Крепкая женская любовь

«Я своеобразный мазохист. Почему? Потому что я с нетерпением жду осень. Это когда утром ледяной воздух, длинная дорога от спорткомплекса до машины по ещё свежим листьям, туман за окном в квартире репетитора по английскому, а потом спешная дорога по мокрому асфальту и лужа-озеро у пешеходного перехода. Днём шуршание пакета с выпечкой из магазина, писк и скрип школьных ворот, и я чувствую себя восхитительно в своих ботинках, пусть и далеко не чистых. Я знаю, что впереди меня опять ждёт трудный день, что я буду работать на износ, чтобы кому-то что-то доказать, но я готова к этому. Я всегда готова.»

***

Ева никогда не любила первое сентября. Собственно, кто его любит, никому бы не понравилось, что на трауре устраивают праздничные концерты. В тот день десятилетняя девочка, в компании любимой матери Ирины, которая уже перед первом классом постаралась начинить её всеми возможными знаниями, стояла у школьных ворот. Все были взволнованны, ведь после начальной школы юные гимназисты, только перешедшие в пятый класс, никого не знали. Она же почти не переживала, поскольку была уверенна, что в новый коллектив не впишется точно так же, как и в прошлый. Ева старалась не строить никаких ожиданий и действовать по ситуации, однако была уверенна, что стать друзьями ни с кем хотя бы в этом учебном году ей не удастся. Такой уж она была. Нелюдимая, скованная, слишком серьёзная для ребёнка, немного странная и слишком молчаливая со взгляда других. Она не любила шумных ровесников и слишком часто боялась сказать что-то не то, из-за чего чаще всего оставалась незамеченной. Помимо Евы, рядом толпилось ещё порядка двадцати пяти новых одноклассников, которые, она надеялась, пусть и не будут заводить с ней дружбу, но хотя бы не станут издеваться, травли в ближайшее время она точно не планировала. Спустя тонну произнесённых учителями и работниками школы речей дети зашли в школу под конвоем новоиспечённой классной руководительницы. Вид школы изнутри Еве даже понравился, стены были выкрашены в светло-персиковый цвет, а пол и двери сделаны из тёмного дерева, что было хотя бы не так уныло, как в её прошлой несчастной обители. В душном кабинете Ева села на случайное место у окна, на вторую парту первого ряда, что позволяло ей и слегка ускользнуть от зоркого взгляда учительницы, и удовлетворить просьбу матери не портить зрение ещё больше и не сидеть дальше третьей парты. Отвлёкшись на вид предосеннего школьного двора, Ева на заметила, как рядом с ней села одна из её одноклассниц, и, обернувшись, обомлела. Её соседка была очень красивой, высокой уже в свои одиннадцать лет, с аккуратно подстриженными светло-медовыми волосами и безумно глубокими и выразительными карими глазами, которые смотрели на мир ласково и любопытно, что сразу вызывало к ней расположение. Её лицо было чуть округлым, нежным и милым, а форма губы отдаленно напоминала сердце. Ева засмотрелась на одноклассницу, поражённая, также рассматривая её маленькие и едва заметные веснушки, что очень подходили незнакомке. Внезапно она повернулась к Еве и приветливо улыбнулась: — Привет, меня зовут Соня, а тебя? Ева растерялась. Несмотря на первый день в школе, она не продумала, что делать в том случае, если кто-то захочет с ней познакомиться, это было слишком фантастическим, чтобы даже размышлять. — Ева. Приятно познакомиться с тобой. Ты очень красивая, кстати. В ответ Соня стеснительно заулыбалась и немного покраснела, хотя комплименты в своей жизни получала не раз. — Спасибо! Давай дружить?

***

На часах было уже за полночь, когда Ева начала решала очередную порцию уравнений по алгебре, пытаясь закрыть долги. Учиться в гимназии непросто для всех, требования к ученикам слишком высокие, домашней работы слишком много, а учителя слишком строгие. Девушка давно смирилась, что выходные ей удастся выкроить только после смерти, а до этого придётся пахать ряди светлого будущего и матери, которая требует ещё больше, чем все в школе вместе взятые. Разумеется, Ева была круглой отличницей, брала призовые места на олимпиадах, отличалась аналитическим складом ума и предрасположенностью к точным наукам, но так и не знала, чем точно хотела заниматься в этой жизни. Она безумно любила литературу и иногда её даже посещали мысли об учёбе на филфаке, однако это было осуществимо только через труп матери. В её фантазиях дочь была лучшей ученицей сначала на физфаке в школе, а потом и в самой Бауманке. Будущее Евы было уже продумано, и она понимала, что скоро её и так полностью забитое расписание вырастет ещё больше, что всё её существование сведётся к получению оценок и вечному заучиванию а затем и изнурительной подготовке к экзаменам, но она старалась гнать эти мысли, чтобы продолжать работать на благо своего будущего выгорать. Она мечтала уехать из этого небольшого города в Москву, а лучше в Европу, но без каждодневных усилий над собой и над своим борющимся разумом эти мечты неосуществимы и бессмысленны. Когда Ева склонилась, чтобы аккуратно вывести ответ в тетради, её телефон завибрировал, оповещая о новом уведомлении. Не отводя взгляда от тетради она взяла мобильный в руку, уже зная, кто мог написать ей в ночи. Соня, [00:43]: «Привет, Ева, прости, что отвлекаю так поздно! Ты не могла бы подсказать, какой параграф по истории нам нужно выучить на завтра?» Прочитав, Ева будто похолодела изнутри и громко выругалась, отодвигаясь от стола. Она совсем забыла про историю и уже хотела было пойти спать после алгебры, и, если бы не Соня, получила бы завтра с ура пораньше неуд.

Вы, [00:44]: «Блять…»

Соня, [00:44]: «Ахах» Соня, [00:44]: «Не волнуйся, я думаю что нас даже не спросят»* Достав из рюкзака учебник по истории за восьмой класс и сообщив подруге номер нужного параграфа, Ева утыкается в книгу, ожидания провести ещё один несчастный час за письменным столом.

***

Предрассветное синие зарево показалось на горизонте, окрасив всё вокруг в мертвенный оттенок. Густые тени падали на спокойное, расслабленное во сне лицо Евы, которая наконец смогла сбежать от всего насущного на пару часов, растворившись во мгле сладостного беспамятства. Она легла поздно, слишком поздно, пролежав до этого битый час в каком-то полудрёме, пытаясь унять кружащий рой тревожных мыслей в голове. Вдруг Ева зажмурилась от яркого света, залившего комнату, и подскочила на кровати, пытаясь прийти в себя. — Ева! Ты вообще в курсе, который час?! — Прикрикнула мать возмущённо, пытаясь разбудить дочь, которая ошеломлённо посмотрела на часы, пытаясь определить, насколько катастрофическое её положение. Оставалось полчаса до начала занятий, учитывая, что дом Евы находится в двадцати минутах езды от школы, ведь жили они почти на окраине городе. Не обращая внимания на мать, девушка начала в спешке собираться, наспех натягивая на себя первый попавшийся свитер и брюки и туго заплетая тёмно-русые волосы в хвост. Они уже были ниже её плеч, к чему девушка ещё не совсем могла привыкнуть. В погоне за оценками она даже не находила время сходить в парикмахерскую, да и не то чтобы ей действительно было это нужно. Однажды она коротко подстриглась в шестом классе, что безумно ей шло, но после этого экспериментировать больше не хотелось. Иногда, конечно, Еву посещали мысли покраситься в какой-нибудь безумный цвет, но пока у неё нет ни времени, ни сил об этом думать. Собравшись за пару минут, девушка выскочила из комнаты без завтрака вслед за дожидающейся её матерью и, наконец усевшись в машину, смогла вздохнуть с облегчением. Когда они тронулись, Ева раскрыла книгу, повторяя параграф по истории. — Ева, вот знаешь, тебе нужно быть ответственнее за свои обязанности, — не глядя на дочь, холодно произнесла Ирина — ты стала очень невнимательная. Тебе нужно держать уровень, мне совсем не нравится твоё безалаберное отношение к учёбе. Ева закатила глаза и уставилась в учебник. — Прекрати, пожалуйста, я с тобой разговариваю как со взрослым человеком! Нам нужно исправлять ситуацию, ты меня поняла? — Да. — Какие у тебя сегодня уроки? — Сейчас история, потом два русских, алгебра, французский, ИЗО и биология последним. — Сказала Ева сдавленно, пытаясь не отрываться от заученного материала. — Не забудь ещё про дополнительный французский с Ольгой Николаевной, и напиши мне, когда закончишь. — Как скажешь. Когда машина подъезжает к школе, Ева убирает книгу в рюкзак и выбегает из машины, понимая, что до урока осталось 2 минуты и она в любом случае опоздает. Конечно, девушка корила себя, она ненавидела ошибаться и нарушать планы, особенно, если это связано со школой. Теперь Вероника Владимировна просто сожрёт её живьём, посколько она была одной из самых суровых учителей в их классе, не считая, конечно, математика. Карабкаясь по лестнице на второй этаж, Ева вдруг заметила знакомый белый рюкзачок с вышитыми синими цветами, не то лилиями, не то розами. Ухмылка промелькнула на лице Евы, и она поднялась ближе. — Опаздываем? — Сказала она Соне игриво. — О! — Девушка отшатнусь испуганно, но затем рассмеялась, — ой, Ев, я испугалась, не ожидала тебя тут увидеть. — Это всё параграф по истории виноват. Я уже готова умирать. — Да ладно тебе, может, у Вероники хорошее настроение сегодня. Ева не поддерживала энтузиазм подруги, но всё равно приободрилась, теперь она вынуждена страдать не одна, а со своим самым близким человеком в этой школе. Хотя лучше бы, конечно, чтобы Софа не страдала тоже, но что уж поделать. Когда девушки постучали и вошли в класс, готовые к жестокой расправе, Ева поняла, что подруга всё-таки оказалась права. — Здрасьте, Вавилова и Новак! Сейчас будете сдавать мне пересказы, а на следующем уроке жду от вас реферат на тему преобразований Петра. — Учительница с ухмылкой на лице указала им рукой на парту, и девочки сели, в душе ликуя, что судьба не обошлась с ними так жестоко и они всё-таки выучили этот злополучный пересказ. Отмучившись на истории, подруги решают сделать реферат после урока в библиотеке, где есть столы для таких учеников, как они. — Только Сонь, у меня сейчас будет урок по французскому на втором этаже, а потом я свободна, подождёшь меня немного? — Ева взвалила на плечо рюкзак, вставая из-за парты. — Без проблем! Как раз буду домашку по биологии делать. — Девушка улыбнулась, и Ева в который раз задалась вопросом, как ей удаётся делать это настолько мило и добродушно. У неё самой губы как будто были кривые с рождения. Обнявшись, они распрощались, и когда Ева выскочила в коридор, припустив к нужному кабинету, Соня поднялась на четвёртый этаж, где как раз располагалась библиотека и небольшой коридорчик между ней и входом в актовый зал, где сейчас было пусто. Усевшись на лавочке, София пыталась прийти в себя после тяжёлого школьного дня, вспоминая, что вечером ей ещё нужно будет идти на урок вокала и огорчённо вздыхая. Она любила музыкальную школу, любила музыку и свой голос, но иногда этого было слишком много для неё и хотелось просто отдохнуть и не вспоминать обо всех делах и домашних заданиях. Только девушка открыла учебник биологии, как вдруг на лестнице показался её одноклассник Марк. Ему тайно нравилась София, а вот Еву он терпеть не мог, она казалась ему слишком отчуждённой и вообще какой-то странной. — О, привет! Что делаешь? — Усмехнулся Марк, снимая рюкзак с усталых плеч. Соня слегка улыбнулась, глядя на учебник по биологии. — Биологию повторяю, я слышала, на следующем уроке будут вызывать на расстрел. — Ой, бля, эти расстрелы, я просто ненавижу. Он спрашивает какой-то бред, чтобы оценок быстро поставить, а я никогда столько всего не выучу. — Он откинулся на спинку стула, будто у него резко иссякли все силы на разговор. Софа понимающе кивнула. — Я тоже, но мне нужно оценки исправлять, у меня там балл не дотягивает до пятёрки. У Евы тоже проблемы с биологом. — Я надеюсь, нам его сменят в следующем году, и поставят ту тётю, которая у седьмых классов. — Ой, я слышала, что она ещё хуже… — Ты, кстати, уже досмотрела «Тетрадь смерти»? — Марк повернулся к Соне полностью. Он знал, что она любит аниме и, поскольку сам иногда смотрел его и любил, считал Софию очень классной. В ответ она засмеялась, не ожидая от одноклассника такого вопроса. С Марком она общалась редко, и в основном это были только учебные вопросы, но негатива у неё он не вызывал. Он не ввязывался в драки, как  другие их одноклассники, был довольно спокойным и уважительным к остальным.  — Нет, пока что нет, но очень хочу. Из-за учёбы и музыки времени почти нет. — Тут София немного помрачнела, но она понимала, что уже скоро старшая школа, и времени будет всё меньше и меньше. Вон, Ева вообще сутками над учебниками сидит, так что Соне считала, что ей ещё повезло. — Скажи, как досмотришь. Я вообще в шоке от финала…  Они болтали так ещё какое-то время, и Соне стало странно, что они с Марком до этого почти не контактировали. У них оказалось довольно много общего, они понимали юмор друг друга и она чувствовала себя с ним непринуждённо. У неё было много друзей, но не таких, как он или Ева. Вскоре прозвенел звонок, чего оба даже не заметили. У Евы закончился французский и она сразу же побежала на последний этаж, вот только увидеть подругу в компании Марка она совсем не ожидала. Подойдя ближе, девушка нахмурилась. Соня же, которая только смеялась над очередной шуткой юноши, одернула себя и помахала Еве: — Привет, как урок прошёл? — Девушка мягко улыбнулась подруге, но насторожилась из-за её мрачного вида. Ева в ответ покосилась на Марка и пробормотала: — Нормально. Ну что, история?  Ева не была очень ревнивой и, понятное дело, понимала, что её друзья — не её собственность, в том числе и Соня, у которой их было просто миллион, но своих одноклассников девушка в целом не любила, они все казались ей идиотами с раздутым эго, и то, что один из них общается с её чудесной и невероятной подругой напрягало Еву.   Марк тоже был не в восторге от появления одноклассницы, но не подал виду. — Кстати, а давайте я с вами пойду? Я буду сдавать историю в следующем году, кстати. — Он бодро поднялся со стула, но Ева одарила его недовольным взглядом и поморщилась. — Нет, спасибо, мы сами справимся.  Соня знала, что её подруга была слегка резковата, всё-таки они дружили уже три года, но такой реакции от неё не ожидала. — Ев, ты чего? Пусть посидит с нами, какая разница? — София пыталась поймать взгляд подруги, но та отвернулась. — Я не хочу с ним сидеть, пусть съёбывает. — Да пошла ты нахуй. — Марк быстро надевает рюкзак и уходит на лестницу, а Ева показывает средний палец его удаляющейся фигуре вслед, после чего быстро заходить в библиотеку и закрывает за собой дверь, не дожидаясь Софию, которая тут же спешит за ней. — Блин, Ева!