Дождливый день в Нью-Йорке.

      Нью-Йорк – чудесный город. С самого раннего утра жизнь в нем неумолимо кипит, и даже ночью звуки машин и возгласы выходящих из бара людей не давали насладиться тишиной. Особенно шумно было в центре, что неудивительно, ведь изобилие торговых сетей привлекало огромное количество посетителей, которые, в свою очередь, считали своим долгом с восторгом комментировать новую коллекцию одежды или же, что тоже не редкость, возмущаться из-за растущих цен. Но это никогда не было минусом, наоборот, это завораживало, заставляло думать, что город живет с его жителями в унисон, дышит, отвечает им, переживает.           Осенью город преображался: успевшие пожелтеть листья кружились в воздухе, словно в вальсе, а потом мягко приземлялись на землю, создавая из себя мягкую дорожку; людей становилось немного меньше, но такому большому месту, как Нью-Йорк, это не мешало быть таким же шумным, как и прежде; из кофеен и булочных доносился сладкий аромат зёрен и выпечки. Простыми словами, все вокруг становилось волшебно – романтичным.           Это был один из таких дней. Синоптики с самого утра предупреждали о ливне и твердили, чтобы жители завязали шарф потуже и ни в коем случае не переступали порог квартиры без зонта. Но один человек – Майк Уиллер – бессовестно проигнорировал их слова и, наспех натянув пальто, выбежал из своей квартиры. У него сегодня очень важный день – парень спешил в издательство, чтобы представить свой рассказ. Это не было его основным способом заработка, он занимался этим «для души», желая, чтобы его произведения находили отклик у читателей.           Первые попытки были провальными – то сюжет слишком плоский, то написано «криво», то куча других претензий со стороны издательства. Поначалу Уиллера это расстраивало, даже злило. Он даже несколько раз корректировал содержание, чтобы его рассказ наконец-то приняли, но главный редактор был непреклонен в своем решении – написанное не подходило под интересы общества, читать такое никто не станет. Но Майк чувствовал, что сегодня особенный день – день, когда его жизнь заиграет новыми красками.           Мысли о скорой удаче настолько заполонили его голову, что, только-только оказавшись на улице, он стал корить себя за то, что все утро не думал ни о чем другом. Холодный ветер больно обжигал щеки и голую шею, а капли дождя били по лбу, словно сотни маленьких иголок. Щурясь, Уиллер закутал рукопись в пальто и, поймав такси, поехал в издательство.       - Поймите меня правильно, - протянул тучный мужчина, подкуривая сигарету. – Всё, что Вы пишете – бред. Людям неинтересно читать про то, как молодые люди находят себя в творчестве. Им нужны интриги, нужна страсть, понимаете? Это, - он взял стопку бумаг и неаккуратно швырнул ее в парня напротив, - можете выбросить. Когда напишите что-то, достойное публикации – приходите.       -Позвольте, сэр… Я думаю, что Вам стоит пересмотреть своё решение. Мой герой…       -Сколько раз мне нужно повторить одну и ту же фразу, чтобы Вы, наконец, покинули мой кабинет? – редактор не говорил, он кричал. Лицо покраснело, а между бровей появилась заметная морщина.       -Людям нужна не только пошлость, им нужна вера, - Майк взывал.       -А это – не пошло? Много ли Вы, мой друг, видели произведений, похожих на Ваше? Правильно – нет. А все почему? Потому что такое не публикуют, ведь людям это неинтересно. Мне больше нечего Вам сказать, - мужчина потушил сигарету, ставя точку в диалоге.           Уиллер покинул кабинет без слов. Снова неудача. Выходит, он ошибся, тогда, утром? День не принес ничего хорошего, а рукописи снова отправятся вместе с ним домой. Может, он действительно плохой писатель? Многие выпустили уже несколько книг, а у него нет ни одной.       -Пошло…Бред, - пробурчал себе под нос парень, пиная листья.           Настроение ни к чёрту. Майк принял решение – домой он пойдёт пешком. Да, дорога неблизкая, но и спешить ему некуда. Злость пробирала его до кончиков пальцев, а активность, как известно, способствует высвобождению.           И всё бы ничего, если бы на половине пути не пошёл ливень. Он был настолько сильным, что кудрявые темные волосы за считанные секунды стали мокрыми, а челка прилипала ко лбу и падала на глаза, мешая смотреть вперед. В голове, словно эхо, всплывали слова синоптиков о том, что без зонта лучше не выходить. Злость отступила, ее место заняло разочарование и легкая грусть.           Продолжать путь в такую погоду – пытка. В лучшем случае, Уиллер так и останется с испорченным настроением на весь вечер, а в худшем -  проснется с температурой, и еще несколько дней будет избавляться от последствий прогулки. Было принято второе решение за этот вечер – нужно зайти в какую-нибудь лавочку и переждать ливень там. Майк не думал, что его выгонят, скорее наоборот, поймут и, если «хозяин» окажется достаточно милосердным, даже предложат чашку кофе и беседу. Оглядевшись по сторонам, он забежал в первую дверь с яркой вывеской.       -Добрый вечер. Вы зашли к нам, чтобы порадовать свою даму? Какие цветы она предпочитает? У нас найдется на любой вкус и цвет.           В нос ударил приятный запах роз, лилий и других цветов. Убрав мокрую челку с глаз, Уиллер начал осматриваться – вокруг него стояло множество цветов, которые, действительно, были на любой вкус и цвет. С первого взгляда могло показаться, что даже самая привередливая дама найдёт здесь что-то для себя. За прилавком стоял молодой парень, примерно такого же возраста, как и сам Майк. Последний сразу отметил аккуратно уложенные русые волосы и чистый, выглаженный передник. Флорист широко улыбался, отчего, как казалось, по телу разливалось тепло.       -Добрый вечер. На самом деле, - темноволосый вытер рукавом капли дождя со лба, - я забежал в первую лавку, которая попалась на глаза, чтобы скрыться от дождя.       - Оу, - парень вскинул брови. - Да, сегодня и правда льёт, как из ведра.       - Пожалуй…Я могу переждать здесь ливень? Бьёт слишком сильно и я, быть может, больше не выдержу на улице ни минуты.       -Боюсь, Вам всё же придётся купить цветы, - игриво заявил «хозяин».       -Что ж, - выдохнул Уиллер, подходя ближе к прилавку. – Какие Вам больше всего нравятся? Будем считать это благодарностью за гостеприимство.           Несложно было заметить, как на лице флориста появляется румянец. Майк так же отметил его блестящие зеленые глаза. Ему показалось, что именно такие он видит впервые.       -Знаете…Я люблю все цветы. Каждый по-своему прекрасен. Так что выбирайте на свой вкус.       -Вы меня переоцениваете. Я плох в этом. Что ж… - темноволосый развернулся и приступил к выбору. Думать долго не пришлось.       -Ромашки. Они безумно подойдут к Вашим глазам. Более того, они кажутся такими же нежными, как и Вы. Как думаете, пятнадцать цветков – это приемлемо?       -Отличный выбор.           Флорист осторожно, почти по-кошачьи, вышел из-за прилавка. Майк наблюдал, с какой осторожностью он достаёт каждый из цветков, будто боясь навредить или сделать больно. Каждое движение, пусть и аккуратное, но уверенное, отточенное. Тонкие пальцы сжимают стебель, давая цветку возможность оставаться в руках, а не рухнуть на пол.       - Позвольте спросить, - прервал тишину Уиллер, - как Ваше имя?       -Уилльям. Но мне больше нравится, когда меня зовут Уилл. А Ваше?       -Майкл. Но мне больше нравится, когда меня зовут Майк.       -Вот как, - отвлекаясь от работы, русоволосый повернул голову. Их взгляды встретились. Это длилось всего секунду, но за это время по телу пробежали тысячи мурашек.       -Что у Вас в руках, Майк?           Сердце остановилось. Почему его имя так приятно звучит из уст этого молодого парня? В груди кольнуло, как будто её пронзили тысячи мелких иголок, но это было не больно, а, наоборот, приятно.       -Это…- взгляд Уиллера упал на бумаги, сжатые у него в руке. – Это ничего. По крайне мере, так мне сказал главный редактор.       -Вы журналист?       -Нет. Это мой рассказ. Я много раз его переписывал, чтобы угодить издательству, но его не принимают. Видите ли, это слишком пошло, - последнее слово он «выплюнул», скривив губы.       -Про что он?       -Про то, как молодой человек нашел себя в творчестве. Это, если так можно выразиться, своего рода автобиография. Но, честно сказать, с моей жизнью рассказ мало пересекается. Многое в нем я выдумал. Главный редактор сказал, что людям нужна только страсть, а я думаю, что все от этого устали. Они хотят почитать что-то другое, то, что не описывали «до».       - Вы правы. Я сам устал читать бульварные романы. Думаю, Ваш рассказ стал бы лучиком света, если бы его напечатали. По крайней мере, моим бы точно стал, - Уилл повернулся, держа в руках букет. – Готово.       -Спасибо, - слова не могли оставить Майка равнодушным, заставляя губы расплыться в улыбке. – Букет получился восхитительный. Уверен, Вы поставите его в самую красивую вазу.       -Непременно. Вы не могли бы дать мне почитать Ваш рассказ? – вопрос был задан осторожно, словно касался того, чего касаться пока было нельзя.       -Да, конечно, - на лице Уиллера вспыхнул едва заметный румянец. – Можете оставить себе.       -Нет, я отдам Вам его завтра же. Куда я могу подойти?       -Вы завтра будете здесь?       -Да.       -Я сам к Вам зайду, Уилл. Мне по пути. Но с Вас – подробный отзыв, жалобы и предложения.       -Как скажете, Майк, - произнес флорист со смехом в голосе.           Стало слишком тихо. Повернув головы, парни отметили, что ливня уже нет. Это значило лишь одно – пришло время расставаться, но было понятно и без слов, что им обоим этого не хотелось.       -Могу я предложить Вам чашку кофе? - не растерявшись, выпалил Уилл. – Не могу отпустить Вас, ничем не отблагодарив за букет.       -Не откажусь. Если позволите, выпью даже две.           Еще там, в цветочной лавке, Майк Уиллер понял, что однажды придется признаться в том, что ему было вовсе не по пути, а что он всего лишь хотел снова увидеть флориста. Предчувствие его не обмануло – это действительно счастливый день, разделивший его жизнь на два отрезка. Он и подумать не мог, что зелёные глаза могут быть настолько обворожительны, что его имя может звучать так сладко и что пустые разговоры вовсе не бесполезная трата времени.           Завтра он заберет свою рукопись и исправит, учитывая замечания. Но это будет завтра, а сейчас он начинает писать новый рассказ, и будет он про дождливый день в Нью-Йорке, подаривший ему надежду и, кто знает, может быть, любовь всей жизни. Но этот рассказ не такой, как прошлый - не на бумажных страницах, а на страницах жизни, и Майк Уиллер постарается допустить как можно меньше ошибок.