Взрывные каникулы

      — Каникулы у Мэша. Отличная идея. Неделя в лесу с людьми, один из которых считает, что «крепатура» — это высшая форма вражеской магии, а другой — Дот Барретт! Благодарю за оказанное доверие.       — Лэнс, — директор Уолберг вздохнул, потирая переносицу. — Это не наказание, а возможность. Свежий воздух, улучшение отношений в команде…       — У нас с Барреттом нет команды, только временное перемирие... которое он нарушает в среднем три раза в день!       — Вот именно! Это рекомендация самого Ортера Мадла: вам, как выдающимся ученикам Адлера, нужно научиться взаимодействовать. Мэш — идеальный посредник. Для вас он нейтральная территория.       Лэнс закусил губу. В голове пронеслись картины: Дот, пытающийся «улучшить» магические тренажёры взрывными рунами; Дот, случайно поджигающий исторические свитки «несерьёзной искоркой»; Дот, Дот, Дот, его вечный неугомонный антипод. И впридачу Мэш.       Но отказаться он не мог. Всех распустили по домам — Лемон отправилась к родителям, Финна забрал брат, его собственные родители… ну не вариант точно. Оставалось одиночество в пустом общежитии, которое решительно отверг директор, и Мэш.       В итоге Лэнс стоял у портала с видом человека, которого отправляют чистить общественные туалеты зубной щёткой. Рядом ёрзал Барретт, нервно перебирая что-то в кармане мантии.       — Хорошенький же будет отдых: в лесной глуши и в компании дикаря, — сказал Лэнс, поправляя медальон с портретом Анны. Улыбка сестры была его единственным утешением в этом безумии.       Дот завёлся.       — Ну ладно, с твоим отношением ко мне всё ясно, такие чистенькие голубоглазые красавчики не могут пережить в своём окружении настоящих героев! А вот что ты имеешь против леса? Знаешь, сколько в лесу можно взорвать?       — Если ты взорвёшь хоть одно дерево, Барретт, я лично запихну тебя в чёрную дыру. Пошли уже.       Портал перед ними замерцал синим. Лэнс шагнул первым, чувствуя, как пространство обволакивает его привычной магической прохладой. Дот прыгнул следом, и в этот момент из его кармана выпал маленький блестящий шар, а за ним второй, третий…       — Ой, — только и сказал Дот.       Шар коснулся пола портального туннеля.       Мир искривился. Синий вихрь сменился оранжевыми спиралями, отлаженная магия перестала работать, и Лэнса швырнуло в стену из света. Он услышал вопль Дота — не испуганный, а скорее восхищённый — и потом всё скомкалось, как лист с неудачной контрольной.

***

      Воздух. Первое, что ощутил Лэнс. Влажный плотный воздух, так непохожий на атмосферу Истонской академии магии. Он открыл глаза и увидел небо. Непривычно синее, без единого облака.       — Вау! — раздался голос справа.       Лэнс повернул голову. Дот сидел в кустах, с восторгом разглядывая какую-то ярко-зелёную стрекозу. Его мантия была в пыли и листьях, волосы торчали в стороны, впрочем, с этим и до взрыва в портале было не лучше. Лэнса передёрнуло от вида насекомого, но стрекоза сорвалась с травинки и исчезла.       — Где мы? — спросил Лэнс, пытаясь встать. Всё тело ныло. Хорошо, что палочка не потерялась, и теперь валялась неподалёку. Лэнс дотянулся до неё и похолодел.       — Не знаю, что за место, но тут круто! Смотри, какая штука, эй, Лэнс!       — Барретт, хватит с нас крутых штук! Это всё из-за тебя и из-за твоей дурацкой взрывчатки, тебе что, палочки было мало? Посмотри внимательно, мы не у Мэша, и не в Истоне. Чёрт знает куда нас забросило, а хуже всего то…       — Ну и что? У нас вообще-то каникулы. Приключение же!       — Это не приключение, а катастрофа. Хуже всего то, что здесь нет магии! Чувствуешь? Энергии нет! Палочка бесполезна! Мы беспомощны! И всё из-за того, что ты набил карманы какой-то опасной дрянью и даже не позаботился о безопасности! С бомбами — в портал, в твоей лохматой рыжей кастрюле совсем ничего нет?       Лицо Лэнса, обычно бледное и бесстрастное, покрылось пятнами гнева, а на левой щеке чётко выделялось чёрное пятно копоти от взрыва.       — Ха, красавчик превратился в грязнулю, — Дот как будто пропустил обидные слова. Он поднялся и шагнул к Лэнсу.       — Не подходи ко мне! — прикрикнул Лэнс, но Дот уже протянул руку, взял его за подбородок, повернул щекой к себе и лёгким быстрым движением стёр пятно. Замер, словно оценивая работу, а затем поспешно отстранился.       — Всё, снова чистый и идеальный, — сказал Дот, и его уши покраснели. — А теперь перестань читать нотации. Мы разберёмся, что ты как в первый раз.       Лэнс застыл. Он чувствовал, как горит щека, и вовсе не жаркий воздух был тому причиной.       — О-хо-хо! Какая трогательная сценка!       Голос прозвучал отовсюду и ниоткуда одновременно. Из-за деревьев появился человек. Высокий, в обтягивающем алом костюме, с волосами цвета моря и безумной улыбкой. Незнакомец скользил по земле, будто не шёл, а плыл. За его спиной виднелась узкая изогнутая доска.       — Мой милый Ланга, — промурлыкал он, останавливаясь перед Лэнсом. — Ты что, нашёл себе нового партнёра по катаниям и сменил имидж? Забыл про наши с тобой узы? Решил покинуть наш маленький рай?       Лэнс посмотрел на него ледяным взглядом, не выражавшим ничего, кроме раздражения. Сначала Барретт, теперь этот…       — Я не знаю, кто вы, и кто такой Ланга. Отойдите.       — О! — Незнакомец приложил руку к груди и несколько раз дёрнулся в нелепых конвульсиях. — Мой Снежок превратился в льдинку! Моё сердце кровоточит. Тебе больше не нравится твой Адам, моя милая Ева?       Дот, которого это представление заставило отбросить все вбитые в голову правила этикета, шагнул вперёд и встал между Лэнсом и странным человеком.       — Эй, клоун! Ты ослеп и оглох? Он же сказал, что тебя не знает. И я тебя не знаю. Катись отсюда, выпендрёжник!       Незнакомец медленно перевёл взгляд на Дота, и его глаза насыщенно-рубинового цвета сузились.       — Как там тебя, голова-спичка, Рэки… Дерзкий, глупый Рэки. Ты что, возомнил себя героем? Защитником? — Он засмеялся, и смех был похож на звук ломающегося стекла. — Я сделаю из тебя конфетти на следующей гонке.       — Попробуй, — Дот оскалился. — Без понятия, кто такой Рэки, но если он тебя бесит, значит парень толковый, и сам заставит тебя есть грязь.       В этот момент с другой стороны донёсся грохот и на таких же странных досках как у незнакомца выкатились двое — лохматый рыжий парень в яркой толстовке и высокий бледный юноша с голубыми волосами; на лицах у них не было ни одной магической линии. Новоприбывшие затормозили, уставившись на странную группу.       — Адам? Что происходит? — спросил рыжий.       — И кто это? — спросил второй, глядя на Лэнса и Дота.       Наступила неловкая пауза. Адам вертел головой туда-сюда. Его безупречная маска дала трещину.       — Два… Ланги? Евы… — прошептал он. — Два Рэки?       — Объяснять долго, — сказал Дот, всё ещё не отводя взгляда от этого чокнутого Адама. — Но кратко: мы не они. Мы заблудились.       Адам отступил на шаг. Его взгляд метался между двумя весьма похожими парами. Наконец он снова рассмеялся, но теперь в смехе прозвучал интерес хищника, нашедшего новую добычу.       — Интригующе… Очень интригующе. Ладно. Сегодня я отступлю — чтобы вернуться с раскрытыми объятьями! Но мы ещё встретимся… двойники. Ха!              Он метнулся назад, схватил свою доску и растворился в тени тропы, как будто его и не было.       Рыжий выдохнул.       — Вау! Он вас вообще не тронул. Обычно… ну, короче, круто вы его обставили. Кстати, я Рэки.       Тем временем его приятель подкатил ближе, внимательно рассматривая тёмные мантии адлеровцев.       — Привет, я Ланга. Вы… с какого-то фестиваля? Косплей?       Лэнс закатил глаза. Фестиваль. Лэнса Крауна, одного из Божественных Провидений, приняли за переодетого актёра. Гнев сменился глухой, безнадёжной усталостью.       — Я Лэнс Краун, это Дот Барретт. Мы из другого мира, — сказал он. — Мира с магией. Наш портал сломался. Нас выбросило сюда, но нам нужно вернуться.       Рэки и Ланга переглянулись. Молчание затянулось. Дот подумал, что сейчас парни позовут кого-то на помощь, поскольку окажись кто-то подобный в их мире… Но вместо этого Ланга осторожно спросил:       — Другой… мир? То есть, типа, изометрический? Или параллельный?       — Я не знаком с вашей терминологией, — устало ответил Лэнс. — Но да. Мы не отсюда. Наша одежда, наши способности… или их отсутствие сейчас. Всё это потому, что мы чужие здесь.       Рэки почесал затылок.       — Ну… костюмы у вас и правда офигенные. Такие детали! И мантии… они же настоящие? — Он потрогал рукав Лэнса. — И вы говорите очень уверенно. Как актёры, которые совсем вжились в роль.       — Это не роль, — резко сказал Дот. — Лэнс не умеет играть. Он всегда такой — зануда в мантии. А вот я бы мог быть главным героем, только тут у меня не получается.       Он с досадой щёлкнул пальцами, явно ожидая вспышки. Ничего. Ланга наблюдал за этим с научным интересом.       — Вы оба очень убедительны, — наконец сказал он. — И ваша история слишком странная, чтобы быть ложью. Обычно врут про амнезию или потерю документов. И на сумасшедших не похожи. Ну, почти. Давайте начнём с того, где вас устроить. А там… разберёмся.

***

      Подсобка с садовым инвентарём пахла землёй, растениями и, почему-то, дымком — последнее, видимо, было визитной карточкой хозяина, которого Рэки представил им как Шэдоу. Сам Шэдоу, человек в жутком костюме и не менее страшном гриме, метался по помещению, вынося какие-то коробки и вазоны.       — Грузите в машину! Только не мните мои цветы! Они такие нежные!       — Я и не собирался, — обиженно сказал Дот. — Что я, варвар какой-то? Они очень красивые.       Шэдоу хмыкнул.       Лэнс сидел на маленькой табуретке для прополки, разглядывая потрёпанный медальон в своей ладони. На миниатюре внутри улыбалась Анна, человек, вокруг которого вращалась вселенная Лэнса Крауна. Одним быстрым движением он подцепил портрет сестры, вытащил из рамки и убрал в карман.       — У нас нет ваших денег, — сказал он Шэдоу. — Но это серебро и опалы. Этого должно хватить за несколько дней.       Он протянул медальон. Шэдоу взял его, повертел в руках.       — Хм… Сойдет. Попозже принесу пожрать. Но чтоб цветы…       — Да не трогаем мы цветы, — вздохнул Лэнс.       Шэдоу удалился, бормоча что-то про «ненормальных детей». Ланга показал Лэнсу маленькую жаровню — дневная жара запросто могла смениться достаточно холодной ночью.       — Расскажите про ваш мир, — попросил Рэки, раздавая всем банки с газировкой. — Там правда есть магия?       Дот оживился.       — Есть! Я, например, очень крутой маг! Вот, смотри…       Он взмахнул палочкой. Ничего не произошло. Его лицо вытянулось.       — А… здесь же не работает.       — Моя семейная магия связана с гравитацией, ну и в целом в физике разбираюсь, — сказал Лэнс.       — Звучит как основа для крутого трюка, — задумчиво сказал Ланга. — Представь, уменьшить свой вес перед прыжком…       — Или увеличить, чтобы сильнее разогнаться с горки, — добавил Рэки.       Лэнс смотрел на них. Эти двое, лишённые магии, мыслили её категориями так же свободно, как он сам. Они видели в силе возможность для движения.       — Вы не боитесь магии? — спросил он.       — Чего бояться? — Рэки улыбнулся во весь рот. — Это же ещё один навык, только очень крутой! Как кататься на скейте. Сначала не получается, потом учишься.       Дот засмеялся.       — У меня с самого начала получалось! С первого взрыва! Так, а что такое скейт?       Разговор постепенно оживлялся. Шэдоу, вернувшийся с пакетами еды, прислушивался к ним, расставляя коробочки с лапшой на импровизированном столе из старой упаковки.       — Детализация что надо, — буркнул он, кивая на магов. — Роли свои знают. Целую вселенную придумали.       — Я им верю, — тихо сказал ему Ланга. — Они не придумывают на ходу. Слишком последовательно всё. Да и смотрят на наши доски как на артефакты с другой планеты. Фейкеры так не умеют.       Хмыкнув, Шэдоу вышел.       Ночь медленно опустилась на Окинаву. В подсобке пахло дымом, растениями и лапшой. Четыре подростка из разных миров говорили о страхе падения, о радости скорости, и о том, как здорово, когда есть кто-то, кто подстрахует.

***

      Ночь действительно оказалась холодной, как уж тут выживали цветы — непонятно. Ветер выискивал каждую щель в старых рамах, и Дот, несмотря на всю свою взрывную энергию, съёжился на тонком матрасе, постукивая зубами. Лэнс услышал этот звук. Он глядел в окно, сквозь стекло которого были видны звёзды чужого мира, складывающиеся в непривычные созвездия. В его памяти почему-то всплыла картина: Рэки, снимающий с себя толстовку и накидывающий её на плечи Ланги перед тем, как они ушли. Простой немагический жест заботы.       Лэнс сжал челюсть, внутренне борясь с многолетней привычкой к дистанции. Потом резко, почти грубо, распахнул свою мантию.       — Барретт. Двигайся.       — Чего? — недовольно буркнул занятый попытками согреться Дот.       Лэнс, не объясняя, накрыл их обоих, а затем, преодолевая последний барьер, перевернулся на бок и притянул Дота к себе, обняв его со спины. Дот вздрогнул от неожиданности, на мгновение замер, а затем его тело, напряжённое от холода, постепенно расслабилось.       — Молчи, не дёргайся, — тихо приказал Лэнс ему в затылок, чувствуя, как дрожь в теле Дота понемногу утихает. — Это просто выживание.       — Знаю я твоё выживание… — пробормотал Дот, уже почти во сне, инстинктивно прижимаясь спиной к источнику тепла. Его дыхание стало ровным. Лэнс лежал, прислушиваясь к этому ритму, и мысль о том, что он, Лэнс Краун, кого-то согревает, показалась ему не такой уж нелепой. Анна бы точно похвалила его за такую заботу.

***

      Следующие дни сложились в странный, но на удивление упорядоченный ритм. Рэки, Ланга и Шэдоу приходили почти каждый день, принося еду, одежду «попроще» (чтобы не выделяться) и настойчиво предлагая «освоить базу». Под «базой» подразумевались скейтборды.       Идея вернуться домой не покидала Лэнса ни на секунду. Пока Дот с азартом неофита пытался встать на доску под чутким руководством Рэки, Лэнс с Лангой обсуждали теорию. Он пытался объяснить принципы пространственной магии, порталов, стабилизации. Ланга слушал, задавал вопросы, а потом рисовал схемы.       — Получается, вам нужен энергетический удар в слабую точку пространства?       — Да. И если точку соприкосновения я всё-таки могу почувствовать, то для удара нужна магия. А её здесь нет.       Тем временем Дот, красный от усилий и падений, наконец проехал несколько метров без того, чтобы врезаться, и ликовал.       — Видишь, я могу, Рэки! Легко! Почти как полёт на метле!       Рэки смеялся. Нет, определённо Дот был из какого-то иного мира.       — Для начала — огонь! Давай покажу, как поворачивать. А потом и прыжки освоишь!       Дни текли, и Лэнс ловил себя на том, что их отчаянное положение начало обретать подобие упорядоченной жизни. Они с Дотом спорили, но уже без прежней ядовитости. Скорее, как партнёры, ищущие решение одной задачи.       Однажды вечером Лэнс спросил:       — Вы не боитесь, что мы принесём вам неприятности?       Ланга внимательно посмотрел на него.       — Если ты про Адама… ну, он пока не появился, и пусть так будет подольше.       — Да и какие же вы неприятности, вы свои, — добавил Рэки.       Слово «свои» повисло в воздухе. Лэнс почувствовал, как что-то сжимается у него в груди. У него не было ощущения «своего» даже в собственном мире. Божественный Провидец — это всегда кто-то отделённый от большинства своей силой и ответственностью.       Дот посмотрел на него и ухмыльнулся.       — Слышишь, Краун? Мы свои. Можешь расслабиться.

***

      Идею для возвращения подал, как ни странно, Шэдоу. Застав Лэнса за чертежами пространственных векторов на бланках для заказа семян, он долго хмыкал.       — Скорость и взрыв, говорите… — пробурчал он, разглядывая схемы. — Ну и чем ваши магические удары отличаются от моего проката? У меня петарды бывают с такой закруткой… Бабах — и дырка в воздухе. Правда, маленькая и ненадолго.       Лэнс уставился на него.       — Повтори.       — Ну, говорю, иногда, если сильно повезёт и петарда из правильной партии… после взрыва на секунду такое мерцание появляется. Как марево. Я думал, глюк зрения, но похоже на то, что ты описываешь.       — Это мог быть микропортал, — задумчиво сказал Лэнс. — Слабая пространственная трещина от резкого выброса энергии на скорости. Шэдоу, ты гений!       — Я? — Шэдоу отпрыгнул, как будто его обвинили в преступлении. — Я ничего! Просто наблюдательный!       — А ведь Шэдоу прав! — в разговор вступил Ланга, подойдя с Дотом и Рэки. — Мы можем попробовать. Если отправить вас по той старой трассе, устроить взрыв в нужный момент, в нужном месте…       — А взрыв — это ко мне, — заявил Дот, потирая руки. — Только нужны правильные петарды, самые-самые мощные.       Шэдоу, который успел сдружиться с Дотом на почве пиротехники, усмехнулся.       — Самые мощные, говоришь… Есть у меня, припрятал для особого случая, вдруг с Адамом катнуть придётся. Похоже, Адам перебьётся.

***

      План был безумен, но проработан до мелочей. Ланга и Лэнс рассчитали всё: точку старта, необходимую скорость, момент прыжка. Дот должен был разогнаться на скейте (Рэки за неделю научил его хотя бы не падать на прямом участке), влететь в расчётную зону, и по сигналу швырнуть связку специально отобранных Шэдоу петард. Теория гласила: комбинация высокой скорости и точечного взрыва может создать пространственный разрыв.       — Всё запомнил? — Лэнс говорил с Дотом, пересчитывая петарды. — Взрыв должен произойти ровно на пике скорости, в момент, когда я почувствую колебание материи и дам сигнал. Не раньше, не позже.       — Помню, помню, — Дот поправлял шлем, подаренный Лангой. — Я же не совсем идиот.       — Спорное утверждение, — пробормотал Лэнс, но в его голосе не было злости, разве что тревога.       — Барретт… будь осторожен.       Дот удивлённо поднял на него взгляд, затем лихо улыбнулся.       — Не беспокойся, Краун. Герои не умирают!       Рэки и Ланга стояли рядом. Ланга держал в руках секундомер и флаг — ими он должен был контролировать время на проход для Лэнса.       — Если портал откроется, с мощностью арсенала Шэдоу у вас будет около десяти секунд, — повторил свои расчёты Ланга. — Лэнс, ты успеешь прыгнуть за ним?              — Он успеет, — уверенно сказал Дот и посмотрел на Лэнса. — Правда?       Лэнс кивнул. Не было времени на сомнения. Он положил руку на плечо Дота на секунду — короткий, неловкий жест поддержки.       — Правда.       По сигналу Рэки Дот оттолкнулся. Первые метры были шаткими, но затем гравитация и крутой склон сделали своё дело. Доска понеслась вниз с пугающим гулом. Ветер свистел в ушах, сжимая горло. Дот пригнулся, как учил Рэки, забыв обо всём, кроме скорости, цифр в голове и ощущения взгляда Лэнса, следящего за ним.       Лэнс, стоя на краю, сосредоточился. Он искал внутри неуловимое чувство — память магии, отголосок дома. Представлял тенистые леса Истона, запах хвои, холодный камень стен, улыбку Анны… И он почувствовал. Точку напряжения, дрожащую в воздухе прямо перед несущимся вниз Дотом.       Лэнс взмахнул рукой, как будто всё ещё мог управлять реальностью. Ланга включил секундомер и одновременно замахал огромным чёрно-белым флагом. Дот заметил флаг и, не раздумывая, швырнул тлеющую связку вперёд, по бокам от себя.       Мир взорвался светом и звуком.       Огненный шар не разлетелся в стороны, а словно сжался в одну точку, и затем воздух перед Дотом затрепетал, заискрился и разорвался с глухим хлопком, открывая сияющую, нестабильную голубую бездну. За ней, как в тумане, виднелись знакомые очертания леса, другой свет, другое небо.       Дот, не снижая скорости, влетел в портал. Лэнс мощным прыжком соскочил на трассу и бросился следом, делая последние шаги по окинавской земле. В последнее мгновение он обернулся. Увидел Рэки и опускающего флаг Лангу, увидел Шэдоу, который что-то кричал, размахивая руками, а потом внезапно метнул в его сторону какой-то маленький блестящий предмет.       Потом синева поглотила его, и знакомый запах магии и хвои ударил в нос, смешавшись с запахом гари и моря.

***

      После того как портал схлопнулся, на трассе воцарилась абсолютная тишина. Даже ветер стих. Рэки и Ланга ещё долго стояли, вглядываясь в пустоту.       — Ну что… — Рэки первым нарушил тишину, смахнув с лица странную влагу. — Домой? — он попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой, натянутой.       Ланга не ответил. Он смотрел в точку, где исчезли их странные гости, и лицо его было бледным и серьёзным. Потом, не говоря ни слова, он шагнул к Рэки, взял его за плечи и притянул к себе, крепко обняв, уткнувшись лицом в его плечо. Рэки замер на секунду от неожиданности — Ланга редко был инициатором таких явных жестов. Но затем он обвил руками его спину, сжал так сильно, будто боялся, что и его сейчас унесёт в какой-нибудь портал.       — Эй, — тихо сказал Рэки, чувствуя, как напряжены мышцы Ланги. — Всё в порядке. Они добрались. Я чувствую.       — Я знаю, — голос Ланги был приглушён тканью его толстовки. — Просто… это было… Магия. Другая вселенная. И они уехали.       — Да, — Рэки вздохнул. — Но они были здесь, а мы им помогли. Это круче любой гонки.       Наконец Ланга глубоко вздохнул и отстранился, но его рука сползла вниз, чтобы поймать руку Рэки и сцепить пальцы.       — Пошли домой, — тихо сказал Ланга.       — Ага, — Рэки улыбнулся, на этот раз по-настоящему. — Завтра, кстати, тренировка. Я уже привык к этим парням, без них будет скучно.       — Не будет, — возразил Ланга. — Они подарили нам кучу идей. Осталось придумать как сделать магию реальной. Сейчас ведь у нас получилось.       И так, не отпуская руки, они пошли домой, оставляя позади пустую трассу и взрыв, который на время сделал их вселенную больше, а их самих — ещё ближе друг к другу.

***

      — Мы добрались! Всё получилось, Лэнс!       Они лежали на мягкой траве у опушки знакомого леса. Портал захлопнулся беззвучно, оставив после себя только колебание воздуха.             Дот первым поднялся, отряхивая с мантии окинавский песок и хвою. Он снял шлем, выхватил палочку и послал в небо цепь взрывающихся вспышек с ликующим криком.       — УРА! Я же говорил! Скорость и взрыв! Работает!       Лэнс приподнялся и сел, разглядывая предмет, который вылетел из портала вместе с ними, а теперь валялся на траве. Затем он достал из потайного кармана портрет Анны, поднял с травы свой медальон и закрепил изображение на его прежнем месте.       — Вернул обратно, — тихо сказал Лэнс.       — Кто? А, наш добрый хозяин в раскрасе убийцы? — Дот упал рядом, фыркнув, но в его голосе не было насмешки. — Говорил же, он не такой уж и плохой. Человек, который так разбирается во взрывах и так заботится о цветах, не может быть плохим!       Лэнс продолжал сидеть, закрыв глаза и глубоко дыша. Он чувствовал, как магия мира медленно заполняет его, смывая ощущение пустоты и беспомощности. Это было как вернуться в родной дом после долгого, изматывающего путешествия. Теперь всё было на своих местах. Почти.       Они молча двинулись по тропинке. Домик Мэша возник перед ними точно такой, каким они увидели бы его пару недель назад — неброский, крепкий, с дымком из трубы. Но теперь они смотрели на него иными глазами.       — Знаешь, — сказал Дот, останавливаясь на краю поляны. — Чем-то похож на нашу подсобку.       — И его хозяин тоже лишён магии, — добавил Лэнс.       Дверь открылась прежде, чем они успели подойти. На пороге стоял Мэш в розовом фартуке. В одной руке он держал блюдо, полное золотистых профитролей, в другой — надкусанное пирожное. Сосредоточенно жуя, он посмотрел на визитёров.       — Вы опоздали на ужин. И на целую неделю. Или две? Профитроли нужно есть свежими.       Дот, чуть склонив голову, сказал:       — Приношу извинения за беспокойство. Наш путь оказался длиннее, чем предполагалось.       Его тон был непривычно вежливым, без привычной дерзости. Мэш перевёл взгляд на Лэнса. Тот пожал плечами.       — Да, мы… немного заблудились.       Мэш отступил назад, приглашая войти.       — Заходите. Папаня будет рад, что мои друзья всё-таки не выдумка.       Внутри пахло выпечкой и совсем чуть-чуть — магией. Это был запах дома. Просто дома.       Пока Мэш возился у печи, а его счастливый отец, утирая слёзы умиления, заваривал чай, Дот и Лэнс присели за добротный деревянный стол. Их взгляды встретились. И без слов они оба подумали об одном: о столе, сделанном из ящика и досок в старой подсобке для садового инвентаря, где они делили лапшу и сок с двумя так похожими на них парнями, в которых не было ничего магического.       Мэш поставил перед ними тарелки с пирожными и дымящийся чайник. Уселся напротив и сделал паузу в пережёвывании.       — Так где вы были?       Лэнс и Дот переглянулись. С чего начать? Как объяснить? Про портал, про мир без магии, про скейты и пиротехнику, и про ребят на необычных досках с колёсиками?       — Мы… заблудились, а потом гостили у друзей, — наконец сказал Лэнс, и это слово прозвучало странно и правильно одновременно. — В очень необычном месте далеко отсюда.       — Да, — подхватил Дот, и глаза его загорелись. — Там у ребят не было магии вообще! Представляешь? Но они всё равно крутые. Они такое вытворяют… Практически летают! Они… научили нас кое-чему.       Маш жевал, кивая с одинаковым выражением, будто они рассказывали о новых упражнениях на пресс.       — Звучит как хорошие друзья. Надёжные.       Лэнс отодвинул тарелку.       — Спасибо за пирожные, Мэш. У тебя несомненно талант кондитера. Особенно учитывая, что ты добиваешься такого результата без магии.       — Ты изменился, — внезапно сказал Мэш.       Лэнс вздрогнул.       — Это так заметно?       — Да. И он тоже. Вы меньше ругаетесь и кричите друг на друга.       — Мы научились общаться иначе, — признался Лэнс, и это было одним из самых трудных признаний в его жизни.       Мэш кивнул, словно этого и ожидал.       — Хорошо. Теперь можно отдохнуть. А завтра… — он задумался. — Завтра можно сходить на реку. Там тихо. Или если хотите, можем сделать ещё пирожных.       — Пирожные — это сила, — с полным ртом согласился Дот, а затем, внезапно оживившись, спросил: — Эй, Мэш, а ты вообще знаешь, что такое скейт?