Ричи не мудак

Ричи Тозиер не мудак. Точнее, не настолько мудак, как его кузен Майк Уиллер. А ещё у Ричи есть глаза. Да, подслеповатые, нуждающиеся в огромных несуразных очках, но они у него есть. Чего не скажешь про Майка. Поэтому он напряжённо поджимает губы и хмурится, видя, как Уилл нервно бледнеет и отшатывается от своего друга, когда тот говорит ему какую-то хуйню. Ричи уверен, что это хуйня, потому что Майк просто не умеет говорить что-то другое. У Ричи зудят кулаки от желания проехаться ими по этой самодовольной морде. Разбить кривые губы (совсем не похожие на его собственные), крючковатый уродливый нос (совсем не похожий на его собственный) и особенно постараться оставить кровавую сечку на высоких скулах (совсем не похожих на его собственные). Но тут же представляется разочарование на лице Уилла. И Ричи из раза в раз проглатывает колючую агрессию, чувствуя, как она проваливается по пищеводу, гастритом оседая в желудке. Он ничего не говорит, когда Майк, вместо того, чтобы сдержать обещание и устроить вечер кино, всё отменяет и по первому зову бежит к Оди. Уилл зовёт Ричи вместо него, и тот срывается, только услышав в чужом голосе грусть. Он молчит, когда Майк обнимает Уилла за плечо, а при следующей встрече отшатывается от него, как от прокажённого. Ричи обнимает Уилла при любой возможности. Чуть дольше, чем это принято между друзьями. Он держит язык за зубами, когда Уиллу кричат «педик» в школьном коридоре и толкают в спину, а Майк только стыдливо отводит глаза. В тот же день Ричи много раз пинают в живот на заднем дворе школы. Он улыбается Уиллу, сплёвывая кровь и тяжело опираясь на плечо Лукаса. Если бы ему предоставили выбор вновь, он всё равно полез тогда драться. Только бы погромче орал о том, что этого придурка Кайла ебёт собственный отец, путая с дворовой собакой. Но всё это по итогу не имеет никакого смысла. Он не Майк. Быть не Майком для Уилла — невыносимо. И однажды, когда этого разъедающего чувства становится в нём слишком много, он подрывается с дивана, запинаясь о складку на ковре. Не тушуется под двумя направленными на него взглядами и вместо того, чтобы начать с Майком очередную ссору, Ричи решительно обхватывает пальцами запястье Уилла. Прикосновение ощущается ярче удара в живот. Он старается не думать о том, что собрался делать. Уилл выглядит оленёнком, угодившим в капкан. Кожа под пальцами Ричи горячая и мягкая. И Уилл… Он смотрит на него с благодарностью. За такой взгляд можно и убить. Майк что-то кричит им вслед, но Тозиер оборачивается и вскидывает палец вверх. «Пошёл нахуй, Майк Уиллер», — думает он раздражённо, прежде чем толкнуть Уилла в ближайшую пустую комнату на втором этаже и прижаться поцелуем к чужим губам. Требовательно. Не давая себе и секунды, чтобы передумать. Ричи не мудак. Честное слово. Просто когда он видит Уилла рядом с Майком, всё плохое в нём поднимает голову. Он просто не может не вклиниться в разговор, не попытаться перетянуть внимание Уилла на себя, он не может не сделать вид, что его рука совсем случайно соскальзывает на чужое колено и остаётся там лежать, пока остальные увлечены фильмом и не смотрят на них. Он не может не испытывать торжество, когда Уилл не сбрасывает его руку, а только кидает настороженный взгляд из-под ресниц. Иди нахуй, Майк Уиллер, ты бы так и не решился. Ричи не мудак и поэтому не может контролировать поток гнили, вырывающийся из его рта, каждый раз, когда блядский Майк ведёт себя отвратительно по отношению к Уиллу. Из раза в раз. Будто жизнь его ничему не учит. Будто он создан как насмешка над ним. Ричи лучше его во всём. Об этом все знают. Ричи может быть идеальным парнем. Ричи умеет целоваться, он выше Майка, у него есть чувство юмора, его кудри лежат идеальными завитками, в отличие от чужих сальных паклей. Да, он носит очки, но будь проблема в этом, он бы давно перешёл на линзы. Ричи не мудак. Ну, может, только самую малость. И поэтому он целует Уилла осторожно и мягко, давая возможность передумать (себе или Уиллу?). Зная, что не имеет на это право, что не он должен быть тут, что это не его Уилл хочет обнимать и так доверчиво прижиматься. Поэтому он первым отстраняется и шумно выдыхает сквозь зубы, когда Уилл сам его не отталкивает. Он готов предложить компромисс, даже если это означает сделку с дьяволом. — Хочешь, сниму очки? — говорит Ричи и хочет только ударить себя по голове кирпичом. Но ещё больше хочет, чтобы Уилл никуда не уходил. Особенно к Майку. Опять. — Зачем? — Ну, мы с ним похожи, — он ловит непонимающий взгляд и раздражённо поясняет, — С Майклом. Мы с ним очень похожи. И я знаю, что ты хочешь целоваться с ним. Так что я блять не против, представляй на моём месте кого хочешь. Хоть его чёртову мамашу. — Ричи. — Ты можешь не беспокоиться о моих чувствах и всей этой хуйне, — перебивает он его, боясь, что если не успеет сказать, что это в порядке вещей и необязательно испытывать великую любовь для такого, то Уилл выскользнет из его рук зыбкой тенью и больше никогда не даст подобраться так близко. — Я серьёзно. Я не из этих сопливых нытиков, и от того, что мы один раз пососёмся, я не захочу ходить с тобой за ручку и кричать всем о том, что я гей. Не знаю, что ты можешь ещё придумать, но это не так работает. Уилл на это только улыбается своей тёплой улыбкой, и флиртующим нервным движением заправляет прядь волос за ухо. Тозиер замолкает, чувствуя, как теряет мысль повествования. — Так ты не хочешь? — Чего? — Ходить со мной за ручки. — Ты цепляешься к словам. Важна не формулировка, а сама идея, которую я пытался донести. Я не имел ввиду что-то такое… — Ричи, — Уилл заглядывает ему в глаза снизу вверх, — Ты не понял. Я не хочу представлять Майка. И я не хочу с ним целоваться. — Конечно, я ведь красивее. И член у меня больше. Так что считай, у тебя может быть его улучшенная версия, — тараторит Ричи и только потом осознаёт, — О… Ты не хочешь? Ему требуется ещё одна долгая секунда. — Это значит, что ты… Ты хочешь целоваться со мной? — Ага, — легкомысленно соглашается Уилл, будто только что не сказал самую нелепую вещь в своей жизни. Он тянет его на себя за шею, попутно зарываясь пальцами в кудрявые волосы (теперь очевидно, что они лучше чем у Майка). Ричи приходится сделать шаг и прижать его к стене, нависая сверху, чтобы не потерять равновесие. Уилла похоже всё устраивает. Как будто это для них нормально. — Я идиот. Полнейший. — Тут ты чертовски прав. Я уж думал, до тебя никогда не дойдёт, — эти слова тонут и задыхаются между их губ. Помните, Ричи говорил, что не мудак? Так вот забудьте. Ричи настоящий мудак. И Уилл в его руках мягкий и поддатливый, живой. Видимо потому что только мудакам достаётся всё самое лучшее. Ричи больше не пытается никого обманывать. И осторожные поцелуи сменяются на слюнявые и глубокие. Ричи лижет, кусается, ловит ртом судорожные вдохи и редкие стоны. Дорвался. Он залазит ледяными пальцами сначала под футболку, лапает за бока, живот, грудь. Уилл крупно вздрагивает и поддаётся ближе, ластится, как доверчивый лесной зверёк. Ещё не зная, что Ричи хочет по-варварски схватить его и утащить домой. Очки с лица всё же приходится снять. Они падают на пол, явно не готовые к такому обращению. Мир расплывается, превращаясь в яркие пятна. — Подними, вдруг разобьём. — Да похуй мне. Ричи похуй. Он запускает руки в штаны и сразу же скользит уверенным прикосновением по чужой заднице, сжимая её ладонями. К такому быстро привыкаешь. Уилл хнычет куда-то в шею, пытается притереться своим возбуждением ближе, сминая сильными пальцами дурацкую рубашку с пальмами. Он ярко реагирует даже на самые невинные прикосновения, распятый чужим телом. — Если ты не тормознёшь меня прямо сейчас, клянусь мамой Дастина, я выебу тебя прямо здесь, — хрипит Ричи, утыкаясь лицом в макушку и вдыхая одуряющий запах яблочного шампуня. Их разница в росте — одна из тех вещей, которая сводит его с ума. О, как же он горд, что несмотря на их с Майком схожесть во внешности он всё равно немного выше этого придурка. — Уилл, слышишь? Я просто физически не могу оторваться от твоей задницы. Она сука идеальная. — Да, да, да, Ричи, пожалуйста, — сбивчиво шепчет Уилл, пряча лицо. — Пиздец, Байерс. Ты пиздец. Такой невероятный и это всё только для меня. Скажи мне, ты уже трахался с кем-то? Кто-то прикасался к тебе таким образом? — его голос садится на последних словах и скорее всего звучит смешно и нелепо, но он просто не может заставить себя заткнуться. Уилл мотает головой и тянется к нему за ещё одним поцелуем. Отказать ему невозможно. У Ричи всё темнеет перед глазами, когда они с влажным звуком отстраняются друг от друга и он ловит поплывший взгляд. Уилл выглядит ахуенно. Уилл выглядит так для него. — Сначала я трахну тебя на твоей кровати. Лицом к лицу. Ты будешь стонать подо мной, как самый послушный мальчик, — он делает паузу, ощущая как его мажет от одних только мыслей об этом, — А потом я переверну тебя на живот, уткну лицом в подушку и отымею так, что ты забудешь собственное имя. Уилл тяжело сглатывает и Ричи фанатично залипает на то, как дёргается острый кадык. Зубы чешутся пометить, но он ещё не настолько выжил из ума. Так что попробуйте предложить это через пару минут. — Отличный план, Тозиер. И ты так уверен, что я буду снизу? Вот оно. Вот настоящий Уилл, которого он любит. Вот этот Уилл, с озорным блеском, с чертятами во взгляде. Уилл, который не смотрит на Майка, как побитый щенок, когда тот снова выбирает не его. Когда тот снова выбирает Оди, Лукаса, Дастина, своих сестёр, родителей, но не его. Никогда не его. — Не смеши, Байерс, ты самый пассивный гей из всех, кого я знаю. — И много ты знаешь геев? — Достаточно, чтобы судить. Уилл тихо смеётся, выглядя до абсурдного влюблённым и Ричи блять надеется, что это будет значить хоть что-то потом. Господи, как же сильно он во всё это вляпался. Но прежде чем кто-то из них успевает сказать ещё хоть что-то, в дверь с оглушительным грохотом начинают стучать. Они отскакивают друг от друга за секунду до того, как в комнату вваливается Майк. Не заходит, а именно вваливается. Его глаза поочерёдно сканируют их. И насколько бы Майк иногда не был слепым, к каким-то выводам он всё же приходит. — Ты! — шипит он и гневно тычет пальцем в Ричи, — Что ты тут блять делаешь? Ричи растягивает губы в своей самой мерзкой ухмылке и закидывает руку Уиллу на плечи. Тот шумно выдыхает. — То, чего не делаешь ты. — Да как ты… — Ты нам мешаешь, Уи-и-иллер. Мы разговаривали. И это не предназначается для твоих девственных оттопыренных ушек, — противненько тянет он, — Так что будь другом, дорогой кузен, съеби отсюда к своей супергерл или найди Лукаса и в очередной раз поной о проблемах в отношениях. Какие там у тебя ещё бывают вопросы на повестке дня? Уверен, кто-нибудь другой с радостью послушает эту хуету. А у взрослых мальчиков есть дела поважнее. Майк давится воздухом от возмущения, забавно приоткрывая рот, явно не ожидая такой агрессивной нападки. Хотя стоило давно привыкнуть. — Пасть закрой, муха залетит. Подавишься. Что мы тут предпринимать будем? Я искусственное дыхание делать не хочу, а Уилл с парнем в жизни сосаться не будет. Доходит до Майка, как обычно, туго. Он смотрит на Уилла будто ожидает, что тот скажет, что всё это недоразумение и сейчас они взявшись за ручки побегут играть в D&D. И Ричи тут хоть и строит из себя непойми что, на самом деле, тоже ждёт и боится именно этого. Но Уилл только пожимает плечами и виновато улыбается. — Прости, Майк, Ричи не хотел тебе грубить… — Хотел. — …но мы и правда заняты, давай в другой раз. У Ричи падает камень с души и он только усилием воли сдерживается от того, чтобы не засосать этого чудесного парня с глазами оленёнка прямо тут, на глазах у неблагодарной публики. Майк разом сдувается, теряя запал. Он бросает на Ричи взгляд полный обещания кровной мести, но поражение признаёт. — Надеюсь, вы хорошо проведёте время. Чем бы вы тут, — он делает неопределённое движение рукой, — ни занимались. Дверь за ним захлопывается с такой силой, что, кажется, побелка начинает сыпаться с потолка. — Как думаешь, он расскажет кому-то? — спустя долгую паузу спрашивает Уилл. Ричи тяжело вздыхает. — Не ссы. Даже имея все карты на руках, он и мысленно не сможет назвать то, чем мы тут занимались. Будет только рожу кирпичом строить. Кто ж знал, что из всей моей родни яйца есть только у меня. — Ты к нему несправедлив. Он хороший человек. — И хуёвый друг, — Ричи делает хитрое лицо, — А вот я могу быть отличным парнем… — О, заткнись, я уже вижу, что сейчас ты скажешь что-то ужасное. — Отличным парнем, с огромным членом! И отличным парнем, который может тебя трахнуть. — Ты невыносим. — За это ты меня и любишь. Ричи склоняется к улыбающимся губам Уилла, чтобы запечатлеть на них ласковый поцелуй. «Пошёл нахуй, Майк Уиллер», — думает он с облегчением.