Кабинет

Кто ж знал, что один из VIP-гостей затронет до ужаса больную тему насчёт детей. Серьёзно? Хотел похоронить сына? Это выводило из себя, из-за чего он, хоть и старался вести себя вежливо, порой начинал припираться и язвить, стараясь не выходить за рамки дозволенного.  Всё это время Инхо ощущал на себе пристальный взгляд своего заместителя – правой руки или как принято называть, «Офицера». Он понимал, что ведёт себя, грубо говоря, неподобающе: с гостями нужно быть вежливым, даже если они полнейшие мудаки. Под маской, как и в голосе, скрывалось недовольство, даже молчание казалось осуждающим. Кабинет встретил его привычными тёмными стенами с тёплым, почти золотистым светом. Чёрная фигурная маска теперь покоилась на кресле, волосы слегка растрёпаны, из-за пота прилипли ко лбу. VIP-гости были отправлены по комнатам – скоро отбой, можно побыть наедине со своими мыслями. Вот только у кого-то были другие планы.  Офицер, словно утёнок за мамой-уткой, шёл следом, и Инхо догадывался, что ему сейчас скажут. Бутылка виски открывается с характерным звуком, лёд со звоном падает в бокал, янтарная жидкость вливается в него. ‎– Ты себе слишком много позволяешь с ними. У тебя могут быть проблемы. – Хи Сун сделал шаг вперёд, вторгаясь в личное пространство начальника. Голос звучал сдавленно, сквозь зубы, с явным упрёком. Но Инхо лишь пожал плечами, покрутил бокал в руке и сделал глоток, чтобы смочить горло. Затем повернулся к нему лицом, глядя прямо в глаза.  Как давно они уже снимали маски друг перед другом? ‎– Всё было в пределах разумного. – его голос оставался спокойным, взгляд не отводит и делает ещё один глоток. Вот только это спокойствие начало раздражать его дорогого офицера, который готов был взорваться в любой момент. ‎– В приделах разумного? Серьёзно? Было бы разумно только то, если бы ты тогда своего брата убил. – Хи Сун старается не повышать голоса, который звучит как острое лезвие приставленное к горлу, смотрит на чужое лицо пытаясь распознать эмоции, но после лишь добавляет. – Проблем было бы меньше. ‎ Тишина заполнила комнату, а чужие слова эхом отдавались в голове. Пальцы на бокале сжались, по телу пробежала холодная дрожь. В каком-то смысле тот был прав: если бы он тогда убил Джун Хо, проблем действительно было бы меньше. Мужчина не шевелился. Золотистый свет, словно мёд, подчёркивал тени на их лицах и едва заметное смятение. ‎– Ты переходишь черту, – наконец произнёс он. Инхо сверлил его взглядом, а Хи Сун лишь усмехнулся в ответ. Они уже давно перешли все границы, став куда больше, чем просто начальник и подчинённый. ‎– Какую? Ту, что мы стёрли, или ту, за которой ты прячешься? – Он шагнул ближе, чувствуя, как выдыхает Хван. ‎Удар. Быстрый и точный. Резкая боль, привкус крови во рту. Пак отшатнулся..знал же, что получит в морду. Вытирая кровь с разбитой губы, он усмехнулся и поднял взгляд. Грудь Инхо вздымалась, словно он пробежал километр, кулак был сжат, словно он готов нанести новый удар. Хи Сун не сказал ни слова, лишь резко двинулся вперёд, толкнул его в стол, вцепился пальцами шею и начал душить. ‎Инхо скривился, ударившись спиной о выступ, но не дрогнул, даже когда пальцы сжались на горле. Бокал с виски опрокинулся, жидкость растеклась по бумагам, он катится по столу и упав на пол разбивается вдребезги. ‎ Ещё удар – в живот. Потом – в щёку. Он и не заметил, как оказался на полу, когда ударили уже его. Руки на его шее сжимались всё сильнее, заставляя хрипеть и извиваться в попытке вырваться. Рядом лежали осколки, в глазах темнело…А потом – тёплые губы на своих. Его отпустили, лишь чтобы вцепиться в воротник. Инхо не отвечает, лишь жадно начинает хватать воздух ртом из-за чего чужой язык проскальзывает внутрь. Металлический привкус крови вперемешку с сигаретами и виски, это всё исчезает, когда офицер отстраняется. И снова тишина. ‎ Хи Сун сидел сверху, всё ещё сжимая воротник, а руки Инхо лежали по бокам на полу показывая то, что он сдался. Как бы не хотелось это признавать, но тот был прав, только ответственность за брата, как обязательство с момента его рождения. ‎ – Я тебя ненавижу. – Инхо поворачивает голову в сторону не желая смотреть в глаза, не желая признавать, что тот прав. Голос хрипел из-за пережатого горла. Он чуть приподнимается толкнув его в грудь, а после оставляет короткий поцелуй на его губах. – И побрейся, я словно с щёткой целуюсь. ‎– Тебе же вроде нравилось..– Хи Сун всё же слезает с него, помогает подняться доставая новые стаканы и разливая виски. Хван бросает на его слова взгляд явно говорящий «Нет»