Тишина между нами

      В школе уже практически никого не осталось: шум стих, последние ученики покидали кампус, расходясь кто куда. Коридоры опустели — даже эхо шагов звучало тише обычного.       Узнав расписание, парни вышли на улицу. Хотелось побыстрее оказаться на свежем воздухе и почувствовать, как первый учебный день заканчивается. Теперь можно было расслабиться, побездельничать: в первую неделю домашние задания обычно либо не задают вовсе, либо их совсем немного.       Тэхён чувствовал усталость — скорее приятную, чем тягостную. Она мягко оседала в теле, напоминая о прожитом дне, но не тянула вниз. Тревога, сопровождавшая его с самого утра, постепенно отступала, стоило только осознать: самый сложный момент уже позади. Он позволил себе отпустить мысли и на время забыть об уроках — хотя бы до завтра.       На улице было более шумно и оживлённо, чем казалось из окон школы. День ещё не близился к своему концу: солнце стояло высоко, заливая территорию мягким, но ярким светом. Кампус выглядел живым: ученики выходили из здания группами, кто-то сразу направлялся к домикам, кто-то задерживался у входа, обсуждая что-то на полном ходу.       Деревья вокруг школы были ещё полуголыми, но ветви уже покрывались первыми почками. В воздухе чувствовалась весна — свежая, ясная, с лёгким запахом земли и травы. Было тепло, но не душно, и Тэхён поймал себя на том, что идёт медленнее, чем обычно, позволяя себе просто смотреть по сторонам.       Он шагал рядом с Чимином и Хосоком, иногда прислушиваясь к их разговору, иногда выпадая из него. Всё вокруг казалось новым и немного непривычным, но при этом не вызывало тревоги. Скорее наоборот — в этом месте чувствовалась какая-то лёгкость, словно здесь действительно можно начать с чистого листа.       — Я официально заявляю, что если завтра нам зададут домашку, я сбегу, — простонал Чимин, театрально вздыхая и растягивая слова. — Просто уйду без следов.       — И куда ты сбежишь? — скептически уточнил Хосок. — Тут, напоминаю, кругом лес.       Чимин огляделся по сторонам, будто проверяя его слова.       — Ну… в лес я точно не пойду, — наконец решил он. — Там холодно, комары и… — парень замялся. — Там даже нормальной связи нет.       — Ага, — хмыкнул Хосок. — Как будто в домиках она есть.       — Есть, — возразил Чимин. — Иногда. В одном углу. Если встать вот так, — он замер, вытянув руку и наклонив голову под странным углом, — и не дышать.       Тэхён не удержался и начал смеяться. Напряжение, которое держалось в нём с самого утра, немного отпустило — плечи сами собой расслабились.       — Значит, побег отменяется, — подытожил он.       Чимин повернулся с серьёзным видом и кивнул.       — Только временно. Я ещё вернусь к этой идее.              Хосок рассмеялся, и Тэхён поймал себя на том, что ему неожиданно спокойно. Слишком спокойно для первого дня в новом месте — и от этого было особенно приятно.       Смех постепенно стих и разговор перешёл в более спокойное русло. Тэхён поймал себя на том, что чувствует лёгкий голод — не резкий, а такой, который появляется, когда день был длинным и насыщенным. Он машинально поправил лямку рюкзака и оглянулся.       — Кстати, — протянул Хосок, будто прочитав его мысли, — вы есть хотите?       — Очень, — без раздумий ответил Чимин. — Я с утра на одном кофе держусь, если это вообще можно назвать завтраком.       Тэхён кивнул, соглашаясь. После всех уроков и впечатлений мысль о еде вдруг показалась особенно привлекательной.       — Тогда в столовую, — решил Хосок, уже меняя направление. — Пока там ещё что-то осталось и не разобрали всё самое съедобное.       Чимин оживился и ускорил шаг.       — Если мне сегодня достанется нормальный обед, — заявил он, — я официально признаю этот день удачным.       Тэхён усмехнулся и пошёл следом. Кампус постепенно оставался позади, а впереди маячило здание столовой. Он подумал, что, возможно, именно такие моменты — разговоры, смех, обычный обед после уроков — и помогут ему почувствовать, что он здесь не чужой.       В столовой было не очень много народу, несмотря на обеденное время. Ученики либо предпочли вместо обеда заняться чем-то другим, либо уже пообедали. Во втором случае надежда, что осталось что-то вкусное, ускользала с молниеносной скоростью.       Большая часть столиков была свободна, что радовало: можно было выбрать более-менее понравившееся место. Некоторые ребята сидели поодиночке, где-то в отдалении, и Тэхёну даже стало грустно из-за этого. На их месте мог быть он, если бы ему не повезло встретить хорошего соседа и дружную компанию.       Ребята взяли пластиковые подносы и встали в очередь. Перед ними было всего три человека, что очень радовало. Пришли бы они раньше — ждали минут тридцать. Тэхён на секунду замедлил шаг, перехватывая поднос поудобнее, и бегло оглядел зал. Гул голосов и тихий звон посуды сливались в ровный фон, от которого почему-то становилось чуть спокойнее.       Они устроились за столом, откуда было видно дверь и происходящее на улице. Приятный сквозняк гулял по столовой, немного перебивая запах еды. Тэхён ковырял еду, рассматривал её немного критично. Не то, чтобы он был брезгливым — просто в прошлой школе старался нечасто посещать столовую. Но тут выбора не было: либо ты ешь здесь, либо ходишь голодным.       Друзья же, наоборот, уплетали еду с большим удовольствием, будто голодали до этого целую неделю. При взгляде на них у Тэхёна тоже проснулся аппетит, и он последовал их примеру.       — Ну, что, — первым нарушил тишину Чимин, переводя взгляд на Кима, — как тебе первый день? Не сбежал бы?       Тэхён на секунду замялся, покрутил вилку в пальцах       — Было желание, — честно сказал он. — Но не настолько, чтобы реально уйти.       Хосок хмыкнул:       — Это прогресс.       — Я думал, будет хуже, — добавил Тэхён уже чуть тише. — Обычно первый день самый… неловкий.       Чимин усмехнулся:       — Ты просто еще не видел нас на контрольных.       — Спасибо, — криво улыбнулся Тэхён, — очень успокоил.       Он уже доел свой обед, отодвинул поднос и чувствовал облегчение. Чимин и Хосок что-то спокойно обсуждали.       В какой-то момент Тэхён машинально скользнул взглядом к двери и заметил знакомую фигуру, прошедшую мимо дверного проёма. Он узнал Чонгука почти сразу — по походке, по силуэту, — но тут же отвернулся, не придав этому значения.       Чимин потянулся на своём стуле, разминая мышцы от длительного сидячего положения, посмотрел вокруг, не акцентируя внимания ни на чём конкретном, и обернулся к ребятам:       — У кого какие предложения, чем заняться?       Хосок подхватил ход его мыслей:       — Я лично сидеть в комнате не особо хочу, — констатировал он.       — Согласен, перспектива так себе, — поддержал Тэхён и посмотрел на Чимина, ожидая его вердикта.       — Тогда, — Чимин уже начал вставать со своего места, — предлагаю прогуляться.       Они вышли из столовой и направились вдоль дорожки, уходящей вглубь школьной территории. После душного зала, воздух казался особенно свежим.       Неподалеку слышался шум, крики, громкие голоса. Ноги инстинктивно понесли их в ту сторону, будто сами выбирали, куда следовать. За разговорами парни дошли до баскетбольной площадки, где несколько ребят играли, переговариваясь и смеясь между бросками.       Они замедлили шаг у игрового поля, и не сговариваясь свернули к трибунам. Свободных мест для наблюдения было много. Чимин первым устроился посередине скамеек, где открывался самый выгодный пост наблюдения. Здесь было немного прохладнее из-за ветра, но зато хорошо просматривалась вся игра. Хосок уместился рядом, поставив ноги на переднюю трибуну и закинув туда же свой рюкзак. Тэхён опустился следом, чувствуя, как внимание переключается от разговоров к происходящему на площадке.       Мяч с глухим звуком ударялся о покрытие, кто-то громко смеялся, кто-то выкрикивал имена и баскетбольные термины. Игра шла живо, без напряжения — скорее ради развлечения, чем счёта.       — О, — вдруг протянул Чимин, чуть приподнимаясь и прищуриваясь. — Смотри-ка.       Тэхён машинально перевел взгляд туда, куда он смотрел, но сначала не понял, что именно привлекло внимание друга. Несколько парней быстро перемещались по площадке, меняясь местами, перекрикивались между собой.       И только спустя секунду он заметил знакомую фигуру.       Юнги.       А рядом с ним и Чонгук.       Он уже переоделся: черные спортивные штаны и свободная футболка, слегка прилипшая к спине от движения. Волосы растрёпаны, на лбу уже мелькали капельки пота. Он двигался быстро, уверенно, будто полностью растворился в игре. Не было ни привычной сдержанности, ни отстраненности — только сосредоточенность и редкие улыбки, которые мелькали, когда что-то удавалось.       Тэхён поймал себя на том, что следит именно за ним.       За тем, как Чонгук ловит мяч, как резко останавливается, прицеливаясь для броска. Это был другой Чонгук — живой, расслабленный, будто на своем месте.       Тэ отвел свой взгляд, только когда понял, что слишком долго смотрит.       — Они стали лучше играть с прошлого года, — заметил Хосок.       — Наверное на каникулах тоже много тренировались, — поддержал разговор Чимин.       Тэхён слушал друзей вполуха, иногда поглядывая на площадку. Но если честно, то его больше интересовала игра только одного человека.        Это было странно — он вроде бы смотрел на игру, но взгляд все равно снова и снова возвращался к Чонгуку.       — Тэхён, — голос Чимина заставил отвлечься. Тэ немного испугался, что друг заметил, куда направлено его внимание. Поэтому он старался не выдать своим выражением лица тревогу и держал эмоции под контролем. — А ты занимался каким-то спортом?       Тэхён выдохнул, его плечи расслабились. Повезло, что Чимин ничего не заметил, ну либо просто сделал вид.       — Я… на самом деле нет, — Тэхён задумался, припоминая был ли когда-то спорт в его жизни. — Как-то не довелось. Не моё это, — закончил он, немного смутившись.       — Правда? — Чимин искренне удивился. — А выглядишь достаточно спортивно.       Эта фраза смутила его только сильнее.       — Спасибо, — он слегка ему улыбнулся, снова уводя взгляд на площадку.       Юнги указал на трибуны и что-то сказал Чонгуку на ухо. Тот тут же перевёл взгляд в ту сторону, оглядывая зрительские места, будто выискивая кого-то. Тэхён заметил это, но не смог отвести глаз, ожидая, что будет дальше. Чонгук остановил взгляд на друзьях, коротко им помахал и только после этого мельком посмотрел на Тэхёна, не задерживаясь. Кто-то из команды окликнул его, и ему пришлось вернуться к игре.       Тэхён резко перевёл взгляд в сторону, чувствуя, как становится странно неловко, будто его поймали на чём-то личном.       Игра продолжилась будто ничего не произошло. Мяч снова глухо ударялся о покрытие, раздавался смех, кто-то с трибун даже аплодировал. Напряжение рассеялось, так же незаметно, как и появилось.       Тэхён больше не следил за площадкой так внимательно. Он позволил взгляду скользить по пространству, не задерживаясь ни на ком надолго, словно возвращая себе привычную дистанцию.       Когда раздался финальный свисток и ребята начали расходиться, он поймал себя на облегчении — и не сразу понял, от чего именно.       Игроки ушли с поля, оставляя за собой непривычную пустоту. С трибун постепенно расходились и зрители — тренировка подошла к концу.       Тэхён и не заметил, как скамейки вокруг опустели. Они с Чимином и Хосоком так и остались сидеть, переговариваясь вполголоса, пока площадка не стихла окончательно.       К трибунам поднимались Юнги и Чонгук — мокрые от пота, с красными лицами и взъерошенными волосами. Юнги на ходу вытирал лоб рукавом, а Чонгук, чуть опустив голову, пытался пригладить волосы ладонью, но только ещё больше их растрепал. От них шёл тёплый, разогретый воздух, и в этом было что-то живое, настоящее, совсем не похожее на школьные коридоры и строгие кабинеты.       — Ну что, — усмехнулся Юнги, остановившись у трибун и переводя дыхание, — как мы смотрелись со стороны?       — Как будто хотели выиграть несуществующий кубок, — подшутил Хосок, усмехнувшись и лениво покачав головой.       — Мы бы это сделали, если бы он был, — поддержал шутку Чонгук, пожав плечами.       Тэхён невольно улыбнулся, слушая разговор. Напряжение, которое он сразу заметил в себе, медленно отпускало. Все выглядели расслабленно, словно игра сблизила их ещё больше.       — Нам с Чонгуком надо в душ, — Юнги на ходу вытер лоб и поморщился. — А то, наверное, запашок от нас так себе.       — Это мягко сказано, — фыркнул Чимин.       Чонгук хмыкнул и, закинув полотенце на плечо, посмотрел на ребят:       — Можете посидеть у нас, если хотите.       Тэхён замялся, неловко переступив с ноги на ногу. Мысль развернуться и найти предлог уйти мелькнула слишком отчётливо, но он тут же отбросил её. Где-то внутри всё же теплилась надежда, что кто-нибудь откажется.       — Да, можно, — Чимин отозвался сразу, заметно оживившись и уже поднимаясь с места.       — Идём? — Чонгук задал вопрос всей компании, но взгляд его почему-то задержался именно на Тэхёне, словно проверяя, согласен ли тот.       Тэхён едва заметно кивнул, ощущая, как внутри поднимается странное, необъяснимое волнение.       Ребята двинулись в сторону домика, где жили Юнги и Чонгук. Тэхён шёл позади всех, не ощущая дискомфорта — наоборот, так ему было спокойнее, пока он не оказывался в центре внимания.       Воздух уже был прохладнее, под вечер становилось немного зябко. Не было слишком холодно, но хотелось уже побыстрее оказаться в тёплом месте — кожа реагировала на ветер, пробегавший между домиками. Они шли по гравийной дорожке мимо других домиков, и под ногами тихо похрустывали мелкие камешки.       Тэхён был единственным, кто не знал, где именно находится домик друзей, поэтому не мог рассчитать, когда они дойдут. Он просто шёл следом, доверяя их уверенности. Ребята что-то по пути обсуждали и смеялись, обмениваясь короткими фразами, иногда перебивая друг друга. Обстановка была непринужденной, даже уютной.       Чонгук шел впереди остальных, периодически поглядывая назад на друзей, будто машинально проверяя, что никто не отстал. Его походка была уверенной и привычной — такое бывает у человека, который хорошо знает это место и чувствует себя здесь своим. Он будто вёл группу друзей за собой, не задумываясь об этом.       Тэхён заметил, что плечи Чонгука расслаблены, движения спокойные и свободные. Он оглядывался по сторонам, словно собирая в мыслях знакомые очертания, и в этот момент казался совсем другим. Как будто между ним и Тэхёном не было этой стены — стоит протянуть руку, и дотронешься.       Когда домик показался впереди, Тэхён на секунду задержал взгляд. Почти машинально. В груди возникло тихое, едва уловимое напряжение — не тревога, не волнение, скорее ощущение чего-то нового и непривычного.       Он сделал шаг следом за остальными, позволяя этому чувству раствориться, не придавая ему значения.       Чонгук открыл дверь, придерживая её, и пропустил друзей вперёд. Чимин, прошедший первым, с порога оккупировал одну из кроватей, буквально запрыгнув на неё бомбочкой. Остальные вошли менее эффектно; Чонгук зашёл последним, закрыв за собой дверь.       — Давайте, дуйте быстрее в душ, — замотивировал ребят Хосок, усаживаясь на кровать рядом с Чимином в позе лотоса.       Пока Юнги перебирал домашнюю одежду, решая, что надеть после душа, Чонгук уже схватил полотенце, первые попавшиеся вещи и умчался в душевую, напоследок издевательски усмехнувшись. Юнги оставалось только раздражённо выдохнуть и опуститься на свободную кровать соседа — свою он был вынужден уступить.       Заметив, что Тэхён так и стоит, облокотившись на стол, Юнги похлопал ладонью по кровати, приглашая сесть. Тэхен немного помедлил, но всё же подошёл и занял свободное место.       Комната по размеру была почти такой же, как у них с Чимином: та же мебель, похожая обстановка. Отличие было лишь в том, что обе половины здесь выглядели живыми и обжитыми — чувствовалось, что соседи живут вместе уже не первый год. Приятным бонусом оказался старенький телевизор и игровая приставка с двумя пультами. Хосок как раз выбирал игру на двоих, и вскоре на экране замелькали яркие цвета — начался бой.       Тэхёну пришлось немного подвинуться к краю, когда рядом устроился Хосок, сосредоточенно сжимая пульт. Чимин для лучшего обзора сел прямо на пол, почти посреди комнаты.       Два раунда пролетели незаметно. Счёт сравнялся — по одному баллу с каждой стороны.       Когда начался третий, из душа вышел Чонгук, на ходу вытирая мокрые волосы полотенцем. На нём была белая футболка и свободные шорты; кожа ещё блестела от влаги.       Его взгляд сразу приковался к экрану, где разворачивалось напряжённое противостояние.       — Чонгук, бери пульт, вся надежда на тебя, — крикнул Юнги, почти впихивая ему его в руки, и тут же скрылся в ванной, наконец добравшись до душа.       Чонгук молча занял место на кровати, не отрывая взгляда от игры, пальцы уверенно заскользили по кнопкам, будто он знал комбинации наизусть.       Тэхён следил за происходящим на экране — игра неожиданно затягивала даже в роли зрителя. Он заметил, насколько близко сидит Чонгук, только когда тот слегка сдвинулся, задевая его плечом.       Чонгук сидел рядом достаточно, чтобы Тэхён чувствовал это присутствие, но не настолько, чтобы это бросалось в глаза. Он смотрел на экран сосредоточенно, время от времени нажимая кнопки, и казалось, что всё остальное для него сейчас не существует.       Игра продолжалась, на экране мелькали яркие вспышки и движения, Хосок что-то комментировал, Чимин смеялся. Комната была заполнена звуками и голосами, но Тэхён ловил себя на том, что прислушивается к паузам между ними — к редким щелчкам кнопок, к тихому дыханию рядом.       Он старался следить за происходящим на экране, но взгляд иногда ускользал в сторону — не к Чонгуку, а куда-то рядом, будто одно лишь присутствие сбивало привычный ритм мыслей.       Чонгук выиграл раунд, коротко усмехнувшись, и передал пульт Хосоку, будто это не имело значения.       — Да ты читер, — фыркнул тот.       — Просто быстрее реагирую, — спокойно отозвался Чонгук.       Тэхён заметил, что напряжение, с которым он пришёл сюда, постепенно растворялось. Не из-за игры и не из-за разговоров — просто потому, что всё происходило без лишних слов и ожиданий.       Дверь тихо скрипнула, и из душевой вышел Юнги — уже переодетый, с влажными волосами. Выглядел он посвежевшим, будто и правда успел отдохнуть.       Ребята при виде Юнги, не сговариваясь, натянули на себя самые виноватые лица: опустили головы, будто провинившиеся дети. Один лишь Хосок светился от счастья — улыбка до ушей, глаза радостные и слишком честные для такого спектакля.       Тэхён быстро понял, что происходит, и тоже подыграл, ссутулившись и отводя взгляд. Юнги же стоял посреди всего этого, абсолютно ничего не понимая, и молча таращился на друзей.       — Я проиграл, Юнги, — голос Чонгука звучал так, будто он объявлял о чьей-то смерти. — Прости.       Юнги моргнул. Чонгук каким-то образом даже умудрился намекнуть на улыбку — еле заметную, будто случайную. Остальные, чтобы не расхохотаться, упрямо смотрели в пол. Хосок же продолжал сверлить Юнги взглядом, сияя довольством.       — Да в смысле?.. — Юнги перевел взгляд сначала на Чонгука, на которого возлагал большие надежды, а потом медленно обвёл остальных. — Вы сейчас серьёзно?       — Я правда старался, — добавил Чонгук с самым правдоподобным видом, на который был способен — но он был слишком хорош.       Смех Чонгука оказался заразительным. Сначала короткий, сдержанный, он быстро перешёл в нормальный, живой — и уже через секунду Хосок смеялся вслух, не скрываясь, а Чимин тихо фыркал где-то сбоку.       Тэхён поймал себя на том, что смеётся вместе с ними. Не вежливо, не из-за компании — а по-настоящему. Громче, чем собирался, с выдохом, от которого слегка перехватывало горло. Он даже наклонился вперёд, упёршись ладонями в колени, потому что остановиться не получалось.       Это был редкий момент за долгое время, когда смех не приходилось изображать. Первый раз, когда он не думал, как выглядит со стороны.       Юнги смотрел на это молча. Потом перевёл взгляд с одного лица на другое, и тяжело вдохнув, сказал:       — Придурки, — но звучало это без злости. Юнги даже допустил легкую улыбку на своем лице.       Тэхён хотел придвинуться ближе к стене, у которой стояла кровать, чтобы облокотиться, но случайно задел голую лодыжку Чонгука, растянувшегося на покрывале. Он тут же отдёрнул руку, не придав этому значения, и поднял взгляд.       Чонгук посмотрел на него в ответ, чуть приподняв голову — без раздражения, без удивления, просто с немым вопросом во взгляде, будто ожидая, что Тэхён что-то скажет или объяснит.       Несколько секунд они смотрели друг на друга. Время тянулось непривычно медленно, и Тэхён вдруг остро осознал, насколько в комнате стало тихо — будто все лишние звуки на мгновение исчезли. Он не знал, что сказать, да и говорить, по правде, было нечего.       Тэхён просто мотнул головой, коротко, почти машинально, отвечая жестом вместо слов.       Чонгук ещё секунду задержал на нём взгляд, затем отвернулся, возвращаясь к своим мыслям, будто ничего и не произошло.       Тэ выдохнул и снова слегка сместился к стене. Внутри не осталось ни смущения, ни напряжения — только странное спокойствие, привычное и простое, как бывает, когда находишься среди людей, рядом с которыми можно не следить за каждым движением.       Вечер закончился тихо и незаметно — разговорами, бытовым шумом и ощущением усталости, которая не давила, а скорее успокаивала. Ничего особенного не произошло, и именно в этом было что-то правильное.                                                                         

                                                                  

***

             Утро пришло быстро, почти без перехода: звонок, привычная суета, коридоры и парты. Всё снова встало на свои места, будто вчерашний вечер был просто короткой паузой между обычными днями.       Тэхён сидел у окна, слушая учителя, но время от времени всё равно отвлекался, глядя наружу. Он поймал себя на мысли, что больше не чувствует прежнего дискомфорта: тело не напряжено, чужие взгляды больше не ощущаются так остро — будто он начал потихоньку привыкать к этому месту.       Парты в аудитории оказались одноместными, и Чимину пришлось сесть через ряд, из-за чего они не могли перешёптываться во время урока. Без его тихих комментариев и взглядов время тянулось особенно медленно.       Завтрак ребята пропустили, потому что выбрали подольше поспать, а поесть и на обеде успеют. На втором уроке живот предательски заурчал: громко и совсем не во время. Судя по тихому смешку с соседнего ряда, надежда была напрасной. Он бросил быстрый взгляд в сторону Чимина — тот прикрыл рот рукой, стараясь не рассмеяться вслух, и понимающе поднял брови.       До обеда оставалось ещё слишком долго, а концентрация на словах учителя стремительно уступала место единственной мысли: как бы дожить до перемены и не умереть с голоду прямо за партой.       Четыре урока прошли так, будто их было целых семь. Желание Тэхёна прийти в домик и завалиться спать до следующего дня не покидало ни на минуту.       Перед последним совместным уроком Хосок предложил выпить кофе, чтобы хоть как-то скрасить состояние. Парни поднялись на второй этаж, пару минут подождали своей очереди, и каждый взял себе по стаканчику ужасного на вкус, но сейчас жизненно необходимого напитка.       Они дошли до кабинета английского, где уже сидели несколько одноклассников, и заняли свободные места.       Удивительно, но за весь день ребята ни разу не пересеклись с Юнги и Чонгуком — даже на переменах. Словно вселенная нарочно раскидала их по разным углам. Тэхён старался не думать лишний раз о Чонгуке, о вчерашнем вечере, и у него это, на удивление, неплохо получалось.       Ровно до того момента, когда в класс зашли две знакомые фигуры.       Хосок заметил их первым и махнул рукой, подзывая занять места перед ними в одном ряду. Юнги и Чонгук сели за парту перед Тэхёном и Чимином, а Хосок устроился позади.       Перед Тэхёном теперь были широкие плечи Чонгука в чёрной футболке. Он на мгновение затаил дыхание, словно лишние звуки могли выдать его напряжение. Он понял, что эти сорок пять минут обещают быть для него слишком тяжёлым.       В кабинет вошёл учитель, и все почти синхронно поднялись со своих мест, приветствуя его. Начался очередной долгий урок. Тэхён уткнулся в тетрадь, делая вид, что полностью сосредоточен на записях, лишь бы не поднимать взгляд на одноклассника, сидящего впереди.       Первые двадцать минут пролетели неожиданно спокойно. Учитель объяснял правила грамматики, говоря исключительно на английском, и от этого слушать было даже интереснее — речь звучала плавно, уверенно, будто фон, в который можно было спрятаться. Тэхён старательно выводил строки, ловя себя на том, что напряжение постепенно отпускает. Но спокойствие его длилось недолго.       — Сейчас я разделю вас на пары и дам небольшое задание, успеете до конца урока, — реплика учителя прозвучала для Тэхёна почти как приговор.       Он понимал, что вероятность оказаться в паре с кем-то из друзей была невелика. Но мысль работать с незнакомым человеком тоже не радовала. Он, конечно, начал понемногу привыкать к этому месту, к людям вокруг — но не настолько.       Учитель начал перечислять имена, распределяя учеников по парам. Тэхён ждал своего — чтобы уже наконец перестать гадать и просто принять, как будет.       Но удача сегодня явно была не на его стороне.       — Ким Тэхён и Чон Чонгук.       Вердикт прозвучал ровно, без интонаций, будто ничего особенного не произошло. А у Тэхёна в этот момент сердце буквально ухнуло вниз и пальцы сами сжались на краю парты. На секунду он потерялся в ощущениях: шум класса будто отступил, в голове осталась только тишина — и два имени, застрявшие там на повторе.       Тэхён даже не заметил, как учитель раздал листы с заданием, не заметил, как рядом с ним уже сидит не Чимин. Он все ещё словно выпал из происходящего, не сразу возвращаясь в реальность.       — Тэхён.       Знакомый голос вернул его в кабинет, словно вытянув из-под толщи воды. Тэхён моргнул. Сначала он заметил лист с заданием, лежащий посреди стола, и только потом повернул голову в сторону говорящего.       Чонгук смотрел на него вопросительно — и будто даже обеспокоено, словно у Тэхёна на лице были написаны все мысли.       — Я… да, — выдавил он, больше ничего не сумев из себя выжать, и тут же отвёл взгляд.       Тэхён тут же перевёл внимание на листок, цепляясь за строки, лишь бы не сталкиваться с этими глазами снова.       — Давай начнём с первого пункта? — Чонгук взял на себя инициативу и придвинул листок ближе к себе.       Тэхён продолжал сверлить задания глазами, боясь лишний раз поднять голову или что-то сказать. Было ощущение, будто язык приклеился к нёбу и даже при огромном желании он не смог бы выдавить из себя ни слова.       Он медленно кивнул — почти незаметно, больше для себя, чем для Чонгука.       Сосед уже начал выполнять первое задание, записав пару предложений, но Тэхён заметил ошибку и не смог не указать на неё:       — Тут должна быть другая форма глагола, — он указал на нужное слово.       Лист лежал между ними, и Тэхён тут же убрал руку, будто сделал что-то лишнее, возвращая внимание обратно к заданию.       — Хорошо, — Чонгук аккуратно зачеркнул ошибку и исправил её, даже не поднимая головы.       Чонгук продолжил писать, иногда делая короткие паузы, будто подбирая формулировки. Лист лежал между ними, и Тэхёну приходилось наклоняться ближе, чтобы наблюдать за процессом.       Тэ указал на одну из строк, тихо проговорив пару слов — почти шёпотом. Чонгук тут же отреагировал, зачеркнул и переписал, не задавая лишних вопросов. Потом снова сделал пометку сбоку и повернул лист так, чтобы Тэхёну было удобнее.       Некоторое время они работали молча. Только скрип ручки, шорох бумаги и приглушённые голоса по классу вокруг. Напряжение постепенно ослабевало, сменяясь странным ощущением спокойствия — будто они поймали общий ритм, не договариваясь о нём вслух.       В какой-то момент Чонгук откинулся на спинку стула и коротко выдохнул.       — Вроде всё, — сказал он негромко.       Тэхён кивнул, пробегаясь взглядом по написанному. Он неожиданно поймал себя на том, что больше не считает секунды до конца урока.       Тэхён не успел до конца расслабиться после проделанной работы — прозвенел звонок. Учитель попросил принести задания к столу и сложить их в стопку.       Чонгук поднялся со своего места, спокойно убирая вещи в рюкзак. Он не торопился — это был последний урок, спешить было некуда.       Тэхён как раз накинул рюкзак на плечо, когда к их парте подлетел раздражённый Чимин, спешно выкладывая перед ними своё задание.       — Так, я собираюсь у вас абсолютно бессовестно списать, потому что мой напарник ни черта не понимает, — выпалил он на одном дыхании и тут же начал переписывать ответы.       — А ты уверен, что у нас правильно? — Чонгук задал вполне логичный вопрос.       — Да уже не важно, главное, чтобы хоть что-то было, — от усердия Чимин даже высунул кончик языка, нервно облизывая губы. — И да, я думаю, вы оба всё-таки поумнее некоторых будете.       — Ладно, тогда я пойду, — Чонгук уже направился к выходу из класса. — Увидимся.       — Спасибо, — Тэхён сам не понял, как это слово сорвалось с губ.       Чонгук легко улыбнулся в ответ и вышел из аудитории.       Тэхён и правда был ему по-настоящему благодарен. За то, что взял на себя записи, что прислушивался, если появлялись ошибки. И всё-таки ему повезло с напарником — могло быть иначе, как у Чимина, и тогда пришлось бы делать всё самому.       Тэхён задержался в классе на пару секунд дольше остальных, просто чтобы перевести дыхание.       День вымотал его сильнее, чем он ожидал. Но впервые с момента перевода он поймал себя на странной мысли: сегодня было… не так тяжело. Ему не хотелось думать о будущем с тревогой.       Хотелось просто позволить себе привыкнуть — шаг за шагом.