Вальс

Иногда Уилл ненавидел свою работу и Джека. Пожалуй, Джека даже сильнее. Неделю назад Грэма вызвали в Куантико и босс заявил, что в Балтиморе появился очередной маньяк, который убивает своих жертв с помощью впрыснутого через иглу яда. Сперва Уилл не понял, причем тут он, ведь дело было хоть и серийное, но не касалось напрямую Потрошителя или его подражателей, но когда Джек показал ему папку с делом, и первая же страница сняла все вопросы. Первой жертвой оказался мужчина 35 лет, нормального телосложения, с русыми вьющимися волосами. У второй жертвы — примерно те же параметры. Дальше Уилл предпочел пролистывать фотографии, внутренне холодея от сходства. — Интересный у него типаж. Долистав папку до конца, Уилл вернул ее Джеку и немного нервно сплел пальцы в замок. Не то чтобы он боялся, просто ему хватало и Потрошителя, в последнее время «работающего» все активнее. Уилл практически жил на работе, закопавшись в фотографиях и результатах лабораторных тестов по самую макушку и был уверен, что придется ему встречать Рождество в отделе, как вдруг Джек решает его подключить к совершенно другому делу. В целом, это было разумно. Иногда лучше отойти от закрытой двери, и перестать в нее ломиться, и тогда ключ тут же найдется. Но Уилл все равно раздражался. Он не хотел отвлекаться и был уверен, что ФБР сможет справиться и без него. — Именно! — Джек взял папку и, откинувшись на спинку кресла, задумчиво повертел ее в руках. — Типаж. — Что ты хочешь, чтобы я сделал? — Уилл снял очки и устало потер переносицу. — Встал с плакатом «Выбери меня!» на парковке ФБР? — Примерно так я и думал… — Что? — Что? Нахмурившись, Уилл уставился на невозмутимого Джека и тяжело вздохнул. Мысленно досчитав до пяти он попробовал снова: — Джек… — Через неделю в Театре Балтимора пройдет Рождественский бал, — наконец пояснил Джек, и Уилл еще сильнее нахмурился. — Все жертвы были найдены после подобных мероприятий: кто-то после официальной ассамблеи адвокатской палаты, кто-то после фуршета в Министерстве и так далее. Рождественский бал — это светское мероприятие, и мы предполагаем, что наш маньяк тоже будет там. — А почему вы просто не можете проверить гостей? — Уилл, — Джек едва не закатил глаза, как бы спрашивая, за что ему все это. — Мы всех проверили. Эти мероприятия для узкого круга лиц. И все эти люди ходят с одной встречи на другую. — То есть, ты думаешь, что это может быть кто-то из обслуживающего персонала? — Уилл задумчиво прикусил губу, чувствуя, как уставший мозг лениво набирает обороты. — Или же, вы не до конца проверили гостей. — Может быть, — спокойно кивнул Джек, не реагируя на подколку. — В любом случае, ты должен туда пойти и все выяснить. — И как я туда попаду, если вход по приглашению? — К сожалению, у нас не было других вариантов, — тон Джека заставил Уилла напрячься. — Поэтому мы подключили Ганнибала Лектера, ввели его в курс дела, и он заверил, что приглашение не проблема. Уилл фыркнул и отвернулся. Идея втягивать в расследование гражданских и тем более Лектера ему совсем не нравилась. В последнее время Ганнибал вызывал в нем странные противоречивые чувства. Каждый диалог превращался в пикировку, и Уилл совершенно не был уверен, что выигрывал в этих словесных поединках. Ему все время казалось, что за спиной Ганнибала стоит чья-то фигура, которая то выходила вперед, то пряталась в тень. Это обескураживало, словно с ним разговаривали два совершенно разных человека. В конце концов, Уилл списывал это на усталость и закрывал глаза, однако грызущее в глубине души чувство сомнения не давало расслабиться. — Уилл, доктор Лектер не будет тебе никак мешать, — неправильно проинтерпретировал его сомнения Джек. — Он всего лишь проведет тебя внутрь, а дальше делай, что должен. Уилл поколебался несколько секунд, и в конце-концов кивнул. Он был хорошим рыбаком, и знал, когда какую приманку следует использовать. Поэтому сейчас он подпирал спиной одну из колонн и скучающе рассматривал зал. Потолок терялся в полумраке, ангелы из белоснежной лепнины печальными глазами смотрели на танцующих, словно сожалея о прошлом. Мраморный пол был чем-то смазан и неприятно поблескивал, как будто кто-то пролил на него масло. Пианистка в длинном темно-зеленом платье играла «Вальс-каприс» Шуберта, а мужчина во фраке солировал на скрипке. Не то чтобы Уилл мог в полной мере оценить живых музыкантов, хотя и догадывался, что нанять целый оркестр — дорогое удовольствие. В воздухе пахло воском и старым сухим деревом. Знакомый, приятный запах, резко перебиваемый тяжелым ароматом парфюма. В центре зала стояла живая, высокая, наряженная ель. Густые ветви тянулись к своду, гирлянда, казалось, окутала каждую иголочку. Теплый свет отбрасывал блики на стеклянные шары, сосульки и звезды. Под нижними, самыми крупными лапами лежали подарочные коробки, но Уилл был уверен, что они бутафорские. Веселье было в самом разгаре, но Грэм скучал. Никого подозрительного он не заметил, основная часть гостей предпочитала обходить его стороной и издалека недовольно коситься на его однозначно видавший виды и очевидно дешевый костюм. Он запоминал лица, следил за чужими руками, отмечал поведение, но ничего, абсолютно ничего не указывало на то, что маньяк был с ними в зале. Уилл невольно подумал, что удивительно, что они с Ганнибалом ни разу не пересеклись на вечере: Лектер лишь отправил ему сообщение, что приглашение для Уилла готово, и даже не подумал его найти. Отчего-то стало неприятно, но Грэм быстро списал это на скуку. В самом деле, что может быть тоскливее Рождественского бала? Музыка постепенно стихла, партнеры поклонились друг другу, и тут Уилл наконец увидел Ганнибала, который оказался буквально в паре метрах от него. Тот выглядел безупречно. Более того, широкая улыбка явно свидетельствовала о хорошем расположении духа Лектера: тот держал за руку жеманно покусывающую губу незнакомую молодую девушку, и Уилл невольно скрипнул зубами. Ганнибал двигался плавно, каждый шаг был уверенным, он прекрасно знал, что делал и как вести партнершу в танце. Пока Уилл мысленно посыпал голову пеплом, что если бы он обладал хотя бы процентом такой же грации, то мир был бы у его ног, оркестр заиграл очередной вальс. Мелодия была незнакомой, но красивой, поэтому Уилл сам не заметил, как начал отбивать классическое «раз-два-три». Краем глаза он уже поглядывал в сторону бара, как вдруг прямо перед ним вырос Ганнибал, и Уилл едва заметно вздрогнул. — Добрый вечер, Уилл — Ганнибал протянул ему руку, и Уилл, затупив на секунду, наконец пожал ее. Он тут же мотнул головой, прогоняя мираж: слишком веселый Ганнибал Лектер казался чем-то новым в его системе координат. Новым и непривычным. Обычно Ганнибал был просто вежлив, но увидеть его таким, было… странно. — Привет, Ганнибал. — Ты выглядишь так, словно хочешь арестовать здесь каждого второго. В ушах зазвенело, и Уилл на миг растерялся: кажется, он впервые слышал шутку от Лектера. Кажется, скоро настанет конец света, не меньше. — Боюсь, тогда комфортабельные ФБРовские камеры превратятся в хостел, — улыбнулся Уилл, и, о боже, Ганнибал улыбнулся в ответ. Что-то новенькое. — Ты не танцуешь, — внезапно отметил Ганнибал, и Уилл с трудом сдержался, чтобы не закатить глаза. Вот это наблюдательность от лучшего психиатра Балтимора. — Не люблю. — Джек рассказал мне о вашем новом деле, — сказал Лектер, и Уилл немного напрягся. — Насколько мне известно, убитые юноши были одиноки. — Допустим. — Пока ты один, ты становишься его целью, — Ганнибал задумчиво посмотрел на него. — Или это идея Джека? Ловля на живца. — Я не в качестве наживки сюда пришел. Несмотря на то, что он и правда был приманкой, стало обидно. Уилл собирался было развернуться и все-таки направиться в бар, как чужая ладонь схватила его за локоть, удерживая на месте. От места прикосновения по телу тут же пробежал табун мурашек. — Уилл, прости за прямоту, но сейчас ты — самая подходящая жертва на этом вечере. — Ну спасибо. Он попытался аккуратно вырваться, но Ганнибал лишь усилил хватку. — Пойдем. Уилл даже не посмотрел на руку. — Нет. — Уилл, убийца тебя запомнит, и подумает, что ты один, — Ганнибал тяжело выдохнул и снова потянул Грэма к себе. — На то и рассчет. Ганнибал как-то странно посмотрел на него. — Нет. Пойдем. — Нет. — Мне послышалось, или ты хочешь, чтобы тебя поуговаривали? — Доктор Лектер, проверьте слух. Уилл знал, что Ганнибал ненавидит грубость, но его так достала вся эта ситуация, что он не выдержал. Внутренне сжавшись, он подумал, что Ганнибал сейчас всё-таки уйдет, но тот неожиданно лишь шире усмехнулся. — Обязательно, Уилл. А теперь — пойдем. И он неожиданно резко дёрнул Уилла на себя и потянул в центр зала. — Ганнибал, — зашипел Уилл, одновременно пытаясь вырваться и не привлекать лишнего внимания: — Я не умею танцевать! — Уилл, предлагаю воспринимать это как часть расследования. Грэм тихо выдохнул и позволил вытащить себя к разбившимся по парам гостям. Старательно игнорируя недоуменные взгляды окружающих, он с лёгким ужасом подумал, что его социальная неловкость на сей раз достигнет апогея, и его самооценка больше никогда не сможет восстановиться. — Ганнибал, — попробовал он ещё раз, когда зазвучали первые аккорды вальса: — Я совершенно, абсолютно точно ничего не знаю про вальс. — У тебя замечательное чувство ритма, Уилл, — слегка улыбнулся Ганнибал, и крепко обхватил Грэма за талию. Ч-черт… — Об остальном не беспокойся. Я буду вести. Уилл выдохнул, почувствовав, как чужая рука успокаивающе погладила его бок, вызывая неуместный жар, и вдруг, словно дразня, провела вверх и вниз по спине, задержавшись на пояснице. — Ну разумеется… Ганнибал слишком довольно улыбнулся, и взял руку Уилла в свою, мимоходом проведя пальцами по обнажившейся коже на запястье. Уилл дернулся, но Ганнибал держал его крепко. — Когда зазвучат литавры, делаешь шаг назад, вправо и вперёд. — Что такое литав… На высоком «бам!» Ганнибал прижался к нему всем телом, и Уилл задохнулся. Лектер был очень близко, так близко, как никогда прежде. — Шаг, Уилл. Тихий голос прямо в ухо отрезвил, и Уилл торопливо дернулся назад, но Ганнибал не позволил ему сбежать, прижав ладонь к пояснице и направляя. Уилл разрывался между тем, умереть ли от смущения или от злости. Казалось, на них таращились абсолютно все, и он мысленно представил, как они смотрятся вместе. Это было… гармонично. Странно. Горячо. Он дал себе мысленный подзатыльник и пропустил поворот, вновь впечатавшись в твердую грудь Лектера. — Фрейм. — Что? Руки скользнули на плечи и слегка сжали, массируя. Большие пальцы легли на шею чуть выше воротника, и погладили кожу. Уилл завис. — Дыши. — Это термин? — Нет. Ты не дышишь уже двадцать четыре секунды, а пульс стремится к ста. — Спасибо за врачебный совет, док. — Пожалуйста. Уилл судорожно выдохнул, когда Ганнибал в последний раз провел по кадыку, на мгновение занырнув под воротник пальцем, наконец вернулся в исходную позицию. — Ганнибал, талия выше. — Так удобнее вести тебя. Через три такта Виск. — Ты слишком высокого мнения обо мне, если думаешь, что я знаю, что это. — Просто зеркально повторяй за мной. Уилл честно следил за Ганнибалом, но пропустил такт и запутался в собственных ногах. — Черт… — Слушай музыку, Уилл. Ганнибал выглядел невероятно довольным собой, и Уилл все-таки закатил глаза. — Сейчас будет поворот. Просто держись за меня. — Когда уже это закончится?.. — Это оригинальная партитура на десять минут. — Блять… Уилл неловко повернулся, едва не влетев в соседнюю пару, благо Ганнибал успел поймать его. — Видишь, у тебя получается. Уилл предупреждающе зарычал и назло шагнул вперед, а не назад. То, что это была ошибка, он понял почти сразу. Горячее дыхание Ганнибала опалило его щеку, и Уилл загнанно вскинул голову. Между ними были считанные дюймы, и если повернуть голову… — Осанка, Уилл. — Что? Голос звучал хрипло, и Ганнибал, услышав это, улыбнулся еще шире. — Осанка. В вальсе очень важна прямая спина. Я понимаю, что тебе тяжело, но надо постараться, чтобы выглядело естественно. — Ты хочешь сказать, что я сутулый? — Скорее, у тебя развивающийся остеохондроз. Вот здесь. Рука Ганнибала скользнула между лопатками, и нажала на какие-то точки, от чего боль вспыхнула во всем теле, и Уилл, не удержавшись, выгнулся, прижавшись грудью к Ганнибалу. Тихий стон сорвался с губ, и он тут же закрыл рот, чувствуя, как жар опалил щеки, а низ живота предательски скрутило. — Я, конечно, не профессиональный массажист, но могу помочь тебе с этой проблемой, если пожелаешь. Уилл тупо уставился в насмешливые глаза Лектера. — Поговорим после того, как поймаем убийцу. Ганнибал усмехнулся и промолчал. Несколько тактов спустя, Уилл наконец успокоился, и про себя считая «раз-два-три», двигался значительно увереннее, подстраиваясь под короткие команды Ганнибала. — Мужчина в черном фраке и с красной бабочкой за моей спиной. Сбившись, Уилл снова едва не улетел, но Ганнибал ожидаемо его поймал. К этому можно было и привыкнуть… Сосредоточившись, он проследил взглядом за человеком, на которого указывал Лектер. Молодой парень, ему едва ли было двадцать пять на вид, стоял и разглядывал гостей. Присмотревшись, Уилл заметил на белой манжете серый налет, тонкий, едва заметный. Строго говоря, это могло быть что угодно, начиная от пролитого шампанского и заканчивая следами яда. — Надо дотанцевать до него. — Это немного выбьется из картины вальса, но… — Ганнибал задумчиво прикусил губу и кивнул. — Три квадрата, как и прежде, и ротация. — Теперь переведи с бального на английский. — Просто доверься мне. Уилл хмыкнул и постарался расслабиться, удивившись, насколько зажатым он, оказывается, был. — Райз и фолл. Я тебя поймаю. — Я не буду прыгать. — Ты быстро учишься. — Я. Не буду. Прыгать. — Придется. Он неуклюже подпрыгнул и Ганнибал с неожиданной силой поменял их местами, выбив из Уилла дух. Зато теперь они двигались прямо к подозрительному мужчине. — Он смотрит на тебя. — Не удивительно… — Нет, Уилл. Он смотрит на тебя, — Ганнибал едва заметно рыкнул, выделив слово «смотрит», и Уилл на мгновение почувствовал, как тепло разливается по телу. — И хорошо, это же и была наша цель? — Свай, наклон. Уилл едва успел переключиться, как Ганнибал прогнул его в пояснице, и Уилл инстинктивно ухватился за его плечи, впиваясь пальцами в мышцы. Расширенными глазами он посмотрел на Лектера, и увидел, как зрачки практически поглотили дужку, оставив лишь тонкую полоску карего. — Ты что делаешь?! — Демонстрирую, что ты — неудачный выбор жертвы. — Какого черта? — Поворот. Уже увереннее развернувшись, Уилл даже порадовался, что устоял на ногах на этот раз, как Ганнибал вновь прижал его к себе явно ближе необходимого. Крепкие мышцы перекатывались под его ладонями, и Уилл на мгновение прикрыл глаза. Он представил, как сильные руки прижимают его к колонне и проводят по бокам, сминая костюм. Как он пытается вырваться, но в конце концов сдается под настойчивым напором. Он резко распахнул глаза, вновь почувствовав напряжение внизу живота. — Обратный поворот. Не туда. — Знаю. — Все-таки перехвалил. — Ганнибал… Они, наконец, приблизились к подозреваемому, и Уилл невольно вздрогнул от его взгляда. Темный, жадный, голодный. Как питбуль, присматривающийся к стейку. На манжете оказались следы какой-то маслянистой жидкости, и Уилл тут же представил картинку, как игла скользит из-под рукава, и он одним рукопожатием умерщвляет свою добычу. — Думаю, это он. — Склонен с тобой согласиться, — Ганнибал едва заметно кивнул и неожиданно внимательно посмотрел на растерявшегося Грэма. — Уилл, я вынужден сделать кое-что, чтобы он точно не решил выбрать тебя своей жертвой. — Ганнибал, у меня за плечами служба в полиции и академия ФБР. Думаю, я справлюсь. Уилл фыркнул и попытался отстраниться, но Ганнибал ему не позволил. — Лучше ты поймаешь его на месте преступления, чем он ранит тебя. — Только не говори, что ты волнуешься за меня, — Уилл почувствовал, как сказанные слова заныли где-то в сердце. — Скоро музыка закончится. Четыре такта, плие и закрой глаза. — Мне это не нравится. — Считай, что это — часть расследования, — повторил Ганнибал, и закружил его в танце. Наконец, последние аккорды отыграли, и музыка стихла. Ганнибал в последний раз прижал ладонь к спине Уилла и медленно отпустил. Выпрямившись, они коротко поклонились друг другу. Грэм собирался было сбежать из-под влияния Лектера и заняться тем, за чем на самом деле пришел, как Ганнибал внезапно протянул руку и коснулся его локтя. — Закрой глаза, — повторил он, и Уилл напрягся. — Зачем? — Это часть нашего плана. — Твоего плана. — Не имеет значения. Уилл не послушался. Что-то ему подсказывало, что если он закроет глаза, то в следующий миг растворится в накатывающей волне эмоций. — Нет. — Это было ожидаемо, — внезапно улыбнулся Ганнибал и шагнул ближе. Уилл вскинул голову и с вызовом посмотрел на него. В глазах Лектера плясали черти, он явно наслаждался всей ситуацией и тем, что Уилл не мог просто оттолкнуть его и уйти. Они были на балу. Это было бы грубо. Внезапно что-то легкое коснулось его щеки, лаская и проведя вниз к шее. Уилл с легкой паникой почувствовал, как веки затрепетали и, не отдавая себе отчета, все-таки закрыл глаза. Последнее, что он услышал, как Ганнибал удовлетворенно хмыкнул, и в ту же секунду в ушах образовался гул, нарастающий с каждым мгновением. Прикосновение к губам было легким, почти формальным. Уилл замер, не смея двигаться или открыть глаза. Он боялся, что если увидит мир, то он тут же рассыпется на хрупкие осколки. Мозг сопротивлялся. Разум орал ему оттолкнуть, отодвинуться. Захлёбывался в крике, что это все неправильно. Но тело сдалось почти сразу. Ганнибал не торопил. Уилл знал, что выбор был предоставлен ему, и все, что произойдет дальше — исключительно его ответственность. И Уилл знал, что выберет. Он ответил. Прижавшись ближе, он приоткрыл рот и слегка прикусил нижнюю губу Ганнибала, и тот, тихо рыкнув, тут же скользнул языком внутрь, углубляя поцелуй. Рука Уилла, лежавшая на груди Лектера, собиравшаяся оттолкнуть, вцепилась в лацканы и крепко сжала, притягивая к себе. Ганнибал выдохнул в поцелуй, и это стало для Уилла сигналом. Он обхватил его за шею и зарылся пальцами в волосы, взлохмачивая и приводя в беспорядок. Уже не сдерживаясь, он прижался к Лектеру всем телом, и крупно вздрогнул, когда Ганнибал широко провел по его спине ладонью, и остановился на талии, так низко, что граничило с «дружеским». Не смотря на крепкие объятия, Уилл знал, что мог уйти. Ганнибал легко бы это позволил. Но он откуда-то прекрасно знал, что Уилл не уйдет. Чуть наклонив голову, он углубил поцелуй, терзая чужой рот, вырывая довольные вздохи, и именно это убивало сильнее любого яда. Уилл хотел сказать что-то едкое прямо в чужие губы и увидеть, как тьма заволакивает глаза. Хотел укусить. Хотел сделать что-то, чтобы Ганнибал потерял контроль. Но вместо этого он лишь сильнее сжал волосы в кулак, и почувствовал, как горячей волной по телу проходит злость. Слишком похожая на желание. Ганнибал отстранился первым. Но не отпустил Уилла сразу: его пальцы на спине задержались еще на миг, словно в обещании. Наконец Уилл смог открыть глаза. — Не так страшно, верно? Голос Ганнибала был ниже обычного. Практически рычание. Уилл почувствовал, как дрожь пробежала от макушки вниз по спине. — Верно. Он ушел? — Да, — Ганнибал кинул взгляд через плечо Уилла и довольно улыбнулся. — Он вышел через черный ход, нам следует поторопиться. — Это было нужно для расследования. — Конечно, Уилл. — И это больше никогда не повторится. — Безусловно, Уилл. — А еще… — Алана уронила бокал. — Алана тоже здесь?! — Уилл, — Ганнибал схватил дерганного Грэма за руки и внимательно посмотрел в его глаза: — Мы можем обсудить с тобой произошедшее вечером, за бокалом белого вина. Уилл выдохнул и отвернулся. Автоматически, краем глаза он заметил, что на них почти не обращали внимания, кроме пары неприязненных взглядов. — Красного вина, — вырвались слова, минуя здравый смысл. И он внезапно понял: только лишь эта улыбка стоила всех мучений, свалившихся на голову бедному профайлеру. — Разумеется, Уилл. На этот раз вести будешь ты.