Глава 11 Сон и мама
6 января 2026 г., 06:06
Сон пришёл мягко, без резкой границы.
Елена будто просто закрыла глаза — и шагнула дальше. Под ногами снова была вода: прозрачная, гладкая, тёплая. Она не тянула вниз и не мешала идти, словно была частью воздуха. Над головой раскинулось звёздное небо — глубокое, живое, будто каждая звезда смотрела в ответ.
На воде росли два дерева.
Могучий дуб стоял неподвижно, словно охранял это место. Его ветви были широкими, уверенными, такими, каким доверяешь без слов. Рядом цвела сакура — тонкая, светлая, хрупкая на вид, но удивительно живая. Её лепестки не опадали, будто время здесь не имело значения.
— Я опять здесь… — тихо сказала Елена, больше себе, чем вслух.
— Да, — ответили рядом. — Ты часто сюда приходишь.
Елена обернулась.
Женщина стояла совсем близко. Светлые волосы мягко спадали на плечи, а глубокие голубые глаза смотрели тепло и внимательно — так, как смотрят, когда радуются встрече.
— Мама, — вырвалось у Елены прежде, чем она успела подумать.
Женщина улыбнулась и опустилась перед ней на колени, чтобы быть на одном уровне.
— Я здесь, — сказала она спокойно. — Ты не ошиблась.
Елена замерла, потом шагнула ближе.
— Почему ты всегда приходишь во сне? — спросила она тихо. — Ты… ты не можешь быть рядом по-настоящему?
Женщина протянула руку и коснулась её щеки. Прикосновение было тёплым, живым, настоящим.
— Я рядом так, как могу, — мягко ответила она. — И так, как тебе сейчас нужно.
Елена нахмурилась.
— А где мы?
Женщина посмотрела вокруг, словно давая этому месту время ответить самому.
— Тебе ведь интересно, что это за место?
— Очень, — честно призналась Елена.
— Это сердце вселенной, — сказала женщина тихо. — Здесь я очищаю скверну, впитанную на Земле. И здесь я расплачиваюсь за свои прегрешения.
Елена молчала, не до конца понимая слова, но чувствуя их тяжесть.
— Тебе больно? — вдруг спросила она.
Женщина удивлённо моргнула, а потом рассмеялась — тихо, тепло.
— Ты всегда спрашиваешь самое важное, — сказала она и снова коснулась воды. По её поверхности разошлись круги, доходя до дуба и сакуры. — Иногда бывает тяжело. Но я справляюсь.
— Эти деревья… — Елена посмотрела на них внимательнее.
— Дуб и сакура, — подсказала женщина. — Мои любимые. Дуб — потому что он держится. Сакура — потому что она цветёт, даже зная, что не навсегда.
Елена кивнула, будто запоминая не названия, а смысл.
Они сели рядом.
Женщина обняла её, прижав к себе. Не как богиня — как мама. Елена уткнулась лицом ей в плечо, чувствуя знакомый, почти забытый запах.
— Ты хорошо растёшь, — сказала женщина тихо. — Я вижу.
— Я стараюсь, — ответила Елена. — Я тренируюсь. И Михаил тоже.
— Я знаю, — улыбнулась женщина. — Ты не одна.
Елена подняла голову.
— Ты ведь богиня, да?
Женщина не стала отрицать.
— Да.
— А я… кто я тогда?
Женщина посмотрела на неё долго и внимательно, будто выбирая слова.
— Ты — моя дочь, — сказала она наконец. — И этого достаточно.
Она коснулась груди Елены.
— У тебя есть то, что я оставила, — добавила она. — Кулон.
Елена машинально дотронулась до серебряного металла.
— Он странный, — призналась она.
— Потому что он живой, — мягко ответила женщина. — Когда придёт время, влей в него немного маны. Он станет мечом. Не для разрушения — для защиты.
— Я смогу? — спросила Елена, тихо.
— Ты уже можешь, — ответила мать. — Я бы не оставила тебе того, с чем ты не справишься.
Сон начал медленно таять.
— Ты придёшь ещё? — поспешно спросила Елена.
Женщина снова обняла её.
— Я никуда не уходила, — сказала она. — Просто иногда тебе нужно спать, а не ждать меня.
Елена улыбнулась, закрывая глаза.
Когда она проснулась, за окном только начинало светать. Кулон лежал у неё на груди — тёплый, будто хранивший в себе чужое прикосновение.
Елена не плакала, она просто знала: её любят,
её видят и она не одна.
