Ни о чём

***

      Сегодня снова было холодно. Как, наверное, всегда.       

***

      Сегодня был самый важный день для Айтрапеда. Банный день, когда он тратил больше семи часов чтобы привести себя в порядок и выполнить весь уход за собой. Ему нравилось это чувство напудренности и чистоты. Он наслаждался собой. Обычно, Айтрапед выполнял свои ритуалы один, но сегодня что-то было иначе. Нужно было разнообразие в этой бесконечной золотой реке.

***

      Тонкую шею Айтрапеда украшали длинные блондинистые локоны, путающиеся с синеватым мехом его халата. Они смешивались, создавая причудливо нежный цвет, который Шанс не мог описать. Он мог лишь подцепить края роскошного одеяния, и осторожно потянуть на себя, роняя его на пол. Оголив ровную, аккуратную спину Айтрапеда, Шанс невольно задержал дыхание. Он любовался каждым изгибом, которые украшали редкие родинки, внешне похожие на яркие звезды в гуще космоса. Пускай, его взору были доступны сотни чужих родинок, Шанс чувствовал, что хотел бы любоваться именно этими целую вечность. Будто не видел ничего красивее. Он невесомо коснулся своей ладонью светлых лопаток, ощущая холод чужой кожи. И правда, словно бескрайний космос. Пускай руки Шанса были грубоваты, он старался быть мягким настолько насколько мог. Где-то в воздухе повисла молчаливая нота нежности, которую они бы предпочли не признавать. Им хотелось жить именно этой нотой , молча, конечно.       — Тебе сегодня особенно холодно? — раздался шепот, ударившийся об белый кафель ванной.       В ответ последовала тишина. Большего и не нужно было. Хотелось забыться в этом мгновении, позволить чужим рукам изучить твою хрупкую душу и разрешить им коснуться всего самого сокровенного.       Шанс позволил себе страшную наглость, коснувшись чужой шеи губами. Айтрапед мелко дрогнул, но ничего не сделал с этим похабством. Он не хотел признавать удовольствие, которое ощущал от поцелуев Шанса. Где-то в глубине души, его мерзлая плоть по настоящему нуждалась в ласке именно от этого мужчины. Только признаться в этом, что себе,что ему, было...неловко.       — Наглость. — недовольный шепот сорвался с холодных уст, — Ты бесстыдник. —       Айтрапед почувствовал на своей коже смешок, чем он был глубоко возмущен. Но не успев нахмуриться, он ощутил, как смешок перешёл в очередной поцелуй, где-то между лопаток, прямо по линии позвоночника. И снова, ещё ниже. И снова... Ему ничего не оставалось, как издать тихий вздох и покрыться пунцовыми цветами в области щёк. Беспризорник.       —. Ну прекращай своё греховодство! — Айтрапед повернулся к Шансу лицом, щёлкнув того по носу. — Ты здесь чтобы разнообразить мою рутину, а не извратить её. —       Шанс глупо улыбнулся, позволив себе тоже освободиться от роскошного халата (заботливо отданного Айтрапедом) и распустить свои волосы. Сегодня ванна будет особенно теплой.