Будь ближе

Акито, силой прижал принца к стене. Ноги Тойи дрогнули, отказываясь держать его. Как тут устоишь, когда перед тобой такой рзвратный, горячий, опасный ассасин. Одно его присутствие опьяняло. В уголках губ Акито мелькнула улыбка, и в следующее мгновение он жадно впился в губы Тойи. Аояги сладко простонал, полностью отдаваясь своему наглому любовнику. Он тонул в этих запретных ласках, позволяя Акито делать с ним всё, что ему вздумается. Принц обвил шею Акито руками, отвечая на поцелуй. Языки сплелись в яростном, голодном танце, выжигая остатки воздуха из легких. Тойя чувствовал, как пламя смущения и возбуждения заливает его щеки, как сердце бешено колотится в груди. Ему нравилась эта напористая грубость, этот жадный, испепеляющий взгляд Акито, его уверенные, властные движения. Шинономе оторвался от губ Тойи, тяжело, прерывисто дыша. И с тенью ехидства в глазах начал осыпать бледную шею принца влажными, обжигающими поцелуями. Голова шла кругом, реальность расплывалась, теряла очертания. Аояги, обессиленный, прикрыл глаза, и из его горла вырвался протяжный, мучительный, полный возбуждения стон. Рыжеволосый отстранился, заглядывая в затуманенные, от похоти глаза принца. «Может, будешь чуть тише, Ваше Высочество?» - промурлыкал он. - «Вряд ли ты хочешь, чтобы кто-нибудь узнал, что всеми любимый, непорочный принц спит с ассасином.» Тойя, закусив губу, старался унять дрожь, охватившую все тело. Он играл с огнем, рисковал всем, позволяя себе эту кратковременную слабость, эту запретную связь. Но сейчас, когда Акито был так близко, когда его горячее дыхание обжигало нежную кожу на шее, когда его глаза прожигали его насквозь, он не мог думать ни о чем другом. Шинономе усмехнулся, видя смятение, на лице принца. Ему нравилось играть с ним, дразнить и провоцировать. Он знал, что Аояги потерял голову от него, и эта власть над ним пьянила ассасина. Медленно, с наслаждением, он наклонился вперед, обжигая мочку уха принца горячим дыханием, покусывая ее нежно, но уверенно. Тойя вздрогнул, пропуская тихий, сдавленный стон сквозь сжатые губы. «Акито… пожалуйста, будь ближе…» – прошептал он, умоляюще. Акито отстранился, усмехнувшись. «Ближе?» - Одним сильным движением он приподнял Тойю за бедра, заставляя обвить себя ногами. Аояги вскрикнул от неожиданности, но тут же прижался ближе, инстинктивно ища опору, чувствуя, как тело Акито упирается бедрами в его собственные, пробуждая в голове мысли, полные запретных желаний. Акито вновь набросился на него, сминая губы принца в требовательном, обжигающем поцелуе, сильнее сжимая его бедра. Аояги таял в руках этого ассасина, чувствуя, как его тело дрожит. Он был готов кончить прямо сейчас, так и не перейдя к главному, готов был захлебнуться в этой лавине чувств. Акито оторвался от губ Тойи, тяжело, прерывисто дыша. Его глаза горели темным, ненасытным пламенем похоти. Аояги ощущал, как кровь приливает к лицу, как сердце колотится в бешеном ритме, словно пытаясь вырваться из груди. Ему было мало поцелуев, мало касаний, мало этой опасной игры. Он жаждал большего, хотел полностью отдать себя во власть этого наглого, жестокого ассасина, хотел позволить ему почувствовать безраздельную власть.