Глава 13 Тренировки
6 января 2026 г., 06:09
После пробуждения жизнь не стала легче.
Она стала тяжелее — и это чувствовалось с первого же утра.
Елена и Михаил по-прежнему вставали на рассвете. Пока село ещё спало, они выходили за ворота и начинали бег. Сначала круг был коротким — вдоль полей и обратно. Потом расстояние росло. Они бежали молча, считая дыхание, чувствуя, как холодный воздух режет лёгкие.
Иногда Елена спотыкалась и падала.
Колени сбивались в кровь, ладони горели от содранной кожи. Она вставала сразу, даже не останавливаясь, только стирала грязь рукавом.
— Медленнее, — говорил Михаил, оборачиваясь.
— Если замедлюсь, не смогу ускориться потом, — отвечала она, тяжело дыша.
Бывало, падал и он.
Резко, неудачно, когда ноги уже не слушались. Он лежал пару секунд, глядя в небо, потом поднимался, стиснув зубы, и продолжал бег, будто ничего не случилось.
После бега — оружие.
Руки болели почти всегда. Деревянные тренировочные клинки и копья оставляли занозы, трещины на коже, синяки. Иногда кровь проступала между пальцами, пропитывая рукоять.
— Перерыв, — говорила Елена, заметив, как у Михаила дрожат руки.
— Ещё десять ударов, — отвечал он упрямо.
Она делала то же самое.
Меч не щадил. Каждый неверный угол отдавался в запястьях. Иногда она не удерживала хват и оружие выскальзывало, падало в пыль. Тогда она поднимала его снова и начинала сначала.
Раз в сезон в Рованию заходили паладины и рыцари.
Они видели многое — и потому не удивлялись усердию. Иногда кто-то останавливался, молча смотрел, как дети тренируются до изнеможения.
— Не переусердствуйте, — бросал кто-то на прощание.
— Мы знаем, — отвечал Михаил.
И продолжал.
Лес стал следующим этапом.
Сначала они ходили туда осторожно, держась недалеко от барьера. Слабые монстры нападали редко и неуверенно. Но даже они могли ранить, если допустить ошибку.
Однажды они зашли слишком далеко.
Монстр был больше и быстрее, чем они ожидали. Его кожа оказалась плотнее, движения — резче. Первый удар отбросил Михаила в сторону, выбив дыхание. Елена почувствовала резкую боль в плече, когда когти прошли вскользь.
Они не бежали.
Бой был долгим и грязным. Без красивых движений. Только расчёт, страх и упорство. Когда монстр наконец пал, они долго стояли молча, тяжело дыша.
Лица были в крови — своей и чужой.
Руки дрожали.
— Мы могли умереть, — сказал Михаил глухо.
— Но не умерли, — ответила Елена и села прямо на землю.
Возвращались они медленно, хромая, поддерживая друг друга. Раны заживали долго. Но в следующий раз они снова пошли в лес — уже осторожнее и сильнее.
Культивация стала спасением и испытанием одновременно.
Вечерами они садились рядом, закрывали глаза. Мана отзывалась болью, давлением, иногда жжением под кожей. Михаил сдерживал поток, чтобы не сорваться раньше времени. Елена уплотняла силу до предела, не позволяя ей выйти наружу.
Иногда после культивации они просто лежали на полу, не в силах подняться.
Годы шли.
К двенадцати годам Елена достигла пика жёлтого ранга. Её тело изменилось — стало сильным, выносливым. Она выглядела старше своих лет, как и все, у кого была духовная сила.
В пятнадцать Михаил прорвался на зелёный ранг.
Это произошло после особенно тяжёлой культивации. Он едва удержался в сознании, а потом долго сидел, сжимая кулаки, чувствуя, как мир вокруг стал глубже.
— Ты опять впереди, — сказала Елена без злости.
— Ненадолго, — ответил он.
Так было всегда.
В шестнадцать Елена достигла пика зелёного ранга. Михаил был сильнее всего на несколько единиц маны — почти незаметная разница, но устойчивая.
Люди в селе смотрели на них с настороженным уважением.
Подростки выглядели взрослее, двигались увереннее, говорили меньше. Это было нормально для тех, у кого пробудилась сила: до восемнадцати тело будто спешило, а потом начинало медлить, сохраняя молодость дольше.
Елена и Михаил знали это. Но больше они знали другое: их сила была оплачена болью, усталостью и кровью.
И именно поэтому они не собирались тратить её впустую.
