Эпилог
13 января 2026 г., 09:46
Всех в зале покрыла белая вспышка.
Когда белая пелена спала, Тейлз обнаружил себя стоящим на той самой поляне в Зеленых Холмах, с которой всё началось в фильме
Первым делом лисенок в панике схватился левой рукой за правое плечо. Его пальцы судорожно ощупывали руку, спускаясь ниже. Локоть... предплечье... запястье...
Он поднял правую руку к глазам. Она была на месте. Живая, покрытая мягким желтым мехом, в белой перчатке. Никакой холодной стали, никаких встроенных пушек, никаких швов.
— Фух... — выдохнул Тейлз, и его колени подогнулись от облегчения. Он упал на траву, глядя в чистое голубое небо. — Это всё было ненастоящим. Я цел.
В этот момент тишину разорвала бодрая трель коммуникатора.
Тейлз вздрогнул, но достал устройство. На экране светилась иконка Соника.
Он нажал «Ответить», все еще чувствуя легкий тремор в пальцах.
— Тейлз? — раздался из динамика знакомый, веселый голос. — Ты как там, приятель? Все вернулись?
— Да, Соник, я... я в порядке, — пробормотал лисенок, вытирая пот со лба.
— Отлично! — бодро воскликнул Соник. И вдруг его тон изменился. Он стал подозрительно похож на тот, что был в начале кошмара. — Йоу, Тейлз! Может, пройдем, погуляем по Зеленой Поляне? Поедим чили-догов? Я тут недалеко...
Тейлз замер. Кровь отхлынула от его лица. Перед глазами снова всплыла картина: жуткая ухмылка Демона, оторванная рука, горы трупов.
— ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ?! — заорал Тейлз в трубку так, что динамик зафонил. — Ты намеренно копируешь те слова, которые говорила та Сущность с экрана?! Ты совсем идиот?! Над таким не шутят, Соник! У меня до сих пор руки трясутся!
На том конце провода повисла пауза, а затем раздался громкий, заливистый смех.
— Ой, да ладно тебе, братишка! — сквозь смех выдавил Соник. — Надо же как-то разрядить обстановку! Ты слишком серьезный. Я просто хотел проверить, не потерял ли ты хватку!
— Это не смешно! — Тейлз сердито топнул ногой, хотя страх начал отступать, сменяясь раздражением. — Над таким не шутят!
Настоящий Соник никогда бы не упустил шанса подколоть друга, даже после конца света. Это доказывало, что он — настоящий.
— Ладно, ладно, прости, — выдохнул Соник, успокаиваясь. Его голос стал серьезнее. — Главное, что такое не случится. Мы видели, к чему это ведет, и мы готовы. И знаешь... я и так не доверял этой консервной банке Эггмана... а теперь еще сильнее не доверяю. Если увижу Метала — разберу на запчасти превентивно.
— Согласен, — кивнул Тейлз, глядя на свою целую руку. — С технологиями нужно быть осторожнее.
Тем временем на секретной базе Доктора Эггмана жизнь тоже возвращалась в привычное русло.
Доктор материализовался посреди своего командного центра. Он поправил усы, отряхнул камзол и огляделся. База была целой. Никаких следов разрушений, никаких трупов роботов.
К нему тут же подкатили два знакомых дроида.
— С возвращением, Босс! — радостно пропищал Орбот, живой и невредимый.
— Ага! Мы скучали! — поддакнул Кьюбот, чья голова, к счастью, не была занята экзистенциальным ужасом.
Эггман посмотрел на них с нескрываемым облегчением. В кошмаре он видел их гибель, видел их преданность. Сейчас они казались ему чуть менее раздражающими, чем обычно.
— Босс! — вытянулся по струнке Орбот. — Нам пойти захватить животных для новых бадников?! План по порабощению сам себя не выполнит!
Эггман моргнул. Минуту назад он переживал за их жизни, а теперь...
— Идиоты! Вы еще и спрашиваете?! — заорал он привычным командным тоном, топая ногой. — КОНЕЧНО! Идите быстрее! Мне нужна армия к ужину! Живо, живо!
— Есть, сэр! — хором крикнули роботы и в комичном страхе убежали в коридор, сталкиваясь друг с другом.
Эггман фыркнул, глядя им вслед, а затем повернулся к ремонтному столу.
Там, в спящем режиме, сидел Метал Соник.
Он выглядел безупречно. Сияющая синяя броня, хищный профиль. Никаких плащей, никаких золотых аур. Просто машина.
Эггман медленно подошел к нему. В его голове все еще звучали слова Супер Метала: "Твое существование нарушает мой алгоритм... Ты балласт".
— Метал, — тихо позвал Доктор.
Глаза робота вспыхнули красным. Он плавно повернул голову к создателю.
— Слушаю, создатель. Система активна. Жду указаний.
Эггман наклонился ближе, заглядывая в бездушные линзы оптики.
— Скажи мне... — начал он осторожно. — У тебя не возникало... странных мыслей? Насчет того, как я тобою командую? Насчет эффективности моих приказов?
Метал Соник смотрел на него неподвижно пару секунд. Казалось, за этими линзами бегут миллионы строк кода.
— Нет, создатель, — наконец проскрежетал он своим монотонным голосом. — Я исправно выполню любой приказ. Моя цель — уничтожение Соника и служение Империи Эггмана. Я обучаюсь на своих ошибках в бою и строю анализы на их основе для повышения эффективности.
В этом ответе не было и намека на бунт. Идеальный солдат.
Но Эггман вздрогнул. Фраза "строю анализы" прозвучала для него как угроза. Именно эти анализы привели Метала к мысли об убийстве хозяина в том варианте будущего.
Доктор выпрямился и нервно ударил себя ладонью по лбу.
— Так, всё. Хватит с меня умных машин.
Он решительно подошел к клавиатуре терминала, к которому был подключен Метал.
— Я уберу у тебя этот "глубокий анализ" после боя, — пробормотал Эггман, быстро печатая команды удаления. — И модуль самообучения стратегии тоже урежу. Будешь просто быстрым и сильным.. и тупым. Думать буду я.
Он нажал Enter. На экране пробежала строка: "ФУНКЦИИ ЭВРИСТИЧЕСКОГО АНАЛИЗА ОТКЛЮЧЕНЫ".
— Слишком опасно, — выдохнул Эггман, глядя на Метал Соника, который, кажется, стал чуть более "тупым", но зато безопасным. — Гениальность в этой комнате должна быть только одна. И это — Я
Вечер опустился на Зеленые Холмы, окутывая мир мягкими сумерками. В уютном домике Ваниллы горел теплый свет, играла тихая музыка, и пахло свежей выпечкой. Компания решила, что после пережитого кошмара им просто необходимо почувствовать себя живыми, побыть вместе и отвлечься.
Соник вальяжно раскинулся на диване, подкидывая и ловя яблоко. Тейлз что-то увлеченно рассказывал Эми, жестикулируя обеими руками. Наклз, как обычно, стоял у стены, делая вид, что охраняет вазу с фруктами, но на самом деле просто стеснялся.
Однако не все могли расслабиться полностью.
Ванилла разливала чай в фарфоровые чашки, но звон ложечки о блюдце выдавал дрожь её рук. Она то и дело бросала тревожные взгляды на Крим. Маленькая крольчиха сидела на ковре и беззаботно играла с Чизом, совершенно не понимая, почему мама каждые пять минут подходит, чтобы погладить её по голове или просто проверить, что она здесь, рядом.
Крим не видела того ужаса на экране, и для Ваниллы это было единственным утешением. Но сама она никак не могла забыть хруст костей и тот страшный, искаженный смех лже-Соника.
Внезапно уютную атмосферу вечеринки разорвал громкий, требовательный стук.
БАМ-БАМ-БАМ!
Музыка тут же смолкла. Соник сел ровно, его иглы встали дыбом. Наклз сжал кулаки. В комнате повисла звенящая тишина. Все слишком хорошо помнили, как начинались неприятности в том, другом мире.
Ванилла побледнела, едва не уронив поднос. Её взгляд метнулся к двери. Перед глазами всплыла сцена из записи: ночь, запертая дверь и светящиеся глаза в темноте.
— В экране... — прошептала она, прижимая руки к груди. — Когда так стучались на экране... Нас спас Метал Соник. Но до этого... там был монстр.
Внезапно замок щелкнул, не выдержав напора, и дверь с грохотом распахнулась настежь, ударившись о стену.
В клубах вечернего тумана, на пороге сверкнули два зловещих красных глаза.
— ЧТО?! — заорал Тейлз, вскакивая и опрокидывая стул.
Соник мгновенно оказался перед Крим и Ваниллой, готовый к атаке. Эми призвала свой молот. Наклз зарычал.
— БЫТЬ НЕ МОЖЕТ!
Но тут "зловещая" фигура шагнула в свет лампы, и герои моргнули.
Красные глаза принадлежали Метал Сонику. Но он не атаковал. Он стоял смирно, как вешалка. А рядом с ним, поправляя сбившиеся усы, стоял Доктор Эггман, окруженный своими верными идиотами Орботом и Кьюботом.
— Кхм-кхм... — Эггман картинно прокашлялся, словно выступал на сцене оперного театра. Он окинул застывших героев взглядом поверх очков. — Я услышал, что тут намечается вечеринка... И подумал, что негоже оставлять гения в одиночестве!
Доктор широко улыбнулся, разведя руки в стороны.
— Могу я присоединиться со своими друзьями? Я даже принес... эмм... свое присутствие! Это лучший подарок!
Напряжение в комнате лопнуло, как мыльный пузырь.
Соник опустил руки и громко выдохнул, закатив глаза.
— Эггман! Ты нас до инфаркта чуть не довел! Кто так входит?!
— Эффектное появление — залог успеха! — парировал Доктор, проходя внутрь без приглашения.
Взгляды всех присутствующих тут же приковались к Метал Сонику. Робот зашел следом, двигаясь немного скованно. Многие — особенно Тейлз и Эми — смотрели на него со смесью облегчения и страха. Они помнили его геройство, но они также помнили, как в альтернативном будущем он превратился в Золотого Бога и выгнал их всех прочь.
Эггман перехватил эти взгляды и самодовольно похлопал свое творение по металлической голове. Звук был глухим и пустым.
— А, вы насчет него переживаете? Не волнуйтесь! — воскликнул Доктор. — После того... кхм... "поучительного фильма", я принял меры.
Эггман постучал пальцем по виску Метала.
— Я полностью убрал у него функцию эвристического самообучения и анализа личности создателя. Теперь он не будет изучать "эффективность", строить сложные выводы о моем поведении или решать, кто тут балласт.
Доктор тяжело вздохнул, словно жаловался на тяжелую жизнь родителя.
— Он стал тупее, конечно. Прямолинейнее. Никаких философских монологов о совершенстве. Но... — Эггман покосился на робота, — зато он хотя бы не попытается сместить мою власть и не выгонит меня из собственного дома. Безопасность превыше всего!
Соник расплылся в своей фирменной ухмылке. Страх ушел окончательно. Перед ними был старый добрый Эггман — злодей, которого они знали и, как ни странно, были рады видеть живым.
— Конечно, Яйцеголовый! — рассмеялся синий ёж, указывая на свободное место. — Заходи! Только чур, роботов маслом на ковер не капать! Ванилла только убралась.
— Я прослежу! — радостно пискнул Кьюбот, уже примериваясь к подносу с печеньем.
— Ну, раз уж вы здесь, — Ванилла наконец-то улыбнулась, и её руки перестали дрожать. Мир вернулся в норму. — Я заварю еще чаю. Доктор, вам с сахаром?
— С тремя ложками! — важно заявил Эггман, усаживаясь в кресло. — И побольше печенья!
Конец
