Как Сохатый сына искал

      Лучи яркого солнышка, преломлялись об окошки множества различных зданий, Косого Переулка, и прыгая солнечными зайчиками, попадали прямо в глазки одного очень любознательного мальчика, от чего тот мило жмурился. Ещё совсем кроха Гарри Поттер, шёл со своим отцом за ручку, и внимательно рассматривал каждый магазин и прилавок. Всё казалось таким огромным, словно великаны в пёстрых юбках, да таким ярким, что маленьким глазкам и зацепиться было не за что.       Тут было всё. И мётлы разных форм и размеров, и котлы, в которых постоянно что-то бурлило, кипело и взрывалось, выпуская колонны разноцветного дыма. Искры и пузыри летали сами по себе. Наряды в витринах наичуднейшие. Полки забиты склянками, банками. А магазин игрушек? Где же вы видели такой магазин игрушек? Маленький мягкий мишка, за стеклянной витриной, сидел и улыбчиво махал каждому прохожему, пока рядом с ним, никого не замечая танцевала кукла. Вот дела.       И несмотря на лёгкий ветерок и слабо греющее солнышко, на небе не было ни тучки. Погода шепчет. И к вашему сведению, ничего плохо. Гарри широко улыбался.       А вот Джеймса Поттера, одного из самых молодых членов Ордена Феникса, такой расклад, увы, не устраивал. Слишком всё хорошо, подозрительно хорошо. И людей сегодня как-то слишком много. Давно он не видел таких столпотворений в Косом Переулке, наверное с тех самых лет, когда сам был маленьким ребёнком. Уж, что, а волшебный народ — отчаянный, только о нападениях стало меньше слышно, так и повалились из домов. Что-то тут точно не чисто, не мог Волдеморт просто так залечь на дно. Словно это затишье перед бурей.       Джеймс ещё раз быстро прошёлся по списку. Сегодня была его очередь сходить за продуктами и нужными вещами, но так как Лили ужасно не выспалась, он взял с собой и Гарри, чтобы тот не мешал маме отдыхать. Честно говоря, Джеймс и сам бы не прочь отдохнуть, он уже и не помнил, что такое хороший сон. Он устало зевнул и убрал список в карман мантии.       — Не боись боец, осталось совсем чуть-чуть и мы пойдём домой. — подмигнув, сказал он сыну, но тот и не собирался скучать или, ещё чего, домой, у него и тут дел было предостаточно.       Джеймс одной рукой, вёз коляску, которая сейчас была забита пакетами, а другой крепко держал Гарри за ручку. А в голове, на перебой с повторяющимся списком, непрерывно, как заевшая пластинка, играла мысль, произойдёт что-то ужасное. Он чувствовал это. Хотя может это сыгрались хронический стресс и переживания. Кто знает.       Пара подошла к нужной лавке с различными травами, обычными и волшебными, продавец которой тут же перевёл на Джеймса жадный оценивающий взгляд, через мгновение подозрительно хитро заулыбался. Да, с этого парня есть что взять. Читалось в этом взгляде.       Джеймса это даже как-то обидело. Честное слово, ну не будет же он ходить в обносках, когда может позволить себе этого не делать. Да, его мантия качественная и дорого выглядящая, цвет идеально подобран, движения не сковывает, даже и складочки не образуется при ношении. Да. Ну и что с того, я вас спрашиваю? Что с того? Это же не значит... да ничего, это, собственно, и не значит. Да и знать это никому не нужно.       — Взвесьте-ка тридцать грамм алихоции и лирный корень, один, — протараторил Джеймс, — А смоковница у вас Абиссинская есть? — он ещё раз сверился со списком, и не успев получить ответ, продолжил, — Нет, отбой, обычной — грамм двести, ну и две головки заунывника, пожалуйста. — Джеймс подытожил и зевнул. Очки съехали на кончик носа и он машинально поправил их правой рукой, которой до этого держал Гарри. Мальчик с сомнением посмотрел на образовавшуюся свободу и приподняв одну бровь уставился на отца. Того увлёк продажник, своим занимательным аттракционом — "сбрось цену если сможешь".       Джеймс спорил минут пять и уже начинал раздражаться:       — Сто семьдесят сиклей это красная цена.       — Вай, какой сто семьдесят? Ты что? Это же свежайшее, двести десять и не меньше. — не сдавался наглый продавец, но и Джеймс не из тех, кто так легко сдаётся, да и настоящую цену этих трав он тоже знает.       — Сто семьдесят или мы уходим, между прочим в лавке у Амброзиуса предлагают точно такие же травы и за меньшее, — Джеймс соврал, уже чисто из принципа.       — Скатертью дорожка, уважаемый. Таких, как у меня, вы нигде не найдёте.       — За такую-то цену, конечно!       — Па-па, иетла там! — Гарри тянул Джеймса за рукав мантии; он увидел, как через пару магазинов отсюда, привезли на показ, новенькую блестящую метлу "Нимбус 1990", — Па-па, па-па, иетла! Иетла! Там, там! — не унимался Гарри. Ему так хотелось чтобы папа посмотрел на новую метлу, он ведь их так любит.       — Гарри отстань! Не видишь папа занят, — рявкнул Джеймс вырывая рукав, — Сто шестьдесят и по рукам.       — Уважаемый! Это уже — беспредел! Двести, ну хорошо сто девяносто и сиклем не меньше.       Гарри надулся и отошёл в тенёк, где демонстративно пнул ножкой стену.       В итоге у Джеймса получилось сторговаться до ста восьмидесяти сиклей. Он положил упакованные травы и растения в коляску к остальным покупкам, и двинулся дальше, с полной уверенностью, что Гарри идёт следом за ним. Он опять посмотрел в список, удостоверился, что взял всё правильно и довольный произнёс:       — Вот видишь, Оленёнок, маме, для зелий, мы уже всё купили, осталось папе взять и, и, — он зевнул, — Домой.       Джеймс шёл вперёд ища глазами нужный магазин.       — За то, что ты, сегодня почти не канючил, на обратном пути можем зайти в магазин игрушек, выберешь что захочешь, — Джеймс не отрываясь от дороги опустил руку вниз чтобы Гарри вновь за неё взялся, но ответа не последовало, — Оленёнок, — тогда он потряс рукой тем самым, якобы привлекая внимание ребёнка, но опять же, никакой реакции. Тогда Джеймс всё-таки развернулся в сторону сына и сердце его пропустило удар. А затем забилось с новой дикой скоростью, за стёклами очков, глаза бешено метались из стороны в сторону, в животе тяжёлым грузом образовался ком. Гарри нигде не было.       — Оленёнок? Оленё– Гарри? Гарри?! — его дыхание участилось, казалось будто воздуха всего мира не хватило бы ему полноценно наполнить лёгкие. Страх, такой сильный, какой он давно не испытывал, а может и вовсе никогда, охватил его с головой. Будто его без какой-либо подготовки бросили в ледяное озеро, предварительно перед этим привязав к ногам камень и связав руки, чтоб наверняка, — Чёрт! Чёрт! Твою мать! Твою а-а, — он схватился руками за голову.       — Что делать? Что делать? — он кружился внимательно оглядывая улицу вокруг него: ни намёка на его сына.       Джеймс попытался взять себя в руки и уверенно побежал обратно к лавке с травами, забыв на дороге коляску со всеми покупками. На пол пути он о ней вспомнил и громко выругавшись, вернулся. Подбежав к лавке, на этот раз с коляской, он выглядел потрёпанным и задыхался от быстрого бега и накрывавшей его тревоги. Сейчас, этот чистокровный богатый аристократ выглядел городским сумасшедшим, с выпученными глазами, от таких, обычно, все матери просят держаться как можно дальше. Мало ли что он сотворит.       — Извините, — он бесцеремонно отпихнул стоящую перед ним покупательницу, та слегка споткнулась и чуть не упала, — Извините, я у вас только что травы покупал. Продавец недружелюбно хмыкнул.       — Ах! Куда вы лезете?! Наглец! Без очереди! Ещё и пихаетесь! — высоким голосом возмущалась на всю улицу женщина. Джеймс не удостоил ту взглядом, есть дела поважнее.       — Так вот, со мной мальчик был, маленький такой, рядом со мной стоял, вы не видели?       — Нахал! Кто вас манерам только учил?! Посмотрела бы я на вас, если бы вашу маму так толкнули! — не унималась женщина.       — Я же сказал извините! — ответил ей Джеймс, и так как сейчас он был на грани, добавил, — И на будущее тоже извините меня, но будьте так добры и свалите нахер отсюда! У меня сын пропал!       — Оно и не удивительно, — сказала она отходя в сторону.       — Овца! — крикнул ей Джеймс. — Так вот, мальчик. Такой маленький, тёмные волосы, в свитере синем. Не видели?       — Ну с вами он был, да. — поразмыслив пару секунд, ответил продавец и почесал бороду.       — Супер! Был, говорите? Ну-ну... И что же, прям со мной?! — Джеймс съязвил, криво улыбаясь.       — Ну да. — невозмутимо ответил продажник.       Джеймс издал отчаянный стон.       — Может вы видели куда он пошёл, когда я ушёл? Может его забрал кто? Или... или? Эм.. — он прикусил губу.       — Не видел я никого, мамой клянусь! Ты тут был — ушёл. Я дальше продавал, по сторонам не смотрю.       — Чёрт! — выругался Джеймс и добавил, — Это я не вам.       Он схватил коляску и пошёл куда глаза глядят. Слишком много людей, толпы народу, тут самому бы не потеряться, что уже говорить о маленьком мальчике. В голове крутились сотни ужасных безобразных мыслей, одна хуже другой.       Он ведь такой маленький, перепугался наверняка и плачет сейчас где-нибудь! Один одинёшенька! И никто даже не успокоит, не обнимет. Что я за отец такой? Как так можно было — забыть собственного сына? А если... а если его украли.. Пожиратели, узнали меня и... Нет! Глупости! Глупости! Какие глупости! Спокойно Джеймс.       Гарри стоял у магазина "Всё для Квиддича" и вместе с толпой таких же детишек, всех возрастов, любовался новой метлой, что сейчас выставлял консультант.       — Вау.. — выдохнуло хором пару ребят и взрослых.       — Вот это аппарат! — воскликнул волшебник средних лет своему другу.       — А за сколько до сотки разгоняется? — спросил другой у консультанта.       — За пятнадцать секунд! — гордо ответил тот, словно самолично собирал эту метлу.       — И что же, с сидушкой? — поинтересовалась спортивного вида волшебница.       — А то!       Гарри не понимал ни слова о чём болтали взрослые. Ерунда это всё. Главное, что метла, да какая! Гладкая рукоять, светлая покрытая до блеска лаком древесина, веточки одна к другой. Блестит. Красивая. Любовался Гарри.       Он смеялся и восклицал вместе со всеми будто всё понимал и разбирался. Хлопал в ладоши когда это делали другие и радостно топал ножками.       — Иетла. — он указал пальчиком в сторону метлы, рыжеволосому мальчику, примерно его же возраста.       — Ага! Кхасивая и летает.       Гарри знающе кивнул и они продолжили разглядывать метлу.       Стоящая рядом с этим мальчиком молодая женщина, тоже рыжеволосая, видимо мама, обратила внимание на то, что Гарри, очевидно, тут сам по себе. Она оглядела всех взрослых и никто не показался ей родителем. Женщина настойчиво решила приглядывать и за Гарри, пока они тут стоят. Скорее всего мальчик отбился от родителей или они внутри магазина.       Джеймс нёсся по улицам Косого Переулка, внимательно всматриваясь в каждого мимо проходящего ребёнка. Так он пару раз чуть не налетел на чужих людей. Было бы весьма странно, если бы к чьему-то ребёнку подбежал взлохмаченный дядя с бешеными глазами и вопросом "ты ли Оленёнок ?".       Он чувствовал как вот-вот и сам расплачется не хуже пятилетки. Джеймс остановился на углу, чтобы перевести дух. Во рту пересохло, а глаза ужасно щипало. Горло будто перевязали колючей проволокой. Он резко, дрожащими руками, достал из кармана палочку и долго пытался сконцентрироваться выводя нужные движения. Когда у него наконец вышло, он что-то прошептал и вдаль ускользнул бело-синий силуэт.       Сириус Блэк, также один из самых молодых членов Ордена Феникса, сидел у себя на кухне, читал газету, пил чай, в общем то занимался своими делами, никому не мешал — одним словом. Он раскачивался на стуле, ставя того на задние ножки. Его палочка поддерживала собранный пучок шикарных чёрных волос на голове.       В комнату резко ворвался огромный светящийся олень и на всю кухню раздался истеричный голос Джеймса. Сириус от неожиданности, с грохотом свалился вместе со стулом назад. Сильный удар пришёлся на копчик.       — Твою мать. — возмутился он.       Олень тем временем вещал: Бродяга, срочно! Срочно в Косой Переулок! Я Гарри потерял. Я- Я возле... что это? "Обскурус"... Приходи, пожалуйста!       Олень ещё раз важно оббежал кухню и растаял в воздухе.       Сириус, конечно, ничего не понял, кроме того факта, что Джеймсу нужна помощь, а значит, без каких-либо вопросов, молча встал, потирая поясницу, схватил старую чёрную мантию, что висела на крючке, и, также как тот олень, испарился.       Прямо у входа в издательский дом "Обскурус" с негромким хлопком появился Сириус. Он с опаской посмотрел на друга, который был сам не свой. Джеймс понуро опустивши голову к коленям и накрывшись руками, сидел на ступеньках.       — Сохатый? Что произошло? — взволновался Сириус при виде друга.       — Я потерял Гарри, — сдавленным голосом ответил Джеймс.       — Как это потерял? — Сириус медленно подошёл ближе.       — Не тупи Бродяга, взял и потерял, — Джеймс поднял голову на друга, — Отхожу от магазина, а его уже нигде нет! Весь Переулок оббегал, а его нет! — он спрятал лицо в ладонях.       — Вот так тебе доверяй крестника! — возмутился Сириус.       — Не смешно, Сириус. — серьёзным тоном ответил Джеймс.       — Конечно не смешно, у тебя сын только ходить научился, а уже сбежал.       Ответа на колкость не последовало, лишь тяжкое молчание. Сириус приободряюще сжал плечо друга.       — Я уверен, что всё будет хорошо. Ты наверняка просто не заметил его в этой толпе, — Сириус посмотрел по сторонам, — Что ж им всем дома в такие времена не сидится?       Поттер ничего не ответил, так и сидел утопая в своей тревоге.       — Так, всё, вставай давай, — он поднял Джеймса на ноги, — Сейчас мы всё уладим, надо только подумать.       — Да какой там! Его просто нигде нет! А если его украли?       — Не пари горячку! — раздражённо крикнул Сириус, — может вы мимо каких игрушек проходили?       Джеймсу словно дали лёгкую пощёчину чтобы он пришёл в себя и это сработало.       — Да.. Да, проходили, — он чувствовал как возможность холодно мыслить возвращается к нему. — Это как раз рядом было. Он мог спокойно туда дойти.       — Знаешь, сейчас я как никогда согласен с твоей жёнушкой, ты — редкостный болван, Поттер.       Несмотря по сторонам, расталкивая всех подряд на своём пути, юноши неслись сломя голову к нужному зданию фиолетового цвета. Мантии развивались на ветру. Не успев перевести дух, Джеймс бросил коляску у входа и вломился в магазин, тем самым сильно напугав двоих детишек, что с криком убежали вглубь. Сириус верно следовал по пятам.       Молодая волшебница в лиловой мантии стояла к ним спиной и протирала пыль на полках с игрушками. Чтобы привлечь её внимание, Джеймс, громко хлопнул ладонью об прилавок. Девушка дёрнулась и выронила тряпку.       — Извините, — кинул ей Джеймс.       Девушка кратко нагнулась за тряпкой, выровнялась с высоко поднятой головой и с прищуром глянула на Джеймса.       — Чего вам? — строго спросила она, поправляя выбившуюся прядь блондинистых волос.       Сириус, до этого стоявший сложившись по полам, выпрямился, ртом глотая воздух. Он, уже более вальяжно, чем когда они вломились, подошёл к стойке, хоть и по-прежнему тяжело дыша, как старый пёс с астмой.       — Здрааасте.       — Извините, вы тут не видели мальчика маленького? Синяя кофточка, волосы чёрные...       — На него похож, только глаза умные, — вставил свои пять копеек Сириус. Джеймс ткнул его локтём.       — Может мимо проходил или с каким взрослым заходил? Ему около годика всего, понимаете?       Волшебница озадачено на него посмотрела.       — Вы что, годовалого ребёнка потеряли? — сказала она так, словно Джеймс был не в курсе своих дел.       — Вот сейчас, вообще не помогаете, — ответил он раздражённо.       В конечном итоге весь их разговор так и остался бесполезной тратой бесценного времени. Перед уходом Сириус подмигнул консультантке и в своей обаятельной манере, обозначая жестом телефон, прислонил руку к уху. Будто он знает о магглавском телефоне не только по рассказам Лили. Он было одними губами прошептал: "дай номерок", как Джеймс, схватив за капюшон его старой мантии, силой выволок на улицу.       — Это не игрушки, Сириус! — Сириус только хотел возразить, что это, как раз таки игрушки, но к счастью Джеймс его перебил, — Ты понимаешь это?! Мой сын пропал. А что если это западня? — Джеймс больше не мог удерживать свои опасения, что разъедали его изнутри всё это время, — Что если это Пожиратели его украли? Они знают меня в лицо, нам столько раз удалось обойти их. Если.. если.. его там пытают? Чтобы наказать нас. Если я больше никогда его не увижу? Если..       — Остановись, Джеймс! Послушай, что ты несёшь! — былой запал Сириуса испарился и игривая улыбка наконец спала с его губ. Он слегка потряс друга за плечи, — Оглянись! Улица набита битком, Пожиратели ни за что бы не остались незамеченными. — он попытался вразумить друга, но теперь, ужасающие мысли и образы, роем агрессивных ос, поселились и в его голове. Но Сириус не мог позволить себе, проникнуть им глубоко в мозг. Хоть кто-то должен был оставаться в здравом рассудке.       — На кой чёрт именно ты сдался Вол.. — он осёкся и не желая испытывать судьбу, исправился, — Сам-знаешь-кому?       — Я не знаю, не знаю! Может, мешаю чем.. Какая разница! Он псих, мало ли, что ему на этот раз в голову стрельнуло.       Джеймс замолчал, он с трудом сдерживал слёзы, в горле будто образовался самый настоящий валун.       — Он же только свои первые шаги сделал, только начал говорить, да так ловко, — он шмыгнул носом и невольно улыбнулся, — такой любознательный, лезет всюду.. иногда его не остановить, болтает, на своём… Если я и вправду его больше никогда не увижу? — лицо Джеймса было искажено от страха, да так, что у Сириуса кольнуло в груди. Он ещё никогда не видел своего друга в таком ужасе, даже когда их окружали в бою, ему всё было ни почём.       Для Сириуса, Джеймс Поттер — это самый смелый и отважный человек на планете Земля. Он просто не может чего-то бояться, чепуха, Джеймс Поттер любому говнюку зад надерёт.       — Даже не думай об этом. Сохатый, такое случается со всеми родителями. Я уверен, тебя ещё и роняли, — при этих словах Джеймс слабо улыбнулся, наверняка, — У вас ещё будет всё время мира, — оба скривились от примитивности этой фразы.       — Сентиментальный, ты стал, Бродяга. — они вдвоём слегка усмехнулись, больше выпустив воздух через нос, тем не менее это помогло немного сбавить напряжение.       — Так, ладно, — с громким выдохом сказал Сириус и огляделся по сторонам в надежде увидеть хоть какую-нибудь зацепку. Самое удивительное, что это действительно сработало. Взгляд его пал на магазин мётел "Всё для Квиддича", чуть поодаль на другой стороне дороги, точнее сказать, на сборище зевак у входа. — Ты.. ты.. — он сощурился пытаясь разглядеть что-то, — Сохатый, ты идиот!       — Сейчас-то чего? — спросил непонимающий Джеймс.       Сириус развернул друга и указал ладонью, куда ему нужно было смотреть. Джеймс ещё пару секунд недоумевал, что должен был увидеть и вдруг, словно на него сошло благословение, толпа немного разошлась и лучи солнца подсветили знакомую макушку тёмных непослушных волос, расходясь красивым золотым сиянием. Не говоря ни слова, он рванул с места.       Джеймс пробирался сквозь толпу не заботясь больше ни о чём, и не обращая внимания на возмущённые возгласы. А вот следовавшему Сириусу пришлось бормотать:       — Извините.       — Простите.       — Он у нас не в себе.       — А может это вы сами себе на ногу наступили.       Джеймс подбежал к ничему не подозревающему Гарри и поднял на руки, прижимая его как можно крепче.       — Слава Мерлину, Гарри! — Джеймс держал Гарри обхватив двумя руками и несильно покачивал от переизбытка эмоций, — Ты цел, — он расцеловал Гарри в обе щёки и висок, от чего мальчик радостно заулыбался и захихикал. Он был рад, что папа тут, рядом с ним, и он тоже увидит крутую метлу. Джеймс аккуратно прижал голову сына к своей, так что его очки съехали, и тихо спросил, — Ты в порядке, Оленёнок?       — Па-па! Иетла! — указал пальчиком Гарри и звонко расхохотался.       — Да, метла Гарри, метла. — Джеймс слегка ослабил хватку, так что Гарри смог двигаться. Он посмотрел в сторону магазина, и вправду метла, но сейчас, Квиддич, для него не имел никакого значения. Он повернулся к сыну, — Я больше никогда тебя не оставлю. Слышишь, никогда.       Сириус стоял рядом с ними, закрывая их собой от чужих ненужных взглядов и не скрывая улыбался.       — Яблоко от яблони, — лишь сказал он.       — Сиия! — воскликнул Гарри завидев крёстного и потянулся в его сторону.       — О, да ладно вам! Я же просил не учить его называть меня "Сиря". — Гарри эхом повторил "Сиия" не выговаривая букву "р". Сириус нарочито серьёзно продолжил, — Бьюсь об заклад, это Лили. Она это специально, чтобы мне досадить.       Гарри всё ещё тянулся в сторону хоть и не кровного, но точно родного дяди. Джеймса одолели эмоции, накрыли его с головой. Пережитый стресс от потери, страх никогда не найти, сильная злость на себя, стыд. Облегчение от воссоединения, радость видеть его снова, недолгое счастье, стыд. Всё о чём Джеймс мог думать, это какой его мальчик смелый. Не испугался, не плакал, как сделал его папа. Наверное так считает каждый родитель, но вот Гарри точно самый смелый на свете. И уж точно для Джеймса. Слёзы никак не поддавались контролю и нагло образовались в его глазах.       Сириус, сделал вид, что ничего не заметил и Джеймс был горячо благодарен ему:       — Ладно, давай сюда моего крестника, а то ты опять его потеряешь.       Джеймс, передал сына единственному, не считая конечно Лили, человеку, которому доверял больше чем себе, с полной уверенностью зная, что когда он повернётся, то Гарри будет на месте и в полной безопасности. А как же, с Сириусом по-другому не бывает. Тот в свою очередь дал другу время прийти в себя и отвернул Гарри, что бы он не видел, как его отец сейчас плачет.       — Хочешь тебе такую купим? Да? Ой, а мама, как будет ругаться, — с улыбкой проговорил Сириус, — Будет ворчать: "ты его разбалуешь, ой-ой-ой", — сказал он писклявым голосом подражая Лили, тем самым насмешив Гарри, — Я тебя научу какой ей пальчик показать.       Джеймс наконец смог успокоиться и уверить себя, что теперь уже всё хорошо. Он несколько раз вытер глаза тыльной стороной ладони. Поправил очки. Возвращаясь к своим он искренне улыбался:       — Ну, что, пойдёмте?       — А вы хоть всё купили? — спросил Сириус.       — Уже не важно.       Троица сошла с тротуара на главную дорогу. Джеймс вытащил палочку из кармана. Лёгким движением руки и простеньким невербальным "Акцио", он вернул себе детскую коляску, не растеряв при этом ни единого пакета.       Рыжеволосая женщина, наблюдавшая за ними всё это время, удостоверилась в чём, хотела и взяла за руку сына.       — Пойдём, дорогой. — сказала она.       А в это время, Джеймс, Сириус и абсолютно счастливый, улыбаясь во все четыре зуба, Гарри Поттер, шли в сторону Дырявого Котла, откуда они с помощью каминной сети доберутся в небольшой, но уютный коттедж Поттеров в Годриковой Впадине.       — Не парся, Сохатый. Он ничего и не вспомнит, — Сириус ухмылялся, — Но я обязательно напомню. Лет так, через десять. А там и Лили можно будет рассказать...       — Нет, нет, нет. Только не Лили, — резко запротестовал Джеймс, — Она убьёт меня! Ей лучше вообще об этом не знать... — он немного помолчал и добавил, — Никогда.       Друзья рассмеялись. И Гарри вместе с ними, просто так, за компанию. Потому что они смеялись. Потому что был счастлив. Ведь нет ничего лучше, чем поход в Косой Переулок, волшебное, чарующее место. Поход с близкими. С семьёй. Ведь тогда, у него ещё была семья.