Visions of Gideon.

Подвал после очередной кампании Холли наконец-то опустел, погружаясь в безмятежную, почти отчаянно осязаемо ностальгическую грусть. Майк осторожно спустился вниз по старым, скрипучим ступеням, зажигая свет над пустым столом. Слёзы скопились в уголках глаз, хотя он ещё даже не начал вспоминать. Душа сжалась внезапно, как тень демогоргона скользившая по лесу в ту злополучную ночь 6-го ноября 1986 года. Зачем ты так со мной, Уильям? Майк хотел бы закричать, да вряд ли это что-то изменит. С каждым днём чувства становились всё тяжелее, мысли плели паутину так коварно, что Уилер попросту…застрял. С каждым днём ему становилось всё хуже и хуже, спать ложился он всё позже, а синяки под глазами превратились в нового лучшего друга. Даже пальцы так сильно не болели от печатной машинки, как собственное сердце. Внизу всё было ровно таким же, как и тогда, пять лет назад: старый диван, плед, полка, заполненная книгами, аккуратно развешанные рисунки Уилла. Господи, как больно. Больно осознавать, что он виноват во всём. Больно понимать, что он сам обрёк себя на несчастье, схватившись за страх осуждения и внутреннего непринятия. Он и был той самой сломанной деталью, которая бы помешала Уилл жить нормальной жизнью. Майк помнил, как Уилл признался им во всём. Помнил тот разговор на вышке, как Майк сказал, что они лучшие друзья. Помнил, как в душе поднялась яркая буря протеста, но лозы изнанки схватили за горло и перекрыли весь доступ к кислороду. Майку никогда не стать свободным. Он потерял всех. До единого. Лукас и Макс давно жили своей жизнью, полные адреналина и приключений; Дастин покорял вершины науки со скоростью солнечного света; а Уилл…а Уилл был личным демоном Майка. Он приходил к нему в каждом сне. Приходил и спрашивал, почему Майк отверг всё то, что между ними было, почему он выбрал Эл, которая всё знала и просила понять её. Почему? Почему? Почему? Уилл был проклятием Майка, наложенное чародеем перед своим уходом. Майк свято верил в то, что два разбитых сердца Уилл бы не склеил в одно, он даже не пытался улететь с ним. Он согрешил всего однажды и теперь оставалась только дорога в ад. Майк осторожно, будто страницы вот-вот превратятся в пепел, перелистывал одну картину за другой. Книгу Уилла. Он пытался всмотреться в иллюстрации, вникнуть в текст записей, только вот сердце не давало ему сосредоточиться. Что-то звало его. И тогда он застыл. В самой середине страниц лежало запечатанное письмо. Края выцвели, чернила потускнели, — время оставило свой поцелуй на бумаге. Майк резко выдохнул. Пальцы дрожали, перед глазами всё плыло. Уилл как никогда был так рядом, но в то же время несказанно далеко. Что это, чёрт возьми? «Здравствуй, Майкл» — чужой голос словно заполнил собой всё пространство и сжался до одной конкретной точки — возникшего в воспоминаниях лица Байерса. «Подумать только, я пишу тебе! Тебе, самому моему дорогому, самому близкому и жестокому человеку. Пишу и плачу. Не знаю, найдёшь ли ты когда-нибудь это письмо, но если найдёшь, то значит, не всё ещё потеряно. Я тешу себя слепыми надеждами, будто бы это поможет мне пережить твой уход, мой переезд и…новую жизнь. Всё ведь должно было закончиться иначе. Ты больше, чем Тэмми Томпсон, Майкл Уилер. Ты — моя вселенная, моя жизнь и моё сердце. Не партии, Майк, нет. А моё. И бьётся оно ради тебя одного.» Майк вскрикнул. Кровь забилась в ушах, сердце рвалось, но он продолжил читать. «Ты никогда не замечал, а может, не хотел замечать, что моё отношение к тебе всегда было особенным. Ты был зациклен на Джейн, а Джейн всё видела. Она не глупая, Майк. Она призналась мне, что хотела, чтобы мы были счастливы. Жаль, что ты так и не понял её умысла.» Слеза скатилась по щеке. Одна. И ещё. Майк не заметил, как из груди вырвались хрипы. «Я не смогу ждать тебя вечно, Майкл. Прости меня. Я столько лет был слабым, пришла пора обрести свои крылья. Если ты когда-нибудь захочешь разделить со мной это счастье — знаешь, где меня найти. Я люблю тебя, Майк Уилер. Любил и буду. Прощай. Навечно, Уилл Байерс» И в тот самый миг, среди теней прошлого и зараза старых страниц Майк понял: может, ещё не поздно всё исправить?