Сломать и починить

    ———

  — Джереми, тебе нужно быть аккуратнее на площадке. Твои колени слишком нежные, нельзя допускать появление синяков на них. — Беловолосый мужчина стоял на одном колене перед мальчишкой, сидящим на кровати. Грэг обрабатывал свежие ссадины и синячки на коленях ребенка, которые тот получил в этот же день утром. Мальчик махал ногами и веселился, пока не услышал уже знакомую и столь неприятную фразу: "Теперь нужно заплатить за помощь, помнишь?". После этих слов никогда не шло ничего хорошего, особенно когда дома не было никого, кроме Джереми и друга его матери. Совсем ничего хорошего.                                 ——— Очередная слеза упала на подушку, а Джереми наконец открыл глаза и несколько секунд просто смотрел в стену, переваривая свой сон. Воспоминания потихоньку возвращаются, но из-за этих беспорядочных обрывков он все больше запутывался. Из раздумий его вывел взрослый мужской голос:   — Уже проснулся? Как жаль. Спящий ты очень милый, совсем такой же как в детстве. Джереми развернулся в сторону говорящего, сел на кровати и принялся вытирать слезы, как-то стыдясь того, что его застали в такой момент.   — Что вы тут делаете? И где Ян? — мальчика напрягала такая компания, и он был готов уйти к себе в комнату в любой момент. Вот только стоящий у самой двери Грэг, и весь его вид намекали на то, что так просто выйти не получится.   — Милый, не переживай, Ян помогает своей матери настроить музыку, а мы с тобой пока можем наконец-то побыть наедине, — мужчина улыбнулся и закрыв дверь на замок подошёл к кровати и сел на ее край. В это же время Джереми наоборот отодвигался все сильнее, но дальше стены не уйти.   — Ты меня боишься? Не стоит, я не причиню вреда, если ты будешь слушаться, — Грэг протянул руку к парню и взял того за его ладонь, потом за вторую, и вскоре обе руки подростка были зажаты над его головой.   — Отпустите, это не смешно. Я не помню о вас ничего, и не нужно делать первые воспоминания такими противными. — Джереми внутри был очень напуган, но снаружи он выглядел только раздраженным. Все его попытки вырваться не увенчались успехом, даже ноги - и те были зажаты одной ногой Грэга.   — Противными? А в детстве тебе все это нравилось. Неужели за 5 лет разлуки ты так изменился? — Мужчина опасно нависал над парнем, свободной рукой залезая тому под рубашку, которая уже вся помялась от сна в ней.   — Убери руки блять или я кричать буду! — Джереми и так уже выкрикнул первое, что пришло в голову. На это взрослый только посмеялся, а его рука все дальше заходила под одежду мальца. Неожиданный стук в дверь и дёрганье ручки остановили сие действие. За стенкой раздался голос Яна, который сейчас казался спасительным:   — Джереми, ты там? Открывай, мне надо одежду взять, там одному гостю плохо стало и его вырвало на самого себя.. Короче, давай быстрее, все равно знаю, что ты уже не спишь. Подросток только и успел крикнуть имя брата, как тяжёлый кулак пришелся ему по лицу, от чего у него все закружилось, и вскоре он потерял сознание. Грэг был разочарован, что их так прервали, но ничего нельзя было сделать, поэтому он встал с кровати и взял мальчика на руки, а после открыл дверь, представ перед, на удивление, достаточно высоким парнем. Ян был удивлен, увидев не только своего новоиспеченного братца, но и брата своей матери, держащего на руках, на первый взгляд, спящего Джереми. Его эта вся картина смутила, хотя крик матери оказался важнее. Парень зашел в комнату и принялся искать одежду подходящего размера. Мужчина в это время отнес подростка в его комнату и уложил на кровать. Ему очень сильно хотелось продолжить начатое, но если его ещё раз поймают, уже могут появиться вопросы. Из-за этого Грэг оставил лёгкий след на губах мальчика и ушел к своей любимой сестрёнке. Прошло не больше часа, на улице стемнело, гости стали разъезжаться, а бедный ребёнок вновь проснулся от кошмара, связанного со своим детством. Джереми вытер глаза от лишней влаги и накрылся одеялом с головой, больше не желая подниматься с кровати. Больше ничего не желая. Видимо вечером все были слишком заняты, так как никто не тревожил самого младшего в семье, но его это не волновало, даже отчасти радовало. Наутро за завтраком женщина заметила отсутствие младшего, из-за чего начала переживать:   — Ян, дорогой, ты не сходишь за Джереми? Неужели он ещё спит? Уже 9 утра, пора бы ему встать.   — Да, сейчас схожу, без проблем, — старший сын посмотрел на пустое место рядом с собой. Он выдохнул, положил вилку с ножом и, встав из-за стола, направился в комнату подростка. Очередной стук остался без ответа, и стоящему за дверью ничего не осталось, кроме как открыть ее и зайти внутрь комнаты. Сделав это, он осмотрелся: везде был порядок, окна закрыты и зашторены, а на кровати небольшой комочек полностью накрыт одеялом. Ленгерц подошёл к нему и сел на край кровати, от чего лежащий под одеялом недовольно дернулся. Старший сам понимал, что что-то не так, поэтому долго не мог понять, как начать разговор, но через минуты 2 молчания у них состоялся следующий диалог:   — Почему ты не идёшь завтракать?   — Я не голоден.   — Ты там дышать можешь вообще? Дай я сниму одеяло..   — Не трогай!... Я заболел, уходи, а то заразишься.   — У тебя обычный голос, даже не хриплый. Давай не дури и идём завтракать. Ян не смог снять одеяло, ведь его очень крепко держал Джереми, так что первому пришлось полностью оторвать парня от постели и обнять его. После сделанного, старший услышал редкие всхлипы мальчика, который отпустил одеяло и теперь старался оттолкнуть от себя брата.   — Отпусти, мать твою, отпусти! Не трогай меня вообще, отстань, я не маленький ребенок, могу делать что захочу. — Ты не маленький, но ведёшь себя именно как незрелое дитё. Тебя ждут на завтрак, — Ян собирался продолжать говорить, но комочек у него в объятиях неожиданно вырвался, и тут парень понял, что он точно что-то упустил. Младший злобно посмотрел на брата, а после, почти задыхаясь, опустил голову и, собравшись с мыслями, произнёс: — У меня проблемы..связанные с Грэгом, но чтобы все до конца понять, мне нужно..вспомнить прошлое. Если ты не собираешься помогать, то не лезь в это. — Я помогу, тебе только нужно довериться и все мне рассказать, — Ян вновь прильнул к Джереми, но тот уже не брыкался и спокойно принял объятия.