Prisoner

Кто бы что не говорил, на самом деле есть немало плюсов нахождения в плену у того, кто буквально одержим тобой и сделает всё ради твоего одобрения. Аластор находит это чертовски забавным. Ну серьезно, даже спустя столько лет этот плосколицый дурик Вокс всё ещё по уши в него влюблен! Он даже заботливо перевязал всё никак незаживающую рану грешника и, как бы тот не сопротивлялся, всё равно каждый день её обрабатывает, дабы не гноилась. Хоть телеведущий и пытается это скрыть, но всё же абсолютно всем видно, как же сильно он старается не пасть в глазах Аластора и делает всё, чтобы получить его одобрение. Также радио-демон почти на сто процентов уверен, что весь этот план по завоеванию небес — тоже один из своеобразных способов впечатлить его. Но, к сожалению для Вокса, Аластор лишь смеётся с его глупых попыток завоевать его уважение. Ещё невероятно забавно наблюдать как после каждой колкой фразы Вокс кипятится как чайник, еле сдерживаясь, чтобы не начать крушить всё вокруг. Забавно аккуратно сеять раздор между тремя Ви, дёргая за нужные ниточки и делая так, чтобы Вокс сам создавал себе ещё больше проблем, всё дальше и дальше отдаляясь от товарищей. Вишенкой на торте, пожалуй, стало то, что спустя пару дней нахождения в «плену», Аластору удалось так сильно заболтать теле-демона, что тот освободил его от привилегии высиживания на стуле целыми днями с затекшими конечностями. И теперь радио-демон может разгуливать по башне Ви когда душе заблагорассудится. Покидать её, к сожалению, ему не позволено, но хотя бы сейчас он может перемещаться по ней самостоятельно, и на том спасибо. Не то, чтобы Аластор смирился со своим плачевным положением, нет. Он просто выжидает, когда Вокс всё же оплошает, дотронувшись до Чарли и бум! Сделке придёт конец. А также радио-демон просто наслаждается своим «отпуском», отдыхая от всех мирских проблем. Просиживать задницу в башне Ви всё же не так плохо, ибо нет ни раздражающих жителей отеля со своими постоянными песнями и рыданиями, ни хозяйки души, которая уже сидит в печёнках со своими «просьбами» и по чьей милости он и был отправлен в вышеупомянутый отель. И всё это звучит даже как-то слишком хорошо для плена, да? Ходишь себе свободно по башне, отдыхаешь от раздражающих тебя людей (к сожалению отдыхаешь от всех, кроме Вокса), аккуратно срёшь между собой шайку Ви. Идеально, правда? Ну мечта, а не плен, не так ли? А вот и нет! Как мы все помним — это ад. А в аду редко что идёт гладко и, конечно же, есть у «отпуска» Аластора один жирный минус… Длинный шершавый язык осторожно скользит внутрь растянутого входа радио-демона, исследуя горячие стенки. Вокс шире раздвигает подрагивающие ноги Аластора, острыми когтями легонько щекоча его коленные чашечки. Оленьи уши нервно припадают к затылку, пока оверлорд до крови прикусывает губы, стараясь не издавать никаких звуков. Но когда он чувствует заряд тока, которым теле-демон бьёт его, из горла всё же вырывается громкий хрип. Радио-демон извивается на простынях, шепча проклятья себе под нос, пока телеведущий любезно исследует языком его задницу. Голова откидывается назад, его потрясывает, сердце начинает биться быстрее. Хотя казалось бы, куда ещё быстрее? И он просто на сто процентов уверен, что Вокс сейчас лыбится. Буквально ликует от чувства доминирования над ним. И это злит Аластора ещё сильнее. Он силой сжимает кулаки, понимая, что уже почти не чувствует затёкшие руки. Вокс не из тех, кто печётся о комфорте, а поэтому особо не цацкается и проводами сдавливает так, что потом на руках темнеет множество синяков. Телеведущий с хлюпающим звуком достаёт язык, облизнувшись.  — Что, уже твёрд, Ал? — его губы расплываются в насмешливом оскале, когда он перемещает руку на чужой стоящий член, слегка его сжав. Аластор в ответ лишь угрожающе шипит помехами, недовольно сузив глаза.  — Ладно, молчу! — хихикает Вокс и, поудобнее сев, подхватывает радио-демона за бёдра, когтями вцепившись в них с такой силой, что потом точно останутся следы. — Блять…! — сбивчиво хрипит Аластор, когда теле-демон, не церемонясь, одним рывком полностью насаживает его на свой член. На глаза наворачиваются слёзы и радио-демон, с ненавистью хмурясь, пытается отвернуть голову, но Вокс, взяв его за подбородок, с удовольствием слизывает каждую слезинку, лишь шире улыбаясь.   Не поймите неправильно, радио-демону всё ещё противны любые прикосновения и конечно же, конечно же, его никак не привлекает этот телик на ножках. Просто… как оказалось, теле-демон тоже умеет дёргать за некоторые ниточки… Телеведущий прижимает пленника ближе, совершенно игнорируя его бешеный злобный взгляд.   — Знаешь, всё ещё удивлен, насколько сильно тебя заводят удары током, — мурлычет Вокс в пушистое ухо, усмехнувшись. Не дожидаясь ответа, он вновь кидает Аластора на простыни, толкаясь сильнее и наслаждаясь тем, насколько сильно исказилось чужое лицо от боли. Натянутая улыбка так и норовит треснуть, когда радио-демон с каждым новым толчком не может больше сдерживать стоны-схлипы. Вокс, сжав тонкую шею пленника, пускает в его тело немного электричества, тем самым заставляя шерсть на макушке встать дыбом. Глаза радио-демона закатываются и он громко выдыхает, попутно острющими когтями впиваясь в собственные ладони, сильнее раздирая их. Толчки резкие, небрежные. От них на пару секунд даже темнеет перед глазами и из-за них Аластору кажется, что он скоро в мясо искусает свои губы. Ох, он до чёртиков ненавидит Вокса. Просто нереально. Если бы не эта чёртова сделка, если бы не эти цепи… Аластор, с хрустом выгнувшись в спине, тонкими ногами обхватывает торс теле-демона, дабы прижать его ближе. Если бы не его цель… — Ох, как же ты, блять, хорош, Ал… Если бы не доставучая хозяйка души… Вокс на пару секунд выходит и, резко перевернув демона, ставит его на четвереньки. Он вновь толкается в чужое тело, ладонью сжав и без того стянутые руки пленника. Аластор трётся щекой о простыни, вытирая о них кровь и слюну. Вот бы сейчас прикончить кого-нибудь… И вот бы этот «кто-нибудь» был Вокс… Теле-демон, грубо схватив оленьи уши, с силой сжимает их, потянув в сторону. Аластор давится возмущением, громко проскрипев помехами. Он собирается что-то сказать этому чёртовому тв варвару, у которого видимо целью является вырвать ему уши, но у него не выходит. Вместо слов из горла выходит лишь громкий стон, который превращается в крик, когда Вокс бьёт его мощнейшим зарядом тока. Сердце готово выпрыгнуть из грудной клетки, в глазах пляшут звёзды. Аластор даже сам не понял, как излился на простыни. Он тяжело дышит, хрипло скуля, пока Вокс всё ещё толкается в него. — От таких мощных зарядов ты такая податливая сучка… — стонет Вокс, всё ещё держась за несчастные оленьи уши. Он кончает внутрь радио-демона и после этого, наконец, отпускает Аластора, позволяя ему плюхнутся на простыни. Телеведущий щелкает пальцами, тем самым заботливо освобождая Аластора от проводов и падает рядом с ним, выдохнув. Он уже тянется к чужой руке, чтобы на подольше продлить момент близости, но Аластор не даёт этому случиться, резко сев на кровати. У них с Воксом были некоторые… договоренности. Как бы Аластор не сопротивлялся, заставить теле-демона отвалить с сексом у него не вышло, ибо тот всё равно брал своё. И аргумент у него был один: «Ну у тебя ведь встаёт на меня и мой ток, приятель! Значит всё добровольно! Я бы к тебе и пальцем не притронулся, если бы видел, что тебе не нравится. Но ты же явно кайфуешь!». Единственное, что у Аластора вышло —немного очертить границы. Воксу было запрещено хватать или тянуть его за уши, кончать в него и использовать в его сторону хоть какие-то скверные словечки. — Три правила, — рычит радио-демон и только сейчас телеведущий замечает, как злобно подрагивают его уши. Аластор сжимает кулаки, не оборачиваясь на второго. Он чувствует как из него вытекает густая сперма, отчего становится вдвойне мерзко. Он, блять, итак с огромным, огромным трудом и не совсем по своей воле занимается всем этим непотребством с Воксом! По правде говоря, теле-демону просто повезло, что Аластора по какой-то неведомой причине заводит, когда его со всей дури током бьют!    — А? — поднявшись на локтях, тупо моргает Вокс, глядя на покрытую шрамами спину второго. — У нас было всего три чёртовых правила, Вокс, и ты умудрился нарушить все три! — радио-демон резко встаёт и, всё ещё не поворачиваясь, взмахом руки возвращает на себя одежду. От громкого шума помех во всей комнате начало сильно мигать электричество. Аластор громко дышит через нос, пытаясь прийти в себя. Всё хорошо, всё, блять, нормально… Вдох-выдох. Этот невежественный телик не заслуживает потерянных нервных клеток. Неловкий смех, доносящийся со стороны кровати заставляет сильнее сжать челюсти. — Уфф, меня, наверное, слишком занесло сегодня. Ну ты меня знаешь… — телеведущий потирает свою гладкую макушку, не сводя светящихся глаз с Аластора. Нужные слова, как назло, не приходят на ум. В голове пусто как никогда. Блин, что сказать? Аластору явно не пришлось по душе, насколько сильно его границы нарушили… В смысле, нарушили больше чем обычно. — Я… Извини. Я надеюсь, тебя это не сильно расстроило? «Не сильно, блять, расстроило?!» Радио-демон рычит, громко хрустнув шеей. — Ah, si seulement je n'étais pas enchaîné par ces maudites chaînes...

(Ох, если бы я не был скован этими чертовыми цепями...)

Вокс в ответ показательно фыркает, закатив глаза: — Ой, не надо мне так злобно рычать на своём лягушачьем! Я ведь извинился! Аластор злобно усмехается, дёрнув ушами. — А я говорю, что ты невежественный идиот, который только и умеет, что пренебрегать чужим комфортом! — сверкнув алыми очами, скрипит помехами грешник. — В прочем, как и всегда! Надо уже перестать удивляться. Аластор направляется к выходу, про себя ликуя, что телеведущий не пустил в его сторону провода, дабы удержать его здесь силой. Из башни Ви ему не уйти, так что может он заглянет к другим членам этой шарашкиной конторы. Вельветт вроде кажется занятным собеседником и она точно не спит в столь поздний час, и, сто процентов не откажется завести долгий разговор о том, какой Вокс мудень. Хотя, если точнее выразиться, она сама его начнет. Да и с Валентино порой можно о чём-то дельном потрещать. Хоть у него и не очень богатый словарный запас и он фанат говорить на темы, связанные с его специфической работой, обосрать Вокса из-за его отстойного поведения он всегда будет рад. — Ну и пиздуй! Только и умеешь, что убегать, поджав хвостик! Которого, между прочим даже нет! Аластор громко хлопает дверью, игнорируя орущего собеседника. — Как всегда невежествен… 

***

— Ну прости меня, прости-и-и… Прошу, извини, я идио-о-от! — Вокс, стоя на коленях, ластится к чужой ноге, потеревшись ярким монитором о штанину. — Хочешь, оторви мне голову! Хочешь, могу привести тебе худших работников месяца, чтобы ты их съел? А хочешь, притащу целого оленя…? Аластор фыркает, закатив глаза. Всё ещё ноющие от боли уши раздражённо дёргаются. Он поудобнее подхватывает радио, которое едва не выскользнуло из его рук, когда Вокс, завидев его, идущего с этим же несчастным радиоприемником в коридоре, подлетел быстрее молнии, вцепившись в его ноги и начав извиняться.  Если честно, у оверлорда в планах было пару часов походить перед теле-демоном с широко натянутой лыбой, полностью игнорируя все его слова, да и его самого, но, откровенно говоря, он совсем не ожидал, что Вокс аж на колени плюхнется, дабы загладить вину. Грешник с насмешкой в глазах наблюдает за тем, как второй протирает своим дорогим (во всех смыслах) костюмом пол. Хоть это и забавно, но все эти тупые попытки задобрить начинают невероятно раздражать. И сейчас теле-демон вцепился в него так, будто боится, что из-за его оплошности Аластор сейчас возьмёт и вновь пропадёт на семь лет…. Так, стоп. Радио-демон медленно переводит взгляд на воющего партнёра, удивлённо вскинув брови. Он прерывает его слезливый монолог всего одним насмешливым вопросом. — Так ты устроил эту сцену, подумав, что после твоей оплошности я решу уйти? Это слишком смешно. Вокс просто нереальный идиот. Идиот, который забыл, что даже если Аластор очень захочет уйти — не сможет. Видимо за все эти недели у него создалась иллюзия, что радио-демон тут по доброй воле с ним развлекается. Что, кстати, наполовину правда. Но невидимые цепи всё ещё давят на его запястья. Пока сделка не завершится, Аластор не сможет уйти. Вокс молчит пару секунд, пока в его голове крутятся шестеренки и спустя мгновение его глаза тут же округляются и он, резко вскочив на ноги, начинает неловко отряхивать свой костюм. — А ты… кхм. А тогда куда ты собрался, если не вновь сваливать от меня? — его экран чутка заискрился, когда он указал на радио, которое всё ещё сжимал второй. — Вчера ты выглядел так, будто не хочешь меня больше слышать, а сегодня, ты собрав все свои манатки, идёшь к выходу из башни Ви. Что я ещё мог подумать? Радио-демон скалится шире. — То что я иду куда-то с радио не значит, что я ухожу в закат. А ещё почему ты думаешь, что у меня из вещей только оно? Вокс с усмешкой поднимает обе руки в извинительном жесте. — Ах да, прости-прости! Забыл про твою пижаму, будто стянутую с бабули. Хотя, говоря откровенно, телеведущий ранее не видел при Аласторе даже этого радио, так что был полностью уверен, что у него при себе лишь его трость-микрофон и уродливая пижама, в которой он спит. — Извиняю, — полностью игнорируя колкое высказывание о своей пижаме, закатывает глаза грешник. Он с улыбкой фыркает, продолжив идти. Теле-демон, в свою очередь, не медля, ступает за ним. — А радио я захватил, чтобы потом поставить у тебя в кабинете. Пусть этот чудный приёмник хоть как-то скрасит твой безвкусный пустой стол. — Это значит, ты больше не злишься? — с надежой в голосе спрашивает Вокс, положив руку ему на плечо. Радио-демон чувствует, как чужие когти легонько впиваются в его плечо, отчего он тихо скрипит помехами, но лишь шире улыбается. О нет, он не злится. Он ненавидит всей душой. Просто ждёт, всё ещё ждёт того самого момента, когда Вокс оплошает. Ждёт, когда сможет разорвать сразу две сделки. — Это значит, я не против целого оленя и худших работников на завтрак. И, раз уж ты так настаивал… — его шея неестественно изгибается, когда склера окрашивается в чёрный. Голос до неузнаваемости искажается помехами. — …Я буду не против оторвать тебе башку! — Про башку я не всерьёз! — убрав ладонь с чужого плеча и отпрыгнув в сторону, машет руками телеведущий. Аластор за секунду принимает нормальную форму, дико рассмеявшись. Вокс тоже смеётся. Смеётся так, будто уже не был готов обороняться. — А ещё, если ты не забыл, по своей воле я вряд ли уйду, — напевает оверлорд, насмешливо сузив глаза. — Я всё ещё твой пленник. Теле-демон в ответ лишь машет рукой. — Пф! Мне кажется, нам так хорошо вместе, что ты уже вряд ли захочешь уйти! Глаз радио-демона дёргается. — Хм. Вокс неловко хихикает, не сводя глаз с демона напротив. — Это прозвучало слишком самоуверенно? — Возможно. — Тогда забыли! В любом случае, я запланировал такую пати, что весь ад на ушах стоять будет! У меня уже получилось надавить на эту сучку Кармиллу, так что победа над Раем уже у меня в руках… Собираюсь отпраздновать это, пригласив всех сильнейших оверлордов, согласившихся объединиться со мной, — он смущено отводит взгляд в сторону, пока антенки на его голове слегка искрятся. — И знаешь, было бы здорово иметь тебя на этой вечеринке не в качестве пленника, а в качестве… союзника?  Аластор изогнул бровь, крепче сжав радио. Перспектива нахождения на вечеринке не привязанным к креслу очень улыбается, учитывая, что эти провода уже ему всё тело натёрли. У него нет выбора не пойти туда и если он откажется идти в качестве «союзника», его вероятно пихнут в кресло, стянув проводами. И привет затёкшие конечности! — А ещё представь лицо принцессы, когда она увидит тебя там, сидящим подле меня на равных! — смеясь, добавляет Вокс, поправив шляпку на мониторе. — Это, блять, заставит её выпилиться! Радио-демон внимательно навострил уши. — Собираешься позвать Чарли? — Пф, конечно! Должна же она увидеть мой триумф и понять, какая она лузерша, не ставшая похожей на свою великую мать! Аластор усмехается. Значит вечеринка станет последним днём в «приятной» компании Вокса. Так почему бы не провести этот день не связанным по рукам? — Хмм, действительно забавно, — скрипя помехами усмехается грешник. — Знаешь, твоё предложение звучит заманчиво. Я не против прийти на вечеринку в качестве твоего спутника. Радио-демон специально сладко тянет последние слова, шире лыбясь, когда видит, как Вокса на пару секунд коротнуло от такой новости. Победный оскал на мониторе сияет как никогда раньше и теле-демон даже подпрыгивает, радостно вцепившись в Аластора. Он пару секунд крутится с ним в воздухе, игнорируя громкий скрип помех. — Да, чёрт возьми! — он отпускает демона, вынув из кармана смартфон. — Сейчас же прикажу, чтобы организовали тебе отдельное меню там. И чтобы сейчас же нам худших работников месяца притащили. Кстати, что предпочитаешь к основному блюду, Ал? Джин? Виски? Сазерак? Плевать, закажу всё! Аластор открывает дверь в кабинет теле-демона, оставив Вокса, который уже начал трещать по телефону, за спиной. Радио-демон аккуратно кладёт радио на стол, пальцами проведя по нему. Глядя в огромное, вычищенное до блеска окно, он не может скрыть победный оскал, который расплывается до самых ушей. Ещё буквально пара дней и он избавится сразу от нескольких раздражающих его людей…