она слушала молча, внимательно. Не задавала лишних вопросов. — Только в крайнем случае, — сказал он. — Это не наше оружие. Найали кивнула. Она знала. Но также знала, что огонь — это тоже инструмент. Позже Джейк дал всем тонкие голосовые датчики. Их носили на шее, под ожерельями, почти незаметно. — Если что-то случится — зовите, — сказал он. — Всегда. В тот день они вышли на охоту группой. Цель — транспорт небесных людей. Уничтожить, забрать оружие, исчезнуть. Джейк отдавал команды чётко. Нетейам слушал без вопросов. Найали держалась рядом, как тень, спокойная и собранная. Ло’ак… Ло’ак снова хотел доказать, что может больше. Он ослушался. И в итоге пострадал его старший брат. Джейк был зол. Не просто раздражён — по-настоящему зол. Он стоял перед ними, напряжённый, сжатый, голос низкий и резкий. — Я дал чёткий приказ, — сказал он. — Чёткий. Оставаться на позиции. Ло’ак смотрел в сторону. Молчал. Он знал, что виноват. — Ты решил быть героем? — Джейк шагнул ближе. — Думаешь, война — это игра? — Я хотел помочь, — выдавил Ло’ак. — Ты хотел доказать, что умнее всех! — рявкнул Джейк. — И из-за тебя мы чуть не потеряли твоего брата! Он резко повернулся к Нетейаму. — А ты? Ты старший! Ты должен был его остановить! Нетейам стоял прямо, хотя было видно — ему тяжело. Он держался из последних сил. — Он мой брат, — спокойно сказал он. — Ты должен был думать! — голос Джейка сорвался. — Команда важнее чувств! Кровь капнула на землю. Нейтири увидела это первой. — Достаточно, — резко сказала она. — Твой сын истекает кровью. Джейк замер. Посмотрел на Нетейама. Только теперь — по-настоящему. Увидел, как тот побледнел, как напряглась его спина, как дрожат пальцы. Молчание затянулось. — Иди, — наконец сказал Джейк глухо. — Перевяжи рану. Нетейам кивнул и развернулся. В медицинском укрытии было тихо. Только шорох листьев, слабый запах трав и приглушённое дыхание. Нетейам сел, опираясь рукой о камень. Он снял защиту со спины, стараясь не показывать боль. — Тебе не нужно было идти за мной, — сказал он, будто оправдываясь. Найали уже была рядом. Она ничего не ответила сразу. Достала травы, аккуратно размяла их между пальцами. Запах был резким, огненным. На ней была лёгкая красная туника — скорее как ткань, открывающий плечи и тонкая шаль, закреплённая на поясе. Всё удобное, всё для движения. — Повернись, — сказала она спокойно. — Я сам. — упрямо ответил юноша. — Да брось, — спокойно сказала Найали. — Спина. Одному невозможно. Он помолчал. Потом всё же повернулся спиной. Найали аккуратно убрала ткань, осмотрела рану. Лицо её стало серьёзным. Она нанесла мазь на кожу. Запах был горьким, резким. Нетейам вздрогнул. — Терпи, — тихо сказала она. Она перевязала рану большим плотным листом, туго, но аккуратно. Её движения были уверенными — не суетливыми, не робкими. Между ними было тихо. Не неловко. Не напряжённо. Просто спокойно. — Спасибо, — сказал Нетейам наконец. — Ты бы сделал то же самое, — ответила Найали.

***

Однажды дети ушли слишком далеко. Ло’ак снова повёл за собой остальных — Кири, Тук и Паука. Они хотели посмотреть, проверить, доказать. Никто из них не ожидал, что небесные люди в форме нави окажутся так близко. Джейк, Нейтири, Нетейам и Найали выдвинулись сразу, тихо и быстро. В лесу было шесть вооружённых солдат. Нейтири начала первой — убила двоих стрелами. Остальные военные нави использовали детей как щит. Джейк вступил в бой. Детям удалось вырваться и убежать. Нейтири была в шаге от смерти, её спас Нетейам. Старший сын сам чуть не погиб, но Джейк прикрыл его. Найали увела детей в безопасное место. Все выжили. Но Паука забрали небесные люди. Джейк понял, что Куоритч охотится именно за ним и его семьёй. Оставаться в клане стало опасно.