Под пеплом Феникса

Новость о задержании Стерджиса дошла до Перси и Кингсли раньше, чем до остальных. Его поймали прямо на входе в Отдел Тайн и незамедлительно сообщили Фаджу — это касалось самого секретного отдела всего Министерства, так что информацию передали ему напрямую. Тем же вечером на Гриммо было созвано срочное собрание, на котором пришли к выводу: Стерджис бы ни за что не полез туда без приказа, и с ним наверняка что-то случилось. Грюм оказался прав: нигде нельзя было быть в безопасности. Обвинить кого-то из оправданных Пожирателей и не оказаться при этом в списке поехавших мятежников было невозможно, так что оставалось только искать другие способы оправдать Стерджиса, а заодно смотреть в оба, приглядывать друг за другом и не выпускать из виду возможных сторонников Вол… Того-чье-имя-нельзя-называть. Суд прошел быстро и тихо. Министр на нем не присутствовал, он предоставил это дело Департаменту Правопорядка, так что и Перси на заседание не попал. Как рассказывала Тонкс, которой удалось туда пробиться, разбирались недолго, приговор вынесли почти сразу: два года Азкабана. Стерджис был абсолютно потерян и будто не до конца понимал, где находился, но упорно молчал, по всей видимости, чтобы не выдать Орден. Когда двумя днями позже в личную почту Перси пришло письмо, он вскрыл его только на Гриммо и в присутствии Билла, опасливо заглядывая в конверт. — Боишься, тебе снова драконьего навоза на анализ прислали? — Заткнись. С Оливером Вудом они не списывались с самого выпуска из Хогвартса, и получить от него весточку было неожиданно. Назвать их близкими друзьями было трудно: у них были уж слишком разные интересы и местами слишком схожий характер, чтобы можно было сойтись без постоянных перепалок. Но неприязни друг к другу они не испытывали, а семь лет в одной комнате в общежитии заставляли знать чуть больше, чем знают просто знакомые. Перси с сомнением показал письмо Биллу. Затем подошедшему Люпину. Затем Макгонагалл. Затем Грюму. И так до тех пор, пока письмо добралось до Дамблдора. Перси выслал именно такой ответ, который выслал бы тот Перси Уизли, который занимает пост младшего помощника Министра, но все равно уточнил: — А нам разве не стоит искать сторонников, а не отпугивать их? — Если я достаточно хорошо помню мистера Вуда, его трудно напугать, — Дамблдор сверкнул глазами из-под очков-половинок, — Мы просто убедимся в его намерениях. Перси ничего не понял, но кивнул. А потом Чарли из Румынии вышел с ними на связь по каминной сети и сообщил, что Вуд дописался и до него. Дамблдор был невероятно доволен, Блэк оживился в предвкушении свежей крови, Снейп закатил глаза так, что они наверняка увидели затылок, а Макгонагалл сжала губы в тонкую нить, но кивнула. Дальнейшие события Перси хотелось бы увидеть с точки зрения Вуда, чтобы убедиться, что и он, Перси, и весь Орден со стороны выглядят чокнувшимися. Однако же Вуд явился, и даже их встреча с Блэком прошла без попыток вызвать авроров. Не сказать, что Перси был в восторге (появление новичка в любом месте добавляло хлопот), но его терзала коварная мысль о том, что теперь, когда Стерджису нашлась замена, какое-то время Орден сможет справляться и так, и Перси не придется отправляться на поиски крестражей лично. Его не пугала полевая работа и возможные опасности в виде проклятых артефактов или Пожирателей. Но каждый раз, задумываясь о вылазке, он видел отряд авроров, обвинение в заговоре, суд и Азкабан. Сидя в штабе и занимаясь координацией, он был в относительной безопасности, но, что если они наткнутся на сотрудников Министерства? С Пожирателями можно вступить в бой, а вот оказывать сопротивление представителям закона, особенно, когда твое лицо мелькает в каждой второй газете на колдографиях рядом с мистером Фаджем, — самоубийство. Тем не менее, арест Стерджиса все еще висел над Орденом, как будто парящий в небе стервятник. Его нужно было как-то вытащить или хотя бы понять, кто именно его заколдовал. На собрании отец, все еще недовольный тем, что ему приходится отсиживаться, пока остальные работают, сказал, что мог бы осмотреть рабочее место Стерджиса, но Кингсли сказал, что ему пока слишком рискованно светиться. Решили, что этим займутся Тонкс и, собственно, Кингсли немного погодя, когда шумиха уляжется. Младшие к тому моменту уехали в Хогвартс, и тогда Гриммо 12 полноценно превратился в штаб, где беспрерывным круговоротом сменялись волшебники с отчетами о проверенных территориях и полученной информации. Дом совершенно сходил с ума от негодования и вымещал большую часть своей злости на Блэке. Тот отвечал взаимностью, уничтожая и выбрасывая наследие предков и коварно хихикая, пока дом хлопал дверцами шкафов. Он не признавался, но Перси видел, что ему это доставляет удовольствие: “движуха” наконец начала происходить и на его улице. И моменты уборки были, пожалуй, единственными, когда мама и Блэк сходились во мнении и объединялись против общего врага, пускай и для разных целей. Вуд, который пока появлялся на Гриммо только дважды, наблюдал за всем этим с любопытством, и большой интерес для него представил кабинет Ориона и планы Грюма на него. Перси в тот момент подавил тяжелый вздох. Не дай Мерлин они объединятся, им всем придет конец. В один из пока еще жарких сентябрьских дней Перси, немного взвинченный, вернулся в кабинет Министра после встречи с американским послом (мужчина недоверчиво попросил прислать ему не стажера, и Перси потребовалось очень много моральных усилий, чтобы объяснить, что он и так не стажер). Стоило ему закрыть за собой дверь, как мистер Фадж тут же окликнул его: — Мистер Уизли, будьте добры, дойдите до Департамента магического транспорта. Уоллес бесполезно отправлять записки, она скармливает их совам. Передайте ей, что сроки сдачи каминов в Ирландии придется сократить, иначе на нас даже “Пророк” с вилами пойдет. — Так и сказать, сэр? — Суть оставьте, — немного задумавшись, проговорил Фадж. — Да, сэр. Только поднимаясь на шестой уровень, Перси понял. Ощущая легкое волнение, он чинно зашагал по коридору, заглядывая в кабинеты и как бы высматривая нужную ему Уоллес. Наконец он шагнул в один из самых больших кабинетов, где сотрудники прятались друг от друга за перегородками между столами и решительно прошел мимо них. Тонкс говорила, что самое важное в работе под прикрытием — уверенность. Можешь рисковать, если ведешь себя так, словно делаешь то, что делаешь, каждый день последние лет десять, и тогда на тебя никто не обратит внимания. Будешь трястись и излишне осторожничать — все сразу поймут, что ты что-то задумал. Так что Перси, улыбчиво поздоровавшись с парой знакомых лиц, бесшумно проскользнул за перегородку пустующего стола. Она была невысокой, и Перси со своим немаленьким ростом, стоя за ней, был заметен, так что пришлось пригнуться. За стол Стерджиса пока никого не посадили, и часть его вещей так и осталась лежать на месте, как будто застыв во времени. Все бумаги изъяли, а вот в ящиках еще оставалась кружка и банка с чаем, карандаши и чернильницы, скобы и скрепки и куча другого мусора. Забрали даже рамку с полки — пыль еще не успела осесть на это место. Перси подозревал, что там могла быть колдография семьи Стерджиса. Дамблдор ведь говорил с ними? — пронеслось у него в голове, — И что он им сказал? А они как отреагировали? На сантименты времени не было, так что он принялся изучать содержимое других ящиков и полок. Ничего. Проверил наличие двойного дна — пусто. Уже отчаявшись, он заглянул под стол. Что-то светлое лежало в глубине, за ящиком. Возможно, какая-то записка завалилась. Присев, Перси вытянул руку и попытался достать до бумажки. Его пальцы коснулись угла, и в этот момент за спиной раздался негромкий голос: — Решили убедиться лично? Перси от неожиданности подскочил и стукнулся затылком о столешницу. Зашипев от боли и схватившись одной рукой за голову, другой он незаметно сунул бумажку во внутренний карман пиджака. — Извините, я снова вас напугал, — виновато улыбнувшись, подал ему руку Николас Тейт, — С самого начала все не заладилось… — Прошу прощения, — Перси в ответ выдавил дружелюбную улыбку, пытаясь угомонить зашедшееся сердце, — убедиться в чем? — Я говорил, что у нас в Департаменте уютнее, чем у вас. — Вроде того, — кивнул Перси, — Я искал миссис Уоллес и выронил письмо. В подтверждение он достал из того же внутреннего кармана реальное письмо от Министра. — Но у вас в самом деле атмосфера… приятнее, хотя мне больше по душе пространства поменьше. — Наши трубочисты с вами не согласятся, — неловко усмехнулся Тейт, — Им.. хватает маленьких пространств. От него нужно было срочно избавиться, вот только почему-то его неловкость передалась и Перси. Было непохоже, что для Тейта это было нормальным состоянием. Со своими большими виноватыми глазами он был больше похож на нашкодившего щенка, чем на серьезного диспетчера. По всей видимости, ему до сих пор было стыдно за ситуацию с камином мистера Фаджа. Словно в подтверждение мыслей Перси, он резко сменил тему и сказал: — Если Министр еще злится, передайте ему мои извинения. Ребята действовали по моей инициативе, так что это не их вина… — Министр очень доволен работой камина, — прервал его Перси. — Не переживайте на этот счет. А теперь, если не возражаете… — Извините, джентльмены, — мимо них, прямиком к столу Стерджиса, изящно проскользнула девушка в бледно-фиолетовой мантии. Поставив на стол коробку, она начала методично перекладывать в нее все изученные Перси пожитки Подмора. Перси шокировано уставился на нее. Не только из-за того, что она делала, но и из-за того, что он ее узнал: ассистентка Амелии Боунс. — Здесь больше ничего не было? — отбросив короткую прядь темных волос, она смотрела четко на Перси, как будто даже не замечая Тейта. — Боюсь, что нет, — под ее взглядом у него внутри все похолодело, — Простите за любопытство, мисс… — Одри Трефусис, — уголки ее губ приподнялись в улыбке, но в глазах невозможно было ничего прочесть. — Мисс Трефусис, разве этим обычно не занимаются авроры? — У нас в Департаменте все своего рода авроры. А вообще, я просто выполняю приказ мадам Боунс, — усмехнулась она и кивнула на конверт, который Перси все еще держал в руке, — Доставкой почты, полагаю, тоже обычно занимаются совы, и, тем не менее, вы здесь. — У нас в Управлении тоже все своего рода… — хотел было парировать Перси, но на середине фразы понял, как плохо это звучит, и его голос дрогнул, — совы. Краем глаза он увидел, как Тейт поджал губы, пряча улыбку. Трефусис ничего не ответила, но на миг в ее карих глазах что-то сверкнуло. Она закрыла коробку и удалилась, пожелав им хорошего дня. — Она… занятная, — глядя ей вслед, протянул Тейт. — Пожалуй, — хмуро кивнул Перси, испытывая какое-то нехорошее предчувствие. А если Боунс что-то подозревает?.. *** Как только Перси перешагнул порог Гриммо, его тут же завалили новостями: Дамблдор договорился с каким-то своим информатором, теперь у них есть основания предполагать, что они идут в правильном направлении, и нужно активнее продвигаться по Оксфордширу. Перепрыгивая через исчезнувшую ступеньку и игнорируя обиженный скрип дома, Перси спустился на кухню. На этот раз уже все были в сборе, и в комнате висело почти ощутимое напряжение. Тонкс не могла сидеть на месте и ходила из угла в угол, едва не подпрыгивая, вертя кольца и браслеты на руках и обращаясь то к одному, то к другому, чтобы хоть куда-то выплеснуть эмоции. Мама тоже появлялась то с одной стороны стола, то с другой, но ее волнение исходило явно не от предвкушения чего-то интересного. Билл был удивительно серьезен, Кингсли задумчиво смотрел перед собой, пока Эммелина Вэнс оживленно о чем-то ему шептала. Блэк, когда бы Перси на него ни глянул, прикладывался к стакану с виски. Люпин старался не показывать своего возбуждения, но бесконечно переставлял чашку с чаем с одного места на другое, отец делал вид, что очень увлечен чтением позавчерашнего “Пророка”. Волшебный глаз Грюма не замирал ни на секунду, а губы профессора Макгонагалл побелели от того, насколько плотно она их сжала. В полном спокойствии пребывали только Флетчер, который храпел лицом в стол, Вуд, которого, по предположениям Перси, действительно взволновать мог бы только летящий в него бладжер, и (кто бы сомневался) Дамблдор. — А насколько этот человек вообще надежен, Дамблдор? — гаркнул Грюм, и в кухне воцарилась тишина, — Какова вероятность, что он не приведет нас прямо в руки Пожирателей? — Поверьте, Аластор, это не такая уж загадочная фигура, как вам кажется, — невозмутимо ответил Дамблдор, — Он предпочитает оставаться в тени исключительно из нежелания нарушать свой покой на заслуженной пенсии. Судя по вскинутым бровям Макгонагалл, она догадывалась, о ком речь. Позади Перси кто-то фыркнул, и он едва не вздрогнул: он не заметил Снейпа. Ему, видимо, тоже была известна эта персона. — В любом случае, мы с ним пришли к общему мнению, что один из крестражей может находится непосредственно в Литтл-Хэнглтоне. Деревне, откуда были родом предки Волдеморта, и куда этим летом с помощью портала были отправлены Гарри и Седрик Диггори. Завтра для разведки мы отправим в деревню и ее окрестности два отряда. Мистер Уизли, списки у вас? — Да, сэр, — ровно сказал Перси, хотя внутри у него все дрогнуло. Большая часть Ордена уже была распределена, часть занималась другими районами, другую отправили в Лютный Переулок, наблюдать за лавкой “Гоблин и Берк”, третья работала над взаимоотношениями с магическими существами. Перси прекрасно знал, кто завтра свободен. — Профессор Макгонагалл, профессор Снейп, — начал Дамблдор, — думаю, мадам Амбридж не будет против, если вы в свой выходной отлучитесь пропустить по стакану огневиски в Хогсмиде? Эммелина, составьте им компанию, будьте добры… Кингсли, — директор сделал небольшую паузу, в которую у Перси едва не случился сердечный приступ, — Возьмете на себя мистера Вуда и мистера Уизли? Кингсли кивнул. Перси не шелохнулся. Только побледнел. Вуд, сидевший, сложив руки на груди, нахмурился: — Сколько это займет? — Столько, сколько нужно, — ледяным тоном сказал Снейп, даже не поворачиваясь в его сторону, — Боитесь пропустить тренировку? — Да, — не задумываясь ответил Вуд. — Думаю, успеете, — улыбнулся Дамблдор, — Напомните, за кого вы теперь играете? — За “Паддлмир Юнайтед”, сэр. — Замечательная команда! — просиял он, — Желаю удачи в новом сезоне. Перси мысленно вздохнул. Противиться он не собирался. Лучше войти в игру сейчас и быть готовым, чем отсрочивать до момента, когда Пожиратели полезут изо всех щелей. Но по загривку пополз холодок. — А может, им ищейка понадобится? — попытался вклиниться Блэк, глядя на Дамблдора, — Кого смутит пес в такой деревенской глуши? — Ты уже достаточно насмущал людей, когда провожал Гарри, — сказал Люпин, — Малфои знают, что ты Англии… — Да хрен бы с ними! — огрызнулся он, — Они туда тем более не полезут. Мой дорогой зять очень уж боится запачкать туфли в коровьем навозе… — Нет, Сириус, — покачал головой Дамблдор, — Люциус в любой момент сообщит в Аврорат, где тебя искать. Возможно, они уже знают, что ты не в Тибете, и через пару дней Кингсли придется старательно искать тебя в Лондонских переулках. Пока все не уляжется, мы не можем так рисковать. — А отправлять на поиск крестражей двух новобранцев, которые палочку в руках едва держали, мы можем? — Снейп, в попытке уколоть Перси и Оливера, внезапно оказался в группе поддержки Блэка. По всей видимости, осознав это, он скривился. — Я неплохой дуэлянт, — в странном порыве смелости заявил Перси, — И с Пожирателями уже сталкивался. — Когда они были пьяны в стельку, — фыркнул Снейп. — Но не менее опасны! — вздернул нос Перси. Он не то чтобы горел желанием идти, но казаться беспомощным неумехой хотел еще меньше. На финале Чемпионата Мира по квиддичу они действительно помогали Министерству остановить толпу темных волшебников, развеселившихся после победы Ирландии. Да, Перси прилетело в нос, но перед этим он вполне удачно обезоружил противника, и после этого в долгу не остался. — Мы пойдем туда, — сказал Вуд, — раз профессор Дамблдор решил. Иначе всегда будем новобранцами, не державшими в руке палочку, профессор Снип. Лицо Снейпа приобрело такое выражение, словно он съел слизняка: не то из-за того, что Оливер дал ему отпор, не то из-за того, как он своим шотландским говором исковеркал его фамилию. Блэк сделал вид, что закашлялся. Когда все было решено, они обговорили завтрашнюю вылазку и перешли к другим делам. Перси отчитался о том, что нашел на рабочем месте Стерджиса. Записка так и лежала в кармане его пиджака все это время, и в суматохе он не успел ее прочитать, так что увидел ее впервые вместе с остальными. Неровный почерк Стерджиса расчертил бумагу, и почему-то ее содержание заставило все внутри Перси сжаться: Малфой второй раз за день ошивается на этаже. Говорят, хочет поменять камин. Сгибы на записке напоминали схему самолетика, которые сотрудники отправляют друг другу для связи между отделами. Видимо, Стерджис собирался отправить ее кому-то из Ордена, но не успел, и она завалилась за стол. — Я прикончу эту змеюку. — хрипло сказал Блэк.