Пролог: Добро пожаловать в «Бриллиантовый пролив»!
8 января 2026 г., 22:00
***
♡♢♤♧
Почти месяц моя жизнь кардинально отличалась от той, что была у меня там, за пределами этого острова. И я не мог сказать, что моя новая жизнь была хуже предыдущей. Везде есть свои проблемы и недостатки. И так распорядилась моя жизнь, направив меня сюда, в «Бриллиантовый пролив». Место это было для меня крайне необычным и немного непонятным, когда меня оповестили о том, куда перенаправляют на дальнейшее принудительное трудоустройство. Это был курорт для высших слоёв общества, скрытый от посторонних и недостойных глаз. И главной изюминкой, по сути – достопримечательностью здешнего места, были они – чудеса современной генетики. Полностью разумные девушки-монстры, которые развлекали толстосумов своим присутствием. Остров был достаточно большим, чтобы на постоянной основе содержать своих сотрудников, гостей, и, соответственно, маскотов курорта. Перемещение между секторами было возложено на безмолвный труд автоматизированной трамвайной системы, которая без проблем могла доставить тебя туда, куда необходимо. После серых и монотонных бетонных джунглей это действительно был оазис и рай. Всюду зелень, сверкающее и чистое небо! А про белоснежные пляжи и воду, словно парное молоко, и говорить не приходилось. И, невзирая на мой довольно жёсткий график работы, я умудрялся получать не только душевный покой, но и физическое расслабление. Мне не нужно было думать о том, чем платить за следующую арендную плату. Для сотрудников курорта выделяли целую многоэтажку с однокомнатной квартирой для каждого, где себя я чувствовал словно в замке после будки. Своя ванная комната и санузел, кухня, двуспальная кровать и гостиная. Когда-то для меня это было абсолютно недостижимым результатом в жизни. Сколько бы я ни пропадал на работе, проблемы, которые поглощали меня с ног до головы, не давали вздохнуть. Я работал. Но не жил. И этим для меня было сказано всё. Конечно, со многим мне приходилось мириться и расплачиваться за прошлые грехи. Но полученное сейчас полностью меня исцеляло, словно предыдущее и не имело никакого смысла. Я был словно слепой, которого вели за руку и не обращали внимания на его жалкие попытки вырваться и возмутиться. До момента прибытия сюда я абсолютно ничего не знал о компании, которая руководила здесь. А слухи о живых монстрах фильтровал, словно спам, полученный на почту. А может быть, мне просто было не до этого. Но стоило мне увидеть их воочию – я понял, почему богачи рвутся сюда. Где ещё вы сможете увидеть живых и милых монстров, обладающих сногсшибательными, сексуальными формами, подобных богиням, которые выше вас на несколько голов? Да ещё и способных поднять вас одной рукой, словно вы воздушный шарик! И каково же было моё удивление, когда меня посадили на пост сотрудника службы безопасности Пролива. Хотя должность звучала намного круче истины, ведь я был простым охранником с несколькими нюансами в плане обязанностей. Главным объектом моей работы, от которого в дальнейшем и исходили те самые «обязанности», были сами девочки Пролива. Без них невозможно представить это место таким, каким оно является сейчас, по словам работников и гостей. Тигрица Сэмми – это лицо Пролива. Маскот, лидер группы и всеобщая любимица богачей. Невзирая на свои внушительные габариты по сравнению с человеком, она не напоминала какой-то осиный лист. У неё была кругленькая мордашка с настолько выразительными фиолетовыми глазами и вертикальными зрачками, что от её подозрительного взгляда невольно покрываешься мурашками по коже. А острые белоснежные клыки лишь добавляли некого шарма первобытной тревоги при виде неё. Она обладала мягким коротким мехом. Широкие бёдра, пышная грудь и ярко выраженная талия. Хвост всегда болтался где-то позади неё, напоминая некий кнут. А одежда, которую она носила, лишь подчёркивала её красоту. На голове она всегда носила свой тёмно-алый котелок с рисунком серого сердца. Короткие коричневого цвета волосы, маленький чёрный носик-пуговка и уши с пушком внутри. На её щеках мех заострялся и особенно вихрился, словно был зачёсан назад, выступая по бокам. А эти характерные тигриные полосы, которые изгибались от каждого движения её сильных мускул, просто завораживали. Её правой рукой и напарницей была Поппи. Кролик. Ей была отведена роль шута и клоуна, который должен был развлекать гостей своей невероятной эксцентричностью. Получалось у неё это своеобразно. Скорее, она была чудачкой и бомбистом, доставляя Проливу немало хлопот своей манией к взрывчатке. И для меня она остаётся одной из самых нестабильных персон на острове. Что ни смена – то очередная головная боль. Будучи по росту на уровне с Сэмми, её уши позволяли ей казаться даже выше. Отличительной деталью её внешности можно было назвать воротник-раф, который всегда был на ней, а также ярко-розовые волосы, уходившие двойной косой вниз по спине. И тот самый маленький помпончик, служивший хвостиком. Она была беленькой, с красными глазами, выражавшими откровенное безумие и молниеносную смену настроения – от взрывной маньячки до юмористичного шута, выделывающего пируэты и фокусы. В отличие от достаточно строгого стиля Сэмми, она была её полной противоположностью. Носила перчатки разного цвета, а также изменённый под нужды острова костюм шута, который подчёркивал её формы – несколько более аккуратные, чем у Сэмми, но не менее внушительные. Или же одежда меняла восприятие? Скорее тут в целом габариты их играли роль, потому что часто мне казалось, что их пропорции схожи. Замыкала главную троицу Нил, которая была кошкой. Наверное. С коллегами я склонялся в сторону сфинкса, потому что конкретные ДНК, которые скрещивали, не раскрывались. И знать нам об этом не полагалось. В целом происхождение этих особ остаётся загадкой. Да и то, как вообще происходящее здесь до сих пор не прикрыли, – в том числе. Нил была странной. И дело крылось не в её внешности. Отнюдь. Я никогда не верил в экстрасенсов и гипнотизёров, больше склоняя себя в сторону скептицизма. Но то, что я увидел, заставило меня пошатнуться в собственных убеждениях. Нил умела помыкать людьми. Буквально. Ей было достаточно установить с человеком зрительный контакт, после чего её глаза начинали уводить тебя в какой-то дурман. Тело превращалось в суфле: становилось тяжело держаться на ногах или произнести хоть что-то. А её золотой посох, который всегда был при ней, будто бы помогал в этом деле. И я даже не удивился бы в этом. От такой силы она была крайне эгоистичной и высокомерной, буквально считая себя императрицей «Бриллиантового пролива». Никто не спорил с этим. Нил, как я уже упоминал ранее, скорее всего была сфинксом. Если быть точнее, велюровым сфинксом, для которых характерна коротенькая бархатная шёрстка, которая едва заметна. Её мех был чёрного цвета, кошачий хвост и вытянутая морда, напоминавшая смесь собаки и кого-то из семейства кошачьих. Длинные заострённые уши, но без пушка. Похожий зачёс, как у Сэмми, на щеках, но волосы – тёмные и длинные, ассиметричные, скрывавшие половину лица чёлкой. Глаза ярко-жёлтого цвета отливали янтарём, а черные стрелки и сливовые тени добавляли некой гармоничности. Она напоминала мне настоящего фараона. Её руки и ноги были обмотаны лентами, на тазе – цельный и крепкий голубой пояс с круглой бляхой, удерживавший белоснежную схенти – набедренную повязку фараонов, – а также две узкие жёлто-белые тканевые полоски, скрывающие соски её внушительной груди. На плечах она носила золотой наплечник, а на шее – воротник с геометрическим орнаментом, лежащий на груди. Его значение я не знал даже приблизительно, но точно такой же символ у неё был изображён на ноге, когда она оголяла её во время работы. В большинстве случаев она ходит босиком. Была пышной, с округлыми бёдрами, которые выделялись больше всего. От неё так и веяло чем-то сакральным и вовсе непостижимым. Это была главная троица Пролива. Безусловно, я назвал не всех участниц. Но именно без этой горячей троицы такой успех был бы невозможен. И основная его суть крылась в ночном клубе, где персоны, обладающие VIP-стажем, могли рассчитывать на определённые привилегии благодаря толстому кошельку. Да, эти девы удовлетворяли сотни клиентов каждую ночь, исполняя их желания и самые странные фетиши, которые только можно было вообразить человеку. Хотя в «Бриллиантовом проливе» хватало развлечений и помимо этого, успех всё же крылся именно в этом. Мало того что перед тобой высоченная плюшевая антропоморфная зверушка – так с ней ещё и можно было заняться сексом? Да, можно. Только заплати кругленькую сумму. Если же её не было – в распоряжении оставались представления от Сэмми и Поппи, где в цирковой стилистике тебя ждало не менее уникальное и развратное шоу. А Мисти могла зажечь своим диджейским миксом любого доходягу, пока Мэдди кормила посетителей своими невероятно вкусными кулинарными творениями. А Ари с ледяным спокойствием следила за обстановкой, пока ей не нужно было быть в зоне с близким контактом с гостем. Девочки, по сути, были вещью. И, скорее всего, они изначально были созданы такими специально, потому что для них не существовало ничего плохого в удовлетворении чужих потребностей. Скорее, они сами жаждали этого и были готовы растерзать любого, если их сексуальная потребность не будет удовлетворена тогда, когда им этого захочется. И моя обязанность заключалась не только в том, чтобы сохранять безопасность девочек и гостей курорта. Я также должен был руководить процессом распределения между клиентами и монстр-девами, чтобы гости были довольны и получали именно ту «бестию», которую хотели. Работка противная. Если сначала меня бросало от перевозбуждения на стены, то со временем начинаешь относиться к этому настолько безразлично, что удивляешься, как человеческая психика способна обесценивать и привыкать к некогда желанному. Само собой, мне также нужно было убедиться, что двери закрыты, все клиенты покинули клуб, и чтобы не случилось драк, пожара, крови, бомб и прочей ереси, которая указана в методичке. И что же сложного в этом? Да особо и ничего. Скорее уматывает и начинаешь закатывать глаза при виде очередного извращенца на мониторе, который карабкается на сцену к девочке, получая очевидный удар каблуком по лбу от Поппи. А в моём положении таких казусов должно быть как можно меньше. А лучше вообще свести их к минимуму до погрешности. Вообще, монстр-девам достаточно многое прощают и закрывают глаза на их выходки. Так, например, за шалости Поппи отвечать будет не она, а я – просто потому, что не уследил. Если Нил вдруг разойдётся из-за того, что я «недостаточно вожделенно» на неё посмотрел и переломает всё, до чего она сможет добраться в порыве возмущения, – отвечать снова буду я своей хрупкой черепушкой. И сегодня был ровно двадцать второй день. А если точнее – понедельник. И до моей смены оставалось примерно час с хвостиком, который я потратил на приведения себя в надлежащий рабочий вид.***
До ночного клуба было рукой подать на транспорте. Трамвайная остановка находилась всего в ста метрах от выделенного жилья. Из-за слабого светового загрязнения звёздное небо было необычайно прекрасным. Именно здесь я впервые смог увидеть заветный Млечный путь и сотни, если не тысячи, звёзд на небе. Когда живёшь в городе, особо не обращаешь внимания на небо. Обычно оно имеет желтовато-коричневый оттенок из-за обильного света мегаполиса, подсвечивающего низколетящие облака и заглушающего теоретически видимое звёздное пространство. А тут можно было разглядеть всё в подробностях. Лёгкий ночной ветерок приятно обволакивал моё тело, заставляя белую рубашку забавно извиваться в отдельных местах. На ходу я накинул пиджак с заранее прикреплённым бейджиком и поспешил войти в пустой вагон трамвая, который вот-вот готов был закрыть перед моим лицом двери. Присев на ближайшее место возле выхода, я вытянул ноги в брюках и туфлях. Рюкзак расположил на соседнем сидении. Так начинался почти каждый мой рабочий день здесь. Когда аппарат двинулся вперёд, скатываясь по рельсам с горки, шпалы приятно отбивались стуком у меня в голове. Сегодня мне нужно было быть в «Везунчике 69». Это был ночной VIP-клуб. А уж если говорить прямо – бордель. Иногда меня отправляли в старый комплекс, но в последнее время я торчу именно в «Везунчике 69». И именно в нём мне из доступных вариантов нравится больше всего, в отличие от того заброшенного злополучного места. Хоть контингент там довольно скверный и абсолютно не соответствует моему социальному статусу обычного человека, я предпочитаю находиться хотя бы в обществе, а не где-то там, наедине с собой в гнетущей тишине. Поэтому во время поездки я был относительно спокоен, погрузившись в свои мысли и наслаждаясь видом верхушки горы, усеянной густыми лесами. В этот раз я даже не доставал наушники, которые валялись в одном из карманов. С собой также прихватил обед в контейнере, воду, термос с крепким чаем, зарядку и таблетки. Последние, искренне надеялся, мне не придётся принимать. Через пару остановок, когда роботизированный голос произнёс название и попросил сохранять бдительность перед открытием дверей, я поднялся и двинулся к выходу. И замер. Напротив, за прозрачной панелью раздвижной двери, стояла девушка. Накинув на себя капюшон чёрной толстовки с вышитым на груди сердцем, она скрывалась в тени — я мог разобрать лишь торчащую мордочку с аккуратным носиком. За спиной едва заметно покачивался хвост, по форме и расцветке напоминавший енотовый. Стоило дверям разъехаться в стороны, как она шагнула вперёд, заставив меня прижаться спиной к стенке вагона, напрочь забыв о правилах этикета в общественном транспорте. Ещё одна монстр-дева? — Удачи на смене, — услышал я женский голос, удаляющийся вместе с девушкой вглубь вагона, когда я перешагнул щель между трамваем и перроном. — Что? — обернувшись, переспросил я, когда двери транспорта уже закрылись, а гул электродвигателя потянул вагон вперёд. Озадаченно я проводил её взглядом, поправив неприятно зацепившуюся лямку рюкзака на плече и потерев внезапно зачесавшийся нос. Достав мобильный телефон и взглянув на время, я побрёл в сторону клуба, погрузившись в размышления. Это точно не могла быть посетительница. Все гости курорта, выходя из своих номеров, обязаны были держать на лице выданную им маску. Это была необходимая мера для сохранения анонимности, если кадры вдруг попадут в сеть. Хотя, по словам бывалых работников, подобного казуса не происходило уже очень давно. Но утверждать это наверняка я не мог. Да и гости все были людьми. Я пытался вспомнить кого-нибудь с хвостом, похожим на енотовый, но в голову никто не приходил. Может быть, Принни? Нет, она опоссум. Или Мисти? По росту они были схожи, но та в это время либо спала, либо вовсю крутила виниловый диск за своим диджейским пультом. Да и акула она, а не млекопитающее. А голос у этой незнакомки был… совершенно незнакомый для меня. Думаю, рациональнее было просто спросить у кого-нибудь об этом, нежели тратить время на пустые размышления. Я не был Шерлоком Холмсом, да и едва ли меня можно было сравнить с Джоном Ватсоном. По короткой встрече с кем-то я с трудом мог сделать какие-либо выводы об этой личности, а учитывая, что я не до конца был убеждён в реальности увиденного, – и вовсе не стоило разгонять эту тему, пока не будет найдена отправная точка. Дневная смена подошла к концу. Сотрудники постепенно отдавали свои посты ночному дозору, обмениваясь короткими приветствиями и пожеланиями удачи на дальнейшие часы. На самом деле было крайне странно, что сегодня я был единственным из жилого комплекса для персонала, который вальяжно вошёл в пустой вагон. Скорее всего припозднился сегодня, сам того не заметив. Центральная часть острова представляла собой просторную пешеходную площадь – вылизанную, подсвеченную мягким тёплым светом. Отсюда можно было без труда дойти до ночного клуба, не сворачивая с основной аллеи. Вокруг тянулись магазины с туристическими безделушками, элитные бутики, кафе и рестораны. Главное здание комплекса возвышалось над площадью массивным силуэтом и было поделено на условные сектора. Каждый из них жил своей жизнью: казино с приглушённым светом и гулом автоматов, огромный танцпол с вибрацией басов, залы для представлений и, разумеется, «Везунчик 69». Между ними существовала система внутренних переходов, если разговоры об этом не были спекуляцией. И были они скрыты от посторонних глаз. Именно благодаря этой инфраструктуре монстр-девочки могли свободно перемещаться, не пересекаясь с гостями до нужного момента. Работая здесь почти месяц, я едва ли понимал, откуда они появляются и куда исчезают после смены. Иногда казалось, что у комплекса есть собственная кровеносная система, по которой они текут, оставаясь невидимыми. А на улице я их не встречал вовсе. Ни случайных взглядов, ни силуэтов в толпе. По крайней мере, до этого момента у трамвая. В рекламе говорилось, что при достижении определённых успехов в работе можно рассчитывать на VIP-бонусы. Но меня они обходили стороной. Так уж вышло, что с монстр-девочками я был не на «ты». Принни на мои переживания лишь пожимала плечами, утверждая, что они особо и не привязываются к сотрудникам – такие, как я, уходят и приходят. Кто-то по собственному, а кто-то в связи с несчастными случаями. Конкретно на моём посту я был двадцатым по счёту. Винить их за это я не мог. Они – звёзды этого места, а я подзаборный камень, у которого не было особо вариантов для дальнейшей жизни. По логике, одного лишь факта того, что я работаю рядом с ними, должно было хватать для невероятного повода для гордости и утешения моего эго. Но вместо этого я испытывал лишь лёгкий, тянущий дискомфорт. Нил так вообще даже не повернётся в мою сторону, если я поздороваюсь. Но кто я такой, чтобы жаловаться? Молча приходи, грамотно отработай и иди спать. Так и скопившиеся проблемы за пределами острова закончатся. — Уокер, чего такой хмурый? — послышался басовитый и хрипловатый голос за моей спиной. — И тебе доброй ночи, Моррисон. — А у тебя, вижу, не совсем она и добрая? Джек Моррисон был техническим специалистом. Если произойдёт какая-то неполадка – я должен буду экстренно набрать его, дабы тот исправил ситуацию. Ну и мне, разумеется, не дали по шее. Человек он был в целом нормальный, но местами с очень едким характером. На фоне его я выглядел как ботан из старшей школы, которого тот без лишних проблем закроет в шкафчике или засунет головой в помойное ведро. Высокий, коренастый мужчина. Небритое лицо, карие глаза, густые тёмные волосы, мощный подбородок. Как и все технические специалисты Пролива, он носил спецодежду с множеством карманов на подтяжках. Вся в каких-то пятнах, выцветшая. Проскрипев своими ботинками, он протянул мне руку, которую я пожал. — Почему же? Добрая ночь, как и всегда. Скорее удручает понедельник в столь хорошую погоду. — Погода тут всегда одинаковая, если ты ещё не успел заметить. А каждый день иметь возможность лицезреть грудь Мэдди делает работу абсолютно бесценной. Везёт тебе, гаду. Чертовски везёт! Вот бы уткнуться в них... — Я передам твои слова ей, не переживай, Моррисон. Мужчина залился смехом, хлопнув меня по плечу. Остался след от перчатки. Я поспешно попытался вытереть. — Замётано, Итан Уокер! Номерок мой не забудь ей черкануть. А чтобы не потеряла – предложи спрятать там. Моя бровь медленно и непонимающе изогнулась, а рот едва приоткрылся. Мимо проходящие коллеги странным взглядом покосились на нас, от чего я готов был залезть под плитку от сжигающего меня стыда. — Ну там, понимаешь? Там. — Да понял я, хорош! Там – значит там! — Хорошо... — Ага... — Ну я про сиськи, а не киску имел в виду! — Чувак, боже! Я же пошутил! — Да ладно тебе, Уокер. Сам будто не хочешь их? Интересно, а монстр-девочек здесь хоть кто-то воспринимает как живых? Не как бессмысленный кусок мяса, а именно как полноценных личностей – со своими переживаниями и проблемами? Не буду лукавить и утверждать, что слова Джека были лишены смысла. Конечно, я хотел. И иногда – очень. Настолько, что в голову лезли самые отвратительные мысли и фантазии. Однажды всё накипело до такой степени, что я уже собирался подойти к мирно сидящей Сэмми возле моего кабинета в момент отсутствия клиента, но что-то заставило меня остановиться и сменить направление – уйти в туалет под сопровождением её удивлённого взгляда. Может быть, я просто трус. Но от одной только мысли, что я подойду к одной из них и начну нести чепуху с мольбой «помочь», отбивало всякое желание. Это было неправильно. И я не мог заставить себя смотреть на них иначе. Возможно, та элита, что посещает этот курорт, и способна воспринимать их исключительно как вещь, но я – нет. Я просто был на это не способен. Кто знает, что сделали бы со мной такие деньги и такая власть. Может быть, я сам ничем бы не отличался от среднестатистического богача здесь. Да и что сказала бы моя мать, если бы увидела меня – упавшего на колени перед монстр-девочкой, полностью потерявшего человеческий облик? Поздоровавшись и попрощавшись с коллегами, я направился дальше по широкому коридору, прокручивая в пальцах электронный ключ от комнаты охраны, взятый у дневного сменщика – тот едва держался на ногах и, казалось, вот-вот мог уснуть, уронив голову мне на плечо. Поворот. Угол. Приложив пластиковую карточку к замку, я услышал короткий писк, после которого дверь в служебное помещение послушно открылась. Поинтересоваться про случайную встречу на остановке я не успел. Может, во время смены удастся. Ох уж этот Моррисон. В служебном помещении можно было отлучиться в уборную, разогреть поесть или переодеться при необходимости. В этот раз я прошёл помещение насквозь. До начала моей ночной смены оставалось ещё пятнадцать минут. Нужно было морально подготовиться и проверить рабочее место. «Везунчик 69» был достаточно странным местом. Впрочем, как и весь курорт в целом. Начать хотя бы с того, что здесь были высоченные потолки, необходимость которых я мог объяснить разве что стремлением визуально увеличить пространство и создать ощущение показной роскоши. Задрав голову, я увидел звёздное небо, проступавшее сквозь мансардные окна, и возвышающуюся прямо над главным входом фигуру, выполненную в позолоченных тонах и подсвеченную скрытыми фонарями. Кто это был и во имя кого её воздвигли именно здесь – я не знал. Как, впрочем, и все остальные. Это была девушка с распахнутыми за спиной крыльями, будто бы охваченными пламенем, застывшая в вечном и немом наблюдении. Стоило задержать на ней взгляд чуть дольше, как в груди поднималась странная тревога, и я поспешил к широкой лестнице, стараясь не думать о лишнем. Внутреннее пространство клуба, по сути, представляло собой обширный зал с идеально отполированным полом, в котором отражался приглушённый свет. Стоило открыть главную дверь – и перед тобой оказывалась небольшая сцена с шестом. По сторонам располагались кожаные диванчики, а чуть дальше, вдоль стен, находились двери в приватные комнаты. Стены были приглушённого оттенка, что-то между пурпурным и тёмным маджента. Смотря под каким светом смотреть. Бара в этом зале не было, но он располагался в соседнем крыле – всего минута ходьбы. Поднявшись по лестнице и приблизившись к статуе, я свернул в сторону, где меня встретила прозрачная дверь. Вообще, такая же лестница находилась и с противоположной стороны зала, так что входов на мою территорию было два. Это была небольшая комната с ярким белым светом. Большое окно в стене позволяло мне наблюдать за обстановкой снаружи. Бросив рюкзак на стол, я грохнулся на кресло, сразу потянувшись к компьютеру, заранее его включив. Подключив адаптер для зарядки телефона в удлинитель, а также расположив свой термос перед собой, я быстро ввёл логин и пароль необходимый для авторизации в программах. Автономные роботы-уборщики заканчивали свою работу, готовясь вернуться на небольшую базу на соседней стороне «Везунчика». Не став тратить время, я бегло осмотрел комнаты. Пусто, чисто... хотя последнее скоро будет наоборот. Вздохнув, я поплёл обратно в свою коморку, ожидая заветные пять минут на циферблате часов, повешенных аккурат над названием. — Здравствуй. Как же меня любят окрикивать за моей спиной, каждый раз доводя до обморока. Держась за свою грудь, я обернулся, увидев перед собой ту, кого ожидал увидеть точно после начала рабочего времени. Два ярких фиолетовых глаза горели в тёмном углу, где я по своей рассеянности забыл включить свет. И на удивление там было настолько темно, что ничего кроме двух горящих зрачков я ничего не мог разглядеть. Но голос... Сэмми обладала крайне глубоким тембром. Она по особенному произносила некоторые звуки, будто специально протягивая их, раскатывая на языке и смакуя губами. Порыкивала даже. Но голос был бархатным, волнующим и будоражащим. С едва заметной хрипотцой. Неудивительно, она тигрица всё-таки... — Ох, э-э... Доброй ночи, Сэмми. Вы сегодня раньше обычного? Вглядевшись в темноту, я всё же смог разглядеть её высокую тень. Чёрт, да как они успевают так быстро и незаметно перемещаться? В любом случае, на моё не совсем уверенно ответное приветствие она слегка рассмеялась, а я содрогнулся. Никогда бы не подумал, что останусь с ней вот так наедине. Сердце билось уже не в груди, а где-то в горле встав комом. Я как дурак прокашлялся и попятился. — Ты меня боишься? — неожиданно серьёзно спросила Сэмми, проигнорировав мой вопрос. А я встал как вкопанный, напоминая брошенного котёнка, который чем-то провинился перед мамой-кошкой. — Что вы! Совсем нет... — она резко поднялась со своего места и вышла из тени. Я машинально понизил голос, почти до шёпота, и закончил: — ...но если только капельку... Причины для этого, признаться, были. Монстро-девочек создали на какой-то свой лад – невероятно сильными. При желании она могла бы сейчас избить меня, как пиньяту, а то и вовсе порвать на лоскуты. Чёрные когти, хоть и аккуратно подстриженные и явно побывавшие у мастера маникюра, подозрительно остро поблёскивали в свете ярких ламп. А учитывая, что большинство охранников покидали Пролив вовсе не по собственной воле, я даже не сомневался в возможных причинах. — Уверен? Она была высокой. Очень. Я будто уменьшался в геометрической прогрессии при каждом её шаге ко мне. Вот и всё. Конец. Сейчас меня порвут и выпотрошат как жалкую свинушку, которая только сможет завизжать от неподдельного ужаса. Мама, папа! Простите меня, дурака! Надо было идти на дантиста, да не послушал вас! А я ещё так молод, я ведь даже не успел... понять, как Сэмми прощёлкала пальцами у моего лица. Подняв голову, я понял, что она уже была практически вплотную ко мне. Положив одну руку на бедро, она слегка нахмурила свои брови. Какие у неё уставшие глаза... только вблизи я смог увидеть, что у неё были мешки. Едва заметные под мехом, но были. И капилляры местами полопались. И пахло от неё чем-то нежным, словно мускусным. Нотки древесины, ещё цитрусового. И в этот момент я будто полностью игнорировал то, что вместо привычного мундира с эполетами на ней был чёрный корсет с молнией посередине. Грудь была практически на показ, но корсет прикрывал её аккуратно захватывая соски. На ногах – чёрные каблуки и чулки, розовая лента, перевязанная в бант на правой ноге. На одной руке – митенка, белые манжеты. На шее чокер с маленькой бабочкой, а на голове – декоративные чёрные заячьи ушки. — Простите, я сегодня не в себе... С вами всё в порядке? Выглядите помятой.. Нет, простите! Не помятой, а уставшей! Не выспались? Что ж такое сегодня с моим языком, надо такое ляпнуть ведь... Я уже был готов закопать себя сам. Но она посмеялась. Не так как это было сначала. А как-то по-мягкому, отойдя от меня, из-за чего я смог выдохнуть и неловко выдавить улыбку на своём посиневшем лице. Но моя же тупость меня и спасла. Во всяком случае, мой вопрос её заставил врасплох. Наверное. Мне оставалось в это верить. — А ты забавный, когда нервничаешь. Часто ты такой? — Периодически, я бы сказал... — она снова проигнорировала мой вопрос. Ну и ладно, что поделать... Но мне действительно было интересно, когда им надо спать, есть, уделять время себе. Они же живые, а не роботы. А учитывая их график – словно и спать времени нет. Кроме Мисти, разве что. — Периодически... — повторила за мной Сэмми шёпотом, задумавшись. Её ушко дёрнулось. Часы пробили двенадцать. Ночной клуб открылся. А гул приближающихся гостей начал усиливаться...♡♢♤♧
***
