Убийство в тишине.

Джонатан молча лежал в своей кровати, по лицу катилась слеза. Поджав ноги, от уткнулся носом в край одеяла. Перед лицом все еще стояла картина темных берцов и запах металла в перемешку с кровью. Завтра полиция найдет их следы. И что они будут делать? План Стива звучал бредово, неправильно.

***

— Стив, — тихо позвал Байерс, — полиция узнает, что мы были там, что мы им скажем? — Ничего они не найдут. — С чего ты решил? Там повсюду наши отпечатки, там… — Слушай, Байерс. Заткнись. Мы с тобой живем в глуши, тут полиции насрать на эти убийства. Скорее всего того чела убили по пьяне или долг не отдал. И Джонатан правда заткнулся. Ему не хотелось вступать в какой-то конфликт, если Стив так считает, то пусть.

***

На утро Байерс молча отправился в школу. Приятелями он там не обзавелся, да и плевать ему было на них. Ему сейчас нужен был Стив. Срочно. Брюнета он нашел в туалете. Тот стоял у зеркала и пялился в свое отражение. Джонатан подметил, что Стив весь бледный, а круги под глазами выдавали его бессонную ночь. Сердце Байерса сжалось, ему хотелось подойти к Стиву и погладить его лицо, поддержать. Сказать, что они оба будут в порядке. — Стив, — аккуратно позвал Джонатан. — Мой отчим — глава полиции и это дело повешали на него. Харрингтон ему ничего не ответил, лишь смотрел злобно, исподлобья. — Я в курсе, как и мой отец. — О, — протянул Джонатан, — Мне жаль. Ты в порядке? Послышался звук смыва и из кабинки вышел Честер. Честер — приятель Стива Харрингтона, можно сказать его тень. — Оу, Стив, когда ты начал общаться с фриками? — с кривой улыбкой спросил парень. — Я с ним не общаюсь, он сам ко мне прицелился, — выпалил Стив. — Так покажи ему, где его место. — будто по сценарию дверь в туалет открыл другой парень, как на зло — приятель Честера. — О, Рей, собери толпу, тут намечается драка. Стив будет преподавать урок новенькому, пора показать его место. Лицо Джонатана почти не выражало эмоций, но когда их взгляды со Стивом пересеклись, то на его лице буквально читалось «ты же не будешь этого делать?» Стиву правда бы не хотелось этого делать, но его репутация была ему дороже. Он первый сжал руку и замахнулся, идеально попадая Джонатану в челюсть. Они оказались в коридоре, Джонатан держался за разбитый нос из которого текла тонкая струйка крови. А толпа начинала ликовать. Байерс вытер тыльной стороной руки кровь и бросился на Стива, повалив того на пол. Оказавшись сверху он стал бить куда только попадал. Злость, обида, негодование переполняли его. Черт, да они только недавно целовались вечером у Стива в хижине, а сегодня тот бросается на него с кулаками, потому что так захотели его дружки. Правда драка продолжалась недолго, вскоре между дерущимися влезла Нэнси Уилер. — Пожалуйста, прекратите, — вскрикнула девушка. — Сюда уже идет директор, перестаньте! Байерс сразу же слез с Харрингтона, который держался за лицо. Джонатан не бил его со всей силы, скорее всего он отделается только синяком на скуле. Какая-то часть его хотела растоптать Стива, но другая противилась. Джонатан любил Стива, хоть тот не разделял его чувств. Его сердце сжалось, когда девушка кинулась к Стиву и свободно смогла обхватить его лицо. — Стив, — чуть не плача позвала Уилер. — Ты в порядке? Байерс отвернулся, он не хотел видеть этого, видеть, как Нэнси Уилер трогает лицо, которое он целовал прошлой ночью. Интересно, чтобы подумала малышка Нэнс, если-бы узнала, что ее любимый парень предпочитает развлекаться с парнями? Джонатан лишь мог ей посочувствовать. Нэнси — замечательная девушка, этот мудила не заслуживает ее.

***

Тем же вечером Стив возился со своим велосипедом. Чувствовал он себя паршиво. Щеку до сих пор саднило от ударов Байерса. Еще и Нэнси, которая сразу полезла к нему. Харрингтон не желал ее прикосновений и сам не понимал почему. Раньше он мечтал о ней, хотел ее. Так, что с ним произошло сейчас? Почему он не хочет ее поцелуев, объятий? Черт, чем он забивает себе голову. Сегодня просто не его день, да и вчерашние события на него так повлияли, поэтому он себя так и ведет. Стив не заметил, как в сарае появился его отец — Бо. Суровый мужчина, старой закалки. У них с Стивом были…непростые отношения. После смерти его матери они наоборот отдалились друг от друга, а не сблизились. — Сын, — холодно позвал Бо, — В хижину больше не ногой, понял? — Я понял, отец. Их разговоры всегда заканчивались так. Сухо. Неинтересно. Раньше Харрингтон пытался наладить отношения с отцом, правда пытался. Он делился своим днем, переживаниями, увлечениями, но отец либо был недоволен им, либо отвечал так холодно, что желание продолжать диалог сразу пропадало. Стиву всегда хотелось доказать отцу, что он чего-то стоит. Он пытался хорошо учиться, — отцу было плевать. Он завел прекрасную девушку и начал иметь авторитет среди сверстников, — отцу плевать. Ему всегда было плевать. В глазах неприятно защипало и Харрингтон отдернул себя от таких мыслей, он не заметил, как в сарае появился Джонатан. Его нос слегка опух, но в остальном изменений не было. — Что ты тут делаешь? — злобно рявкнул Стив, он покосился на дверь. — Мой отец может зайти в любой момент. — Нужно поговорить, — бесстрастно бросил Джонатан. — Слушай, если ты про сегодня, то прости. Я не хотел тебя бить, но ты сам виноват. Нам нельзя появляться вместе. — Мы в безопасности только благодаря человеку на доске объявлений о убийствах. Мой отчим — ведет это дело и того мужчину, которого ты ебнул сковородой на месте не нашли и конечно же следов. На Стива сначала накатила волна облегчения, будто груз упал с плеч. Их следов там не нашли, боже, как-же это отлично! Он оторвался от велосипеда и с улыбкой подошел к Джонатану. В порыве эмоций он притянул Байерса к себе и поцеловал. Его снова охватил запах хвои и кедра, а холодные губы Джонатана оказались такими-же податливыми, как вчера. Стив обхватил парня за лицо, прижимая его ближе, он запустил пальцы в чужую капну волос и оттянул. Когда они отстранились, то Харрингтон со страхом понял, что отец находится совсем недалеко, в доме. Если-бы он выглянул в окно, то смог бы застукать их, а соседи? Они ведь тоже могли это видеть, он оттолкнул Джонатана от себя и сделал шаг назад. — Что ты делаешь? — Джонатана переполняли все эмоции, которые только возможны. Стив только, что поцеловал его и пока он это делал, то Джонатан был готов простить ему все на свете, но теперь он снова отталкивает его и чертит перед ними новую стену. — Я не могу, — Стив сам не узнал свой голос, он звучал так жалостливо. — Я не пидор, нет. Да и мой отец…Он мог увидеть нас. После этих слов весь гнев Байерса куда-то улетучился, он ненавидел себя за то, что не мог злиться на Харрингтона, тот просто боялся принять себя, Джонатан даже понимал его. — Слушай, мой отец уезжает завтра по делам…Ты можешь прийти ко мне после обеда, мы будем только вдвоем. — неожиданное приглашение потрясло Джонатана, легкая улыбка тронуло его лицо. — И что, ты не будешь отталкивать меня, после того, как первый полезешь целовать? — Не буду, — голос Стива звучал ровно. — Тогда до завтра, — бросил Байерс. — Пока. Стив понимал, что это было ошибкой, что он не должен был позволить этим словам слететь с его губ, да черт, он не должен был допустить самой этой ситуации. Но его влекло к Джонатану и это пугало. Он не мог нормально поцеловать свою девушку, за то целует фрика прямо в сарае своего дома и зовет его к себе. И конечно Джонатан не глуп, он знает какой подтекст у этого приглашения. Джонатан шел домой с непонятными ощущениями. Ему нравился Стив, правда нравился. Байерс сам не знал почему, но эти его темные, как бездна глаза, пухлые губы, мягкие волосы, длинные пальцы…Они сводили его с ума. Ему хотелось прикасаться к Стиву, чувствовать его. Но вот только нужен ли он был Стиву? Стив целовал его и отталкивал. Стив готов ударить его, только, чтобы угодить своим «друзьям», да и главное, у Стива есть девушка. Байерс любит определенность, честность, но Харрингтон не попадает ни в какой пункт. Зайдя в дом парень сразу встретился с обеспокоенной матерью, которая подбежала к Джонатану и обхватило его лицо. — Милый, — аккуратно позвала она, — что случилось? Что у тебя с лицом? — Все в порядке, мам, — криво улыбаясь ответил Байерс, убирая чужие руки с лица. Джойс лишь тихо выдохнула и отошла, они переехали сюда совсем недавно из-за повышения отчима Джонатана — Хоппера. Хоппер замечательный мужчина, он даже смог поладить с Джонатаном, что довольно редкий случай. Байерс не особо ладил с людьми, ему сложно было находить новые знакомства, единственным его другом был Аргайл — парень работающий в местной пиццерии. — Хорошо, садись, я приготовила сегодня лазанью, — женщина сразу кинулась к духовке, откуда доносился замечательный запах, но Джонатан мягко отдернул ее. — Мам, я не голоден. — Но уже вечер. Тебе надо поужинать. Посреди этого разговора раздался скрип двери и на пороге появился Хоппер, Джойс сразу подошла к любимому мужчине и звонко чмокнула его в уголок губ. Сердце Джонатана сжалось, он почувствовал какую-то зависть? Они могут спокойно целоваться, обниматься, потому что такие отношения в обществе нормальные. В обществе нормально, когда мужчина любит женщину или наоборот, но точно не однополая любовь. — Мы в полном дерьме, — неожиданно выдал шериф. — Этот убийца за собой замял все следы, а у нас даже нет свидетелей. Сердце Байерса сжалось, Хоппер даже не подозревал, что его свидетель — его приемный сын, но он не может проболтаться, потому что Стив боится, потому что Стив не готов. И ведь они могли даже не упоминать, что они хотели заняться там сексом или чем-то еще, но Стива принципе пугала перспектива, что он поздней ночью был с парнем в одном доме. — Я сегодня к Лонни. — прервал Джонатан. — Будь аккуратнее, сразу набери, как дойдешь, — забеспокоилась Джойс. — Твоя мать права, сейчас не очень безопасно разгуливать одному вечером. — Все хорошо, я позвоню вам, как дойду до Лонни. Лонни — родной отец Джонатана. Из-за его зависимости от него и ушла Джойс. Но сейчас тот проходит реабилитацию и вроде больше не сидит на наркотиках. Хотелось в это верить. Лонни был замечательный, Джонатан правда его любил. С ним можно было поделится, чем угодно. Его отец единственный знал, что Джонатан гей и принимал сына, он часто говорил, что Джо должен рассказать об этом и Джойс. Вряд-ли его мать осудит его, но Джонатан боялся, особенно, когда мама счастлива с другим мужчиной, может он гомофоб и когда узнает об этом, уйдет из семьи? Или еще что-то такое, поэтому Байерс не рисковал. Дорога до Лонни не заняла много времени с учетом, что сам Джонатан неплохо катался на велосипеде. На нем была джинсовка Аргайла, которую он любезно одолжил у друга и планировал завтра отдать, а после этого он увидится со Стивом, если тот еще не передумал. Припарковав велосипед парень аккуратно позвонил в дверной звонок. Лонни жил на окраине города, поэтому здесь было относительно тихо, хотя ночью можно было услышать звук шин проезжающих мимо машин. Дверь открыл высокий, худощавый мужчина. Щеки его впали еще сильнее , а круги под глазами были только явнее, он смахивал на мертвеца. — Пап, ты в порядке? — обеспокоено спросил Джонатан. — Все хорошо, просто в последнее время навалилось работы. Джонатан прикусил губу, он надеялся, что отец не врет, один раз он уже срывался, но обещал, что такого больше не повторится. Байерс правда беспокоился за отца, его зависимость пугала. — Если тебя что-то тревожит, то ты всегда можешь поговорить со мной, я не осужу тебя, — принял еще одну попытку Джонатан, но Лонни уже загнал его в дом и закрыл дверь. Джонатан стал оглядывать небольшой дом, чтобы найти признаки состояние отца, но дома было довольно чисто и на кухне пахло чем-то съедобным. — Ты что-то готовил? — поинтересовался русый. — Да, куриный суп. Будешь? — Буду. Два Байерса разместились друг на против друга уплетая суп. На вкус он был очень даже ничего, но Джонатана беспокоила немного другая тема. — Пап, ты же помнишь, что я гей? — в ответ он получил легкий кивок и заинтересованный взгляд. — В общем, мне нравится один парень, но он латентный. У него есть девушка, а меня он сторонится, ну как сторонится…Когда он считает, что мы с ним одни, то он начинает меня целовать, хочет со мной близости, но в остальном он отталкивает меня и предпочитает делать вид, что мы не знакомы. — Хм, возможно ему нужно время, сынок, — начал Лонни. — Как вообще случился ваш первый поцелуй? Джонатана охватило беспокойство, он знал, что может поделится с отцом любой информацией, но только не этой. — Это произошло случайно, в порыве эмоций и теперь я не знаю, мы что-то вроде любовников, он позвал меня завтра к себе, потому что он будет один дома, но у него есть девушка, меня это смущает. Он любит ее, наверное. — Джонатан, любить — это не значит наносить друг другу травмы. Нельзя терпеть все выпады человека и бежать за ним, если ты влюблен. Если он будет с тобой так поступать, то уходи от него, как-бы не было больно. Я любил твою мать, а она меня, но моя зависимость причиняла мне и ей травмы, поэтому мы разошлись. Я не хотел, чтобы вы видели это, не хотел, чтобы вы страдали, поэтому отпустил. На глазах Джонатана навернулись слезы, он встал из-за стола и подошел к отцу обнимая его за плечи. — Спасибо, пап. Я останусь на ночь? — Мой дом — твой дом.