Ellipse of love

Новое сообщение поступило на мобильный телефон. Как обычно, неизвестный номер. Почему-то это уже давно не удивляет Феликса, ведь он прекрасно знает, что там будет. Начнём с далёких глубин. Наверное, каждый из вас когда-либо вступал в отношения, и, возможно, даже не единожды. Как, например, Ли. У Феликса далеко не лёгкая жизнь, если посмотреть со стороны отношений. Постоянные измены от своих партнёров он получает регулярно. И каждый такой поступок ранит его в самое сердце. Если он будет вспоминать каждого партнёра, то невозможно будет сосчитать на пальцах количество их измен. И всегда в конечном итоге остаётся виновным он. Все эти бестактные полудурки имеют совесть предъявлять ему, что дело в нём, а не в них, проклятых идиотах. Ли им верит. Постоянно обжигаясь об их слова, начинает копаться в себе, искать причину: что он сделал не так, чем не смог угодить, и почему ему всё-таки нашли замену. Но в этой истории есть человек, которого сам Ли не знает, но ставший неотъемлемой частью его жизни с самого первого появившегося в его жизни парня. Думаю, вы интересуетесь, почему он неизвестный. Ответ прост: он постоянно скрывается за анонимными номерами, никак не пытается контактировать с самим Феликсом. От него больше нет никаких сообщений, кроме фотографий с доказательствами измен партнёров Ли, а также иногда написаны адреса, чтобы можно было подтвердить информацию. Феликс никогда не проверял, потому что верил. Что-то ему подсказывало, что этому человеку незачем его обманывать, и стоит поверить в факты, а не строить из себя великого героя, который пошлёт всё и будет дальше продолжать свои отношения с избранником. На самом деле, больше всего ему было интересно узнать, кто скрывается по ту сторону экрана, кому понадобилось следить за всеми этими негодяями и искать на них компромат, а потом скидывать его, менять номер, чтобы его не нашли. Серьёзно, этот тип меняет номера после каждого присланного сообщения, исчезает восвояси и появляется только тогда, когда Ли вступает в новые отношения. Бессмыслица. Но в этом всё же было что-то такое, что грело душу. Ведь кто-то о нём заботился, не хотел, чтобы Ли страдал в отношениях. Никому не понравится, если его возлюбленный ползает в чужие постели, не задумываясь о том, что его ждёт якобы любимый человек. И он продолжает надеяться, что когда-то будет счастлив, что когда-то найдётся тот самый человек, который будет любить его, несмотря ни на что, который никогда не будет смотреть на кого-то так же, как смотрит на него самого. Феликс зашёл в "Какао Толк", чтобы посмотреть новое сообщение. Ничего необычного не было, как и предполагалось. Та же история, та же картина: его нынешний парень обжимается с какой-то новой пассией. Вот ирония. А когда-то он твердил, что, между прочим, самый натуральный из натуральных геев. Как мило. Сам того не зная, "переобулся". Видимо, стручок свой при себе держать не может, ищет новые места, куда бы его пристроить. "Надеюсь, когда-нибудь он у тебя отвалится," – промелькнула мысль в голове Феликса, когда он свернул фото, удаляя его с глаз долой. Сегодня предстоял тяжёлый разговор, к которому не хотелось даже приступать. Не хотелось слушать дурацкие отговорки вроде: «Да этого не было, ты всё придумал». — Ага, конечно, ссы мне на уши ещё больше,– подумалось ему. Это слишком смешно. Взглянув на экран, он увидел, что сообщение незнакомец удалил, убедившись, что его донос запечатлели. Парень вздохнул и выключил экран. Нужно было собираться на работу. Об этом не хотелось думать – снова обслуживать кучу людей и натягивать на лицо фальшивую улыбку, когда на душе кошки скребут, было невыносимо. Но поделать с этим ничего нельзя – деньги важны, жить на что-то нужно, ещё и за коммуналку скоро платить. Боже, сплошной геморрой. Как бы это ни было печально, Феликс встал с кровати, тут же ойкнув от внезапного головокружения. Вот ведь мама говорила ему, что резко вставать не нужно. Теперь лови эти звёздочки перед глазами и пытайся понять сей момент. Проморгнув пелену с глаз, он направился в ванную комнату, чтобы привести себя в какой-никакой порядок. — Всё-таки синяки под глазами стоит замазать, пугать посетителей плохо,— пробормотал он вслух, смотрясь в зеркало, перед этим умыв лицо холодной водой и вытерев его полотенцем. Расчесав свои блондинистые волосы и уложив их, он последний раз взглянул в зеркало, убедившись, что прическа не так уж плоха и направился в свою комнату, чтобы подобрать себе сегодняшний лук. — Так, и что мне надеть?— разглядывая полку с вещами в шкафу, размышлял он вслух. — Не то! — спортивные штаны полетели на пол. — Не то! — кроп-топ полетел к штанам. — Это вообще прошлый век. Что оно тут забыло, собственно? — какая-то дедовская рубашка отправилась туда же. — Господи, как сложно! Это ещё что за дерьмо? — выругнулся он, рассматривая футболку с принтом «Я шлюшка своего нового парня». — Впервые её вижу! — выкинув её в урну, он приступил перебирать свой хаос ещё раз. — Так, ну это вроде норм, пойдёт. Выбор остановился на классических брюках чёрного цвета и бежевой водолазке. Не слишком броско, не слишком скучно — вполне годно. Нанося последние штрихи в виде консилера, блондин взглянул на время. Часы показывали 8:30. Убедившись, что он успевает ещё поесть, Ли побрёл на кухню. Завтрак состоял из булочки с маком и кофе. Негусто, конечно, но хоть что-то, чем ничего. Вызвав такси к нужному адресу и надев кроссовки, он вышел из квартиры, закрывая её на ключ. Предстоял тяжёлый день, но ничего — не впервой, так сказать. ••• Работа шла своим чередом. Посетителей было много, а значит, заказов уйма. Нет времени даже банально сходить в уборную, чтобы исправить нужду. Спасибо хоть, что платят нормально. Денег вполне хватает, чтобы прожить ещё один месяц. Работать тут не так уж плохо: коллектив хороший, дружный, директор тоже неплохой, хоть и появляется на своём рабочем месте редко, но как метко. Каждый раз, когда он приходит, это значит, что кто-то из персонала что-то натворил. И это всегда означает увольнение. Директор не терпит косяков. Он прощает только один раз. Если косячишь постоянно, можешь смело собирать свои вещи и идти искать новую работу. Несмотря на это, все считают его вполне достойным директором. Он ко всем относится порядочно, платит всегда вовремя. Ещё никто не жаловался на то, что ему задерживают зарплату. Иногда, когда у Феликса с коллегами появляется свободное время, они не прочь посплетничать и обсудить кого-нибудь. Обычно эта участь настигает их директора. Обсуждение его личной жизни всегда выходит на первый план. Никто не видел, чтобы он ходил с кем-то за руку, и никто не замечал, чтобы он с кем-то любезничал. Его лицо всегда выглядит безразличным и серьёзным настолько, что жилы стынут, коленки начинают подрагивать, а в горле застревает ком. Или это происходит только с Феликсом? Нет человека, кто бы сказал, что у их начальника плохая внешность. Наоборот, он весьма красив и солиден, всегда ходит в строгом костюме. Только цвет меняется — из чёрного в серый, но суть остаётся прежней. Он секси. Именно так Ли Феликс может описать этого человека: ходячий секс, прямой синоним их директора Хван Хёнджина. Чёртово великолепие, сошедшее с небес. Когда он приходит, с него просто невозможно оторвать взгляд. Брюнет с четкими чертами лица, носом с небольшой горбинкой, лисьими глазами, смотрящими прямиком в душу, густыми ровными бровями и пухлыми губами. На них блондин заглядывается чаще всего. Порой бывает интересно, какие они на вкус: такие же горькие, как их обладатель, или сладкие с небольшой перчинкой? Такие же мягкие на ощупь, как кажется, или всё же нет? Столько вопросов и ни одного ответа, но как бы хотелось узнать. — Что случилось? — прибежав в зал, задал парень вопрос девушке, его коллеге, когда услышал грохот. — Я... я случайно уронила, — отчитывалась она перед посетителем, сидящим перед ней с таким красным и злым лицом, словно он сейчас лопнет от недовольства. — Простите меня, пожалуйста... — Казалось, она сейчас заплачет. Когда Феликс взглянул на неё, он увидел, что её глаза и правда на мокром месте. Вздохнув, он перевёл взгляд на мужчину, который всё ещё сидел с недовольным лицом. — Простите её, она и правда не хотела, — принялся защищать официантку. — Что не хотела? Не хотела облить меня моей же заказанной едой? — фыркнул мужчина, — Я бы советовал ей обратиться к врачу. Пусть проверится на координацию — совсем не видит, куда идёт, кривоногая. Девушка стушевалась, опуская голову и краснея. — Пожалуйста, не переходите на личности. Она извинилась перед вами. Сейчас я принесу вам ваш заказ снова, — успокаивал его Ли. — Мне плевать, что она извинилась. Моя одежда стоит больше денег, чем вся её грёбаная жизнь, — стукнул он по столу, за которым сидел. — Не нужен мне новый заказ, тем более это явно не твоя работа, судя по твоему бейджу. Несите мне лучше книгу жалоб. Сердце девушки ушло в пятки. — Это конец, — прошептала она сама себе, но Феликс услышал. — Живо, — прикрикнул седовласый мужчина. — Давайте вы успокоитесь и не будете на неё жаловаться. Она ведь не специально, — попытался ещё раз блондин. — Я сказал, несите мне книгу жалоб, — повторил он. Феликсу пришлось только поджать губы в тонкую нить и посмотреть на коллегу взглядом, говорящим: «Я сделал всё, что смог». Книга легла на стол перед посетителем. — Отлично, сейчас я напишу пару ласковых о вашем бестактном персонале, — сверкнул мужчина острым взглядом. Жалоба была написана, мужчина покинул помещение с коварной ухмылкой. Девушка продолжала плакать. Ли пытался как-то её утешить, но получалось слишком плохо. Она знала, что её ждёт вечером, какая кара будет за такую оплошность, но ничего не могла с этим поделать. — Это самый ужасный день, — всхлипнула она. — Всё будет нормально, не переживай, — блондин погладил её по плечу. — Ты что, смеёшься надо мной? Ты же знаешь нашего директора, знаешь, что он не терпит косяков. Он уволит меня! — разревелась она ещё сильнее. "Вот спасибо, я её пытаюсь подбодрить, а она ещё и возмущается," — всколыхнулась мысль в голове. — Ну перестань плакать, не иди вперёд паровоза. Вдруг не уволит? Может, он сегодня добрее будет. — Этого никогда не происходило, и вот вдруг мне выпадет такая честь, да? Ты в своём уме вообще? — грубо ответила девушка. — Послушай меня, Наён, я не пытаюсь сделать тебе что-то плохое, — заглядывая ей в глаза, сказал Ли,— Не делай из мухи слона. Давай ты успокоишься, выпьешь горячий кофе и приступишь дальше к работе. Всё же рабочий день ещё не закончился. — Ладно, — вытерев лицо от слёз, она ушла в уборную приводить себя в порядок. Феликс выдохнул, возвращаясь к своему рабочему месту. Мысли о том, что ждёт Наён вечером, не покидали его. Он даже подумал поговорить с господином Хваном. Всё-таки девушку было жалко. Работает здесь не так долго, но она так трепетно рассказывала, что искала себе работу очень долго, и вот её наконец взяли хоть куда-то. А теперь будет обидно, если её действительно уволят. Она вроде как рассказывала, что помимо работы у неё ещё и учёба, а в этом заведении был удобный график, с которым можно было совмещать пары. Не везде это доступно. Феликс, как никто, это знает. Сам был в этой тарелке. Сейчас, слава богу, окончил универ, и ему не надо ломать голову над тем, успеет ли он туда, если задержат на работе. ••• День прошёл слишком быстро. Глазом не успеваешь моргнуть, а уже вечер. Персонал засуетился — он скоро придёт. Стук твёрдой подошвы мужских туфель о кафель отдавался в ушах набатом, как удар колокола. Затаив дыхание, весь персонал выстроился в ряд в холле Mingles — самого известного ресторана Сеула. Стук приближался медленно, словно в слоу-мо. Хван явно не торопился. Посетителей не было — они давно ушли. Остались только Феликс с его коллегами и их палач, который вот-вот вынесет смертный приговор юной Наён. Зрелище не для слабонервных. «Боже, о чём я думаю?» — пронеслось в голове Ли. «Какой ещё смертный приговор? Что за глупости? Надо переставать смотреть хорроры, до добра они уж точно не доведут», — продолжил он свои мысли. — Добрый вечер, господин Хван, — хором проговорил персонал, низко поклоняясь. — Судя по отзывам, добрым его не назовёшь, — начал свою тираду директор. — Наён, выйдите, пожалуйста, вперёд, чтобы я вас видел. Девушка сглотнула застрявшую в горле слюну. Выходя из своего укрытия в виде стоящего рядом с ней коллеги, она ещё раз низко поклонилась, становясь затем прямо, как по струнке, и опустила взгляд. Ей было страшно. - Что произошло сегодня? Почему на тебя написали жалобу? – произнес вопрос брюнет. - Я... я случайно у-уронила заказ клиента и испачкала его одежду, – тихо ответила девушка. – Простите меня, господин Хван, такого больше не повторится, обещаю, – умоляюще глядя на него, рискнула понадеяться на пощаду. Хван хмыкнул. - Конечно, не повторится. Ведь ты не будешь здесь работать, ронять мою посуду и портить мнение моих посетителей ресторана, – спокойным тоном проговорил он, как будто рассказывал о погоде. Он всегда так разговаривал – ровно, спокойно, никогда не ругался. Но, несмотря на это, его все боялись. Возможно, из-за его строгого взгляда, а возможно, из-за страха увольнения – неизвестно. Девушка начала плакать. Горькие слезы текли по её щекам, лицо стало совсем бледным, будто она увидела саму смерть. Феликс наблюдал за этой картиной, смотрел на её эмоции, а потом переводил взгляд на директора. «У него даже ни один мускул не дрогнул. Он что, настолько бесчувственный?» – новые мысли атаковали его голову. — П-пожалуйста, господин, дайте мне ещё о-один шанс, — всхлипнув, попросила Наён. Глупо, конечно, но попробовать стоило. Хван посмотрел на неё бездушно, проводя по волосам пятернёй. Эти разговоры капали ему на нервы. — Нет. Накосячила один раз — значит, это повторится. Твоё место займёт другой человек. Надеюсь, что более качественный, — последний раз взглянув на неё, он направился к себе в кабинет. Теперь надо решать вопросы с документами и искать нового сотрудника. Снова этот этап. Ему придётся вновь подбирать нужного человека из ста. Сплошной геморрой, а не работа. Феликс подошёл к Наён, чтобы подбодрить её. Он погладил её по плечу, успокаивая. — Что мне делать, Феликс? — задала она вопрос плаксивым голосом. — Мне нужны деньги, мне некогда искать новую работу. — Не расстраивайся. Давай я схожу к нему и попробую уговорить его, чтобы он дал тебе шанс, — предложил ей блондин. Вероятность того, что его станут слушать, была маленькой, но попробовать стоило. Он, конечно, этого никогда не делал, но вдруг господин Хван всё же скупится на слова и даст девчонке шанс — в это действительно хотелось верить. — Брось, это ведь бессмысленно. Он ни за что не даст мне шанс, — отговаривала девушка. — Бездействовать нельзя. Кто не рискует, тот не пьёт шампанского, — улыбнулся ей блондин. Её губ коснулась лёгкая полуулыбка. — Хорошо, — вздохнув, кивнула она. — Попробуй. А я пока пойду вещи собирать. Ли кивнул, направляясь к кабинету Хван Хенджина. Он в последний раз взглянул на девушку, показал кулачок, на что она ответила тем же, и направился к комнате , которая казалась ему настоящей комнатой пыток. Когда до двери оставалось меньше метра, сердце забилось в бешеном ритме. «На что я подписался, божечки?» — Фух, ладно, — уже вслух проговорил парень. Подняв небольшой кулачок к двери, он тихо постучался. Прислушиваясь к звукам за дверью, Ли уловил лёгкое шуршание — видимо, мистер Хван был занят важными делами. Феликс лишь надеялся, что его стук услышали. — Входите, — донёсся голос из-за двери. Всё-таки услышал. Ли тихо открыл дверь. - Извините за беспокойство, – начал разговор блондин, зайдя в кабинет. – Я насчет Наён хотел поговорить. - Да? Что такое? – не поднимая взгляда от документов, поинтересовался директор. - Возможно ли, что вы всё-таки не будете её увольнять? – теребя рукав водолазки, Ли задал главный вопрос. Хёнджин поднял на него взгляд. Почему-то Феликсу показалось, что он стал мягче... или у него началась паранойя, и пора бы тикать отсюда подальше от греха. - Почему тебя волнует её судьба? – решил выяснить Хван. - Просто... просто ей некуда идти, и... ей действительно важна эта работа. И я хотел бы вас попросить её не увольнять. Вот, – запинаясь, протараторил блондин. Хёнджин задумчиво разглядывал Феликса, отчего у того пошли мурашки по спине – то ли от страха, то ли от наваждения. - А тебе важна? - Что? - Тебе важна твоя работа? – повторил брюнет. Ли быстро заморгал, пытаясь вникнуть в вопрос и понять его суть. Причём тут вообще он, если речь идёт о Наён... - Конечно, – запоздалый ответ сорвался с его губ. — Хорошо, — усмехнулся по-доброму. — Я дам ей этот шанс, раз ты этого просишь. Ли встал в ступор. В смысле, если он просит, у него разве есть какие-то привилегии? — хмурился, раздумывая, блондин. — Спасибо большое, господин Хван, — низко поклонившись, нервно поправил прядь волос. — Ступай, Феликс, и передай всем, что они свободны, — улыбнувшись слегка, он вернулся к своему делу, к разбору документов. Парень медленно кивнул, пробормотал: — До свидания, господин, — и, развернувшись на пятках, вышел из кабинета. И ведь он даже не догадывался, что кое-кого только что чуть не довел до инфаркта своим приходом. Но ему явно не стоит этого знать — меньше знаешь, крепче спишь. Идя в прострации в главный холл, Ли начали посещать различные мысли. Почему Хван так быстро одобрил его просьбу? Почему не стал его ругать? И почему у него был такой взгляд — такой добрый и чистый? Он ведь так не смотрит. Никогда. Это было странно. Настолько, что Феликс не заметил впереди комод. Резкая боль пронзила бедро. — Бляха-муха, — выругался, - Не день, а поебень. — жмурясь и потирая ушибленное место, ругался про себя. Хромая, он добрел до нужного места. Найдя глазами девушку, блондин направился к ней. - Наён, — он окликнул её, радостно оповещая. — Ты можешь дальше тут работать. - Что, серьёзно? — обрадовалась коллега. — Он так быстро разрешил? Даже не стал ругаться? — поинтересовалась она. - Это было проще, чем казалось. - Обалдеть, — вздохнула она. Феликс усмехнулся. - Блин, спасибо большое, ты мой спаситель! - Да не за что, — отмахнулся он от неё. Девушка обняла его крепко, настолько, что кости могли начать трескаться. - Блях, ты меня сейчас задушишь! — пыхтя, пытался вывернуться из захвата блондин. - Ой, извини, — отпуская, стушевалась Наён. Она заправила прядь своих волос за ухо, смущённо опуская взгляд в пол. Разглядывание кед ей, видимо, было интереснее. - Всё в порядке, — успокоил он её. — Хван сказал, что все свободны и могут идти домой. - О, правда? Тогда я пойду их предупрежу. - Окей, — хмыкнул Ли. — Я сегодня дежурный, к сожалению. - Ох, не повезло. Осмотревшись по сторонам и убедившись, что убирать не так уж много, блондин выдохнул. Он не любил убираться вообще, да и тем более оставаться дежурным удовольствия не доставляло. Но делать нечего — флаг в руки, барабан на шею, ветер в спину и электричку навстречу. — Ура, последний, — задвигая стул, еле слышный вздох промелькнул на его губах. — Теперь можно домой, наконец-то. Ли начал представлять, как сейчас приедет домой, ляжет в горячую ванну и будет смывать с себя этот тяжелый день, пока сам шел в раздевалку, чтобы переодеться. Убрав всё в свою полку и пробежав взглядом по помещению, он коротко кивнул сам себе, выключил свет и направился к выходу. Его ждет замечательный вечер. "Стоп, мне же ещё с Донхёком разговаривать. Вот дерьмо", — захныкал Феликс, — ''Весь вайб испортил''.— надул губы и, выйдя на улицу, достал телефон, чтобы вызвать такси. Автобусы в сторону его дома не ездят. Даже если ездят, то раз в сто лет, а это приправляется ещё и тем, что топать до дома с автобусной остановки минут двадцать. Это ещё один удар по его месячным финансам, но зарплата позволяет, поэтому унывать незачем. Экран показал, что такси будет через 7 минут. Выключив его, Феликс начал размышлять: "Что мне сказать Донхёку? Что он тупой еблан? Это будет слишком резко с моей стороны, наверное", – хмурился блондин. "Да не, самое то. С его стороны ущерб был хуже, так что плевать". – Почему ты ещё не дома? Я же вас отпустил, – внезапный голос прозвучал у него за спиной, от чего Ли вздрогнул. Он повернул голову, устремляя взгляд на господина Хвана. – Я был дежурным, – тихо ответил блондин. – А стоишь тут почему? "Чего он так много вопросов задаёт? Какая ему разница?" – внутренний монолог решил устроить симфонию. – Ну... такси жду, – блондин взмахнул телефоном, показывая, что и правда ждёт, и метнул взгляд в глаза собеседника, заметив в них лишь любопытство. – Вот как, – кивнул директор, обдумывая что-то в голове. – Хочешь... я тебя довезу? – как-то неловко предложил он. Губы Ли дрогнули в непонимании. Ему сейчас не послышалось? Несите валерьянку!