Глава 1. Хитросплетения
4 января 2026 г., 16:37
Пеннивайз — или, как его все называли за Заводским районом, Пенниссайз, потому что его глубокой глоткой мерили длинну пенисов, когда под рукой не было линейки (как на зло, примерно в девяти из десяти случаях) — унывающе сидел за решëткой сточного канала. Забухавшие по чëрному трактористы уже больше недели не чистили снег в этом месте. К этому стоит добавить, что ближе к вечеру стало значительно теплее, и сугробы постепенно превращались в озëра. Потому вся грязь с улиц, бычки, гнилые фрукты и использованные шприцы прямо с водой лились прямо в ебасосину Пенивайза. Но не только по этой причине оно было самую капельку грустным.
Добираясь до самых прославленных своей хтонью и депрессией сибирских регионов, оно думало, что сможет наконец-то зажить спокойно и припиавающи. В грëзах ему виделись убитые математикой за пятый класс школьники без гдз от путина и больные маразмом старухи, чью пенсию отбирают внуки.
— Ээ, клоун бля, следи за своим париком. Не видешь, как верблюд жрëт, — наездник с силой потянул повод, и животное, перевозящее контрабандой героин из Афганистана, выравнилось с остальным караваном.
Пеннивайз, пробуждаясь от своих мечтаний, ошарашено обернулся в сторону верблюда. Тот выплëвывал рыжие волосы, которые были так-то его родными.
Впрочем, после подобных неприятных инцидентов наш лысеющий клоун только охотнее ждал своего прибытия в заснеженные земли.
Но что оказалось в итоге?
Пенивайз расчитывал в канун Нового года встретить колоссальные толпы детей, и даже специально для этого переместился на соседний район, где его имя ещё не стало известно местным бомжам. И уже через десять минут его надежды оправдалдись — послышался вопль гиен. Это студенты местного ПТУ закупились перед самым Новым годом в КБ, заодно украв пачку сухарей с хреном. Есди бы Пенивайз знал, что эта толпа беспризорников была готова за эти сухари порвать глотки целому наряду полиции, то может не стал бы...
Но было уже поздно, когда оно начал подзывать самого крайнего из стаи.
— Валера-Валера, Валерка-Валерка, — эхом разносилось из сточного канала.
— Чë надо? — парень с спортивках, к которому адресовались эти слова, обратился к впереди идущим, но те не реагировали.
— Я тут Валерка, посмотри ниже, — из темноты засветились две ярко оранжевые точки.
Парень уловил откуда шëл шопот и присел на чëткие картаны с прижатыми пятками к полу, чтобы увидеть источник звука. Следом за этим последовал вопрос, который не уступал шекспировскому "быть или не быть?":
— Ты кто бля?
— Я-я-я, — протянул сидящий в темноте. — Pennywise, the dancing clown...
— Ты чë из пиндостана ахаха? — пацан разразился смехом, как у чайки.
— Охх, прости, это просто привычка, — оно мотнуло головой вперëд, и его лицо осветилось редкими лучами солнца.
— Ууу бля, да ты торчок, теперь понятно, чë ты шкеришься.
В этот же момент Пеннивайз поднял руку, и в ней засветилось металлическое устройство размером с детскую ладонь.
Глаза поцыка мигом расширились от увиденного.
— Откуда у тебя мой чарончик бейби?! — с нарастающей агрессией он потянулся за блестяшкой, но Пеннивайз отпрянул слегка назад.
Это был немного потресканный вейп Charon baby с дизайном Hello Kitty, который выпал из куртки во время шухера.
— Поиграй со мной. Мне здесь так одиноко, — произнëс так, чтобы казалось как можно грустнее.
— Я тебе щас поиграю, пидорасина, — уже с большей настойчивостью и двумя руками он пытался одновременно выхватить злополучный чарончик бейби и ударить клоуна в лицо.
Как только кулак прошëлся по щеке Пеннивайза, оно, разомкнув ряд острый зубов, укусила поцыка. Из-за протяжного стона, как у anime girl, все, до этого шедшие с ним кенты, но оказавшиеся уже поодаль, развернулись и побежали на выручку.
Как только зубы пронзили кожу, Пенивайз почувствовал в горле приближающуюся рвоту. Всë мясо было пропитано убойным снюсом, который принимался целыми шайбами за пару дней. Оно отпустило руку и сплëвывало попавшую в рот кровь.
В мгновение прибежала братва, готовая рвать за своего слона.
— Это всë бомж ëбанный, — указывал раненный на существо за решëткой. — Он мне ладонь прокусил и вейп мой спиздил.
Некоторые из толпы, даже не прослушав своего братка, но увидев бледную фигуру в сточном канале, уже начали забрасывать его камнями, булыжниками, а ногами пинали в него грязный снег.
Пеннивайз, не в силах сопротивляться толпе подростков,(что в его стиле) отступал, скрываясь от летящих в него через решëтку снарядов. Но поцыки в детстве ходили по одному разу в секцию по шахматам, а потому предприняли тактический пример. Растегнув ширинки и сомкнув шпаги, они начали мочиться, образуя золотой водопад. Он мигом затопил канал, и Пеннивайз, всë ещё надеявшийся дать отпор, утирал лицо от избытка влаги и драпал изо всех сил.
До этого охота была столь же неудачной. Какая-то старушка вместо того, чтобы испугаться окровавленного солдата вермахта прямиком из Сталинградской битвы, расстреляла его из запасëнной винтовки Мосина и полопала всё красные шарики.
Люди в России оказались настолько измотанные жизнью, что весь их страх превращался в неконтролируемый гнев и агрессию. Этот эффект усиливался вдвое, если дело касалось жителей Сибири, где доброта приравнивалась к слабости. И тут уже даже Богу, пожирателю миров с этим не справиться при всëм желании!
***
Кассир Чижика очень недовольно пропикивала товары, видимо очень недовольная тем, что его смена выпала на 31 декабря. Блок сигарет "Космос", пачка чипсов с крабом, другие рифлëнные, три бутылки самого дешëвого светлого нефильтрованного, сыр для тарталеток, чеснок, мазик — всë для новогоднего стола.
В самый последний момент рашен думер замечает на кассе упаковку красных шариков. Подобные в детстве ему надувала мама на его дни рождения. Ностальгия охватила его и, несмотря на то, что денег с работы пешим курьера хватало впритык, он положил пачку в корзину. Кассирша с осуждающим удивлением посмотрела на него:
— Не похоже, чтобы у тебя были дети, — сказала первое, что пришло на ум.
Валясь с ног после 10 часовой смены, он даже не хотел поднимать глаза, но по непонятной причине всë же ответил:
— С чего вы так взяли?
— Никакая девушка, включая меня, никогда бы не дали тебе.
Лучше бы молчал.
И неважно, что это была самая засаленная, раскабаневшая женщина из тех, что он встречал — фраза задевала струны его души.
Выйдя из магазина с ещë меньшими силами, чем вошёл, думер натянул чëрную шапку на самый лоб и, не дожидаясь прихода домой, распаковал блок сигарет. Поочерëдно выдыхая клубки серого дыма, он о чëм-то думал, но каждая мысль всë сильнее погружала его в хтоническое небытие. В мыслях проносились воспоминания из жизни: отказы, предательства, скука...
Сигарета была его единственным утешением и верным другом. Хотя, какой друг регулярно требует денег, и с каждым годом эта цифра только расла.
Выкирув так за раз две, он взял пакет с продуктами и заметел в нëм купленную упаковку шариков. На душе сразу потеплело. И, к удивлению для самого себя, думер достал один из них и надул. Было уже плевать на общественное обсуждение. Взявшись за верëвочку, он пошёл домой.
Казалось, будто дома его будет ждать семья, накрытый стол с салатами и угощениями. С работы вернëтся трезвый отец, пряча за спиной подарки для него и брата. Дедушка с бабушкой будут подзывать к себе и незаметно от родителей класть зелëную купюру куда-нибудь под одежду.
За этим бы следовала целая неделя каникул: гуляния с друзьями, походы в компьютерные клубы, неделание домашней работы.
Но все эти воспоминания и мечты развеялись, как только думер зашёл во двор, и перед ним возвышалось серое общежитие, края которого не было видно.
Реальность опять дала смачный удар по яйцам.
Уже доставая ключи от подъезда, думер заметил, как кто-то, сидя на лавочке в окружении пустых пивных бутылок, горько всхлипывал. На вид это был какой-то клоун, что уже само по себе странно, но не для прожëнного жизнью думер.
Клоун сидел, закрыв лицо руками, тыльная сторона которых была чуть влажная от слов. Вся его белая одежда и такой же белый грим были в следах грязи. Из и так лысеющей рыжей макушки, будто вырвали клок волос. А отсутствие верхней тëплой одежды заставляло задуматься, как долго тот находился на улице.
Эта сцена напомнила думеру "Арлекино" Аллы Пугачёвой, отчего стало вдвойне тоскливо. Уже целую вечность замкнутый в себе, он проявил небывалую эмпатию.
Думер подошла совсем впритык к клоуну, почуяв резкий запах мочи, но сей факт только укрепил его намерение. Молча он протянул шар вперëд, давая его взять. Клоун, учуяв движение, поднял голову, и весь его взор заполонил ярко красный цвет.
