Сшей края моей боли

Pov: Миранда Я не знаю, зачем сказала это. Обычно я не смешиваю работу и личное. Личного вообще почти не существует - только две дочки, которых я вижу по ночам, и бывшие мужья, чьи имена я забываю быстрее, чем названия прошлогодних коллекций. Но Андреа сидела напротив, уставшая, с красными глазами, и в её молчании было что-то… знакомое. -Миранда, почему вы такая холодная? - всплывал её голос в моей голове. Я могла бы уволить её за этот вопрос. Или просто проигнорировать. Но вместо этого я решила… ответить ей? Зачем я вообще отвечала на её глупые вопросы - я понятия не имею, но прошлого не изменить. -Ты не представляешь, сколько я должна успеть за день, сколько сил трачу на этих глупых и слепых дизайнеров… И мои девочки… Им нужно уделять время, понимаешь? Я ужасная мать. Она не понимала. Конечно, не понимала. Откуда? Когда я везла её домой под дождём, когда спросила про парня и увидела, как она сжалась,-да, у меня должен был сложиться пазл ещё давно, что что-то не так. Чувство жалости не для меня, но она точно не заслуживает такого отношения к себе. Она спала на диване в моём кабинете. Я пришла рано, как всегда в пять утра, и села в кресло напротив, наблюдая, как она дышит. Синяки под глазами. Следы на шее-я видела их даже сквозь тональный крем. Я вспомнила себя в её возрасте… Мать работала в две смены. Отец… да, я вообще не помню его лица, только запах сигарет, дешёвого парфюма и дверь, которая всегда мерзко скрипела. Меня кормили, одевали, водили к врачам, но никто никогда не спрашивал, что у меня внутри. "Не плачь, Миранда. Слёзы-это слабость". "Ты хочешь быть лучше других-будь. Но не жалуйся". "Сама справишься-не маленькая". Я научилась. Я стала лучшей. Я построила "Подиум" из чистой воли и бессонных ночей. И я поклялась, что никто никогда не увидит меня слабой. Но Андреа… она была другой. Она улыбалась, когда ей хотелось плакать. Она извинялась, когда кто-то другой был виноват. Она пролила кофе на мою рубашку и смотрела на меня с таким ужасом, будто я собиралась её убить. Как будто она уже знала, что за любой промах положена боль. Интересно, это из-за моей репутации дьявола в юбке или из-за её детства? -Просыпайся,-сказала я тихо. Она вздрогнула и открыла глаза. В них мелькнул страх-и тут же погас. -Миранда? Который час?-она протирала глаза. Было жалко смотреть на неё: помятая рубашка, волосы, которые стоило бы помыть, вчерашний макияж. -Раннее утро. Я принесла кофе. Я протянула ей чашку. Сама я пила чёрный, без сахара-как всегда. От кофе с сахаром меня тошнит, в принципе, я все сладости не переношу. -Вы принесли мне кофе?-спросила она. -Не привыкай,-сказала я, бросив на неё свой оценивающий взгляд. Хотелось отправить Андреа домой, дать один выходной день, чтобы она приняла решение-что делать дальше. Я села напротив. Между нами был стеклянный стол, заваленный образцами тканей и распечатками графиков. -Где живут твои родители? Пауза, неловкая, ужасно долгая, как же я ненавижу это. -У меня нет родителей. Мама ушла от отца, как только я родилась, а через семь лет его зарезали. Он был криминальным авторитетом, как я понимаю, было за что,-Андреа молчала, я часто за ней наблюдаю и могу сказать, что сейчас она нервничает-теребит своё кольцо на указательном пальце, прикусывает губу и смотрит в потолок, скорее всего, чтобы не заплакать,-Потом меня отдали в детский дом, где все смеялись над моей внешностью и характером. -Андреа, я не спрашивала у тебя о твоём прошлом,-я уже пожалела об этих словах, но я не могла её слушать, внутри что-то переворачивалось, хотелось обнять её? О господи, о чём я вообще думаю… -Да, простите, пожалуйста… В общем, я уже нашла съёмную квартиру, нужно будет приехать за вещами, когда Нейта не будет дома,-Андреа встала с дивана.- Спасибо вам большое. -Андреа, стой,-она обернулась,-Ты выглядишь неважно, сегодня лучше заедь в новую квартиру и отдохни, а завтра приступишь к работе. -Хорошо, спасибо, Миранда. Андреа… Похожа чем-то на меня: у неё тоже не было любви в детстве, бедная девочка. Сегодня день был правда ужасный, решив отдохнуть, я попросила Эмили принести мне кофе в кабинет, а сама пошла в уборную. Pov окончен. Pov: Эмили Она отправила меня за кофе в двадцать минут одиннадцатого. Обычно в это время Миранда уже уезжает-к девочкам, к себе, к своей идеальной, недосягаемой жизни. Но сегодня задержалась. И я, как дура, обрадовалась. -Эмили, американо. И поживее. Я побежала. Потому что всегда бегаю. Потому что за три года работы в «Подиуме» я превратилась в идеального робота: принеси-подай-иди… не мешай, как говорят в простонародье, идеальное выражение, чтобы описать мои взаимоотношения с Мирандой Пристли. Андреа появилась всего пару месяцев назад, а уже ходит так, будто ей здесь всё принадлежит. Будто она имеет право на усталость. На ошибки. На то, чтобы Миранда смотрела на неё иначе. Я ненавижу эту девчонку. Нет, не так. Я завидую ей так сильно, что по ночам сводит челюсть. Кофе готов. Я несу его осторожно. Вхожу в приёмную-Миранды нет. Дверь в кабинет приоткрыта, свет горит. Я уже собираюсь постучать, но замечаю на столе Миранды… распечатку? Билеты. Два места. Париж. Моё сердце останавливается на удар. Потом бьёт с такой силой, что темнеет в глазах. Я замираю в дверях. Руки с кофе слегка трясутся. Я смотрю на эти чёртовы буквы: Charles de Gaulle, бизнес-класс, имя пассажира-Priestly M. / Sachs A. Сакс. А... Андреа. Не я. Три года. Три года об меня вытирали ноги, я успокаивала истеричных дизайнеров, врала мужьям Миранды, что её нет, заказывала цветы для её дочерей, помнила дни рождения всех, кого она презирает. Я знаю, какой кофе она пьёт в понедельник, а какой в пятницу. Я знаю всё. Но в Париже окажусь не я. Я ставлю кофе на стол. Громко. Нарочно. Мне плевать, если Миранда услышит, если она вдруг начнёт ругаться-мне на всё плевать, я просто устала быть незамеченной. Потом сажусь на своё место-маленькое, тесное, у входа, где меня почти не видно. И сижу, глядя в одну точку. В голове пустота. И в груди пустота. И в горле ком, который я не могу проглотить. Вот оно, значит. Решение принято. Меня даже не спросили. Меня даже не предупредили. Просто выбрали другую. Ту, которая носит уродские сапоги и не умеет держать кофе. Ту, которая посмела опоздать в первый же день и вместо увольнения получила… всё. Слёзы текут сами. Я не вытираю их. Здесь никого нет. А если бы и был-плевать. Я заслужила право плакать. Хахаха, вспоминаю, как Андреа смотрела на Миранду. Не как на начальницу. Как на… кого-то важного. Как на мать, которой у неё не было. Как на бога. И Миранда отвечала ей тем же-тем взглядом, который я никогда не ловила на себе. Потому что я была просто хорошим сотрудником. А Андреа стала кем-то. Я сжимаю кружку с остатками своего кофе, который я выпила залпом, когда вернулась. Вкуса не помню. В дверях появляется тень. -Эмили, вы почему не работаете?- голос Миранды заставляет отрезвиться. Я поднимаю голову. Смотрю на неё. Впервые за три года-в упор. -Поздравляю с поездкой,-говорю я. Голос не дрожит. Я горжусь этим. Миранда замирает на секунду. Её лицо не меняется-ни тени удивления, ни вины. Ничего. -Вы не должны были видеть это,- говорит она. Без сожаления, без эмоций, как всегда, чего я ещё ожидала. -А я должна была узнать об этом от кого? Не от вас? -я встаю. Ноги ватные, но я стою,-Вы собирались сказать мне? Или я просто пришла бы утром и увидела, что ваше кресло пустует и Андреа нет на рабочем месте? Миранда молчит. И это молчание хуже любого ответа. -Знаете что,-говорю я, беру свою сумку,-я не буду устраивать сцен. Не заслуживаю. Я иду к выходу. Уже берусь за ручку, когда слышу: -Эмили. Оборачиваюсь. Миранда стоит под светом лампы-бледная, неуязвимая, чужая. -Что за цирк вы устроили? Я не обязана перед вами объясняться за свои поступки, раз я сделала так-значит, что это правильное решение. И да, в следующий раз, не следует подглядывать в мои бумаги. Вы нормальный редактор, но не годитесь для Парижа. -"Но не годитесь для Парижа", - повторяю я эти горькие слова и ухожу. В коридоре я прислоняюсь к стене и сползаю вниз. Слёзы теперь не текут-их просто нет. Есть только пустота. И где-то далеко-обида, которую я, наверное, буду носить в себе ещё очень долго. Я решаюсь позвонить Андреа. Она как раз скинула мне свой новый номер, зачем она только его меняла? Без понятия. -Ты знала?,-мой голос тихий, слегка дрожит. -Ответь,-говорю я,- Ты знала, что летишь в Париж вместо меня? -Эмили, я… -Не надо,-я встаю,-Всё, что ты скажешь сейчас, будет ложью. Или оправданием. А я не хочу ни того, ни другого. Пусть летят. Пусть обе. А я останусь здесь. В этом городе, в этой приёмной, в этой жизни, которую я построила из пепла чужих амбиций. Но завтра… завтра я подумаю, нужна ли мне эта жизнь без Парижа. А сегодня я просто устала. Pov: окончен