Серые будни отдела КСЛ

Каждый свой визит на Трискелион я пыталась сделать максимально комфортным для себя. Планировала прогулки по различным заведениям или шопинг, насколько мне позволял график. Как правило прибыть нужно было строго к назначенному времени, а вот за возвращением домой никто не следил, поэтому я искала себе занятие до тех пор, пока неприятные разговоры не будут вытеснены из памяти. А помимо этого Вашингтон навевал немало и других не самых радужных воспоминаний, а база ЩИТа словно Азкабан, напичканный дементорами, питающимися остатками вашего хорошего расположения духа. На этот раз мне толком ничего спланировать не удалось, и это настораживало. Будто бы вселенная давала мне знак, что нужно пристегнуть ремни и ответить уже за все прошлые беспечные денёчки. Забот в главном штабе ЩИТа всегда хватало, так что с ковровой дорожкой и оркестром меня не встречали. Еще бы, сейчас всё крутилось вокруг несостоявшейся замены Стиву Роджерсу – Джона Уокера и истинного приемника звездно-полосатой формы – Сэма Уилсона. Их похождения получили такой общественный резонанс, что даже отделам по работе со средствами массовой информации ЩИТа никак не удавалось уладить ситуацию. На данный момент Уокер был в бегах, Уилсон в добровольном изгнании, а Барнс занялся поисками истинного пути. Наши дороги не пересекались, и это уже было хорошо. Сегодня встречу мне назначила лично Мария Хилл. Уже не знаю, что именно её сподвигло, ведь до этого она вполне себе обходилась своими заместителями и помощниками. Хотела ли я видеть её? Нет. И этим всё сказано. Хилл безусловно профессионал своего дела, уважаемый руководитель и блестящий оперативник, но она легко поставит интересы организации выше всего прочего, выше жизней и судеб других людей, в этом наши взгляды сильно разошлись. Отчет о проделанной работе был отправлен по электронной почте еще перед моим вылетом, и в половине случаев этого было достаточно, но ЩИТ любил держать своих питомцев на коротком поводке, поэтому для демонстрации сложившейся иерархии иногда требовались личные встречи. Я прошла вестибюль и остановилась перед стеклянной кабиной лифта. Система затребовала мой уровень допуска. Похвастаться было нечем, но этого хватило для того, чтобы меня просто пустили внутрь. Трискелион – элитная площадка и кто попало тут не ошивается, поэтому нам в Нью-Йорке было гораздо спокойнее даже просто дышать в своем отделе. По мере движения вверх, я могла наблюдать открывающуюся с этой высоты панораму города. Может и успею еще что-нибудь придумать перед вылетом домой? Если, конечно, это не придумают за меня. Конечным пунктом был пятнадцатый этаж. На нем, разумеется, никакого личного кабинета директора Хилл и в помине не было, иначе бы перед агентом моего уровня даже двери не открылись. Здесь был конференцзал и несколько других кабинетов общего пользования, а еще здесь не сновали туда-сюда сверхзанятые агенты. На пятнадцатом этаже не принимали почетных гостей, тут было тихо и пусто, зато из окон открывался всё тот же захватывающих дух вид. - А, вы уже прибыли! – в моём направлении двигался упакованный в штатный строгий костюм агент. Один из десятка приближенных к Хилл. Хотя, если вы хоть немного знакомы с Марией, то будете знать, что приближенных к ней людей ровно ноль штук. Так или иначе этот блондин точно нёс весточку от директора. – Идёмте за мной. Планы немного поменялись, директор Хилл на срочном вызове. - Какая жалость, - нейтральным тоном произнесла я. И ведь даже не заставили меня ждать несколько часов на придверном коврике, удивительно. Хилл не так часто участвовала в операциях лично, поэтому, если её вынудили покинуть базу, значит произошло что-то из ряда вон выходящее. - Как прошло вчерашнее задержание объекта под именем Дэвид Мейс? – поинтересовался мужчина, открывая передо мной дверь. - Без происшествий. - Главное, не наживите нам и себе врагов, - усмехнулся он, - обиженные и оскорбленные сверхлюди опаснее, чем просто сверхлюди. Мы зашли в один из свободных кабинетов. Первое, что бросилось мне в глаза, это рассыпанные по рабочему столу листы бумаги. Интересно, где-нибудь среди них был мой отчет? Я проследила за агентом, чьи движения были слегка дерганными. В кабинете он ориентировался так же плохо, как и я. Подойдя к столу, он отодвинул в сторону кресло, что означало, что наш разговор надолго не затянется, затем пошарил руками среди многочисленных документов, выудил оттуда один лист и протянул его мне. - Информация, которую вы запрашивали, - пояснил он, всё еще не поднимая глаз, его поиски продолжались, - если вы действительно настолько близки к завершению дела, как указано в отчете, то ЩИТ готов направить дополнительные ресурсы в ваш отдел, но это позже. Мне выдали два дополнительных листа. - Что это? - Разрешение на участие в операции, - тон у мужчины был такой, словно я спрашивала очевидные для всех, кроме меня, вещи, - вы временно нужны нам здесь, в Вашингтоне, вместе с другими агентами. Нам не хватает опытных оперативников. - Разве я отношусь к их числу? - Ваши показатели говорят нам что, да, относитесь. - Трудно поспорить. К такому повороту событий я не была готова от слова «совсем». За прошедшие месяцы лишнего внимания со стороны руководства ко мне не проявляли, а КСЛ стал практически вторым домом. - Об этом директор Хилл хотела поговорить со мной лично? - Да, с вами и еще с несколькими агентами. ЩИТ обновляет свои оперативные ресурсы. - Ну не ценой же работы других отделов. - Вы про КСЛ? Всё будет в порядке. Назначат нового агента. - КСЛ не нужен новый агент, а я не оставлю свой пост. Или же это предложение работает только в одностороннем порядке? - Конечно нет. Но вам предложено продвижение по службе. - Скорее просто альтернатива. Я не оперативник и не командный игрок, Мария сделала неправильный выбор. - Тогда и весь наш аналитический отдел ошибается? И их руководитель в моём лице тоже? Вот и познакомились. Мужчина к этому моменту уже успел собрать половину разбросанных бумаг, затолкал их в папку, а остальное сгреб в выдвижной ящик. Я подумала о том, было бы мне так же легко отказываться и отстаивать свои интересы, окажись напротив Мария Хилл, а не этот человек? Предложение было действительно щедрым, но в нынешнем моем положении это только станет помехой. - Не смею ставить под сомнение вашу квалификацию или работу вашего отдела, просто дайте мне ясный ответ: я могу отказаться? - Можете, и, если я правильно понял, уже отказываетесь. Хорошо, - вздохнул мужчина, - я вас понял. Немного сбит с толку, но времени на сожаления нет. Возвращайтесь в КСЛ, занимайтесь своими прямыми обязанностями. Вот и всё, то, что я и хотела услышать, мне позволили вернуться домой. Что я и собралась сделать незамедлительно, покидая кабинет. Зайдя в лифт, я по привычке подошла к той стороне, которая была предназначена для созерцания пейзажа. Механический голос из динамиков оповестил об успешной идентификации моей личности и конечном пункте назначения – первом этаже. Я облокотилась на перила и прижалась лбом к холодному стеклу. Сумбурная получилась встреча. С одной стороны, я рада, что в этот раз директора ЩИТа увидеть лично не удалось, глядя ей в глаза было бы куда сложнее подбирать аргументы. С другой стороны, о моем решении ей так или иначе доложат, Мария сделает соответствующие выводы. Дальше возможны два варианта: обо мне забудут, хотя бы на время, или же начнут присматривать с особым пристрастием. Через несколько этажей кабина лифта медленно затормозила, две открылись, и тот же самый голос ИИ проговорил: - Приветствую, сержант Барнс. И мы снова стали двигаться вниз. - Вот черт… То, что я планировала произнести про себя, внезапно зазвучало вслух в этом крохотном пространстве, казавшимся мне еще минуту назад вполне комфортным. - Тяжелый день? – спросил он, - правда еще нет и одиннадцати часов, поэтому правильнее будет сказать, тяжелое утро? Я медленно отстранилась от стеклянной поверхности, надеясь, что на лбу не останется никакого дурацкого отпечатка. Повернувшись, я потупила взгляд в пол. - Одно из многих, - уклончиво ответила я. С каких пор Баки заводит разговоры по душам с незнакомцами? Психотерапия творит чудеса. Диалог в мгновенье ока зашёл в тупик и повисло неловкое молчание. - Я раньше вас здесь не видел. - А вы всех в лицо помните? – наконец я нашла в себе силы на него посмотреть, и это было роковой ошибкой. Взгляд у Барнса стал чуточку мрачнее, потому что с моей стороны такое поведение выглядело как откровенное хамство, да еще и по отношению к старшему по званию. - Я из Нью-Йорка, отдел по контролю за сверхлюдьми. Прибыла для личной встречи с директором Хилл, но как-то не задалось. Спешу вернуться домой. Мой мини-отчет не сильно задобрил Барнса, но я лишь хотела избежать лишних вопросов и напрочь забыла, что стою рядом с одним из самых мнительных людей. - Как ваше имя, агент? Двери лифта открылись, от свободы меня отделяло полтора метра и бывший советский киллер. «Вот бы тросы оборвались, прямо сейчас», подумала я, но вселенная меня не услышала. - Я задал вопрос, - теперь Барнс действительно начал меня в чем-то подозревать, и если я продолжу и дальше испытывать его терпение, то домой вернуть о-о-очень нескоро. - Мое нахождение здесь абсолютно законно, сержант Барнс. - Пропуск? – он протянул в мою сторону раскрытую ладонь, и мне не оставалось ничего кроме, как достать из кармана брюк свою карточку и отдать ему. Баки шагнул к настенной цифровой панели и чуть резче, чем того требовала ситуация, приложил к ней кусок пластика. «Агент Меган Шерман, уровень допуска – пятый. Отдел КСЛ». - Ничего криминального, правда? – теперь я протянула Барнсу свою ладонь с просьбой вернуть пропуск. - Агентов пятого уровня не учат субординации? – кажется, это задело его больше, чем я думала. - Учат. Я могу быть свободна, сержант Барнс? - Идите за мной. - К сожалению, я не располагаю лишним временем, поэтому… - Ваши сожаления сейчас никому не интересны, агент Шерман. Идите. За. Мной.