Спокойствие на грани

Каждый месяц приходит. Маленькая лодка приходит с провиантом, газетой с новостями, за прошлый месяц и письмами от близких. Мне в этот раз не пришло. Обычно я получаю их от друга, в редких случаях от семьи. В принципе, он предупреждал меня, что в связи с переездом и нестабильной обстановкой у него может не получиться написать мне. Моему товарищу же письма приходят каждый раз и по несколько конвертов. Он как-то раз объяснял, что один от семьи, второй от дяди, а третий от жены. Иногда вместо письма жены, получал письмо, написанное своей дочуркой. Корявое, плохо читаемое, но написанное с таким старанием. Как же он ей хвалился, это каждый раз вызывает во мне лёгкую улыбку и тепло на душе. Каждое появление этой лодки воодушевляет нас. Это кусочек надежды, понимания того, что остальной мир нас не забыл. Конверты моего коллеги различались по печатям, либо бумаге. Синяя печать от дяди и красно-коричневая от семьи и жены. Письмо, написанное его драгоценным ребёнком, об этом сигнализировала маленькая ленточка, которая выглядывала с двух сторон из-под печати. И в этот раз он стабильно получил 3 конверта. Краем глаза я заметил синюю печать на одном, красно-коричневую на другом и скорее всего такую же на третьем. Видимо в этот раз написать письмо дитё не успело, иначе оно бы лежало первым в его стопке. Сказав о своём уходе из дома, я оставил его на едине со своей большой семьей. Сам понимал, это слишком личный и радостный момент, который хочется провести в тишине без присутствия постороннего. В который раз я смотрел на этот необъятный океан. 9 часов утра, прохладный ветер, солнце скрыто за толстым слоем облаков. Такую погоду принято называть пасмурной. Положив инструменты, я сделал пару шагов и опустился на влажную траву. Приятная, прохладная. Я полностью слился с ней, когда лёг на спину. Шум волн, разбивающихся о скалы, вновь стали лишь дополнением к общей мелодии на заднем плане. Я позволил себе немного отдохнуть и слушать лишь звуки вокруг меня. Одна волна со всей силы устремилась к обрыву, разделилась на двое и скрылась в океане. Прекрасный, красивый, успокаивающий. Могучая сила, которую человек смог покорить вновь и вновь пыталась доказать, насколько она опасна. И наша уверенность в своём доминировании на её территории настолько же хрупка, как и деревянная лодка в открытом океане во время сильного шторма. Каждый раз выходя на её просторы это становится игрой. Насколько ты продержишься. С океаном всегда нужно считаться, нельзя недооценивать. Ведь как только он увидит твою слабость, он воспользуется ей. «Пощада» — это то слово, которое многие забывают, как только уходят от материка. В воде свои правила и им нужно следовать. Эти правила во многом дики и отходят от морали, к которой привыкли люди материка. Но они необходимы, чтобы справиться со стихией и выжить. Люди заключили с океанами и морями негласный договор, которому следуют обе стороны: каждый сам за себя. Вода, как и раньше ведёт себя и живёт, люди на кораблях, как и раньше проплывают через её территории, и никто никому не мешает. Водная стихия безразлична к нам. Она не обращает внимание на нас, не потопляет суда специально, не защищает их. Она безразлична. И в своём безразличии для кого-то она и ужасна. Но что может человеке перед ней? Она живёт веками, почти с момента зарождения планеты. Океан древнее существо и для него мы лишь миг в его судьбе. Весьма интересный, но всё же миг. Разве вы будете обращать внимание на маленьких муравьёв постоянно? Нет, они лишь изредка будут забирать ваше внимание, но не больше. Тоже самое чувствует и океан к нам. Недалеко от себя я услышал глухой звон вёдер, который появляется, если поставить их, и звук шагов. Один, второй, трава слегка шуршит от соприкосновения с человеком, спустя несколько мгновений звук прекратился, а возле себя почувствовал чьё-то присутствие. Медленно открыв глаза, я увидел всё тоже серое небо, а сбоку виднелся силуэт. Повернув голову, я снизу вверх рассматривал того, кто вторгся в мой тихий и спокойный мирок. Ботинки, защищающие от влаги, тёмно-серые плотные штаны, тёплый, вязанный свитер зелёного оттенка. Всё это было давно знакомо, вся одежда была слегка потёрта и потеряла свой первоначальный вид, но для этих мест выглядела весьма хорошо. Я остановил свой взгляд на свитере, не хотел поднимать свой взор выше, потому что знал, меня заметили и точно также рассматривают, чувствовал это. Пересилив себя, я наконец смог взглянуть в глаза второй душе в этом месте. Не ошибся, они смотрели на меня со спокойствием и каким-то непониманием. Но это спокойствие не было умиротворением, это была усталость, вселенская усталость, от всего. Моё сердце сжалось. Я понимал его, знал. И вроде как должен сказать слова поддержки, но ни одно не приходило на ум. Лишь пустота. Я выбрал то, в чём был уверен. Просто остался рядом, мысленно пытаясь разделить его чувства. Это нельзя описать. Мы вдвоём многое оставили на материке, поэтому здесь. У каждого своя история, которая даётся по кусочкам, маленьким, которые в будущем возможно создадут из себя хотя бы часть общего письма под названием жизнь. Сегодня я узнал из его жизни чуть больше, чем следовало. Эмоционально, если брать фактически я всё также мало, что о нём знаю. Я строю образ людей на эмпатии. Этот образ смутный и похож на картины импрессионистов, но он намного полнее и точнее для меня, чем простой набор фактов, который выстраивается в стройную картину классицизма, где каждая веточка выверена и объяснена математически. Лучше, конечно, если всё это вместе. Но это возможно лишь на большой земле. Здесь не принято расспрашивать о жизни там, а говорить и не приходится. Так, иногда, в коротких фразах, действиях угадывается прошлое человека. Он сел возле. Больше не смотрел на меня, и хоть взгляд был направлен вперёд, он не смотрел и в даль, смотрел лишь в глубину своего внутреннего океана. Да, сегодня я слишком много узнал. На общей картине выстроились мазки краски, остались лишь более-менее чёткие образы, которые появятся только если он захочет и сможет мне рассказать. Позже я узнал, один из конвертов был с чёрной печатью.