Испорченный зайчик

***

Я не могу любить сильней

Ни мать, ни братьев, ни отца.

Я их люблю, как воробей,

Что ловит крошки у крыльца

******

Старый, местами уже слегка обветшавший дом, в котором теперь жила семья Петровых, тихо стоял под прохладным ветром. Порывы воздуха лениво шуршали в ветвях деревьев и время от времени касались потрёпанных стен.

Снаружи, у левой стены дома, стоял мужчина и сосредоточенно возился с электрическим щитком. Пальцы его быстро перебирали провода и инструменты. По лицу легко читались усталость и лёгкое раздражение. — Блять… Он тихо выругался себе под нос. — Дядя Саня! Это плохое слово! Мужчина поднял голову. Из открытого окна на втором этаже выглядывала маленькая девочка. — Оля! А ну закрой окно, — сказал он чуть строже. — Простудишься! — Сейчас! Оля осторожно закрыла раму и защёлкнула старую щеколду. В комнате было чуть прохладно, и она поёжилась, прислушиваясь к тому, как ветер тихо шуршит снаружи. Её комната была старой, но по-своему уютной. У стены стояла большая кровать с тяжёлым одеялом. На полу лежал мягкий ковёр с потёртым узором — из тех, что часто можно было увидеть в старых деревенских домах. В углу на низкой тумбочке стоял небольшой телевизор. Под ним лежал старый видеомагнитофон, со стопкой VHS-кассет. Комната пахла пылью, тканью и чем-то тёплым, домашним. Оля вышла из своей комнаты и направилась вниз. Спускаясь по лестнице, она неловко подпрыгивала со ступеньки на ступеньку, держась рукой за перила. Под конец девочка перепрыгнула последние три ступеньки и мягко приземлилась на пол. Недалеко от входной двери стояла старая вешалка. Оля сняла с неё свою куртку и быстро накинула на плечи. На мгновение она посмотрела на лежащую рядом шапку, будто раздумывая, стоит ли её надевать, но потом лишь тихо фыркнула и направилась к двери без неё. Затем Оля поспешно надела сапожки и выбежала на улицу. Снег мягко хрустел под ногами, пока она бежала к дяде Сане. Последний всё так же возился с проводкой, тихо бормоча что-то себе под нос. Оля подошла ближе, и хруст снега под её сапожками дал мужчине знак что пора отвлечься от щитка и перевести взгляд на девочку. Саня: Тебе что-то нужно Оль? Оля: Дядя Саня! Давайте отдохнём! Саня: Так-то ты и так ничего не делаешь. Оля: Давайте вы попьёте со мной чай? С хлебом и сгущёнкой! Саня: Я не люблю сгущёнку. Оля: А мой папа об этом знает? Саня: Дайка подумать. – мужчина приложил ладонь к подбородку и хмыкнув отчеканил отрицательный кивок головой. Оля хитро улыбнулась. — Значит в случае чего мы ели сгущёнку вместе и поэтому съедено много! — Я ведь ещё не соглашался. Оля прищурилась, будто что-то обдумывая. Потом вдруг довольно кивнула сама себе. — А вы и не должны соглашаться. Саня нахмурился. — Это ещё почему? Оля подняла палец, как будто объясняла очень важную вещь. — Потому что если вы согласитесь, то мы будем пить чай. А если не согласитесь — то я просто ем сгущёнку одна. Она хитро улыбнулась. — И тогда папе придётся сказать, что вы помогли мне её доесть. — Ладно-ладно. Только дай мне минуту. Я наведу тут порядок. — Хорошо! Оля развернулась и пошла обратно к дому. У двери она на секунду остановилась и машинально посмотрела в сторону двора. Между деревьями что-то мелькнуло — небольшое рыжее пятно. Оля прищурилась. Из-за ствола старой берёзы выглядывала лисья мордочка. По крайней мере, сначала ей так показалось. Но лиса стояла слишком высоко. Девочка моргнула и пригляделась внимательнее. За деревом неподвижно стояла фигура в рыжем, слегка облезлом пальто с белым мехом. На лице у неё была странная маска — рыжая, будто шерстяная, с вытянутой лисьей мордой. Один жёлтый глаз тускло поблёскивал сквозь прорезь. Руки фигуры, затянутые в чёрные перчатки, лежали по бокам совершенно неподвижно. Она просто смотрела и Оля смотрела в ответ. Несколько секунд они стояли неподвижно, будто разглядывая друг друга. Жёлтый глаз в прорези маски тускло поблёскивал, а рыжая морда казалась странно неподвижной, будто и неживой. Но пар, горячий пар исходил из области её закрытой пасти. Она дышала. — Чего встала? Оля резко дёрнулась от неожиданности и чуть не подпрыгнула на месте. Качнувшись, она обернулась и с лёгким укором посмотрела на дядю Саню. Тот, заметив её испуганный вид, только усмехнулся. — Напугал, что ли? Оля быстро повернула голову обратно к дереву. Но там уже никого не было. Только ветер лениво трогал ветви, и на снегу лежали длинные тени. — Случилось что-то? – уточнил Саня, переведя взгляд в ту же сторону, куда смотрела Оля. — Кажется… Саня с недоумением посмотрел на неё. — Кажется, я видела лисичку. — Лису? — Да – кивнула девочка. Саня на секунду задумался. — Они тут и вправду водятся. Но обычно избегают людских домов. — А почему? — Ну, это всё-таки дикое животное. Может чувствовать угрозу. Или просто держится подальше из соображений безопасности… – он хмыкнул. – Инстинкт самосохранения. — Инстинкт самосохранения? — У тебя, кстати, он отсутствует. Оля нахмурилась. — И почему же? — с лёгким раздражением спросила она. Саня кивнул на её голову. — Потому что ты в мороз без шапки вышла и стоишь тут. Дуй в дом давай, пока не заболела. Оля что-то недовольно буркнула себе под нос и направилась к двери. Через секунду она уже скрылась в доме, а Саня пошёл следом.

***

В это время, в небольшом сельском магазине на другом конце улицы, между стеллажами с продуктами ходили Антон и его отец Борис. Антон задумчиво рассматривал полки, время от времени беря в руки то одну упаковку, то другую. Борис же стоял рядом с корзиной и терпеливо ждал, пока сын определится. — Нам нужно взять много морковки – заявил Антон. Борис с непониманием посмотрел на него прежде чем ответить: — Дома уже есть морковка. — Её мало. — Её достаточно. — Её точно не хватит – уже с раздражением в голосе заявил Антон. — И почему же? — Тебе жалко потратить деньги на любимых детей? — Нет – твёрдо ответил отец – Но нужно знать меру. — Мама бы не спорила из-за такой мелочи. Борис на мгновение замер. Его рука, державшая корзину, чуть сильнее сжала ручку. Он отвёл взгляд в сторону полок, будто рассматривая ценники, и какое-то время ничего не говорил... Антон видимо принял молчание как утвердительный ответ и просто закинул пакет морковки в корзину.

***

Оля и дядя Саня сидели за старым деревянным столом, застеленным потёртой клеёнкой, у самого окна. На столе стояли две кружки горячего чая. Рядом дощечка с частично нарезанным хлебом и небольшая пиала, доверху наполненная сгущёнкой. Оля уже макала кусочек хлеба в сладкую массу, а Саня лишь покачал головой отпивая чая. — Я ведь говорил, что сгущёнку не люблю. — Значит мне больше достанется, — довольно ответила девочка. Саня лишь хмыкнул продолжая попивать чай. Оля: Вам грустно дядя Саня? Мужчина отложил кружку чая на стол и ответил: — Нет. Оля: Да? — Определённо. Оля: Вам скучно? — Немного – честно признал мужчина. Оля: Давайте я вам стихотворение расскажу! Саня с непониманием посмотрел на девочку, но заметив как её глазки светятся от этой идеи утвердительно кивнул. Оля: Снеговик, снеговик, Он не мал и не велик! Мы его слепили ловко, вместо носика — морковка. Улыбается хитро. Вместо шляпы — есть ведро! Саня тепло улыбнулся и на секунду перевёл взгляд к окну. Но почти сразу он снова посмотрел на Олю. Он глубоко вдохнул и, немного помедлив, спросил: — Как ты держишься бодрячком? Оля подняла на него глаза. — О чём вы, дядь Сань? Саня неловко почесал щёку. — Твой отец и брат тоскуют по Карине… – он на секунду запнулся. – А ты держишься бодрячком. Как у тебя это получается в такой обстановке? После этих слов Оля замолчала. Тишина на кухне вдруг стала тяжёлой. Девочка смотрела в кружку, медленно водя пальцем по краю стола. Саня мысленно выругался. «Нашёл время такие вопросы задавать…» — Извини Оля! — поспешно сказал он – Ляпнул, не подумав. — Всё в порядке, дядь Сань. — Мне правда жаль. Оля нахмурилась, затем прищурилась, сделала небольшой глоток чая и только потом ответила: — Если все будут горевать мы никогда не сделаем шаг вперёд. Саня слегка опешил. Он смотрел на неё несколько секунд, будто впервые видел. — Умно сказано. Девочка гордо улыбнулась и ткнула себя пальцем в грудь. Оля: Конечно умно. Я же девочка! – гордо подняв голову вверх ответила она. Мужчина улыбнулся. — И как это связано? Оля: Очень просто! Девочки всегда были умнее мальчиков! Саня: Боюсь ты исключение. Оля нахмурилась. — Ты сам назвал меня умной! — Я похвалил умные слова. Не твой ум. Мужчина с улыбкой отпил чай. Оля: Да ну тебя! – ответила девочка откусывая хлеб со сгущёнкой. Дядя Саня: Снег пошёл. Оля перевела взгляд на окно и без особого энтузиазма смотрела на падающие с неба снежинки. — И что? Здесь итак полно снега. — Хочешь сделать снеговиков? Девочка замолчала, но спустя уже секунду её лицо расплылось в ехидной улыбке. — Лучше! Мы создадим снежную армию! Я буду ледяной королевой! Оля спрыгнула со стула и подбежала к холодильнеку, открыла его и достала пакет с морковкой. — Я побежала на улицу! Не отставайте дядя Саня! Мужчина хмыкнул и быстро залпом допил чай, затем встал и перед тем как уйти посмотрел на оставшийся хлеб на столе. Меньше половины буханки осталась. — Прожорливая у нас королева – тихо и с улыбкой ответил он. Оля: Дядя Саня я вышла! Саня: Меня подожди!

***

Машина медленно подъехала к дому и остановилась. Борис заглушил двигатель и уже собирался выйти, но Антон опередил его и вышел раньше. С пакетами в руках Антон прошёлся по хрустящему снегу осматривая шеренгу из снеговиков окружавшую их дом. Он достаточно быстро обнаружил Олю и Дядю Саню что лепили очередного снеговика, это заставила Петрова улыбнуться и направиться к ним. В это же время отец Антона и Оли только покинул автомобиль. Оля: Тоша! – сестричка побежала навстречу брата а тот присел чтобы поймать её в объятия. Антон: Смотрю ты не скучала с дядей Саней. – с тёплой и мягкой улыбкой подметил старший брат. Оля: Конечно не скучала! Дядя Саня просто лучший! Мы ещё и поели хлеба со сгущёнкой! Борис: За мой счёт получается. – подметил глава семейства Петровых. Саня: Извиняй Казначей! Борис просто вздохнул и кивнул как бы прощая. — Ты поэтому настоял на покупке моркови Антон? — Подозревал подобный сценарий. – ответил сын выпуская сестру из объятий. — Почему не сказал прямо? — А ты бы поверил? Ты разве настолько хорошо нас знаешь? Подобные вопросы заставили Бориса замолчать и их настигла неловкая тишина. Казалось Антону это нравилось он хотел повернуться и сказать что-то ещё но..... Маленькая ручка дёрнула его за рукав. Это была Оля. — Давайте пойдём внутрь и все вместе попьём чай со сгущёнкой! Будет весело! Я обещаю... Антон посмотрел в её изумрудные глазки и его собственные глаза что раньше казались болотно-зелёными будто очистились от грязи и тины. — Конечно. Пойдём Оля! – он взял руку сестры в свою и повёл её в дом. – Дядя Саня идёмте с нами. Саня: Да я сытый! И чаю уже попил! Антон хмыкнул. — Я не стану настаивать. Но! На случай если передумайте для вас будет кружка полная тёплого и сладкого чая. Мужчина улыбнулся смотря вслед уходящим Петровым. Отец: Так! А морковь с снеговиков кто собирать будет? Антон: Тебе надо ты и собирай! Борис лишь развёл руками на грубость сына и затем перевёл взгляд на Саню стоявшего рядом. — Надеюсь с проводкой ты закончил? Саня помолчал, а затем поспешно удалился вслед за детьми. — Антон мне чай не сладкий! Без сахара! Борис: Саня! САНЯ! – отец семейства направился вслед за ними. Находясь внутри они все дружно сидели за небольшим столом и пили чай, Оля ехидно покусывала очередной бутерброд со сгущёнкой, Антон попивал чай изредка отвлекаясь чтобы вытереть рот сестрёнке, Борис изредка поглядывал на Саню со строгим выражением лица, а Саня.... Саня молча прятался за чашкой чая которую давно опустошил.

*********

Услышав это, духовник

Дитя за волосы схватил

И поволок за воротник.

А все хвалили этот пыл.

И не был слышен детский плач,

Напрасно умоляла мать,

Когда дитя раздел палач.

Мальчик бежал через тёмный густой лес. Снег валил крупными хлопьями, быстро заметая его следы. Ветки царапали лицо и цеплялись за одежду, но он даже не пытался их отодвигать. Он просто бежал. Где-то позади раздался хруст снега. Кто-то шёл за ним. Мальчик тяжело дышал, спотыкаясь о скрытые под снегом корни. Он обернулся лишь на секунду, но за падающим снегом ничего не было видно — только тёмные силуэты деревьев. И вдруг что-то острое полоснуло его по левому бедру. Боль вспыхнула мгновенно. Мальчик вскрикнул и потерял равновесие. Ноги подкосились, и он рухнул в снег, прокатившись несколько метров по склону. Холодный снег набился под куртку и в рукава. Он попытался подняться, но нога не слушалась. А хруст шагов за спиной становился ближе.

Вова.. Вова...

Я ведь предупреждала тебя.

Протянул мерзкий женский, искажённый голос, Вова поднял взгляд и перед ним предстала фигура одетая в тёмно-серое пальто тянущиеся до колен, лицо было волчьим с острыми клыками с паром исходящим из него. Собачьи уши дёргались то ли от холода то ли от предвкушения. Правая рука была с длинными, острыми когтями подобными лезвиям. Приглядевшись было видно следы крови на них, а также приходило понимание что это перчатка. — Пожалуйста..... Рядом с Вовой на снег падает конфета, красивая, обёрнутая в синий фантик, затем падает ещё одна уже в жёлтой упаковке, затем падает ещё несколько конфет, но всё это меркнет перед автоматом АК-47, он был пластиковым и краска на нём уже отчасти облезла. — Э-этт-тоо ? – в тоне голоса слышалось искреннее удивление. На голову Вовы что-то капнуло... Мокрое и склизкое....

Приятного пути Вова

Не было ни крика, ни слёз. Лишь кровь что впитывал в себя снег и тихое чавканье граничащее с хлюпаньем.