Между дублями

      - Не все крутится вокруг тебя, Холландер!       Коннор эмоционально махнул рукой в сторону Хадсона. Лицо исказило искреннее раздражение, скулы напряглись.       Они стояли в отдельной части павильона, оборудованной под сцены с имитацией фона. В данном случае, это будет ночной город и крыша высотки – место встречи двух хоккеистов. Сцена и правда предстояла сложная, они оба это понимали.       - Тогда в чем дело?       - Да чего ты, блять, хочешь?! – продолжал Коннор, так правдоподобно, что Хадсон на секунду поверил его злости.       - Ничего. Просто вышел подышать, полюбоваться видом и…       - И что? Вот тебе вид, Холландер. Любуйся. Сука!       Какое-то время они выждали, повторяя паузу из сценария. Стояли неподвижно и смотрели друг на друга.       Вдруг Коннор засмеялся, опустив голову вниз. Хадсон вопросительно посмотрел на него, не понимая, в чем дело.       - Эй, эй! Мы же отлично шли, - Хадсон нахмурился.       - Мне просто смешно и нервно, - Коннор расплылся в глупой улыбке, глядя на друга. – Эта пауза…       - Слишком длинная?       - Слишком точная, - Коннор прищурился. – Я вдруг понял, что мы ее не играем, вот и занервничал.       - И все же, давай продолжать.       - А если это повторится?       - Значит, так и должно быть.       Они разошлись чуть дальше друг от друга и стряхнули с тела напряжение. Затем повернулись лицом к фону, опираясь на ограждение.       - Я через три дня улетаю домой, - спокойно сказал Коннор.       - Ясно, - чуть хмыкнув, ответил Хадсон. – Ты, наверное, рад…        Коннор повернул голову и посмотрел на него. Глаза потемнели, в них считывалась боль, разочарование от того, что его не понимают. Это было лучше любой реплики, и Хадсон верил ему. Они оба умели проживать роли, но Коннор не переставал удивлять, мастерски отражая чувства своих персонажей.       Он ничего не ответил. Лишь повернулся обратно к фону.       - И я думал, что мы могли бы… - Хадсон с надеждой взглянул на него. - Забудь. Ладно, я пойду.        Спустившись на ступеньку ниже, он медленно обернулся.       - Ну, тогда… до встречи в следующем сезоне?       Коннор продолжал играть. Подходил все ближе, вызывая у Хадсона приливающий к щекам жар. Он понимал, что близится сцена поцелуя и пути назад нет. Это тоже игра и сцену из сценария не выкинешь. Поцелуй и тактильность тоже надо уметь сыграть и репетировать это придется.       Сколько можно думать?       И почему я этого так боюсь?       В одно мгновение Коннор подтолкнул его к стене, наваливаясь всем телом и накрывая его губы своими. Горячее дыхание обожгло кожу, и Хадсон поддался, приоткрывая губы. Они всегда целовались по-киношному, лишь делая вид. Поцелуи были поверхностными, хоть на вид и страстными, но ничего общего с ними не имеющие.       Но теперь в них было то, чего так не хватало уже давно.       Коннор насильно приоткрыл губы Хадсона, проникая языком в его рот и ощущая, как крепкое тело отзывается в ответ. С каждой секундой поцелуй становился все интенсивнее, увлекая их в полное забытье, унося все дальше от сцены, которая репетировалась пару минут назад.       - Какого хрена ты делаешь?! – Хадсон сжал в пальцах рубашку Коннора и оттолкнул.       - Так ты все еще играешь, м? – он лукаво улыбнулся, проводя большим пальцем по нижней губе и хищно глядя на него.       - Да, я… - Хадсон часто заморгал, возвращаясь в реальность. – Я все забыл после такого.       - Нам не нужно больше ничего помнить. Давай отыграем так, как чувств…       Коннор не успел договорить, как Хадсон притянул его к себе, сливаясь с его губами и жадно продолжая поцелуй. Тело и инстинкты все решили за них – хватит недосказанности, смущения и вражды. Все так, как должно было быть.       Хадсон судорожно нащупал пуговицы на рубашке Коннора, но расстегнуть их не получалось – руки не слушались, а мысли разбегались. Он ощутил его горячее сбивчивое дыхание на своей шее и не смог сдержать стон, который эхом пронесся по пустому павильону.       - Что… что мы делаем? – задыхаясь от чувств, прошептал Хадсон.        Коннор приоткрыл глаза и посмотрел на него – тем самым взглядом, который Хадсон ждал из раза в раз. Нежным, но в то же время хитрым, будто он знал о нем всю правду.        - Практически то же самое, что и каждый день. Ты хочешь поспорить?       - Но…       - Разве мы не целуемся ежедневно, разве я не трогаю тебя вот так?..       Рука Коннора скользнула вниз и уверенно сжала его член, а твердый пресс прижал тело еще крепче к стене. Он изводил его, издевался. В наказание за все эти дни?       - Ты должен был уже привыкнуть, разве нет? Мы всегда в таком плотном контакте, что…       Хадсон с силой схватил его за плечи и, развернув, прижал лицом к стене, навалившись сзади. Коннор тихо засмеялся, будто все было для него шуткой.       - Если ты так уверен, что взял первенство, то не спеши, - он сжал в руке его волосы и провел губами по мочке уха. – Я полон сюрпризов.       В дальнем углу павильона раздался негромкий стук. Парни насторожились и устремили взгляд в темноту. Затем быстро отошли друг от друга, не понимая, кто здесь мог остаться в такое время.       - Черт подери, - прошипел Коннор. – Кто здесь?       В ответ тишина.        - Может, что-то упало, - предположил Хадсон.       - Да, но нам лучше уйти в более уединенное место, - он поправил растрепанные волосы и тяжело выдохнул.       - А ты рассчитываешь, что я соглашусь?       - Ты не просто согласишься… - Коннор сделал шаг вперед и взял его за руку. – Ты будешь умолять.       Не дождавшись ответа, он потащил его в сторону гримерок, отдав выбор своей. Убедившись, что в коридорах никого нет, он открыл дверь и быстро втолкнул туда ошеломленного Хадсона.       - Стой, стой, - он вытянул руку, упираясь в грудь Коннора и глядя на него помутневшим взглядом. – Мы точно хотим этого? Отношения не будут прежними…       - Детка, ты серьезно спрашиваешь это сейчас? – он указал руками ниже пояса, заставив Хадсона посмотреть на топорщащиеся брюки.       Коннор уверенно подошел к нему, медленно расстегивая пуговицы рубашки и не прерывая зрительный контакт. Его движения были более выверенными и спокойными – кажется, он совершенно не волновался. Прямо-таки самовлюбленный Розанов, которого на первый взгляд интересует только секс.       Сняв рубашку с себя и Хадсона, Коннор начал покрывать поцелуями гладкую кожу на груди, плавно опускаясь вниз, захватывая каждый сантиметр напряженного пресса. Добравшись до низа живота, он отметил, какое это чувствительное место – Хадсон издал сдавленный вздох, сжав в пальцах его волосы.        Зазвенел ремень, и Коннор осторожно спустил с Хадсона джинсы вместе с бельем, улыбнувшись представшему перед ним виду. Его член говорил о происходящем лучше всяких слов – он крепко стоял и изнывал от желания. На головке блеснула капля смазки, которую Коннор накрыл большим пальцем и распределил по коже. Последовала мгновенная реакция – Хадсон вздрогнул, а затем протяжно простонал, как только член оказался во рту Коннора.       Хадсон не мог сдерживаться – да и не хотел. Они уже здесь, пути назад точно нет, остается полностью отдаться этому мгновению. Он опустил глаза, сходя с ума от вида того, как четко очерченные губы Коннора посасывают его член, а горячий рот вбирает его все глубже. Тот посмотрел на него снизу вверх, дополнительно массируя член и яички рукой, дожидаясь нового хриплого стона.       - Господи… Конни, - Хадсон помотал головой, закусывая губу и направляя его голову.        - Я вижу, тебе нравится, - низким голосом, откликнулся он, продолжая интенсивно работать рукой.        - Иди ко мне.       Хадсон притянул его к себе, находя губами его губы, с исступлением целуя. На языке чувствовался терпкий мускусный вкус – вкус накопившегося напряжения и страсти.  Коннор приспустил свои брюки, прижимаясь напряженным членом к члену Хадсона, с тихим рычанием глядя вниз. Он ни о чем не думал, лишь полностью отдавался этим ощущениям – разгоряченная кожа рядом, перекатывающиеся под ней мышцы, возбуждение, выкрученное на максимум. Хадсон сплюнул на руку и, обхватив оба члена, начал плавно скользить по ним пальцами. Новая грань наслаждения охватила их обоих – тихие стоны слились воедино, растворяясь в губах друг друга.       - Ты ведь… Хочешь большего? – Коннор провел рукой по округлому заду парня, чуть раздвигая ягодицы.       - Я чувствую себя Шейном, - рассмеялся Хадсон.        - Раз так, то нам предстоит часто делать это, - Коннор с улыбкой поцеловал его, второй рукой помогая массировать оба члена.       - Я хочу, - Хадсон уверенно посмотрел на него. – Хочу быть еще ближе к тебе. И хочу, чтобы ты взял меня. Я не просто хочу, я умоляю.       - Даже так… Я от такого точно не откажусь.       Одним движением Коннор развернул Хадсона к себе спиной, снова опустившись на колени, но теперь лицезрея не менее привлекательную картину. Сколько раз он видел обнаженную задницу друга на площадке – и вот наконец может завладеть ею.        Осыпая легкими поцелуями гладкую кожу, Коннор смочил два пальца и начал осторожно массировать отверстие Хадсона. Стараясь не доставлять ни малейшего дискомфорта, он не спешил и давал привыкнуть ему столько, сколько было нужно.       - Все в порядке? – спросил Коннор, второй рукой поглаживая его пресс и напряженный член.       Хадсон ответил утвердительно, попросив его продолжать. Он ощущал все сигналы его тела, чувствовал, как тот постепенно расслабляется и отпускает контроль. Это была главная победа – заставить Хадсона просто жить.       Уделив достаточно времени тому, чтобы подготовить Хадсона, Коннор поднялся с колен и крепко обнял его сзади, прижимаясь напряженным членом.       - Не будь со мной слишком… - прошептал Хадсон, находя его руку и целуя пальцы. – Нежным. Я хочу видеть Розанова, который выпускает пар после проигрыша своему сопернику.       - Вау! – Коннор засмеялся, шлепнув его по заднице. – Вы только посмотрите, как он заговорил. Все-таки ты представлял себя под Розановым, верно?       - Пошел ты.        Сжав волосы Хадсона в пальцах, Коннор вынудил его переместиться к гримерному зеркалу, опустившись телом на стол. Приподняв голову, Хадсон посмотрел в зеркало, фокусируясь на фигуре сзади – мышцы очерчены мягким светом, волосы растрепаны, влажные губы открыты и из них вылетает горячее дыхание. Ему стало дурно, и он уперся лбом в стол.       - Я не настолько изверг, чтобы начинать с твоего дискомфорта, - предупредил Коннор. – Поэтому дай себе время.       Медленно и осторожно он вводил член, наблюдая за каждым движением Хадсона. Заботливо останавливался, как только чувствовал, как он сжимается или кусает его руку. Но уже через время неуверенные вздохи сменились тихими, но протяжными стонами, и Коннор понял, что тот привык.       - Ты в пор…       - Да, - оборвал его Хадсон. – Да, мистер Розанов.       Коннор лишь ухмыльнулся и, навалившись сверху, чуть ускорил движения. Найдя губами его шею, он прикусил кожу, но вовремя опомнился, что им нужно сохранять рабочий вид. Затем переложил свои руки на плечи Хадсона и, приподняв над столом, вошел глубже, вызвав гортанный стон.        - Ты даже представить не можешь, насколько возбуждаешь меня, - прошептал Коннор, хищно глядя на него в зеркале. – Каждый гребаный раз. Хадсон не мог ничего ответить – его дыхание окончательно сбилось. Но он не позволял закрыть глаза, было бы кощунством оборвать тот вид, который открывался перед ними в зеркале.        - Какой же ты красивый, - продолжал Коннор, притянув его к себе ближе и прижав свою грудь к его спине.       Коннор также не мог оторвать взгляд от своего напарника: его точенные черты лица были еще сексуальнее, чем в любой откровенной сцене, аккуратное, но мускулистое тело подчинялось рукам и отзывалось на каждое движение.       - Я хочу… Видеть тебя ближе, - прошептал Хадсон, встречаясь с его глазами в зеркале.       Решив немедленно осуществить его желание, Коннор развернул его и подняв на руки, перенес на небольшой диван в углу гримерки. Разведя его ноги по обеим сторонам от спины, он подвинулся ближе и снова вошел. Коннор вновь почувствовал такое же ни с чем несравнимое обволакивающее ощущение, отчего прикрыл глаза и прерывисто простонал.       Хадсон притянул его к себе за шею, накрывая поцелуем. Он был так жаден, так нетерпелив, что Коннор непроизвольно ускорил движения, лишь бы доставить ему еще большее наслаждение. В его рот вырвались громкие стоны, а темные распахнутые глаза посмотрели прямо в упор.       - Только сейчас я понимаю, - перебивками говорил Коннор. – Что хотел трахнуть тебя с самого начала. Что в моей игре практически не было игры.       - Ты и правда хорошо проживаешь своего персонажа, - выдавив из себя смешок, ответил Хадсон.       Коннор чуть поменял положение, наблюдая, как тело Хадсона отвечает мелкой дрожью. Продолжив бить в одну точку, он сжал в руках его талию, оскаливаясь и чувствуя приближение оргазма.        - О, черт, - Хадсон закинул назад голову, хватаясь руками за запястья Коннора. – Черт! На живот и грудь брызнула сперма, обжигая кожу. Мышцы Хадсона обмякли, но он нашел в себе силы приоткрыть глаза, наблюдая, как Коннор близится к завершению. Он был так красив, что Хадсон мог бы поклясться – он хотел бы смотреть на него вечно.       Хадсон почувствовал, как он с силой хватается за его ягодицы, насаживая глубже на член, чем вызвал у них обоих звонкий стон. Коннор на мгновение замер, зажмурившись, не разжимая хватки.        - Господи, - задыхаясь прошептал он. – Это безумие.       Опустившись рядом на диван, Коннор посмотрел на Хадсона, протягивая к нему руку и проводя пальцами по покрасневшим губам.       - Хорошо, что мы практически обошлись без соперничества и сразу перешли к горячей части.