Давай останемся друзьями

      Когда план завтрашней операции был окончательно утвержден, а все приготовления к помолвке и спектаклю со смертельным исходом завершены, оставалось только дождаться дня Х. Данилов сидел в буфете, нервно перебирая пальцами. Хотел ведь начать жить, как нормальный человек, семью попытаться построить. Даже праздник по случаю помолвки организовал, а все снова пошло не по плану.        Власова осторожно зашла в помещение и села напротив, наливая себе и ему кофе. Она молча пододвинула ему наполненную чашку. Рита с трудом понимала свои чувства относительно очередной избранницы Данилова. С одной стороны, знает, почти уверена, что это несерьезно. Убеждена, что долго эти отношения не продлятся. Но с другой… так тяжело от мысли, что он счастлив с кем-то другим. А она что? И сказать ничего против не может. В конце концов, она ему никто. Просто бывшая. Да и то, наполовину. Их связь, такую мимолетную, непостоянную и отношениями ведь назвать нельзя.        — Говорят, вы завтра умираете, — вдруг произнесла Рита вполне серьезно, хотя и с долей сарказма.        — Уже знаешь? — не поднимая взгляд спросил Степа.        — Все знают.        — Придешь? — усмехнулся он. Вопрос сам по себе абсурдный. Степа и до этого не отправил ей приглашения. Всех позвал, кроме нее. Не то, чтобы она очень хотела идти, но неприятный осадок все же остался где-то глубоко внутри. А после того, как стало ясно, что праздник стремительно превратится в похороны, Рогозина и вовсе отдала приказ всем держаться подальше.        — Ну уж нет! — подавив внутреннюю растерянность, ответила она. — Не хочу умирать в свой выходной.       На его лице мелькнула грустная улыбка:       — Да… жаль, что все так.        — Покой нам только снится. — сдержав смешок, произнесла Рита. — Марина знает о том, что произойдет?        — Нет, конечно. Я потом ей все объясню, как заказчика вычислим.        «Ну да, а то еще сбежит раньше времени», — подумала Власова в ту же секунду.        На душе стало как-то тошно. Зачем она вообще заговорила с ним на эту тему? Дура. Власова посмотрела на экран телефона, сделав вид, что ей пришло срочное сообщение и встала, собираясь уйти:       — Мне пора, поздравляю с помолвкой.        Она развернулась и направилась к выходу, но шаги ее были тяжелыми, а в голове всё еще звучали его слова. Каждый шаг отдалял ее от него и приближал к мысли о том, что завтра может стать последним днем для кого-то из них. Она не сомневалась в том, что все пройдёт успешно, и им удастся взять заказчика, но вот от мысли, что для них завтрашний день действительно станет концом, было не по себе.       — Рита! — вдруг крикнул он ей вслед.       Она обернулась.       — Что?        — Если что-то пойдет не так…        Данилов не договорил. Просто не знал, что сказать.        — Обещаю принести цветы тебе на могилу, — хмыкнула Рита и сбежала, пока не сказала что-нибудь лишнее. 

***

      Он стоял на мосту в том же голубом костюме. В памяти снова и снова эхом отзывались слова Марины, звон кольца об асфальт.

      Я тебя ненавижу.

      Странно, но он совсем ничего не чувствует. Вообще ничего. Как будто и не было никогда никакой Марины в его жизни. Может, он уже начал привыкать к этой странной закономерности?        Медленными шагами Власова приблизилась к нему и остановилась в полуметре, не решаясь подойти ближе. Её сердце бешено колотилось в груди, но она старалась не подавать виду.       — Ну ты как? — выдавила она и все же шагнула к нему чуть ближе.        — Уже знаешь? Откуда? — спросил он, не оборачиваясь, его голос звучал холодно и отстранённо.       — Валя рассказала.        — А как узнала, что я здесь?        — Почувствовала, что придешь на наше место.        Вопрос застал ее врасплох, как будто Степа видел ее насквозь, читал ее мысли.        — Холодова попросила номер пробить. — Рита нагло солгала. Не хотела, чтобы он знал правду. — Хороший костюм, кстати. Тебе идёт.        Степа слегка рассмеялся, но в этом смехе прозвучала горечь. Иронию в её голосе он уловил сразу. Ему тоже не нравился этот костюм. Его Марина выбирала. Воспоминания снова накрыли его, и он внезапно ощутил какую-то странную пустоту.       — Да, только все равно выбросить придется. — хмыкнул он, поворачиваясь к ней лицом и указывая на дырку и красное пятно на груди.        Рита сделала ещё один шаг вперёд, но не знала, что сказать.        — Дааа, — протянула она. — Отец Алисы профи, конечно, ничего не скажешь.        Он просто смотрел на нее, пытаясь понять зачем она пришла к нему. Этот вопрос отчетливо читался в его взгляде, и Рита ответила прежде, чем он успел озвучить его:        — Переживаю за тебя. Как ты? — снова спросила Власова, не отводя взгляд.        — В порядке. Не волнуйся. Может, оно и к лучшему, — произнес Степа с легкой усмешкой, хотя в глубине души чувствовал, что его слова звучат неубедительно.        Рита прищурилась, будто пытаясь разглядеть правду за его маской спокойствия.       — Ты же сам не веришь в это, — тихо произнесла она, и ее голос стал мягче. — Я вижу это по твоим глазам.       Он отвел взгляд, словно надеялся, что этот простой жест позволит ему скрыть свои переживания. Но Рита была настойчива; она не собиралась уходить, пока не получит от него честный ответ.        — Слушай, давай мы просто напьемся. Без разговоров. Без сочувствия. Я хочу просто выпить чего покрепче и… забыть обо всем.        В ответа она лишь улыбнулась, давая свое молчаливое согласие. 

***

      На его кухне царил идеальный порядок. Чувствовалось, что совсем недавно, здесь была женщина. Рита даже усмехнулась в первую секунду, как зашла сюда, все-таки Марина была для него не самым плохим вариантом. Тихая, домашняя, хозяйственная… Если бы не эта история сыном, у них могло бы что-нибудь получиться. Хотя… Нет. Не создан он для тихой семейной жизни. Просто делает вид, что мечтает об этом уюте и тепле, когда на самом деле нуждается совсем в другом… Нуждается в ней.       Из потока размышлений ее вывел голос Данилова, спрашивающий, что она будет пить: вино или коньяк. Глупый вопрос. Как будто он не знает, что она пьет.        Он разлил напиток по новым бокалам, которые купила Марина, и протянул ей. Они молчали, просто пили в тишине. Каждый глоток казался ей тяжелым, как будто между ними все еще оставалась некая недосказанность. Взгляд Риты скользнул по аккуратно расставленным на полках баночкам с приправами, по чистым кухонным полотенцам, и она осознала, что это место — не её дом. Здесь всё было так правильно, так идеально… Жуткая картина.        Она вдруг вспомнила хаос на своей кухне, и мысленно усмехнулась. Все-таки удивительно, что когда-то Степа слепо верил, что у них что-то получится. Невольно, Рита всегда сравнивала себя с его избранницами, каждый раз удивляясь, насколько сильно она выбивается из общего ряда. Все-таки их отношения были обречены с самого начала.       Власова чувствовала на себе его пристальный взгляд. Чутье подсказывало, что этот вечер ничем хорошим не закончится. Рано или поздно кто-то из них сорвется. Только он через полгода найдет себе новую невесту, а ей снова будет больно.        — Рииит, — протянул он, нарушая молчание. — Хорошо, что ты есть.        Она нервно опустошила бокал. Все-таки он запустил этот необратимый процесс. Во что она только вляпалась?        — Мы же друзья, — последняя попытка сдержаться.       — Ну да… друзья…       Степа замешкался, обдумывая сегодняшний день, да и вообще всю свою жизнь. Ныряет из одних отношений в другие, и только Рита все эти годы рядом. Почему-то терпит его. Прощает все его выходки.       И вдруг резкий, почти безумный порыв. Он решительно потянулся к ней, касаясь ее лица, а губы застыли в миллиметре от ее, но Рита тут же отстранилась, пока разум не покинул ее окончательно.       — Степа… Не надо. Я не хочу быть твоим запасным вариантом. Я не одна из тех девиц, с которыми можно просто забыться, — произнесла она твердо, но ее голос отчаянно дрогнул.       Данилов застыл, его рука замерла в воздухе. Он не ожидал такого ответа. В его глазах промелькнула смесь удивления и растерянности.        — Но я… — начал он, пытаясь найти слова, которые могли бы объяснить его порыв, но они никак не приходили. Вместо этого он лишь смотрел на нее, словно надеясь, что ее взгляд смягчится сгладит этот неловкий момент.       Рита отвернулась, и в этот миг он увидел, как её плечи слегка дрогнули, как ей больно. Внутри что-то сжалось.       — Я не хочу быть твоей жилеткой, — продолжила она, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё кипело. — Я заслуживаю большего.        Степа почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Ее слова звучали слишком жестоко. Он понимал, что она права, но не знал, как объяснить ей то, что происходит у него внутри. Как оправдать его чувства?        — Рита… — произнес он наконец, но её холодный взгляд остановил его.        — Нет, Степ. Когда-то мы уже решили остаться друзьями. Так, давай не будем ничего менять. Я пришла поддержать тебя. На этом все.        Он виновато опустил глаза. Кажется, он рушит всё, к чему прикасается. И её, такую сильную и независимую, он тоже уничтожил изнутри, заставил сгорать от любви и невозможности быть вместе с ним. В его душе раздавался глухой стон, словно кто-то вырывал из него самое ценное.       — Давай останемся друзьями. — тихо и неуверенно добавила она, ставя финальную точку в этом разговоре и их отношениях.